Моё прекрасное несчастье. Часть 2.

POV Killian.       Мой сон из разряда тех, что сразу забываются при пробуждении, но он такой приятный и безмятежный. Однако понемногу мысли начинают просачиваться в сон. Неясные силуэты и образы все еще танцуют перед внутренним взором, но в то же время я задаю себе вопрос: «Что за странный назойливый звук?».       Минут пять я не могу полностью разлепить глаз, но, наконец, окончательно просыпаюсь. Я полулежу в кресле, лицом к кровати в крайне неудобной позе. Из-под ресниц я наблюдаю за Эммой и Реджиной, которые, судя по всему, уже проснулись, а странный звук, вторгшийся в мой полусон – их еле сдерживаемый тихий смех.       Реджина, конечно же просыпается первой, но из-за опутавших ее рук и ног Эммы не может даже пошевелиться, не то что повернуться. К ее счастью скоро у Эммы затекает рука и она перекатывается на спину, понемногу открывая глаза. Она сонно моргает и наконец видит наблюдающую за ней Реджину. Свон освобождает Королеву от своего плена и немного отодвигается, так что обе могут спокойно вздохнуть и повернуться.       Эмма медленно садится, потирая узкие после сна глаза. Ее волосы, спутавшиеся после ночи в баре, теперь торчат в разные стороны, а свободная футболка сползла с одного плеча. Реджина расслабленно потягивается и наблюдает за Свон, которая, поймав ее взгляд, тут же заливается краской и прижимает руки к щекам. Они начинают тихо смеяться, вспоминая один за другим моменты прошедшей ночи и утра. Еще пара минут, и обе уже давятся смехом, не в силах сдерживать его.       Эмма переводит взгляд на меня и, заметив, что я уж не сплю, перестает сдерживаться и смеется в голос, как и Реджина. -Нет, ну вы даете! – сажусь в кресле и потираю затекшею шею. – Проспали весь день и все еще не пришли в себя. Что вы пили в этом своем клубе?       Реджина тоже садится в постели. Она перелазит через Эмму, кое-как сквозь смех выдавив: -Я в душ.       Оставшись одна, Эмма как попало причесывает пальцами волосы и соскальзывает с кровати. Пошатываясь, словно пол у нее под ногами ходит ходуном, она приближается и усаживается ко мне на колени. Не могу сдержать усмешки при виде ее шаткой походки и заспанного помятого вида.       Свон внимательно смотрит на меня, но, замечая, что я никак не реагирую, ненадолго прижимается ко мне, положив голову мне на плечо. -Сердишься? – тихо спрашивает она, разглаживая воротник моей рубашки. -Да. -Значит нет. В ее голосе сквозит улыбка. Словно провинившийся котенок она обнимает меня за шею, утыкаясь носом в ямку за ухом. -Прости. Я сама не предполагала, что мы так надеремся, - оправдывается Свон, выпрямляясь (хотя в ее теперешнем состоянии это громко сказано) у меня на колене. Ее пальцы рассеянно бегают вверх-вниз по моему подбородку, заросшему щетиной. -А еще то…что случилось потом. Этот поцелуй… Это было так… Она делает паузу, пытаясь подобрать подходящее слово. -Странно! -Горячо! В один голос произносим мы и я тут же получаю изумленный взгляд в свой адрес, ведь именно я посчитал поцелуй горячим. -Правда? -О да. Меня ты так давно не целовала! – обиженно восклицаю я. -Я бы исправила это прямо сейчас, - тихо отвечает Свон, приближаясь к моему лицу. – Но думаю будет лучше если я сначала залезу в душ. Даже я сама чувствую, как сильно от меня несет алкоголем, - она брезгливо морщит носик и снова отстраняется. -Ловлю тебя на слове. Не смотря на потрёпанный вид, Эмма выглядит невероятно мило, а ее рассеяность после сна только еще больше способствует этому образу. Я не могу удержаться и, обхватив ее одной рукой, резко наклоняю на бок и целую ее щеку, шею и плечо, от чего Свон заливается смехом, словно ребенок. -Ты весь день здесь проспал? – спрашивает она, когда я отпускаю ее, и она снова может удобно устроиться у меня «на руках». – Почему ты не лег с нами? Тебе бы хватило места, а здесь ужасно неудобно, – она заботливо потирает мои плечи. -Не хотел вас будить. Убираю за уши длинные спутанные волосы Эммы. В них въелся терпкий запах дыма. -Я купил кое-какой еды. А еще узнал расписание автобусов. Думаю, чем раньше мы покинем город, тем лучше. Мы и так засиделись здесь. Если чуть поторопимся, успеем на ночной автобус до Эдисона. Эмма