Жребий брошен

      Элион была очень спокойным и послушным ребенком, если так можно говорить о детях, которым нет еще пяти дней. Когда родилась Эли, Лили готова была к бесконечному плачу, бессонным ночам, невыносимой усталости. Но этого всего не было. Казалось, будто девочка все понимает, что матери нужен покой, поэтому сильно ее не беспокоила.       Несмотря на это, у Лили не было времени скучать. Чуть ли не каждый час к ней приходили гости: Джеймс приходил несколько раз в день, он был невероятно счастлив видеть дочь, смотреть в ее карие, как у него глаза (через несколько дней после рождения они потемнели), разговаривать с ней и видеть, что она все понимает. Не отставал и Гарри с Джинни, которые поочерёдно приходили попроведовать Лили. Приходила даже Алиса, с которой они уже долго не виделись. Ей обо всем рассказала Марлин, которая и привела Алису. Они весело втроем поболтали, вспомнили школу, поговорили о насущных проблемах. В основном это касалось Элион и Лили, как они будут жить дальше, после того, как Джеймс обо всем узнал. Однажды речь зашла о Марлин. — Со мной не разговаривает вся моя семья, за исключением братьев, — обиженно пробормотала Маккиннон. — Говорят, что я нечестно обошлась с Эдгаром, сбежав со свадьбы и ничего не сказав им. Одни мальчишки поддержали меня, сказали, что рады, что такой зануда, как Эдгар не стал их родственником. А он вовсе не зануда. — Ну, ты же сама все понимаешь, — прошептала Лили, когда заметила, что Элион всё-таки уснула. — Конечно, я все понимаю! — воскликнула Марлин, но, получив гневный взгляд Лили, следующие слова произнесла тише: — Но зачем отправлять мне кричалки и навозные бомбы совой? — Это делают твои родители? — удивилась Алиса, глядя на спящую Эли. — Нет же, — отрезала Марлин. — Родственники Эдгара. — А что говорит на этот счет сам Эдгар? — не унималась Алиса. — Он избегает меня и моих писем, — с тоской в голосе произнесла Маккиннон. — Я понимаю, что я поступила подло, и я хочу извиниться, но Эдгар не хочет выходить на связь. — Дай ему немного времени, — предложила Лили. — Вот увидишь, он остынет.       Марлин, тяжело вздохнув, надеялась, что так все и будет.       В палату постучали, и все трое одновременно обернулись к двери. Марлин автоматически схватила волшебную палочку, хотя в данной ситуации это было неуместно. — Войдите! — воскликнула Лили, подойдя к кровати дочери.       В палату, прихрамывая, вошел мужчина, опираясь на свою трость. Когда Лили узнала в гостье мистера Вилкоста, она облегченно вздохнула. — Добрый день, мистер Вилкост, — Марлин дружелюбно улыбнулась, убирая в карман мантии волшебную палочку. — Мы, наверное, пойдем, Лили.       Она схватила под руку Алису, и они вместе направились к выходу. Когда они были около двери, Вилкост произнес: — Хорошая сноровка, мисс Маккиннон, — он оценивающе взглянул на девушку, которая была немного смущена. — Правильно, что держите палочку наготове. Даже в больнице доверять можно не всем. — Вы хотите сказать, что в вашем теле сейчас какой-нибудь пожиратель? — Марлин скрестила руки на груди и подозрительно посмотрела на бывшего профессора Хогвартса. За ее спиной стояла Алиса и переглядывалась с Лили, у которой на лице играла улыбка. — Ну, вы же поверили, что я действительно ваш бывший учитель, — не унимался Вилкост. — Вы допустили, чтобы в палату к вашей подруге и ее ребенку ворвался незнакомец. Вдруг я один из пожирателей смерти и пришел навредить мисс Эванс. — Это же не так, — хмыкнула Марлин и демонстративно закатила глаза.       