Расколдуй меня (Take off the spell)

Где-то на минуту, я отключилась от реального мира. Мне было страшно обернуться и увидеть воплотившийся кошмар. Вдруг, воздух вокруг стал таким горячим, пока я не ощутила полную нехватку кислорода, начав задыхаться. Также резко все и окончилось, вернув меня в реальность. Нашла себя на полу склада, меня под голову поддерживал Дону и обеспокоено смотрел на меня, что-то при этом говоря. - Дону, - хрипло произнесла я, и тут же крепко обняла друга. Я была очень рада видеть его. Ведь он как никто знал, что я поеду сюда первой, и наверняка поспешил меня нагнать не дожидаясь остальных. За спиной у Дону я увидела Вейли без сознания. Обернувшись на свой страх и риск, нашла Шихёна на прежнем месте. - Шихён! – хотела было подскочить к нему, но напарник дернул меня обратно. - Сона. – тихо позвал меня друг, - Не нужно. - В смысле? – не поняла я, отказываясь верить в худшее. На опущенный в пол взгляд друга, я ощутила мороз по коже от страха, но оцепенение было лишь на мгновение. Вырвавшись из хватки друга, я попыталась встать и тут же споткнулась, упав прямо к ногам адвоката. Казалось, что он был просто без сознания. - Шихён! Шихён, очнись! – начав плакать, присела перед ним я, приподнимая его лицо своими ладошками. - Идем, скоро здесь будут наши… - все также тихо сказал Дону, попытавшись меня поднять. - Шихён! Открой глаза! – но вспомнив об еще одном персонаже, крикнула: - Хонбин! Хонбин! - Прекрати, - на этот раз, Дону уже смог поднять меня и брыкающуюся собрался нести на выход, как ударив его хорошенько каблуком по коленке, я добилась свободы и снова подбежала к адвокату, беспощадно встряхнув его за плечи. «-Сона…» Блондин вдруг поднял голову к верху, будто вынырнул из воды и резко вздохнул. Глаза были расширены, и я не была уверенна в том, что увидела. На мгновение, мне померещился Хонбин, но когда я моргнула, это снова был Шихён. Все произошло быстро, в течении пары секунд, но для меня они показались длинною в вечность! - Шихён! – снова крикнула я, будучи счастливой от того, что могу снова произносить это имя, что могу снова его обнять, что снова слышу его дыхание. - Ты и мертвого поднимешь… - как-то не радостно произнес Дону. Но мне было не до этого. - Как ты себя чувствуешь? – тут же спрашиваю я, бегло осматривая адвоката взглядом. - Живим, - хрипло ответил парень, с небольшой усмешкой. - Думаю, это заслуга Хонбина, - обняла адвоката я. - Может, развяжешь? Шихён показался мне странным, но я решила не придавать этому значения. Каким он мог быть после того, как его вернули к жизни?! А где Хонбин, кстати? - Там наши подъехали, я встречу. – с этими словами, Дону направился к выходу. - Я так испугалась! – расплакалась я, кинувшись обнимать адвоката. Естественно сначала, я разрезала веревку своим карманным ножиком, дабы освободить Шихёна. Неактивные объятия натолкнули на мысль, что медицинская помощь ему все-таки не помешает. - Потерпи немного, сейчас Дону приведет медиков, - все волновалась я, решив взять себя в руки и не распускать сопли. Через минуту вбежал Чонгук, которого я вовсе не ожидала увидеть, а за ним вбежала Эмили в больничной пижаме. - Отец! – крикнув, девушка подбежала к Вейли, - Папа! Что вы с ним сделали?! Мне нечего было сказать, поэтому я просто смотрела на плачущую девушку, умостившую голову отца на своих коленях. Сожалела ли я? Да. О том, что не догадалась обо всем раньше. О том, что не могла помочь Эмили. Но Вейли мне жалко не было. Несомненно, у него должны были быть причины свернуть с пути примерного полицейского, и перейти на другую сторону. Но и он прекрасно знал, чем это может кончиться. Мне снова стало не хорошо, поэтому я плохо помню, что произошло дальше. Помню лишь, что начала терять сознание, когда меня подхватил Чонгук. Даже не Шихён… Затем лицо Кёниля над собой. Он что-то говорил, но я уже не слышала. В ушах звенело, тело не слушалось, в глазах периодически все