Каменная статуя.

Густой белый туман скрадывал все звуки. На улицах уже давно никого не было, люди разбежались по домам, опасаясь неприятностей, которые могла скрывать эта молочная дымка. Но одного путника это вовсе не волновало. Он шел неторопливой походкой и даже что-то насвистывал. Его спокойствие и внешний вид могли бы вызвать подозрение у любого жителя города. Одетый в белый плащ, расшитый красными нитями, человек нес в руке маленький кейс, слегка покачивая им, словно выбрался на размеренную прогулку. Остановившись около одного из домов, путник посмотрел на название улицы. Все верно, движется в правильном направлении. Он продолжил идти, все той же расслабленной походкой. Может, следовало бы и поторопиться, но ему было плевать на всё. Человек достал откуда-то из плаща синего цвета карту, похожую на игральную. Только вот на ней были изображены геометрические фигуры, причудливо переплетенные между собой. Он приложил карту ко лбу. Та засветилась, осыпаясь синими искрами, и исчезла. А на лбу человека проявился символ с нее. В голубых глазах заплясали холодные огоньки. Теперь перед взором путника дорога была очищена от тумана. Пройдя около двухсот метров, человек остановился около открытых кованных ворот. Цепь лежала на земле, разорванная в двух местах. Кажется, он здесь не первый. Хмыкнув, человек прошел за ворота. Это было городское кладбище. Памятники и кресты мрачными тенями окружили гостя. С печалью взирали каменные ангелы, словно не одобряли этот ночной визит. Но человек шел дальше, свернув с основного прохода на узенькую тропинку. Она вывела его к склепу. Здесь покоилась семейная пара из богатеньких. Но путник шел отнюдь не почтить память усопших. Тут была назначена встреча. - Опаздываешь, как обычно, - послышался меланхоличный голос откуда-то сверху. На крыше склепа, свесив ноги вниз, сидела девушка с длинными рыжими волосами. На ней был одет точно такой же плащ. Она скептически посмотрела на пришедшего, затем спрыгнула и приземлилась на ноги около него. - Рад встрече, Блум, - растянув губы в улыбке, произнес путник. - Так ли это, Огрон, так ли, - покачала головой девушка, толкнув дверь склепа от себя. Внутри было темно и свежо. Огрон вновь достал карту, что-то прошептал и кинул туда. Та засветилась голубоватым мертвенным светом. Вниз вели две ступеньки, перерастая в вымощенный гладкими камнями пол. В стенах друг напротив друга были две ниши. В обеих стояли вазы для цветов и подсвечники. У дальней стены располагались два мраморных гроба с табличками, оповещающими о тех, кто тут покоится. Пространства было не так много, в лучшем случае сюда поместятся еще три-четыре таких захоронения. Блум первой зашла внутрь, оглядывая все вокруг. Огрон прошел следом, затем поднял свою карту, полыхающую синим пламенем, и стал прикладывать ее уголком к фитилям свечей. От этого прикосновение рождалось желто-оранжевое обычное пламя. - Карты до добра тебя не доведут, - произнесла Блум, как бы между прочим. - Поверь мне на слово. - Кто знает, - пожал плечами Огрон, встряхнул карту, и она осыпалась. - Ничего не могу поделать со своей азартной душой. - Это говорит о слабохарактерности, - сделала заключение рыжеволосая девушка, принявшись ощупывать каменную кладку стены. Огрон хмуро промолчал. Ему не нравилось выполнять задания вместе с Блум, потому что она всегда старалась как-нибудь поддеть его. Но сейчас был отдельный случай, он уже давно хотел с ней встретиться. Огрон начал проделывать те же действия, что и девушка, только на противоположной стене. Со стороны это все выглядело очень странным. Ночью на кладбище в склепе щупать стены не придет в голову ни одному нормальному человеку. Да и самому Огрону это занятие было не по душе. Только вот выбирать не приходится. Они искали магический элемент, спрятанный где-то в этом склепе. Этот предмет охранялся древним проклятием. Задача Блум состояла в том, чтобы разорвать сферу, хранящую элемент, Огрон же должен нейтрализовать темную силу, которая вырвется наружу после этого. Прошел час, затем второй, но они ничего не нашли. Такими темпами ночь пройдет впустую. А ведь недолго и до рассвета осталось. Огрон уже начал злиться, что столько времени провозились даром. Но внезапно послышался тихий щелчок. - Нашла, кажется, - послышался