За спиной Вилкоста, почти смеясь, сидела Лили, глядя на перебранку этих двоих. Сколько раз она слышала подобное от мистера Вилкоста, когда виделась с ним. Обо всех этих замечаниях Лили слышала не раз. Мужчине совсем не нравилось, с какой доверчивостью она могла приглашать к себе гостей, не задавая вопросов, на которые знали ответ только ее знакомые. — Хотите, чтобы я проверила вас? — Этого стоило ожидать, если учесть, что вы не первый год работаете в Ордене. — Хорошо, — она пожала плечами и на секунду задумалась. — Какой самый долгожданный и сложный урок в школе был по вашему предмету на нашем курсе.       Вилкост усмехнулся, но ответил: — Патронусы. — Верно! — воскликнула девушка. — Я установила вашу личность, Лили в безопасности, поэтому я могу идти.       Она быстро выскочила из палаты до того, как Вилкост мог ей еще что-нибудь сказать. — Зачем вы так? - смеялась Лили, когда дверь за ее подругами закрылась. — Ты же, Лили, так и не соблюдаешь все мои советы, — он прошелся по палате, исследуя все углы на признаки чего-то необычного. — Поэтому мне нужно удостовериться в твоей безопасности. Особенно сейчас. — Что вы имеете в виду? — обеспокоенно спросила Лили. — Войну, пора бы уже к этому привыкнуть, — серьезным тоном заявил он.       Он продолжал осматривать палату около двух минут и остановился, когда оказался рядом с кроваткой Элион. — Можно? — спросил Вилкост, на его лице Лили заметила беспокойство, которое раньше никогда не замечала. — Конечно, — улыбнулась она.       Вилкост поставил трость рядом с колыбелькой девочки и осторожно наклонился к ребенку, стараясь не разбудить ее. Он взял этот крошечный сверток, в котором тихо посапывала малышка. — Она очень похожа на тебя в детстве, — неловко произнес он. — Откуда вы знаете? — удивленно спросила Лили, вспоминая, где мог Вилкост видеть ее детские фотографии.       Вилкост немного замялся, но все же ответил: — Я как-то встретил твою маму после того случая, — на последних словах его голос дрогнул. Столько лет прошло, а он никак не может себе простить, что испугался и отпустил Дженнифер. — Я понимаю, — кивнула Лили, когда поняла, что мистера Вилкосту тяжело вспоминать о прошлом.       Неожиданно Элион проснулась и, как будто осознав, что находится в руках у постороннего человека, заплакала. Лили хотела взять дочь на руки и успокоить, но Вилкост начал ее укачивать и напевать песни, вследствие чего Эли успокоилась. — У вас талант, мистер Вилкост. — Ничего особенного, — робко произнес мужчина, наблюдая, как девочка заворожено на него смотрит. — Мистер Вилкост, не хотите стать крестным Элион? — предложила Лили.       Вилкост озадаченно посмотрел на Лили, не веря своим ушам. На его лице появилась благодарная улыбка, и он кивнул. — Спасибо тебе, Лили.       Он пробыл у Лили около получаса, после чего, сославшись на работу, покинул девушку, заранее предложив ей снова переехать в его пустую квартиру в Лондоне. — Я пока что поживу у миссис Макмиллан, — сказала Лили. — Спасибо за ваше предложение и то, что заботитесь обо мне. — Ты мне, как дочь, Лили, я не могу иначе, — ответил Вилкост. — Мистер Вилкост, с вами все в порядке? — спросила Лили, беспокоясь за него. Вид у него был крайне усталым и измученным. — Все хорошо, Лили, — он попытался выдавить из себя улыбку, но у него это слабо получилось. — Много проблем на работе. Не беспокойся.       Он заверил Лили, чтобы та больше не переживала, а затем попрощался и ушел.

