Побочный эффект

Кот ждал Какаши у дверей дома. Джонину удалось оторваться от него по дороге в штаб, но хитрая тварь вместо того, чтобы отправиться по своим делам, просто вернулась к стартовой точке. Кот, видимо, решил, что подождав там ничего не потеряет, и его расчет оказался верен - Какаши пришел. А куда ему было деваться из собственного дома? Хотя, может, уже пора подумать о личном бункере? Какаши шикнул на кота, и тот вроде бы даже отступил, но стоило Копирующему приоткрыть дверь, как его чуть не сбили с ног. Кот кометой пронесся мимо и скрылся где-то в дальних комнатах. Какаши требовательно посмотрел на Паккуна, который сегодня весь день ходил за ним как привязанный. Песик вздохнул и поплелся следом за котом, ворча себе под нос, что охрана жилища от всяких непредусмотренных гостей не входит в его обязанности. Какое-то время там, куда он направился, слышалась возня, топот и недовольное кошачье ворчание, скоро перешедшее в угрожающее шипение. Какаши старался не прислушиваться. Неужели нин-дог не сможет справиться с обычным дворовым котом? Вдруг резко все стихло. Какаши уже хотел идти искать то, что осталось от кота, но тут на пороге появился Паккун и, стараясь не смотреть на хозяина, сказал: – Знаешь, он и не мешает совсем. – Неужели? - Какаши уставился на Паккуна, как на очередное чудо света. Или он чего-то не понимал в жизни, или победа осталась не за грозным нин-догом. – А еще коты полезные, - продолжил Паккун, сделав вид, что не заметил взглядов хозяина. - Они крыс ловят и вообще... – Ты еще скажи, что он ласковый. Паккун покосился на комнату, в которой остался кот и поморщился. – Ну... а вдруг? Кстати, он много не съест. Из кухни послышались странные звуки: стук и утробное урчание. Какаши обошел Паккуна, который вдруг заметался по коридору, будто ища убежища. Джонина это насторожило, и он ворвался на кухню так, будто там его ждал по меньшей мере отряд вражеских шиноби. Причем весь этот отряд испытывал к нему большую симпатию и желал немедленно выразить ее. Никакого отряда Какаши, конечно, не нашел. Кухня была пуста. Только кот сидел на столе и с урчанием поедал кусок мяса, который Какаши планировал пожарить себе на ужин и выложил перед уходом, чтобы тот разморозился. – Мало ест, да? - услышав язвительный вопрос, адресованный Паккуну, кот покосился на Какаши и увеличил скорость поглощения пищи. Насколько джонин помнил, изначально кусок мяса был не намного меньше кота, но он влез весь! Закончив кот сыто развалился на столе и зевнул. - Еще аргументы в его пользу будут? – Тебе надо, ты и выгоняй, – буркнул Паккун и исчез. Какаши задумался об убийстве. Хотя вне рабочего времени предпочитал этим не заниматься. Он постарался дышать размереннее. Чтобы не злиться еще больше, джонин отвел взгляд от кота и уставился на стену. Он уже практически успокоился, когда заметил на стене небольшую армию муравьев, которая шествовала откуда-то от окна. Видимо, там где-то была щель. Какаши представил себе нашествие крыс и посмотрел на кота чуть более благосклонно. Да и на птиц кошки тоже охотятся... – Будешь ловить крыс, меховой коврик, – сказал Какаши коту, но тот лишь сыто облизнулся в ответ и заурчал. Громко, басовито. Какаши предпочел счесть это согласием. Проснулся Какаши от того, что у него затекли ноги, а еще было жарко. Открыв глаза, он обнаружил перед носом пушистую кошачью задницу, которая полностью заслоняла обзор. Поняв, что на руках у него тоже кто-то лежит, Какаши подул, надеясь, что задница поспешит убраться от незапланированного сквозняка, но та не отреагировала. Какаши очень хотелось понять, кто обживает его конечности, и он дунул сильнее. Кот недовольно заворочался и выпустил когти. Его хвост раздраженно ударил по носу джонина. - Ах ты скотина шерстяная! Какаши все-таки поднял руку, скинув с нее что-то мелкое и живое. Крыса? Он отогнал эту неприятную мысль. Кот ведь не стал бы терпеть рядом с собой крыс или птиц? Впрочем, тот вчера так обожрался, что вполне мог проспать их появление. Какаши спихнул с себя кота и приподнялся. Его одеяло представляло собой редкий пример межвидовой терпимости. На нем в тесном соседстве разместились