Охотники

У Ким Тэхёна водолазка под горло, куртка нараспашку и закатанные рукава, а запястье правой руки намертво сжимает браслет с ушком, будто предназначенным для того, чтобы что-то к нему цеплять. Правая рука с зажатым в ней пистолетом вытянута вперед. Перед ним стоит парень с надменной, даже презрительной улыбкой. — Готов? — зачем-то спрашивает Тэхён. — Нет. Отпустишь? — Нет. — Жаль, — довольно щурится Джей, а Тэ спускает курок. Полгода назад Скрипнув, дверь впускает в помещение немного мертвого фонарного света с улицы. Темноволосый молодой человек откашливается, бросает взгляд вглубь квартиры и, зайдя, прикрывает за собой дверь, поворачивая щеколду — он должен оставаться здесь один. У него жутко болит голова, саднит пара ребер и сильно замерзли пальцы. Проходя по темному коридору в гостиную, он подносит руки ко рту в попытке немного быстрее отогреть их. Включенный ноутбук мигает на столе, привлекая к себе внимание. Стоит только чуть сдвинуть мышь, как комнату освещает включившийся дисплей. Тэхён быстро читает высветившееся сообщение. «Самолет Париж-Сеул. Вылет 21:00». Парень поворачивает левую руку к монитору, чтобы увидеть циферблат дорогих часов — до вылета остается почти четыре часа. Он разминает шею, закрывает крышку ноутбука — его бесит яркий свет. Именно поэтому, зайдя в ванную комнату, включает только тусклую подсветку из шести небольших лампочек, расположенных чуть ниже уровня стоящей посередине ванны, по две на каждой стене. Свет не режет глаза, но освещения вполне хватает. Тэ открывает горячую воду, добавляет немного холодной в смеситель, только потом затыкая сток пробкой. Ванна быстро наполняется, вверх поднимается пар. Тэхён разувается, оставляя тяжелые осенние ботинки в проходе. Снимает с себя тонкую кожаную куртку, кинув ее из ванной на кресло в комнате, стягивает футболку, чуть морщась от боли. Парень проводит рукой по запотевшему зеркалу и, смотря на свое отражение, прикасается пальцами к уже появившимся на коже пятнам синяков, именно там, где саднили все это время ребра. Под левым глазом на щеке тонкий порез с засохшей кровью, ее он стирает намоченным под краном белым полотенцем. Раздевается и залезает в горячую воду, наслаждаясь ее теплом. Он готов окунуться в нее с головой, что, впрочем, и делает. — И когда ты меня позовешь с собой? — в ванну с другой стороны залезает черноволосый красивый парень, почти такого же телосложения, только без ушибов и ссадин, умывается и довольно улыбается. — Тепло. — Кто тебя впустил? — Его величество Я, — парень придвигается к Тэхёну, почти ложась на него, только упираясь руками в бортики белой ванны и выплескивая через края воду. — Его величеству разрешается. Его величество хочет купаться. — Чонгук, вернись в форму духа. — Не хочу им быть, да и тебе понравится больше, если я буду во плоти, — Гук ласкает рукой между ног Тэхёна. — Я хочу тебя. — Ты мертв, я с призраками не сплю. — Дай мне то, что хочу, и я от тебя отстану. — И чего ты хочешь сейчас? — М, — Чон сжимает в ладони твердый член, улыбается и, приблизившись к уху брюнета, тихо шепчет: — Режь вены, — он начинает хихикать и опять садится напротив парня. — В этом вся твоя суть. — Его величеству позволено. С Чонгуком в ванне ужасно неудобно, а под его взглядом находиться еще сложнее. — Исчезни. — Нет. Тэ приходится дотянуться рукой до своих джинсов на полу, достать небольшой нож и, не медля ни секунды, запустить его в сидящего напротив. В стену вонзается острие клинка, и места в ванне сразу становится намного больше. Надоедливый дух исчезает бесследно, только вода бьется о бортики, заполняя резко появившуюся пустоту. — Так уж и быть, — Чонгук оказывается за спиной и кусает Тэхёна за ухо, заставляя зашипеть от неприятной легкой боли. Тэ поворачивает голову в сторону Гука и прижимает ее к своему плечу, чтобы избавиться от назойливости духа. Гук усмехается и ведет языком по ссадине на щеке парня, но потом недовольно кривится и исчезает. — Отличная попытка. Ссадина на щеке уже затянулась тонкой корочкой, и дух не смог получить того, чего так хотел, а силы, кажется, на сегодня исчерпал. На сборы уходит минут пятнадцать, лишь чтобы закинуть в сумку несколько еще оставшихся на съемной квартире вещиц. Он вспоминает про торчащий из стены ванной нож перед самым выходом. Возвращается, тянет за резную рукоять из слоновой кости, покрытую специальными рунами. Перекладывает в другую руку и зачем-то проводит пальцами по поверхности клинка. Тэхён забывается, лишь когда самолет поднимается в небо. Теперь у него есть несколько часов на сон. — Тэхён-а, — сквозь сон зовет его голос. — Ащ, — шипит Тэ и, проснувшись, проводит ладонью по царапине на щеке. Он смотрит на сидящего рядом Чонгука, облизывающего свой палец. Отнимает руку от щеки и замечает небольшой кровавый след, похожий на тот, когда случайно сдираешь ногтем чуть зажившую ранку. Тэхён поднимает взгляд на Чонгука, не скрывающего свою улыбку. — Мне нравится твоя кровь. Сладких снов, — подмигивает и исчезает, а по проходу в это время идет женщина, чье место занимал только что призрак. Достав из сумки пластырь, парень лепит его на содранную царапину и снова закрывает глаза. До посадки около трех часов, вполне достаточно, чтобы досмотреть сон, в котором нет его реальности.