***

      Ночью Лили долго не могла уснуть. С тех пор, как она последний раз покормила дочь, прошло два часа, но сна не было ни в одном глазу. В голову лезли бесконечные мысли, которые не могли оставить Лили в покое. Устав бороться со всем этим, Эванс решила сходить к Маргарет, чтобы взять у нее умиротворяющий бальзам. Она проверила дочь и, убедившись, что с ней все хорошо, надела халат и вышла из палаты.       В больнице было довольно тихо, лишь в приемном отделении слышалось, как вовсю шла работа. Она довольно быстро добралась до кабинета Маргарет. Когда Лили вошла в кабинет, она ожидала увидеть подругу спящей, либо погруженную в работу с бумагами. Однако та стояла около окна и курила. — Не знала, что ты куришь, — тихо произнесла Лили, закрывая за собой дверь. Увидев Лили, Маргарет погасила сигарету и закрыла окно. — Когда в твоей жизни происходит какое-то дерьмо, и не такое начнешь делать, — заключила она, переходя в освещенную часть кабинета. Когда Лили увидела Маргарет ближе, она заметила, как ее щеки были мокрыми от слез. — Что случилось? — обеспокоенно спросила Лили, взяв подругу за руку.       Неожиданно для Эванс, у Маргарет началась истерика. Лили обняла ее и попыталась успокоить, однако ее попытки не увенчались успехом, девушке было очень плохо. Лили отыскала в шкафу у Маргарет умиротворяющий бальзам.       Выпив настойку и немного успокоившись, Маргарет рассказала, что произошло. Дело было в том, что несколько дней назад, как раз в тот день, когда родила Лили, миссис Макмиллан убили. — Ты уверена, что было убийство? — спросила Лили, глаза которой сами были мокрыми от слез. — Д…да, — кивнула Маргарет. — Дверь была открыта, а бабушка лежала около нее, держа в руках палочку. — Не может быть, — только и смогла вымолвить Лили.       Она не могла поверить, что кто-то мог причинить вред такой милой и безобидной старушке. Главное, кто это мог быть и зачем? Она не имела никакой важной информацией, да и ценностей у нее особых не было.       Маргарет попросила Лили помочь с похоронами, ведь ей будет очень сложно справиться одной.

***

      Похороны были назначены на выходные. Лили выписали из больницы за день до этого. За Элион согласилась присмотреть Джинни, которая решила в этот день отправиться к своей матери и всему семейству Уизли. Поэтому за дочь Лили не переживала, она была в надежных руках.       Больше всего она беспокоилась за Маргарет, которая ходила, как в воду опущенная. Она ни с кем не хотела разговаривать, девушка устала от бесконечных соболезнований, поэтому попросила Лили заменить ее, на что та без вопросов согласилась. Помимо Лили здесь присутствовали еще некоторые знакомые люди, в числе которых были Гарри, Джеймс и Сириус. Лили сразу поняла, что они здесь оказались чисто из-за того, что боялись за ее безопасность. Она была им, конечно, благодарна, но в тот же момент злилась, что к ней относятся, как к ребенку. — Пап, мы можем поговорить? — пока Лили возилась с гостями, которые пришли попрощаться с миссис Макмиллан, Гарри решил поговорить с Джеймсом.       Он заметил, что отец последнее время с ним сухо стал общаться, и Гарри не понимал, в чем дело. — Зачем? — усмехнулся Джеймс. — Вы же все от меня всё любите скрывать. К чему мне что-то сейчас рассказывать?       Гарри виновато опустил голову, понимая, в чем все-таки причина. — Ты о маме и Эли? — спросил он, заранее зная ответ. — Да, Гарри, о них, — он немного повысил голос, заставляя людей, стоящих вокруг, обернуться. Следующее предложение он произнес тише. — Я считал тебя одним из самых близких людей и не думал, что ты будешь строить тайны за моей спиной. — Я хотел все рассказать, — возмутился Гарри. — Я знаю, что должен был все тебе сказать, но мама просила меня молчать. Я устал метаться между двух огней и не хотел влезать в ваши отношения. Вы должны были разобраться в этом сами. А я ни в чем не виноват, пойми это.       Джеймс растрепал свои волосы и тяжело вздохнул, спорить он больше не хотел, как и злиться на Гарри. На секунду ему даже стало стыдно за свое поведение.       В этот момент к ним подошла Лили, взгляд которой был очень озадачен. — Гарри, можно тебя на секунду? — вежливо спросила Лили, получив от Джеймса вопросительный взгляд. — У вас какие-то секреты? — он скрестил руки на груди, по очереди переводя взгляд то на Гарри, то на Лили. — Что-то случилось, мам? — спросил Гарри.       Лили обернулась и взглянула на полку, где стояла чаша. Гарри проследил ее взгляд и вопросительно посмотрел на Лили. — Помнишь, тебя заинтересовала чаша? — при ее упоминании Лили передернулась. — Ее больше нет. — Ты уверена? — обеспокоенно спросил Гарри, не веря своим ушам. Лили пожала плечами. — О какой чаше вы говорите? — заинтересованно спросил Джеймс, не понимая, о чем говорят эти двое.       В одно мгновение у Гарри рухнула надежда на победу. Часть души Волдеморта практически была в руках у Гарри, но в одну минуту все его планы и надежды рухнули. — Убийство миссис Макмиллан было непреднамеренным, — обреченно вздохнул Гарри. — Ее посчитали преградой и не захотели тратить на нее сил и время. — Нет, — Лили прижала ладонь к губам, а по ее щекам потекли слезы. — Они не могли. — Я не понимаю, — вставил Джеймс. — Причём тут чаша и эта женщина?       Гарри оглянулся по сторонам, проверяя, чтобы их никто не подслушал. — Помнишь, как несколько лет назад Ремус услышал, что мы с Джинни разговаривали о крестражах? — скрывать больше не было смысла, и если в прошлый раз когда Гарри первый раз искал крестражах, Дамблдор запрещал говорить про крестражах, то сейчас было совсем другое время. На кону стояли жизни людей, которых в прошлый раз не удалось спасти. И если эта информация поможет победить Волдеморта, он не должен ее больше скрывать. — Так вот, — продолжил Гарри после того, как Джеймс кивнул, — я думаю, Волдеморт узнал, что кто-то ищет их, поэтому и отправил человека, чтобы забрать один из крестражей. — Это же означает, — Джеймс взлохматил свои волосы, осознавая, на сколько опасной была ситуация. — Это означает, что мы больше не впереди Волдеморта, — ответил Гарри. — Чтобы победить, больше нельзя терять ни минуты.

