Археолог в мастерской

- Нами-суа-а-ан! – гундосо пропел Санджи, сбегая с корабля на берег. – Подождите меня, Нами-суан! Кок обогнул плотника, возвращавшегося с рынка, и догнал Нами и Усоппа. - Станки в рубанок взял, - себе под нос перечислял Фрэнки. – Оселок. Три. Взял. Гвозди взял. Ленту... Ленту! - Фрэнки! – с палубы слетал Луффи, облаченный в какие-то длинные тряпки. – Точно с нами не хочешь? Весело будет! - Не-а, - покачал головой плотник. – Надо мачту отрегулировать до отплытия. - Ладно, - Луффи тоскливо пожал плечами, соглашаясь. – Прости, что так вышло... - Иди уже, - усмехнулся Фрэнки, похлопав капитана по плечу. – Это моя работа. Луффи лучезарно улыбнулся, поправляя шляпу на голове. Обернулся вглубь корабля и заорал: - Зоро-о!!! Пошли! Остальные уже на карнавале, наверное! Мечник вышел из дверей каюты с недовольным выражением на лице. На нем тоже были длинные цветастые тряпки. Фрэнки смерил его удивленным взглядом, крепче перехватив покупки. - Там будет халявная выпивка, - Зоро ответил на незаданный вопрос плотника и обратился к Луффи. – Пошли уже. Фрэнки проводил своих наками взглядом. - Лента... Лента? Взял, - увидев на дне ящика моток. Оглядел палубу, припоминая, что давно не видел Робин, да и Чоппер корабль не покидал. Пожал плечами, рассудив, что Робин читает где-нибудь в тихом месте, а доктор, кажется, заканчивает разрабатывать какое-то чудо лекарство, и просил его не беспокоить. Фрэнки спустился в мастерскую, перебрал покупки, собрал инструменты и отправился регулировать фок-мачту. Работы оказалось больше, чем Фрэнки предполагал. С севера к острову тянулись грозовые тучи. Глядя на них, рабочее настроение испарялось само собой, а когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, плотник отправился в мастерскую, точить деталь для крепления. Надел защитные очки и погрузился в работу. *** Робин отложила свежее переиздание рунической письменности летних островов, скользнула пальцами по мягкому материалу обложки, глядя на заголовок. Переиздание на самом деле было недоизданием. Часть рун, которые пришли из древней письменности и письма понеглифов, из книги вычеркнули. Устало вздохнув, археолог перевела взгляд в окно библиотеки. Над морем сгущались тучи, заворожив Робин. Обняв себя за плечи, она смотрела на небо, желая увидеть разрез молнии и услышать раскат грома. Подобралась. Молния разрезала небо поперек, заставив женщину замереть. Спустя несколько секунд тишина вокруг сотряслась раскатом грома. По спине пробежались мурашки. Робин глубоко вдохнула, словно только в грозу могла так глубоко дышать. Тонкая улыбка скользнула по губам. - Роби-и-ин! – крик-плач, от которого женщина вздрогнула. Резко обернулась, забыв обо всем на свете. В библиотеку влетел Чоппер. Он где-то позабыл шляпу, из-за чего показался еще меньше. - Роби-ин! – облегченно повторил он. Врезался в ноги археолога, крепко обхватив их копытцами. - Что случилось, Чоппер? – спросила она, присаживаясь на корточки. Чоппер не отвечал и дрожал всем телом. Еще один раскат грома сотряс небо, заставив олененка вжаться в археолога сильнее. Робин улыбнулась, обхватывая Чоппера за мягкие бока. Скользнула по голове в родительском жесте и прижала к себе. - Это всего лишь гроза, - тихо произнесла она. – Она не причинит тебе вреда. - Я... я знаю, - пробурчал олененок ей в плечо. Археолог поднималась на ноги, придерживая доктора, когда дверь снова резко распахнулась, явив заполошенного Фрэнки. Он глубоко дышал, оглядывая помещение. Робин удивленно повела бровью, глядя на плотника, который в спешке даже инструменты из рук не выпустил. - Я слышал крики, - объяснил свое появление Фрэнки. – Что произошло? - Ничего, - тонко улыбнулась археолог. – Просто кое-кто боится грозы, - она кивнула на Чоппера в своих руках. Фрэнки удивленно вскинул брови, глядя на доктора. - Правда что ли? – плохо скрывая усмешку, спросил плотник. Робин глянула на него с укором. Молния осветила библиотеку, выделив тени. Следом разразился гром, заставив плотника поежиться. Археолог тихо рассмеялась. - Можете спуститься в мастерскую, - ненавязчиво предложил Фрэнки. – Если закрыть дверь, то грома почти не будет слышно. Робин тепло улыбнулась плотнику, принимая его