Возможность

Илай упорно шел вперед, забираясь все выше и выше в горы. Бежать уже не было сил, да и на шаг их почти не осталось. Только природное упрямство не давало сделать и короткой передышки. Темнота меж тем все сгущалась, пока и вовсе не поглотила собой всю округу. Руки юноши весели плетьми, ног он почти не чувствовал от боли, ныла каждая мышца в теле, но даже если бы стоять Илай не смог, то, скорей всего, он пополз дальше, ведомый немыслимой идеей. Правда, чем выше он забирался, тем гуще казалась поросль, и будто что есть мочи она цеплялась за его штаны, разрывая их своими колючками до самой кожи, и шелестела так отчаянно, так громко, словно предупреждая: «Не иди туда. Одумайся». Вход в пещеру на самом пике горы показался неожиданно. Илай даже мысли в порядок привести не успел, как из недр каменного логова потянуло смрадом и из самого центра черноты показались огромные желтые искры. - Чего тебе надо, человек? Гибель твоих предшественников ума тебе не прибавила или жажда наживы так высока? - Мне плевать на твои богатства, - еле слышно прошептал обессиливший юноша, падая перед пещерой на колени. - А вот это уже интереснее, - искры на мгновение стали еще ярче, точно в них зажегся азарт, и до Илая наконец дошло, что те ничто иное, как глаза. - Я многое слышал о тебе и твоей неприязни к людям… Но так же слышал, что далеко не всех ты сгубил… Некоторым ты сохранил жизнь, забрав лишь память. - Да, было дело, - протянуло нечто из темноты. - Почему? - Тех, в чьем сердце ничего, кроме алчности и грязи, я убивал, не отрицаю. Тех же, кто по глупости и любопытству пришел, я предпочел отпустить, а чтоб больше не возникало соблазна у них или их товарищей, стирал из памяти все, что касается этих мест. - Сможешь ли ты стереть память и мне? Или забрать у меня способность чувствовать? – губы Илая чуть заметно дрогнули. - Я могу и то, и другое, только зачем тебе оно, и какой в этом прок мне? – голос собеседника стал еще более заинтересованным. Из недр пещеры подуло едва осязаемым ветерком, и Илая словно на секунды опутало невидимым покрывалом. - В тебе не ощущается корысти, на дурака ты тоже не похож. Только от тебя за версту несет отчаяньем и нежеланием жить. - Ты прав. Но умереть я не могу, в деревне меня ждут старики-родители, которым не выжить в суровые зимы без посторонней помощи. Вот только сил терпеть боль внутри больше не осталось… - И что же гложет тебя, смертный? - Сердце. Оно разорвано на куски. – Илай сжал кулак на груди, сминая потрепанную рубаху под пальцами. - Неужто пресловутая любовь? Дай угадаю, тебя предали? – немного насмешливо произнес собеседник. - Нет, - отрицательно покачал головой Илай. – Уж лучше бы предал… - губы юноши дрогнули вновь, слезы же покатились беззвучно вниз по скулам. – Амареля нет, а с ним нет и желания жить. Глаза юноши потускнели, словно теряя разом все краски жизни. Печаль, таившаяся глубоко внутри, грозилась вылиться наружу и затопить собой все. Леденящее чувство одиночества пробирало до костей, заставляя ежиться Илая, все так же сидевшего на камнях у горного логова. - Вот оно что, - задумчивый голос послышался из пещеры. – Так и быть, я исполню твою просьбу и заберу все то, что не дает тебе покоя. Но при одном условии. - Я согласен на любое, - обреченность так и сквозила в словах смертного. - Ты должен разглядеть меня. Голос послышался совсем близко, и Илай увидел, как из темноты выплывает, почти не касаясь ногами земли, самое необычное из виденных ранее созданий. Высокий, статный мужчина, с водопадом антрацитовых волос ниже пят, с янтарно-золотыми глазами и кроваво-алыми губами на светлом лице. Довершали образ витиеватые тонкие рога на голове и внушительные по размеру и остроте когти на тонких, ухоженных пальцах рук. - Вы очень красивы, - восхищенно выдохнул Илай, - даже рога и когти вас не портят, - последнее сорвалось с губ парня раньше, чем он сообразил, что сказал. - Ты сама непосредственность, - расхохотался мужчина. Илай зарделся и кинул слегка виноватый взгляд, только сейчас замечая иные детали. Мужчина действительно парил в воздухе, ступни были босы, одежды мало. Только кожаный жилет на рельефном теле и такие же кожаные брюки на длинных, натренированных ногах. - Мне нравится твой ответ, человек, но все эмоции забирать я не стану, иначе ты рискуешь стать безвольной куклой. Таким ты родителям помочь не сможешь. - Но… – Илай снова поник. - Я заберу самые сильные и разрушительные по своей силе чувства, остальное оставлю… для нового в жизни опыта, - хмыкнул мужчина, глядя на Илая. – Взамен дам вот это, - в его руке появился кулон. - Что это? – парень недоуменно уставился на вещицу, упавшую ему на ладонь. Каплевидный камень, обрамленный серебром, на тонкой ажурной цепочке тускло мерцал в темноте голубым светом. - Возможность видеть то, что обычному человеку не под силу. Надень. Смелее. Едва Илай надел кулон на себя, как увидел вокруг сотни бледно-голубых огоньков. Приглядевшись, он понял, что это крохотные мотыльки порхают в воздухе. А один из них кружил над самим Илаем и странное тепло разливалось в груди. Хотелось плакать и смеяться одновременно. - Спасибо, - только и смог выдавить из себя Илай, глядя полными благодарности глазами на необычного мужчину. - Что вы хотите взамен? - Ступай и наслаждайся жизнью. За себя и за Амареля. То, чего я хотел, уже получил. И помни, никому не говори обо мне и этом месте. - Клянусь, - честно заверил Илай, исчезая за кустами дикого шиповника. - Какая щедрость с твоей стороны, - беззлобно рассмеялся кто-то позади. – С чего бы? Абсолютно неприметный мальчишка. Не плохой, не хороший. Талантов ноль, достоинств, пожалуй, тоже. - Обычный дорогу сюда по своей воле не найдет, дар какой-никакой у него имеется. Души чует не хуже нас с тобой, ты ведь видел, как быстро он смог активировать амулет и почувствовать их, - хмыкнул мужчина, перетекая в свою истинную форму и продолжил отвечать уже будучи величественным небесным драконом. – И эмоциями своими он меня неплохо подпитал, на полвека хватит. Да и позабавил он меня своими ассоциациями. - Рога он тебе на славу пририсовал, - рассмеялся второй дракон. - И вправду, - поддержал смех друга хранитель священной горы. – Зато в целом признал меня красивым, таковыми видят нас лишь чистые помыслами. - Мне вот интересно, зачем ты людям голову запудрил? Тут же нет никаких сокровищ, стережем-то мы святыни и помогаем душам переправиться в иной мир. - Скука одолела. Подумаешь, избавил землю от пары-тройки никчемных людишек, - наигранно зевая, пробубнил хранитель и повернулся в сторону своей обители. - Скорей уж сотен, - следуя вглубь пещеры за другом, поддел второй дракон.