***

— Лили? Она обернулась на голос Джеймса и снова оглядела свою комнату. Вещи были собраны в коробки, которые должны были отправиться в Лондон. Мистер Вилкост только обрадовался, когда узнал, что Лили решила вернуться в его старую квартиру. — Тяжело прощаться с этим домом при таких обстоятельствах, — сказала Эванс и грустно улыбнулась.       Лили направилась к выходу, проходя мимо Джеймса, но выйти из комнаты ей не дал появившийся только что Сириус. Он остановился в проеме, не давая ей пройти. — Что ты делаешь, Блэк? — возмущённо спросила Лили, прижав руки в бок. — У нас есть к тебе предложение, — ответил за друга Джеймс. — Предложение? — усмехнулась Лили. — Какое же? — Это все твои вещи? — поинтересовался Сириус, доставая волшебную палочку.       Лили кивнула, и все коробки в один миг испарились. — Спасибо, Сириус, но я сама в состоянии переместить свои вещи в Лондон, — недовольно произнесла Лили, удивляясь, почему Блэк так странно улыбается. — Ты переезжаешь в мой дом, — заявил Сириус, подмигивая Джеймсу. — Вы с ума сошли?! — воскликнула Лили, глядя злобным взглядом то на Сириуса, то на Джеймса. — Никто не захотел спросить, чего же я хочу? — Это для твоего же блага, — Джеймс сделал шаг в сторону Лили. — И для нашей дочери. — Неужели? — засмеялась Лили, которой не нравилось, что за нее все уже давно решили. — Думаете, я не смогу защитить Элион сама?       Сириус хмыкнул. — Эванс, не строй из себя героиню, — он схватил ее за плечи и продолжил: — Какой бы сильной волшебницей ты не была, одна ты не сможешь защитить тебя! В прошлый раз в живых остался только Гарри, вас с Сохатым Волдеморт не пощадил!       Джеймс подскочил к ним, и высвободил Лили, во взгляде которой читался страх. — Полегче, Бродяга, — сказал Поттер, а затем обратился к Эванс. — Он прав, Лили. У Сириуса почти всегда находится кто-то из Ордена, к тому же там Гарри. А если ты боишься, что я буду надоедать тебе своим присутствием, можешь не переживать. Я буду появляться там на столько редко, как ты этого хочешь.       Договорив последние слова, он смотрел на Лили ещё несколько секунд, а затем развернулся и пошёл вниз. — Какое-то дежавю, — разбавил тишину Блэк. — Я дам тебе совет, Эванс. Разберись уже в своих чувствах, и не стоит обвинять Сохатого, он ни в чем не виноват.

