История Лены

Сегодня я решила написать историю своей жизни. Не знаю, с чего мне начать...Меня зовут Лена Тихонова, мне 16 лет. Родилась я в Новгороде, 17 марта 1973 года, в роддоме 2-ой городской больницы. Как рассказывал мне отец, роды шли тяжело, почти 7 часов. Когда я появилась на свет, моя мама успела только дать мне имя, после чего потеряла сознание. Как я слышала, она неделю была в таком состоянии...а затем её не стало. Её звали Ирина Игоревна Самойлова, ей было 25 лет, когда она меня родила. Красивая, с длинными косами немного необычного фиолетового оттенка. Нос с небольшой ямкой, круглое лицо, большие, зелёные глаза, как озёра. Худая, среднего роста женщина, они с отцом познакомились в продмаге-она работала там продавцом, а мой отец пришёл устраиваться туда грузчиком. Через несколько месяцев они поженились, ещё через год появилась я. Папа мой - Тихонов Олег Васильевич, 29 лет от роду, высокий, крупный мужчина, с погнутым носом-он у него такой после армии-никогда не был ни обаятельным, ни нежным. Армия сделала его суровым, необщительным мужиком, каким он и познакомился с мамой. Вообще, я мало знаю про их знакомство-отец мало мне что рассказывает, потому что большую часть времени он или работает, или пьёт. Пить он начал через год после смерти мамы. В возрасте трёх лет он отдал меня в детский садик. Там у меня не было друзей-насколько я помню, одета я была очень небогато, одежду у меня стирали редко-отец не хотел мною заниматься, поэтому другие дети общаться со мной не хотели. Поэтому мной занималась старенькая баба Люда, стиравшая наши с отцом вещи раз в месяц, за бутылку спирта, которую они вместе с отцом и распивали. Когда мне исполнилось 6 лет, отец в первый раз избил меня. Он тогда вернулся с работы сильно не в духе-его уволили, и он пришёл домой с друзьями, которые напоили его. Помню, я сказала ему "Папочка, не пей больше пожалуйста..." на что он посмотрел на меня мутными глазами...и влепил пощёчину, от которой я упала. Когда он встал, его собутыльники пытались его остановить, но он был крупнее, сильнее, и поэтому просто отшвырнул их, поднял меня за шиворот, и несмотря на мои слёзы, дал ещё одну пощёчину, и ещё и ещё и ещё... Я тогда забилась под кровать, куда он не мог пролезть из-за своей комплекции, и отец тыкал меня шваброй, пока ему это не осточертело, и он не упал на эту же кровать, и не уснул. Я тогда очень долго плакала, лицо сильно болело и горело, я боялась вылезать из - под кровати, чтобы хотя бы поесть. Когда я пошла в школу, друзей у меня не прибавилось, я сторонилась людей, старалась больше времени проводить в библиотеке. В 10 лет меня приняли в пионеры, и тогда же я получила свою первую путёвку в пионерлагерь от школы. Там мне очень понравилось, очень красивая природа, добрый персонал...только вот с ребятами по -прежнему я не ладила. Но честно, этот лагерь был для меня настоящим раем, потому что там не было отца. Но как только я возвращалась, начиналось то же самое-пьянки и побои. Так продолжалось до 12 лет. Отец, когда был пьян, бил меня за малейшую провинность, за четвёрку, принесенную из школы, за не вовремя вымытую посуду, за то что в супе было мало картошки, за малейшие крошки на столе... Я тогда в конце концов не выдержала, и схватила большой кухонный нож, которым отец нарезал себе хлеб, и замахнулась на него. Он лишь глянул на меня, сказал "Бей, раз взяла". Я не смогла его ударить, и тогда он в первый раз избил меня ногами. Я после этого два дня пряталась от него на чердаке дома, отлеживалась там. Один раз был случай, что когда я вернулась из школы, отец был дома, не один, а с каким-то мужиком со своей работы. К слову, отец к этому времени устроился на завод, но все равно много свободного времени на алкоголь. Единственное, что было из этого хорошего- отцу выдавали каждый год на меня путевку в пионерлагерь " Совенок", так же как и в школе. Ну вот. Тогда мой отец сильно перепил, и уснул, а этот мужик стал ко мне приставать, домогаться. Тогда я снова я схватилась за нож, но он не останавливался, и я в ярости несколько раз порезала его! После этого, конечно, вызвала от соседки милицию, мужика того потом посадили, а я тогда около недели боялась ходить домой, чуть ли не до вечера сидела в школе. После этого случая я стала носить с собой складной ножик, найденный у отца, и заточенный мной почти до бритвенной остроты. Тогда я и познакомилась с Алисой Двачевской. В один день мне очень сильно нахамила учительница, и я ушла на свое любимое место-подоконник на четвёртом этаже, где очень редко бывали люди, и там я могла спокойно посидеть, поплакать, погрустить, или же поделать уроки. Но в этот день я не была в одиночестве- туда пришли ребята из моего класса, девчонки и парни. Девушки стали издеваться надо мной, оскорблять, унижать, а парни просто стояли, смотрели и хихикали. Тогда и появилась Алиса. Она услышала их смех, мой плач, прибежала туда, и жутко разоралась на них. Одна из девушек, самая рослая и наглая, попробовала наехать на неё, за что Алиса оттаскала её за волосы. Остальные же не вмешивались, после чего девчушка убежала, всхлипывая, а Алиса подошла ко мне, собрала все мои вещи, и увела меня к себе домой, пить чай, и смотреть телевизор-наш к тому времени отец пропил. Так и началась наша с ней дружба. До 15 лет мы с Алисой были не разлей вода. Вместе гуляли, делали уроки, я часто оставалась у неё ночевать, чтобы не видеть отца, даже вместе в 14 лет вступили в комсомол. Впрочем, отец был только рад такому развитию событий, ему без меня было лучше. Разлад между нами начался, когда на нас начали обращать внимание мальчики-не как на объект шуточек, а как на девушек. Я была очень спокойной, тихой девушкой, могла поддержать разговор на любую тему...только стеснялась. У Алисы же таких проблем не было, она была душой компании, особенно когда брала в руки гитару. Но она как была хулиганкой, так ей и оставалась, поэтому мальчики обращали на неё внимание, но отношений с ней никто не хотел, в отличии от меня. Ко мне мальчики так и липли, на что Алиса жутко завидовала. Так у нас и начался разлад. Буквально за пол-года мы превратились в знакомых, которые только здоровались при встрече. Поначалу меня это здорово напрягало, я пробовала начать диалог с Алисой, что я никогда не уводила у неё мальчиков. Но все мои аргументы были бесполезны, она не хотела их даже слушать. Поэтому я прекратила эти попытки. Первое время мне было одиноко без неё, а затем привыкла. У меня ведь по прежнему оставался лагерь, куда я ездила отдыхать каждое лето. Таким образом, к моему 16-ти летию я стала очень тихой, застенчивой девушкой, которая сторонилась людей. Я старалась больше времени проводить в библиотеке, куда практически никогда не ходили юноши, пристававшие ко мне. Да и не нужны были мне эти ребята, слишком они были противны мне. Я хотела найти себе идеал, как в тех любовных романах, которыми я зачитывалась. Но к моему сожалению, такого молодого человека забирали или мои более бойкие одногодки, или же он терял ко мне интерес. Вот теперь история моего детства заканчивается. Завтра я еду в "Совенок" в последний раз. И у меня такое чувство, что в эту смену у меня все будет просто замечательно!