теряло свои очертания. Где-то надо мной еще появлялась Гаин, потом помню как Хёк нес меня куда-то. Затем лицо Джехвана, фонарик в глаза и пустота… Неужели я ослепла?! А, нет. Всего-лишь снова отключилась. Возможно это из-за большого расхода энергии. Хонбин кровушки-то попил неплохо так, за сегодня. «Снова Утопия. Вокруг пустота, под ногами – вода. На мгновение мне показалось, что вместо моего силуэта отражаемого в воде подо мной, был кто-то другой, но потом силуэт снова стал темным и размытым. Ничего удивительного, это место само по себе странное. Наверняка через несколько секунд, меня снова потащат под воду. - Сона. – шепотом раздалось отовсюду. А от меня, по воде разошелся белый круг, словно созданный какой-то вибрацией, хотя я не шевелилась. - Хонбин? – спросила я, - Что происходит? Но ответа не последовало. Лишь белые поля круга, продолжавшего свой путь в кромешной пустой темноте.» Открыв глаза, я нашла себя в уже знакомой больничной палате. Джехван как раз снимал мне капельницу. - О, ты очнулась! - улыбнулся лучезарно медик, - С возвращением! - В смысле? Сколько я была в отключке? Какой сегодня год?! – запереживала сразу я. - Успокойся, - растерялся шатен, - тебя только час назад привезли. - Где Шихён?! – подорвалась, собравшись куда-то бежать. К счастью, я не ощущала ничего, что могло бы препятствовать очередному побегу с больничной палаты. - Это тот странный блондин в потрепанном костюме? Ждет тебя в коридоре. Когда я уже собралась побежать к нему, меня остановил Джехван: - С ним-то все в порядке. А вот о тебе, нам не помешает поговорить. Вспомнив, что я просила его о помощи, решила все же задержаться. Если Шихён ждет в коридоре, значит, должно быть, с ним все в порядке. Надеюсь… - Я тебя слушаю. – присела на койку я. - Рад, что ты успокоилась. Джэхван выдержал небольшую, но достаточно напрягающую и без того напряженную меня, паузу. Присев напротив меня, предварительно придвинув к себе стульчик, врач вздохнул и сообщил: - Анализы показали, что ты абсолютно здорова и ничего не мешает тебе стать матерью. - Но есть «но»? – поняв его интонацию, спросила я. - Помниться, у тебя были кошмары. На работе явные стрессы. Я склонен считать, что проблема все-таки психологического характера. - Я уже говорила, что у меня все в порядке… - но друг перебил меня: - С твоей работой, не удивительно, что организм отказывается в виду постоянных стрессов дать тебе возможность оплодотвориться. Это ведь не по щелчку пальцев происходит, знаешь ли. В твоем случае, идеально было бы попринимать природные успокоительные, и на время забыть о стрессе. В идеале, конечно, стать домохозяйкой. Но зная тебя, тебе бы хотя бы год продержаться в абсолютно умиротворенной обстановке. Ты женщина, все-таки. Если не займешься собой… Еще год-два, и потребуется гораздо больше времени на восстановление. А шансов будет меньше. Ты понимаешь, о чем я говорю? В ответ я лишь кивнула. Мне нечего было ответить. - Я напишу тебе несколько рекомендаций. Дело твое, выполнять их или нет. Выйдя в коридор, я многое обдумывала. Вовсе позабыв о Шихёне, направилась к лифту. Затем в офис. На улице был вечер, в офисе было почти пусто. Те, кто все же был на месте, с удивлением уставились на меня, но я не придала этому значения. Затем, пройдя на рабочее место, решила присесть и кое-что тщательно обдумать. Да, мне больше негде было посидеть и подумать. Как только я села за стол, то едва не подпрыгнула, заметив рядом с собой Шихёна. - Как самочувствие? – спросила я, отвлекшись от своих мыслей и вспомнив недавние события. Я вела себя так, словно подобное случалось каждый день. Но на самом деле, просто почему-то не ощущала вовсе никаких эмоций. И Шихён казался мне каким-то странным. Адвокат был словно другим человеком. Холодный взгляд свысока, молчит больше, чем раньше, не вычитывает меня… Может он и прав, просил же не лезть. Теперь ничего с этим не поделаешь. А с другой стороны, я