***

      Лили покинула последней дом миссис Макмиллан, она помогла Маргарет прибраться после гостей, которые пришли попрощаться со старой волшебницей, а затем трансгрессировала по адресу, который оставил ей Сириус. Она долго думала над его словами, и поняла, каким бы Сириус был невыносимым, он был прав. Им действительно нужно было разобраться в своих отношениях.       Когда она вошла в дом Сириуса, то на первом этаже она никого не обнаружила. Однако на холодильнике обнаружила записку, на которой было написано ее имя. » Твоя комната на втором этаже, третья дверь слева».       Лили сорвала записку и направилась наверх. Она чувствовала усталость, ей очень хотелось выспаться. Пока она поднималась наверх, ей показалось, что дом был совершенно пустой. Лили насторожилась, потому что здесь должна была быть Джинни, которая обещала присмотреть за Элион до прихода Лили. Девушка отворила дверь в свою комнату и обнаружила, что в роли няни ее дочери стал другой человек. Он обернулся на скрип двери, а затем вернул девочку в кровать. — Я хотел взглянуть на нее перед сном, — ответил мужчина, в голосе которого она узнала Джеймса. — Не переживай, я уже ухожу. — Постой, — Лили схватила его за руку, когда тот чуть ли не выбежал из комнаты. Мужчина вопросительно посмотрел на нее, ожидая, что она собиралась ему сказать. — Пожалуйста, останься, — попросила она, прикоснувшись теплой ладонью к его щеке. — Я не хочу, чтобы ты больше уходил.

***

      В поместье Лестрейнджей в этот день было очень шумно. Собрание закончилось около часа назад, но большинство людей до сих пор находились здесь. Новая штаб квартира была проходным двором, здесь всюду появлялись новые люди, которых Алексис даже не знала. Она удивилась, насколько изменилось это поместье с тех самых пор, как Тереза покинула его. Никто не знал, куда именно она делась: близкие отвечали, что она отправилась путешествовать по миру, но лишь одна Алексис знала, с кем связалась ее подруга и на кого она работает. Они не виделись с тех самых пор, когда Алексис была замужем за Джеймсом, контакта особо не поддерживали, отчего Алексис было грустно. Она ведь потеряла лучшую подругу, одного из самых близких людей. Если бы не Северус, который на протяжении всего времени стал ей хорошим другом, Алексис сошла бы с ума. После собрания они с ним перекинулись словами, и Снейп передал ей пергамент, на котором была информация о ее младшем брате. Она была очень благодарна, что Северус поддержал ее затею и помогал в этом непростом деле.       Алексис направилась в старую комнату Терезы, где последнее время часто проводила свое время. Домой возвращаться не хотелось: в Годриковой впадине, где они жили вместе с Джеймсом, все напоминало о прошлом, а в поместье Фэйнов было неуютно. Зайдя в комнату Терезы, Алексис удивилась тому, что увидела. — Привет, — поздоровалась Алексис, прикрывая дверь.       Девушка, которая искала что-то в своем шкафу, подскочила от испуга. — Алексис, — Тереза попыталась выдавить из себя радостную улыбку, но она получилась не особо искренней.       Видеть после стольких месяцев свою старую подругу, с которой они попрощались не совсем радужно, было неловко. — Что ты тут делаешь? — спросила Алексис, переминаясь с ноги на ногу. — Что я тут делаю? — усмехнулась Тереза, глядя на подругу, будто она сказала какую-то глупость. — Это еще моя комната, если ты не забыла. — Ты разве не нашла себе новое местожительство с оборотнями? — спросила Алексис, скрестив руки на груди. — А также нового хозяина. Дамблдор! Ты же ему теперь служишь?       Тереза рассмеялась над словами Алексис. Она не верила, что всю эту чепуху произносит ее подруга. — Во-первых, чем я и с кем занимаюсь, это исключительно мое дело, — Тереза попыталась сказать это мягче, но вышло совсем наоборот. — Во-вторых, у меня нет никакого хозяина, и я, как вы не пресмыкаюсь ни перед кем. — По-твоему, я пресмыкаюсь? — озадаченно спросила Алексис. — Ты же приняла метку, — пожала плечами Тереза. — Я смотрю, ваш хозяин в качестве места развлечений выбрал мой дом?       Алексис промолчала, пристально наблюдая за Терезой. Девушка собрала все необходимые вещи, закинув их в свой рюкзак, и прошла мимо Алексис. Перед выходом она произнесла: — Будь осторожнее, Алексис, ты попала в очень непростую ситуацию, — предупредила Тереза, а затем невпопад добавила: — Ну, раз такая заварушка, передавай привет Рабастану и Родольфусу, я очень соскучилась по этим балбесам.