голос Блум. Огрон подошел к ней. Тайник оказался сбоку одного из гробов. Его открытие активировал еле заметный камушек, выступающий из-под него. В этом маленьком "карманчике" блестела, переливаясь разными цветами, сфера. Блум аккуратно достала ее. Теперь дело оставалось за малым. Вынести ее из склепа возможности не представлялось, пока не будет уничтожено проклятие. Рыжеволосая посмотрела на Огрона: - Сделаем это и разбежимся. - Куда ты так торопишься? - сделал вид, что удивился, тот. - Мне не нравится твое общество, - прямо сказала Блум. - Я чувствую себя напряженной, когда ты рядом. - Обидно слышать это. Я ведь так стараюсь наладить контакт. - Ты-то? Девушка хмыкнула, затем отошла в центр склепа. Она вытянула руку со сферой вперед. Затем положила на нее ладонь другой руки. По телу пробежали электрические разряды. Ее руки засветились красно-оранжевым светом, поток которого устремился к сфере. В свою очередь внутри той тоже начали проявляться изменения. " Шар " потемнел и стал пульсировать. Огрон тут же достал несколько карт. На них были разные рисунки, но вкупе эти три заклинания должны подействовать. Он принялся шептать слова, чтобы остановить проклятие, как только оно покажет себя. Из сферы пробился один темный лучик. Он стал сформировываться в черное туманное явление, напоминающее огромного призрака. Оно заполнило собой чуть ли не половину склепа. В тот момент, когда призрак устремился к Блум, Огрон кинул свои карты на пол. Мигнуло синим несколько раз. По явлению поползли светящиеся цепи, не давая ему возможности двигаться. Блум же стояла, не шевелясь. Она в этот момент доламывала сферу. Призрак стал извиваться, но прочные цепи не пускали его и стали сжиматься. Огрон достал заключительную карту этого действа. Он кинул ее прямо в темноту проклятия. Призрак стал покрываться светлыми "пятнами". С тихим звоном на пол упали цепи, сдерживающие его, и исчезли. В склепе стояла абсолютная тишина. Сфера была полностью сломана, а на ладони Блум лежал мужской перстень с квадратным темным камнем. - Мы выполнили задание, - произнесла девушка. - Ты хотела сказать, я выполнил задание. Огрон очень быстро оказался сзади нее, приставив к горлу рыжеволосой короткий кинжал. Блум несколько секунд молчала, затем спросила: - И ты считаешь, что сможешь убить меня? Она резко вывернулась из-под его руки, затем выбила кинжал, и тот отлетел к стене . - Это все? - хмыкнула девушка. - Я сообщу о твоем поступке, посмотрим, как ты сгниешь в темнице. Огрон лишь улыбался, глядя на ее шею. Блум проследила за взглядом, затем дотронулась пальцами до кожи. На них была кровь. - Пустяки, это не смертельная рана... Затем ее лицо перекосилось, и девушка упала на колени. Перстень выскользнул из ее руки, прокатившись точно к ногам Огрона. Он поднял его и положил в карман. Затем медленно подошел к Блум, сев рядом на корточки. - Что ты сделал? Кинжал был... отравлен? - еле выговорила девушка, держась одной рукой за сердце. - Да, ты же знаешь, я не люблю долго драться и разделывать врага на куски. Лучше сделать все идеально чисто, без криков и лишнего напряжения. - Подлец! Блум всю трясло, а внутри вспышками по всему телу разрасталась боль. Но больнее всего было в области сердца. Складывалось ощущение, что его что-то сильно сдавливает. - Прости, я проиграл твою жизнь в карты, - без тени сожаления произнес Огрон. - Пока что мое пристрастие не довело до добра лишь тебя. Ах, да! Больно, наверное, когда сердце превращается в камень? Ты будешь красивой статуей. На коленях перед гробами. По-моему, в этом что-то есть. Прекрасное дополнение к этому склепу, словно ты оплакиваешь усопших. Блум не смогла ничего ответить. Ее тело и одежда медленно превращались в камень. В глазах показалось отчаяние. Последним, что окаменело, это ее лицо. Когда девушка полностью превратилась в статую, из левого глаза просочилась капля крови, прокатившись по щеке, словно слеза. Огрон покачал головой и достал белый платок. Он стер кровь с ее лица, затем аккуратно сложил материал и убрал в кейс. - Оставлю на память, - сказал Огрон. - Боже! Какая потеря! Придется сказать, что проклятие оказалось слишком сильным. Нам всем будет очень не хватать тебя, - деланно опечалился он. - Покойся с миром, Блум! Покойся с миром...