тоже просила его не совать нос не в свое дело! - Поехали домой, тебе нужно переодеться, - констатировала я, оценив внешний вид Шихёна: грязная, местами порванная одежда, и парочка ссадин на лице. Похоже, Хонбин приложил свою руку – ссадин стало меньше. Забрав свой рюкзак, я снова направилась к лифту. Когда мы зашли в кабину, Шихён врезался в зеркало на стене, да так, что кабинка задрожала. - Ты чего? – испугалась, взяв блондина, державшегося за лоб и удивленно уставившегося в зеркало за руку, спросила я. Адвокат ничего не ответил, лишь перевел взгляд больших удивленных глаз на меня, - Тебе нужно отдохнуть. Протянув руку к зеркалу, касаясь его, блондин продолжил непонимающе смотреть в него. Мне снова показалось, что в отражении я увидела Хонбина. - Мне тоже нужно отдохнуть. – проморгавшись, вздрогнула я. Нет, этого не может быть. Когда мы вышли из лифта и уже почти вышли из здания, меня за шиворот тормознули, что со проводилось малоприятными ощущениями. - Какого… - хотела было возмутиться я, но обернувшись, узрела начальника. Проглотив все возмущения, стала молча ожидать выговора. - Понятия не имею, как ты оказалась там раньше всех, - заметно сдерживая злость, начал Кёниль, - и спрашивать даже не хочу, как ты вообще в одиночку справилась с толпой преступников, но раз ты себя прекрасно чувствуешь после всего этого – будь добра довести дело до конца. Тебя ждут в допросной. Пока начальник говорил, Шихён нахаживал вокруг него, оценивающе рассматривая, на что начальник странно покосился. Да и я, собственно, не поняла сего жеста. - Адвокатишка, ты головой ударился? – остановил его Кёниль, окинув при этом придирчивым взглядом. Оттащив за руку Шихёна к себе, я вздохнула: - До утра это не подождет? - Нет, не подождет. Утром твоего подозреваемого навестят врачи. - Зачем? – фыркнула я. - Рехнулся наркобарончик, - развел руками Кёниль, - Идем. - Посиди здесь, подожди меня, - попросила я Шихёна, пройдя в участок на первом этаже. Мне хотелось поговорить с преступником без лишних ушей. А тем более без адвоката. - Я пойду с тобой, - ответил адвокат тоном, не терпящих возражений. - Это не очень хорошая идея, - все же рискнула возразить, на что последовал настолько убедительный взгляд со стороны адвоката, что повторять попытку сопротивления мне как-то быстро расхотелось. - Онни! – подскочила ко мне Эмили, сидевшая около допросной. Рядом с ней сидел Чонгук, видимо сопровождая, чтобы ей вдруг не стало плохо. С больницы все-таки выцепил. На девушке по прежнему была больничная одежда и поверх накинутая курточка… Дону? Похоже на его кожанку. Все бы ничего, но он носил ее вот уже много лет, поэтому ошибки быть не могло – это его куртка. - Что с моим отцом? Вы же его не посадите? - Значит наркотики ты брала у него, - вздохнула я, посмотрев на сидевшего спокойно Чонгука, которому, по-видимому, ситуация была не особо интересна. Хотя, разве сам он не был в подобном положении? - Отец не знал… - тихо призналась девушка. - Чонгук, - подозвала парня. Поняв, о чем я, брюнет подскочил и попросил Эмили успокоится, присесть на место. Зайдя в допросную, кинула придирчивый взгляд в сторону преступника и не спеша прошла к столу, за которым он сидел. Шихён стал у стеночки, изучающе смотря на Вейли. Он действительно вел себя странно, отчего у меня закрались не самые лучшие подозрения. - Ливей, - догадалась я. В письме, которое мне помог найти Хонбин, женщина обращалась к любимому по имени Ливей, и упоминала дочь по имени Джу. Ли Вей, Вей Ли. Как все просто оказалось. Всего-то поменял местами. - Я даже не стану спрашивать как ты узнала, все равно ведь не скажешь, - хмыкнул преступник. Сев напротив него, я спокойно ответила: - Почему же, так было написано в письме гражданки Ли Инха, - услышав это имя, мужчина едва заметно вздрогнул. Помниться, он произносил это имя будучи в бреду, когда мы были на складе. - Врешь ты все! - фыркнул Ливей. - Сейчас я дам тебе