предложение. Спустила Чоппера на пол, и втроем они отправились в мастерскую. В мастерской витала взвешенная пыль, столы были завалены чертежами и опилками. Фрэнки смущенно почесывал затылок. - Здесь не прибрано... - А, по-моему, очень уютно, - ободрила его Робин, мягко скользнув ладонью по широкой спине. Чоппер взобрался на стул. - А что ты делаешь? – спросил он у Фрэнки, глядя на чертежи. Фрэнки проследил за взглядом доктора и принялся со страстью посвящать его в детали своих разработок. Приглушенный раскат грома доктор уже не слышал. Робин улыбнулась. Оставив Фрэнки и Чоппера, она направилась на кухню, чтобы приготовить какао. Археолог замерла на полпути на палубе, устремив взгляд к северу, где разыгрывалась гроза. Глубоко втянула ароматный воздух, пригнанный холодным ветром с моря. Обхватила себя за плечи, улыбнувшись, и подставила лицо ветру. - Ты замерзнешь, - произнес голос Фрэнки где-то рядом несколько минут спустя. Робин открыла глаза, склонив голову на бок. Оглядела плотника, пряча теплую улыбку. Палубу осветила молния. - Чоппер? – спросила Робин, намекая на последующий за молнией гром. - Я закрыл дверь в мастерскую, - ответил плотник. Археолог улыбнулась. Вспомнила, зачем покинула мастерскую. - Я скоро вернусь, - заверила она Фрэнки, легко коснувшись его губ своими. Он кивнул, улыбнувшись, после чего вернулся в мастерскую. *** - Какао! – воскликнул Чоппер, радостно запрыгав на месте. - Кола, - улыбнулся Фрэнки. Робин улыбнулась, ставя поднос на стол. Передала кружку Чопперу, взяла свою, грея руки о бока. - Вкусно! – причмокивая, отозвался олененок. - Спасибо, - отсалютовал колой Фрэнки. Сделал несколько больших глотков и водрузил бутылку на свободное пространство на столе. – Не против, если я поработаю? - Конечно, - отозвалась Робин. - Да-да, - закивал головой Чоппер, не отрываясь от горячего напитка. Доктор уселся в стороне и принялся наблюдать за работой плотника. Робин уютно устроилась на втором столе, подцепив книгу из своей стопки в углу. Вскоре Чоппер стал зевать. Фрэнки поймал взгляд Робин. Одними глазами она спросила, как им следует поступить. Плотник в ответ пожал плечами и указал на полку шкафа, где лежал футон. Археолог улыбнулась, кивнув. Множество рук быстро справились с сооружением спального места. - Ух ты, - сонно отозвался Чоппер. – Я могу спать здесь? Фрэнки одобрительно кивнул, убирая инструменты на ночь. Олененок смотрел на него во все глаза, еле сдерживая всхлип благодарности. - Спасибо, - проронил он. Опасливо осмотрел вначале Фрэнки, потом Робин. – А вы останетесь со мной? Археолог, не сдержав улыбки, кивнула. Перевела взгляд на Фрэнки. Плотник ее поддержал. - Простите меня, - продолжил доктор, спускаясь со стула. – Я создаю столько неудобств. - Перестань, - оборвал его Фрэнки и закрыл ящик с инструментами. Они оказались рядом с Робин у футона. Переглянулись, вернули внимание футону, никто не решался делать первый шаг к спальному месту. - Давайте просто ляжем спать, - предложила Робин и первой ступила на футон. Вслед за ней опустился Фрэнки. Чоппер топтался на месте, не решаясь. - Иди сюда, - позвал плотник, раскрыв объятие. Олененок неловко нырнул под руку Фрэнки, сонно взглянул на Робин. Археолог улыбнулась ему, скользнув ладонью по макушке. Чоппер улыбнулся в ответ. Чопперу было очень тепло и уютно. Он был счастлив, сам не зная от чего, и с трудом понимал, как в маленьком в нем умещается столько счастья. Где-то вдалеке послышался гром, но ему совсем не было страшно. Чоппер поерзал, удобно устроившись под боком Фрэнки и, сам того не заметив, уснул. Робин прижалась к боку Фрэнки, обняв его и уткнувшись носом в шею. От него пахло сталью и древесной пылью. Археолог улыбнулась, ощущая себя дома. Плотник мягко прижал ее к себе, как мечтал весь вечер, и поцеловал в лоб. Он хотел поделиться с ней тем, что на ремонт уйдет еще день, так что она может еще раз пройтись до книжного, в котором приглядела раритетный атлас; что увидев ее на палубе в отсвете молнии, он влюбился в нее еще сильнее; что рога Чоппера щекочут бок. Но Фрэнки молчал, с легкой улыбкой на губах поглаживая плечо Робин. Этот поздний вечер был хорош и без слов. За бортом грохотал гром и фейерверки карнавала.