Изгой.

*** Прошла уже неделя, но Лика так и не выходила из критического состояния. Максим не находил себе места, винил себя в случившемся. Каждый божий день проводил в больнице возле кровати своей девушки и тупо пялился на неё часами. Из этого ступора его выводил врач, иногда приходилось применять силу, чтобы отлепить парня от кровати пациентки. С учёбой были проблемы, он попросту забил на неё. Родители его все понимали, но сына нужно было выводить из этого состояния, иначе — пропадет. Лизу, в итоге: отправили в психушку, накололи всякими лекарствами, антидепрессантами, успокоительными и поставили диагноз — маниакально-депрессивный психоз. Так ей и нужно? Нет! Девочка просто больна и это лечение, самое худшее наказание, которое можно придумать. Пожизненное клеймо психически больного человека, которое ничуть не лучше, чем изгой. Все подобно бумерангу. Любое действие может вернуться, любое слово. Поэтому, нужно думать прежде, чем что-то сказать или сделать. Стас дежурил каждый день, дома почти не появлялся. Следил за состоянием девушки, стал похожим на зомби. Круги под глазами, бледное лицо, стал нервным. Мать девушки, забросила бизнес, ухаживала за дочерью. Сергей стал плохо учиться, бросил бокс, но у сёстры он бывал каждый день. Отчим тоже переживал за падчерицу, но работать кому-то в семье было нужно. *** Я уже потерял счёт дней. Каждый день, похож на предыдущий. Не могу ни о чем думать, кроме неё! Лика! Ты ведь, не посмеешь меня оставить в этом мире? Почему все так? Боже, почему ты постоянно пытаешься её забрать? Я же люблю её! Так искренне, так чисто, до безумия. Лика, мы должны ещё сходить на наше первое свидание, на выпускной. Ты просто обязанная очнуться. Мне ничего не хочется, не хочется есть, пить, дышать. Этот удар предназначался мне. Ну зачем ты меня спасла? Лучше бы ты жила, дышала как и я. Но только эта воля, явно не моя. Я так боюсь отходить от твоей кровати, кажется, что сон. Что если я тебя оставлю — ты исчезнешь. Знаю малыш, бредово, но я правда не могу без тебя. И как я раньше жил? Мои мысли сбил врач Стас. — Макс, нам пора отвезти её на томографию. Ты с нами? — неуверенно спросил Стас и дёрнул меня за плечо. Я повернулся, посмотрел краснючими глазами на врача и встал со стула, — Да. Только умоюсь и подойду. Стас кивнул и вместе с мед.сёстрами начали перекладывать Лику. Я ушёл в туалет, после пошёл в кабинет рентгена. Лика, как раз лежала под этим аппаратом и ей проверяли мозг. Стас сказал, что активность хорошая и не понятно почему она не приходит в себя. Прошла ещё неделя, вторая и я совсем начал терять надежду на её выздоровление. Я напился, выкрал у отца три бутылки вискаря. На часах три ночи, а я пошёл на мост, который находится в дали от центра города. Поставил локти на перила, и начал пить. Так нажрался, что мне захотелось с судьбой поиграть. Начал перелезать через перила, встал с внешней стороны моста. Стою на пятнадцати сантиметров выступе, ветер усилился, держаться становится труднее. Что я творю? А вдруг, она очнется, а меня не будет рядом? Что тогда? Я должен вернуться. Пытаюсь снова перелезть, но у меня не получается. Будто невидимая сила тянет вниз, будто кто-то или что-то не пускает назад. Делаю ещё пару попыток, но вдруг чувствую толчок и, соскользнув я срываюсь с моста. Успеваю лишь ухватиться руками за выступ. Чёрт! Придурок! Я не могу её бросить, не могу! Я не знаю, что делать. И как только собираюсь разжать руки, чтобы все бросить, я чувствую лёгкий холодок по шее и еле слышные слова: " Не бросай. Не делай!". В этот момент, меня будто осенило, что я пьяный дебил творю. Собрав всю волю в кулак, подтянувшись, перелезаю назад на мост. Скинул бутылки в мусорку и пошёл домой. Отоспался, сходил в школу. Правда, голова гудела после выпитого. После уроков пошёл в больницу. Когда зашёл в палату я чуть не шлепнулся в обморок. Кровать была заправлена, вещей нет, Лики нет! Срываюсь с места и ищу Стаса. Нахожу его в ординаторской и набрасываюсь на парня, схватив того за воротник. — Где Лика?! Что случилось?! Почему её нет в палате?! Отвечай! — выпалил не удержавшись и на моих глазах начали наворачивается слёзы. — Только не говори, что её больше нет! — Макс! Остынь! Все нормально, она пришла в себя и мы перевели её в другую палату. Она жива Макс, она ждёт тебя! — как-то с грустью в голосе проговорил Стас и похлопал меня по плечу. Слёзы всё-таки выступили и это были слёзы счастья. Сорвался с места и побежал к ней, предварительно успев спросить номер палаты. Влетаю, как ошпаренный и бросаюсь к Лике. Обнимаю её, прижимаю к себе, чувствую, что она рядом, чувствую тепло. Целую её и до сих пор не могу поверить, что она очнулась. Она бубнит что-то, мол задушу её скоро своими поцелуями и объятьями. А я рад, так сильно, что вновь хочется жить.