Бермудский треугольник

Время уже приближалось к ночи. Все солдаты должны были разойтись по казармам и готовиться ко сну. В это время Леви отправился в душ, чтобы смыть с себя пот тренировок. После боя с Клэр, парень решил немного потренироваться: поколотив грушу и сделав все возможные подтягивания и отжимания. Накинув на шею полотенце, он отправился в мужской душ. В штабе был один общий душ. Поэтому приходилось ходить по часам. Сначала девушки, потом парни. Выбирать не приходиться, ведь штаб был довольно старым. Леви ходил в душ когда все уже готовились ко сну. Ему нравилось расслабиться под горячей водой в полном одиночестве. Подойдя к двери, он повернул дверную ручку. В лицо ударил пар от горячей воды, и были слышны звуки стекающей воды из одной лейки. В душе был кто-то еще. Парень тяжело выдохнул, и зашел в помещение. Ждать не хотелось, поэтому придется разделить душ на двоих. Скинув с себя одежду, и оставив ее в комнате со шкафчиками, черноволосый зашел в главное помещение душа. Среди клубов пара стояла Клэр. Подставив лицо под воду, девушка наслаждалась ее горячими ласками. Леви стоял и смотрел на обнаженное тело: стройное тело, покрытое несколькими шрамами и с бледной кожей. Его взгляд был быстро почувствован. Рыжая быстро кинула взгляд в его сторону. — О, Капрал, это вы? — спокойно сказал девушка, и продолжила мыться. Леви был сильно удивлен. Он ожидал, что сейчас в него полетят куча оскорблений вперемешку с тем, что под руку попадется, а она даже глазом не повела. Парень спокойно двинулся в зал, и, встав к ней спиной, повернул один из кранов, позволяя своему телу окунуться в горячую воду. — Я ожидал другой реакции, — резко сказал Леви спустя пару минут молчания. — Вы ждали, что я буду визжать как девчонка? — спросила девушка, натирая свое тело мылом. — Ну, да. — А чего мне стесняться? Что вы там не видели, если честно, —, но тут она запнулась, — простите Капрал, случайно вырвалось. — Все в порядке. Я сделаю вид, что не слышал этого. После этих слов Леви услышал легкий смешок. «Все таки не каменная» — подумал Леви, и маленькая мышца, отвечающая за улыбку, слегка дрогнула. Следующие пол часа они провели в тишине. Закончив с душем, Леви и Клэр двинулись к своим спальням. Казарма девушек находилась этажом выше комнаты Капрала. Идя молча по коридору, парень кинул взгляд на идущую рядом девушку. Она совсем не стеснялась своего вида, и поэтому была закутана лишь в полотенце. На обнаженные плечи падали капли воды с рыжих волос. — Если тебя увидят другие солдаты мужского пола, это может их спровоцировать, — не сводя глаз утвердил парень. — Ну вас же не спровоцировала. Да и спят уже все, — в ее голосе снова появился холод. Леви не хотел ничего говорить он просто перевел взгляд вперед и они продолжили свой путь в тишине. Поднявшись по лестнице, они оказались в коридоре, где находиться спальня Леви. Возле его двери стояла одинокая Петра. Так же опустив голову, она мяла бумажку у себя в руках. Она даже не знала, что все это время, объект ее обожания был в душе. — Рал? Почему ты здесь? Холодный голос Капрала чуть не довел девушку до инфаркта. Подскочив на месте, она сделала шаг назад и подняла голову. От увиденной картины ее глаза широко раскрылись. Перед ней стояли Леви и Клэр, полуголые и с еще не высохшими телами, и было понятно, что они оба из душа. А душ то в штабе, один. Выстроив логическую цепочку, она поняла, что они вместе принимали душ. От этих мыслей, ком встал в горле. Ни одно слово не сорвалось с ее губ. — Ладно, спокойной ночи, Капрал, Петра, — не дождавшись входа девушки из ступора, сказала Клэр и направилась к следующей лестнице. Леви продолжил стоять в ожидании ответа на его вопрос. — Рал, очнись! — резко рявкнул он, спустя несколько минут ожидания. Петра резко пришла в чувства, и посмотрела в серьезное лицо своего командира. В ее глазах появились боль и отчаянье. Разум отказывался верить своим глазам. Переведя сбившееся дыхание, она все-таки смогла вырвать пару слов из горла. — Нет, Капрал, ничего, — грустно ответила девушка. — Тогда иди спать, — ответил Леви и скрылся за дверью своей комнаты. А Петра продолжила одиноко стоять у двери Капрала, с грустно опущенной головой, сминая в руках небольшую бумажку.