прочесть письма, которые мне удалось найти в запечатанном подвале заброшенной психбольницы, взамен, ради твоей дочери, я сделаю поблажку. Не знаю, насколько она возможна в этой ситуации, но наказание может немного смягчить. - О какой поблажке ты сейчас говоришь? – спросил Шихён, явно надеясь увидеть, как я буду издеваться над тем, на кого таила злобу два года. Может и таила. Но с появлением Хонбина, я начала задумываться: а нужно ли мне это? А когда я узнала о том, что Эмили… Джу, является ему дочерью, я и вовсе простила его. Может это и не правильно, но не мне судить этого человека. - Чистосердечное признание в содеянном. - Ему это уже не поможет, - холодно ответил Шихён. - По крайней мере, смягчит приговор. – не менее безразлично ответила я, протягивая файлик с письмами найденными в психбольнице. Начальник передал мне папку с моим делом, прежде чем я направилась в допросную. - Это действительно ее почерк, - дрогнувшим голосом подтвердил Ливей, и дрожащими руками, принялся вытаскивать письма. Я не торопила, спокойно выжидала, пока преступник прочтет письма и ответит на мои вопросы. Мужчина по началу пытался сдерживать слезы, но потом эмоции взяли верх. Обычно при виде чужих слез, я сама начинаю реветь. Но сейчас я не испытывала ровным счетом ничего. Взгляд упал на легкую голубоватую дымку, исходящую от Ливея и двигающуюся в мою сторону. Хотела было подорваться, но тело не послушалось и я продолжила неподвижно сидеть. Дымка все надвигалась. Что происходит? Почему я все еще вижу странные вещи?! Голубая дымка окутала меня с ног до головы и словно стала впитываться, как вода в губку. Тело внезапно стало таким легким, что это показалось приятным, но это было всего на несколько секунд. Кожу вдруг обожгло, словно кипятком облили, от чего я дернулась и едва не вскрикнула. Но также резко это и прекратилось. И дымки больше никакой я не видела. Галлюцинации? - Инха была любовью всей моей жизни, - всхлыпнув, успокаиваясь, начал Ливей. Прежде чем вернуть свое внимание преступнику, я бегло окинула допросную взглядом, в поисках Хонбина. Но такового здесь не оказалось. Тогда я посмотрела на Шихёна, сверлившего взглядом Ливея. Да нет, вроде адвокат становится нормальным. Просто мне пора выспаться, чтобы чушь всякая не мерещилась. Задержанный продолжил свою историю: - Мы поженились, не смотря на запреты наших семей. Оказавшись отвергнутыми, мы уехали и решили начать жизнь с чистого листа. Смогли снять себе небольшую квартирку на окраине. Благодаря моему другу, я смог устроится на работу в офисе. Платили немного, но это было лучше, чем ничего. Инха все время бегала по подработкам, выматывалась, хотя я просил предоставить заработок мне. Когда же я узнал, что стану отцом, в моей жизни словно снова наступила белая полоса. На работе внезапно повысили, и зарплата стала намного больше. Инха перестала бегать по подработкам, и совсем скоро мы смогли накопить на квартиру побольше. Все было хорошо, обычная семья. Но спустя три года, когда я уже хорошо встал на ноги, фирма вдруг развалилась, из-за всплывших слухов о взятках нашего Президента. Пришлось снова искать работу. На тот момент, Инха была на третьем месяце беременности нашим вторым ребенком. Из-за постоянных переживаний за будущее нашей семьи, у нее случился выкидыш. Я пытался ее поддержать, но это было последней каплей для Инха… После попытки суицида, ее опередили в психбольницу Гванжам. Мы так и не смогли больше пообщаться с ней. Врачи говорили, что она слишком неадекватна, поэтому ее держат среди особо буйных. Бывший коллега по работе предложил открыть вместе с ним одно прибыльное дело в Китае. Тогда я не знал, что речь шла о наркотиках. Забрав Джу, мы уехали в Китай. Я возненавидел людей, за их жестокость. Обвинял всех в происшедшем с Инха, и был уверен, что если я не имею права на спокойную жизнь, то и остальные не имеют такового. Повисла недолгая пауза. Видимо, Ливей планировал