Археолог в мастерской

Теплый бриз трогал волосы Фрэнки, раздувал отвороты гигантской рубашки. Киборг глубоко вдохнул соленый морской воздух и улыбнулся. — Нет-нет-нет! — услышал он верещания Нами за спиной. — Я знаю, что делаю, — заверил навигатора Усопп, что-то раскручивая в клима-такте. От усердия канонир прикусил кончик языка и усерднее налег на ключ. Фрэнки вернулся к созерцанию моря. Расслабленно оперся о борт и уловил звук невесомых шагов справа. Уголки губ сами собой дернулись в улыбке. Робин остановилась в полуметре от него. Киборг глянул на женщину, не скрывая блеска в глазах. — Хороший денек, — заметил он. Робин оперлась о перила на манер Фрэнки. Бриз тронул тяжелые черные пряди, поиграл бахромой на юбке и пронесся по кораблю. — Да, — согласилась она и закрыла глаза. Ее ресницы трепетали, на губах играла тень улыбки. Фрэнки, забыв дышать, невольно залюбовался. — Глянь, — Нами толкнула Усоппа в бок. — Что? — растерянно вскинулся канонир, начав озираться по сторонам. Нами кивнула в сторону плотника и археолога. Они стояли плечом к плечу, чуть выпятив задницы, и смотрели на море. — И? — неуверенно уточнил Усопп. — Фрэнки и Робин. Нами изобразила свое лучшее «я окружена идиотами» лицо. Подалась ближе к канониру. — Тебе не кажется, что они слишком близко стоят? — издалека зашла Нами. — Не знаю, — протянул Усопп. — Как обычно. — Вот именно! — подхватила навигатор громким шепотом. — Они как обычно стоят слишком близко! — Оу… О-оу, — понимающе протянул Усопп. Оглядел старших накама долгим, придирчивым взглядом и заключил, — Это не наше дело. — Что?! — опешила навигатор. — Не думаю, что в этом есть смысл, — пожала плечами Робин. — Зато выглядело бы круто, — усмехнулся Фрэнки. — Нет, — заверила его археолог. — Ты ранила меня в самое сердце! — наигранно возмутился киборг. — Оно все равно мое, — улыбнулась Робин, глянув на него из-под длинных ресниц. — Ты сам сказал это два года назад. — Я все равно считаю, что огромная пушка на корме смотрелась бы круто… — Как ты думаешь, о чем они говорят? — сложив руки на выдающейся груди, спросила Нами. — Понятия не имею, — отозвался Усопп, разобрав узел климатакта до состояния винтиков. — Наверняка строят планы на четырнадцатое, — по тону Нами было непонятно радует ее такая перспектива или нет. — С чего бы им строить планы на четырнадцатое? — удивленно спросил канонир. Навигатор с тоской подумала, что, наверное, слишком часто и слишком сильно бьет своих накама по голове. — День всех влюбленных, конечно же, — пояснила она, с трудом подавив желание погладить Усоппа по увечной на ее взгляд голове. — Нет, — подобрался Усопп. — Это день душевнобольных. — Что? — опешила Нами. — Кому вообще придет в голову отмечать день душевнобольных? — Н-не знаю, — замялся Усопп. Сглотнул. — Всего пару минут назад, я думал, что Санджи. Нами свела брови в немом вопросе. — Ну, — продолжил мяться канонир. — Он всегда дарит тебе что-нибудь в этот день… Усопп попытался незаметно отползти подальше от приобретающей пунцовый оттенок Нами. — То есть, — навигатор пыталась говорить членораздельно. — Все это время, — потянулась за разобранным клима-тактом. — Ты думал, — пальцы сжали металлический стержень. — Что мне дарят подарки ко дню душевнобольных? Усопп задним ходом ретировался в сторону лестниц. — Что ты? — нервно хихикал он. — Даже в мыслях не было.