Правда или действие ?

Кейн почти паниковал. Он никогда в жизни не простит себе, если с Тернером что-либо случится. Навязчивые жуткие мысли пробирались сизым дымом в голову. Зачем он вел себя таким образом? Чего он хотел добиться своим жестом? На самом деле — это было уже не важно, так как в баре Ала не было. Ма спрашивал у посетителей и персонала про «высокого паренька с темными волосами»: «Вы не видели моего друга? В голубой рубахе, — жестом Кейн показывал, как Алекс обычно закатывает рукава, — такой темноволосенький. Щупленький». Темноволосенький? В ход пошли уменьшительно-ласкательные суффиксы, черт возьми — Кейн подошел к невидимой черте, которую он сам не смог бы объяснить. Но в его отношении к Алу будто что-то изменилось… появился трепет и странное чувство тепла. В ответ на все расспросы слышно было лишь скупое «нет, брат, не видели». Неужели все настолько серьезно, что Ал ушел, никого не предупредив и даже не попрощавшись. Но куда он мог бы уйти в чужом городе? Ведь он совершенно не умеет ориентироваться в пространстве. Возможно, Алекс где-то рядом. Тогда Кейн торопливо вышел, даже скорее выбежал, на улицу и  (о чудо!) увидел Тернера, который сидел на ступенях бара и со всей искренностью благодарил прохожего за сигарету. Именно сейчас он был так похож на маленького воробушка, и Майлзу показалось, что он что-то перевернул в парне, что-то сломал. — Вот ты где! Алекс, зачем ты ушел? Я… мы волновались, — Майлз постарался взять контроль над ситуацией: он попытался придать голосу нейтральный оттенок, пригладил волосы и спустился к Алу, присев рядом с ним. — Тю, а чего волноваться? Я выпил такого дикого пойла по пути в как ее там… в уборную, — Тернер округлил затуманенные и без того большие глаза, — потом заказал себе той штуки, которую ты пил, когда меня… ту жгучую, а теперь я здесь — спокойно себе курю. Извиняй, у меня нет больше сигарет, я сам стрельнул. Нет и повода для беспокойства. — Ты пил еще абсент? Я и смотрю, чего тебя так развезло. Кейн спешно снял с себя пиджак и укрыл им худые плечи Ала. Было поздно, ветер холодным потоком бил в лицо и трепал волосы парней. — Ну, хватит тут сидеть, пойдем, ты уже совсем замерз. Давай, вставай. Алекс не без помощи Майлза поднялся на ноги, но тут же дрогнул и… «Ну, оах, черт! Твою же бабушку, Тернер!» . . . — Хохо, доброе утро, красавица! — широко улыбающийся Майлз с шумом ворвался в комнату, притащив с собой запах кофе и чего-то едва уловимого. Кажется, это аромат тела самого Ма, который недавно вышел из душа. Его шевелюра все еще хранила душистую влагу, а отдельная прядь темных волос картинно упала на лоб, подчеркивая сверкание карих глаз. — Привет, — робко выговорил Ал, совсем по-девчачьи натягивая мягкий плед на голую щуплую грудь. Он в смущении потупил свой взгляд, уже по привычке облизывая губы. Да, ему было неловко встретить Ма в его же постели после вчерашнего вечера. Пусть Тернер едва ли мог вспомнить, где его носило после того, как он залпом выпил два стакана рома/виски/хрензнаетчтоэтобыло, он совсем не старался вспомнить, как заказывал абсент, параллельно обсуждая с барменом задницу той «знойной малышки», которая, как вскоре выяснилось, оказалась просто худощавым пареньком, не помнил даже, как Майлз буквально волочил его на себе до такси, завернув в пиджак и выслушивая жуткое сквернословие. Но Тернер отчетливо помнил тот поцелуй. И при мысли о нем алексовы внутренности начинали медленно-медленно выворачиваться наизнанку. — Как твоя голова, герой? — Болит. — Я не удивлен. Ты знаешь, что Мэтт знаком с барменом того заведения, где мы были вчера? Так вот, они сегодня созванивались, и тот чувак рассказал, сколько ты выпил. Приятель, ты переплюнул самого Хелдерса, — Кейн поднял вверх указательный палец и начал добродушно смеяться, а Тернер едва смог выдавить из себя легкую улыбку, запустив пятерню в спутанные волосы. — Ма? — Да? — Я… я сам снял с себя тряпье? Смех цепко схватил Кейна за горло, что тот начал нервно кашлять и хохотать, театрально схватившись рукой за сердце. — Ой, не смеши. Я только и успевал тебе тазики подносить. «Сэр, позвольте Вам преподнести». — Я еще и..? Боже мой! — прошептал Алекс, приложив ладонь к голове, которая обещала взорваться с минуты на минуту, — А где ты спал? Кейн молча указал на двухместную кровать, где сейчас сидел Ал. Но словно додумавшись до чего-то, добавил: — Ты решил, что я стал бы спать на полу только из-за того, что в моей постели лежит безжизненное тело? Сколько безжизненных тел полежало здесь… так что не преувеличивай мое гостеприимство. И я не альтруист. — Сказал так, будто это оскорбление, — шутка Кейна про тела позабавила Алекса, хоть и слегка уколола. Что за детский акт ревности?! — А так и есть, — Ма произнес это, усмехнувшись. Собственно, он почти всегда говорил сквозь улыбку, что придавало ему особое очарование. Затем он принялся расстегивать свою белую рубаху. Алекс уставился на изящные кисти рук Майлза, которые порхали по рубашке и неторопливо вытаскивали пуговицы из петель. «Не хватает подобающей музыки, тогда бы вышел полноценный стриптиз, который свел бы меня с ума», — от этих мыслей щеки Ала предательски вспыхнули огнистым румянцем. «Милый, я тебя смущаю? И это после всего, что межу нами было?» — Кейн издевается? В эту минуту Алекс готов провалиться сквозь землю, а Ма самодовольно смакует скромнягу Ала. Но неожиданно лицо Майлза приняло весьма серьезное выражение. В голове молниеносно прокрутилась мысль о том, что простая игра могла быть воспринята Тернером как-то иначе, чем как простая забава. Кейн в несколько поспешных шагов пересек небольшую комнату и уселся на кровать рядом с парнем, который смертельной хваткой сжимал плед в своих холодных руках. Он схватил друга за плечи: «Алекс, это была игра». Кейн испытующе всматривался в большие карие глаза, пытаясь отыскать в них одобрение, подтверждение своим словам. Но, увы, не находил. Внезапный толчок в грудь заставил Майлза упасть головой в подушки. Алекс всем телом давил на друга, шепча ему в самое ухо: «Игра с огнем, Кейн».