закончить на этом свою исповедь. Но я спросила: - Что же было дальше? Как ты стал полицейским? Как тебя снова занесло в Южную Корею? Я хочу знать всю историю. Особенно подробно опиши, за что убил моего отца. - при этих словах, пальцы неосознанно сжались в кулаки. Ливей с явной радостью послал бы меня куда подальше, но понимал, что ему некуда деться. А перспектива, что его сможет навещать дочь, в случае смягченного приговора, явно заставляла говорить дальше. - Меня послали распространить наркотики по Южной Корее. Но прибыв в Сеул, я решил, что мне это не нужно, и сменил имя, телефон. Подработки днем и ночью, практически не спал, не уделял особо внимание Джу, и ей приходилось много времени проводить в одиночестве. Я решил навестить Инха, но меня ждали мало приятные вести. И тогда, я настолько отчаялся, что решил бросится под машину. К счастью, тогда меня сбил именно твой отец. Сначала мы повздорили, затем выпили и сдружились. Он помог мне с работой и жильем, иногда помогал с Джу. Неужели не помнишь? – обратился ко мне преступник. - Продолжай. – ответила я, не испытывая особого желания окунаться в воспоминания. Да, папа действительно иногда приводил к нам Джу, но я бы и подумать не могла, что это дочь Вейли. К тому же сейчас я здесь как полицейский, при другом бы раскладе - размазала бы его по стенке. - Я был ему безумно благодарен. Через какое-то время, я смог присоединится к полицейскому участку в качестве стажера. На тот момент, мне было тридцать два года, так что я считался весьма старым стажером. Все шло отлично до тех пор, пока меня не нашли старые друзья. Посыпались угрозы, списки влиятельных связей и тому подобное. Последней каплей стало похищение Джу. Твой отец подозревал, что у меня была и другая сторона – прогнившая, съеденная злобой и обидой. Но не совал нос не в свое дело, продолжая доверять мне. Я был не в силах подставить его, как этого требовали наркоторговцы, поэтому все рассказал. Конечно же, он разозлился, что я не сделал этого раньше, и сказал, что не намерен предпринимать какие-либо действия, отдавая все карты в мои руки. Это была его ошибка. Когда я позвал его в долю, наши отношения окончательно рухнули. Тогда он сказал, что даст мне шанс уйти мирно, по старой дружбе, но если появлюсь на его пути снова – засадит меня. Я вернулся в банду, и полгода мы успешно процветали, пока не убили главаря, которому я стал правой рукой. Заняв его место, почувствовал себя уверенно, сильно и влиятельно. Вот тогда-то мною и завладела темная сторона. Стоит ли мне говорить, что было дальше? Я просто получал наслаждение, доставляя боль и страдания остальным. Ты мне казалась весьма неплохим вариантом, чтобы растить Джу, поэтому и была нужна мне. Но справился как-то и без тебя. Хотя ты имела наглость похитить мою дочь! – лицо Ливея постепенно стало искажаться от нарастающей злобы. - Если тебе интересно, впервые она была поймана нами за курением наркотической травы. Свидетели утверждают, что трава – это лишь малая часть того, что она употребляла. Мы задержали ее, но дело передали в другой участок. Не без твоей помощи, я полагаю. – Но мужчина лишь ухмыльнулся, ничего не ответив: - Во второй раз, мы встретились в горевшем доме. Я кинулась спасать ее в огонь, и знаешь что? Я вытащила Джу из огня, рискуя собственной жизнью. - Молодец! – демонстративно похлопал в ладони задержанный, в такт ему зазвенела цепь наручников по столу, - Низкий тебе поклон. - Я не шучу. - Вы просто подожгли тот дом, пряча следы хранения наркотиков. – заговорил Шихён. - Ты это не докажешь, жалкий адвокатишка. - Мне и не нужно, - ухмыльнулся блондин, - ты сам все расскажешь, когда успокоительное перестанет действовать и галлюцинации вернуться. – тон Шихёна был настолько стальным, что у меня мурашки пробежались по коже. Его как подменили! Мне однозначно стоит кое-что проверить. - Значит помимо всего прочего, на тебе теперь еще и поджог. К счастью, тогда никто