Огонь и Мед

Мне сказали, что Яр у себя в кабинете. Кивнув служанке, я ушел в ванну. Яр любит, когда от меня пахнет “ванилью и корицей, подарящей Вам истинное наслаждение”. Так обещала яркая упаковка шампуня, хотя я сам считал, что это слишком сладкие ароматы и мне они не идут. Но ладно, пусть будет. Вымыться, не вытираясь накинуть легкий шелковый халат. Мой любимый, кстати. Волосы слегка подсушить, чтобы на кончиках они вновь свернулись в кольца. Яр любит гладить меня по волосам. Даже спит, зарывшись туда пальцами. И стричь запрещает, только самые кончики, когда я уже начинаю надоедать ему своим ворчанием. Распустить на плечах и босиком к его кабинету, шагом марш, мириться и убеждать в своей невиновности. Мягкие ковры глушат звуки шагов. А вот и нужная дверь. Яр сидит спиной к двери и о чем-то разговаривает. Надеюсь, что это он сейчас не об Андрее пытается все узнать. Я подхожу и обнимаю его за шею, чувствуя как напрягаются плечи любимого. - Хватит… Прости, не дуйся на меня. Я же это не серьезно ему сказал. Я люблю тебя. И только тебя, слышишь?.. - Он кладет трубку, но не поворачивается ко мне. - Я все слышал своими ушами... - Прости… Ну же, Яр… - обхожу его, садясь на колени, глядя в глаза цвета нефти. - Врешь? - Нет. Все, хватит слов. Он дает это понять тем, что снова вплетает в мои волосы пальцы, притягивая к себе, целуя, кусая, жестко сминая губы в поцелуе, снова и снова доказывая, что право на меня имеет только Он. Хотя я уже давно смирился и теперь лишь с удовольствием подтверждаю его притязания. Халат летит на пол, рассыпаясь ярким пятном на дорогом персидском ковре. Пусть. Руки моего любимого вновь ласкают тело, находя все укромные и чувствительные места, заставляя меня стонать и извиваться на нем. Губы терзают мою шею, оставляя расцветающие темными пятнами засосы. Он не может, не хочет, не умеет по другому. Внезапно, все прекращается, возвращая меня из неги обратно на жестокую землю. Ярослав хитро и предвкушающе смотрит на меня. - Я тебя конечно прощу... Но ты снова допустил оплошность... И за нее сделаешь для меня одну вещь... Он снова что-то придумал. В прошлый раз он оставил меня одного в комнате с работающим внутри меня вибратором и закрытым на ключ поясом верности, наблюдая за мной из другой комнаты с камер. Меня хватило на час. Что же будет сейчас? Нервно облизываю губы, чувствуя как по позвоночнику побежали мурашки от ногтя Ярослава. Сейчас он больше напоминал мне хищника. - Вставай… - меня подняли и усадили в кресло, пока он сам отошел к неприметному ящичку в углу стола. Я еле слышно застонал - в этом шкафчике он хранил игрушки. Большинство мы, конечно, уже перепробовали, но там явно был очень богатый и постоянно пополняющийся запас. Что-то будет… Бедная моя задница... POV Ярослава. Через пятнадцать минут я удовлетворенно оглядел деяние рук своих – извивающегося передо мною любимого, полулежащего в кресле со связанными за спинкой кресла руками и привязанными к подлокотникам разведенными ногами. В его глазах читалось удовольствие вкупе с нарастающей похотью и раздражением от невозможности удовлетворить себя самостоятельно. А еще там был страх. Страх, что я не прощу. Что ж… либо он специально меня дразнил, либо снова забыл, что он мой, и эти слова лучше не говорить кому-то еще кроме меня. В любом случае, я его накажу. Не так, как мне хотелось бы, но тоже неплохо. В этой позе, он был максимально раскрыт для меня, и я не собирался отказываться от того, что мне предлагали. Но не так быстро. Сначала пусть немного подумает над своим поведением. А прищепки на сосках с легкими грузиками, внушительный дилдо-вибратор на медленном режиме, и тяжелые металлические шарики в его заднице, помогут ему в этом. Так же как кляп во рту и кольцо на члене заодно с тончайшей затычкой в уретру, так, на всякий случай, чтобы уж точно не кончил до моего прихода. Возмущенно замычав, Сергей мотнул головой требуя моего внимания. - Нет, нет, нет, мой милый… Это твое наказание, за мои нервы и твое непослушание, - я ласково поцеловал своего милого в лоб, напрочь игнорируя его жалобный взгляд. - Я приду через пару часов. И ты у меня вспомнишь все тонкости минета, пусть ты его так и не любишь. Ты же хочешь, чтобы я тебя простил? Вот и чудненько. Взгляд Сергея кричал о том, что я тиран и деспот. Ну и пусть. Ухмыльнувшись, я встал и вышел из кабинета, прикрыв за собой дверь. - В мой кабинет не входить.