нин-доги, кот, несколько мышей, воробей и даже ежик. Как попал в комнату последний, для Какаши так и осталось тайной. И каждый из них постарался занять место поближе к хозяину дома. Как они только не передрались? Стоило Какаши пошевелиться, как весь зоопарк тоже сонно заворочался, одаривая джонина недовольными взглядами. Краем глаза Какаши заметил, что занавески как-то странно шевелятся. Сквозняк, что ли? Главное, чтобы птицы опять не пробрались... Какаши лениво попытался сообразить, откуда может дуть, и вдруг вспомнил, что никаких занавесок у него отродясь не было. В его руке тут же казался кунай, но тревога оказалась ложной. Поддельными "занавесками" был рой бабочек, плотно облепивших стены вокруг окна. Бабочки то открывали, то закрывали крылья, что и создавало впечатление "шевелящихся занавесей". Похоже действие "волшебной" таблетки закончилось. Этого только не хватало. Оно ведь должно было продлиться сутки! Никому нельзя верить! Поворчав Какаши добрел до окна и, выглянув на улицу, понял, что утро уже давно закончилось. Майро ошибся не слишком сильно, просто джонин, ослабленный ранением и чрезмерным использованием шарингана, проспал несколько дольше, чем рассчитывал. Вот таблетка и прекратила свое действие. Какаши с неудовольствием обозрел окрестные деревья, которые опять были облеплены птицами. Покопавшись в сумке, он выудил две оставшиеся таблетки. Ему захотелось принять сразу обе. Но что он тогда будет делать завтра? Проглотив горькую таблетку, Какаши высунулся было за дверь, но там его уже ждали. Целая стая собак. Не нин-догов, обычных. Очень дружелюбных. Стоило Какаши открыть дверь, как тощий пес, до этого терпеливо сидевший на ступеньках, проскользнул между его ног в дом. Это стало сигналом для остальных, и оставшаяся кодла, включавшая вездесущих котов и птиц, ломанулась следом. Какаши немедля захлопнул дверь. За нею раздалось несколько громких ударов – не все успели вовремя остановиться, – а потом все стихло. – Таблетка только сейчас начинает действовать, – прокомментировал Паккун, примериваясь лизнуть руку Какаши. – Спасибо, что вовремя предупредил, - проворчал тот, недовольно шлепнув песика по носу. – Да не за что. – Выгони их всех! Паккун оглядел часть зверинца, успевшую прорваться в дом, и сейчас явно прикидывающую, как бы поближе подобраться к хозяину дома и желательно при этом остаться при всех конечностях. – А они тебе мешают? - зачем-то уточнил Паккун. – Да! - рявкнул Какаши, увернувшись от голубя, который попытался спикировать на него сверху. – Тогда сам и выгоняй, - посоветовал Паккун, прежде чем исчезнуть. Какаши напомнил себе, что техниками, особенно шаринганом, его настоятельно попросили не пользоваться до полного выздоровления. Но не шаринганом единым жив шиноби! Выдворение зверинца оказалось довольно хлопотным и долгим делом, а главное, практически бесполезным. Зверья в доме по-прежнему оставалось слишком много. Животные так и норовили спрятаться и отсидеться, чтобы потом выйти и, подкравшись к Какаши, ткнуться носом ему прямо в... ну, куда кто смог дотянуться, туда и тыкались. Когда Какаши надоело бороться с ветряными мельницами, он наконец заметил, что у его мучений были зрители - у дверей на кухню расположилась наглая кошачья морда в компании ежика и нескольких нин-догов. Кот умывался и поглядывал на Какаши, изредка шипя на особенно ретивых собак, которые пытались согнать его с насиженного места. А вот ёжик явно пользовался фавором у кота, его не трогали и даже защищали. – А кормить вас я, случаем, не должен? – Неплохо было бы, - ответил ему Паккун. - Гостей обычно кормят. При словах о кормежке вся оставшаяся живность с ожиданием уставилась на Какаши, а кот с ежиком скрылись на кухне, оттуда раздалось требовательное мяуканье. – Мне пора к Ируке, - внезапно вспомнил Какаши. – Ну, прямо сейчас ты все равно не можешь выйти из дома... – Ничего, когда-нибудь таблетка подействует. А пока буду добираться до штаба и дзюцу достаточно. Чтобы когда я вернусь, и духу вашего в доме не было! Кот, понявший, что кормежка откладывается и снова вышедший в коридор, презрительно фыркнул и принялся вылизывать свой хвост.