не пострадал, но если бы не я, твоя дочь сейчас бы не сидела в коридоре. Мы с ней поговорили в тот день немного. И через пару дней, она явилась на пороге моего дома, заявив, что будет жить со мной. И знаешь что? По моей просьбе, Шихён помог отвезти ее в хорошую клинику, где Джу едва спасли от передозировки наркотиков. - Врешь ты все! – закричал Ливей, стукнув кулаком по столу, - Джу никогда не принимала наркотики! Да, она с характером, но и с головой! Она никогда бы не попробовала эту дрянь! - Так вот, чтобы ты знал, - я слегка наклонилась к преступнику, - она таскала наркотики у тебя. Теперь живи с этим. Догадаться было не сложно, ведь если отец наркобарон, значит и дочь будет знать, где лежит товар. Иначе бы она врядли смогла бы принимать дурь без его ведома. - Врешь ты все! – стоял на своем преступник, краснея от злости. Моему же взору предстала теперь уже красная дымка, тянувшаяся ко мне. - Увидимся в суде, - вздохнула я, решив уйти поскорее из допросной. К тому же Ливея начало трясти, что могло бы обернуться нападением на сотрудника полиции, а это не упростит его участь. Меня порадует и кулаки даст размять, но ему легче уж точно не станет. Так хоть с дочерью общаться, может разрешат. Когда я спешно вышла из допросной, дабы меня не настигла эта странная красная дымка, взглядом заметила Чонгука сидевшего напротив. Головой на его плече уснула Эмили. Не удивительно, ведь она только вчера пришла в себя, насколько мне известно. И я не удивлюсь, если он ее вообще украл из больницы! - Будешь здесь до утра? – тихо спросила у парня я. - Ей еще нужно будет как-то вернуться в больницу, - также тихо ответил Чонгук. - Оставайся с ней как можно дольше, ей сейчас не сладко придется. Если что – звони мне. Как окрепнет, я заберу ее из больницы. Поживет у меня. - Я знаю, какого ей сейчас, поэтому, нуна, не волнуйся, я знаю что делать, - брюнет улыбнулся, как бы, подтверждая свои же слова. - Сонбэ! – окликнул меня Хёк. Попрощавшись с Чонгуком, я подошла к стажеру. Мелкий быстро ввел меня в курс дела, что нашли на складе, кто все задержанные, сколько жертв и так далее. Также, оказалось, к ним прибыло подкрепление из Китая, и они вовсе не ожидали встретить целый наряд полиции. Кому-то удалось бежать, кого-то задержали. Ливей был уверен, что я приду одна, как и в прошлый раз. Но в прошлый раз, у меня не было Хонбина. Только снова собралась уходить, как встретила Дону. - Чан Дону, - деловым тоном произнесла я, заставляя напарника остановится и обернутся. - Даже не думай меня расспрашивать, Сона, - указал на меня пальцем друг. - В смысле? У меня слишком много вопросов к тебе, - поставила руки в боки я. - Не сейчас. – отмахнулся напарник и хотел было идти, но я ударила его под коленку, отчего он злобно зашипел, - Блин! - Я Сона, - поправила друга я. - У каждого есть свои тайны! Я тебя не расспрашивал о твоих темных делах, так и ты не расспрашивай меня! - С чего бы? Ты мне все высказал спустя два года в очень малоприятной форме, - хмыкнула я, - И прошу заметить, тебя даже совесть не грызла за то, что из-за тебя я чуть не погибла! - Я расскажу все сам, когда придет время. Окей? – спросил друг, сомкнув указательный и большой палец на правой руке, показывая знак «ОК». - Окей, - ответила я, повторит тот же жест. – Расскажешь завтра, - и вздохнув, направилась к выходу, затыкая уши и громко напевала «ля-ля-ля, я тебя не слышу!», упрямо игнорируя все, что напарник кричал мне вслед. Нет, ну, он же проигнорировал мои слова! Выйдя на улицу, я вспомнила, что где-то потеряла Шихёна. Однако стоило обернутся, как пропажа обнаружилась возле машинки для мытья полов. Может его уборщик попросил посторожить? - Что это? – вопрос, заставивший меня вздрогнуть, прозвучал как только я подошла к адвокату. Резко схватив блондина за грудки, припечатала его спиной к стене здания, и с нескрываемой злостью, процедила сквозь зубы: - Спрошу всего один раз. Где Шихён?