согласно кивает. По-моему, ей понадобится еще не один час чтобы хотя бы выглядеть бодро, не говоря уже о том, чтобы чувствовать себя так же. -Мне нужно в душ, - Эмма с неохотой отлепляется от меня, когда Реджина в ванной закрывает воду и становится понятно, что она скоро выйдет. -Не надейся, что я забыл про твое обещание. Бросаю строгий взгляд с целью подкрепить свои слова. Эмма подмигивает и уже собирается соскользнуть в моего колена, но прежде чем отпустить ее, я не могу оставить без внимания выглядывающие из-под ее футболки ключицы и ямочки над ними, и оставляю на них беглые поцелуи, за что получаю еще один довольный взгляд зеленых глаз.       Покинув Вудбридж четыре дня назад, мы сделали еще две остановки, а остальное время провели в дороге, от чего порядочно устали. Теперь до цели осталось всего ничего, и мы делаем остановку в Чейрвилле – последнем городе прежде чем углубиться на поиски в лес. С утра мы произвели все необходимые затраты, сняли комнату в гостинице и помимо всего у нас остались деньги. Конечно, все тратить не хотелось, но в дальнейшем они нам вряд ли понадобятся. Так что после долгих сомнений, жалостливых взглядов, раздумий и уговоров, Эмма все же затащила меня в небольшой тату салон. В итоге, спустя несколько часов мы выходим с туго перевязанными указательными пальцами, на которых и у меня, и у Эммы теперь красуются навечно въевшиеся в кожу вытатуированные небольшие якоря с правой боковой стороны. Свон подбивала и Реджину, но на этот раз Королева благоразумно отказалась.       Остаток дня мы провели в изучении возможных маршрутов и самого леса, носящего название «Заповедник Уортон», воспользовавшись туристическими справочниками и бесплатным интернетом. Мы изучили все карты, запаслись едой, которая хранится достаточно долгое время.       К вечеру, утомленные дорогой и сборами, мы наконец можем спокойно пройтись по освещенным последними золотисто-янтарными лучами солнца и первыми фонарями улочкам, выпить кофе в крошечном уютном кафе с видом на вечерний шумный город. А после заката мы забираемся на крышу нашей гостиницы, воспользовавшись пожарной ветхой лестницей. Отсюда, помимо всего Чейрвилла, виднеются темные верхушки деревьев заповедника Уортона. Сумерки и неоновые огни вокруг окрасили все в фиолетовые и синие тона, словно в сцене какого-нибудь кинофильма. С той лишь разницей, что здесь не было художественного эффекта или режиссерской обработки, но все казалось не менее прекрасным. От невероятной, таинственной и почти нереальной красоты захватывает дух.       Эмма ест сладкую вату, довольная, как ребенок. Она словно держит в руках розовое пушистое облако и с наслаждением отщипывает он него по кусочку, иногда отправляя его мне или Реджине в рот. Скоро, от ваты остается лишь палочка, на которой она держалась. Эмма оборачивается ко мне, и я замечаю остаток лакомства на ее нижней губе. Она следит за моим взглядом и собирается стереть кусочек ваты, но я опережаю ее, целуя и слизывая сахарные крошки с ее губ. У них приторный вкус, и я целую ее пока он не исчезает совсем.       Мы долго сидим на крыше провожая глазами прохожих внизу и допивая пиво в стеклянных бутылках. Эмма и Реджина тихо переговариваются о чем-то. Сиреневое сияние окутывает их лица, оставляет блики на волосах и отражается в глазах. Скоро Эмма чувствует мой взгляд, прикованный к ней и оборачивается. -Что? – удивленно спрашивает она. Ее глаза приобрели фиолетово-синий оттенок, словно два аметиста. Качаю головой, не зная, что сказать. Она завораживает, и я теряюсь. -Ты красивая. Эмма застенчиво улыбается и смотрит на горизонт. Она кажется такой нереальной, словно иллюстрация в волшебной книжке или полотно художника-фантаста. Я осторожно касаюсь ее плеча, словно желая убедиться в ее реальности. Эмма накрывает мою ладонь своей. Я придвигаюсь ближе, и она облокачивается на меня, а я могу упереться подбородком о ее макушку. -О чем ты думаешь? – тихо спрашивает она. Эмма задумчиво изучает горизонт, изрезанный неровными верхушками далекой и очень широкой полосы деревьев, переплетает свои пальцы с моими. Приближаюсь к ее уху и отвечаю, так тихо, что сам едва слышу свои слова. -О тебе. Ты мое все.