Малахитовая шкатулка

Шуума волновался, хотя пытался не показать этого, чтобы не волновалась Михаэ. Конечно, отец Сены считал, что лечение в больнице не должно игнорироваться, но с другой стороны, он как никто другой понимал, что может значить для Сены поехать куда-то с друзьями. У него их никогда и не было толком. Поэтому Шуума и волновался. Кто этот острозубый и ехидный тип? Почему он так властно и легко все решает? Вернется ли его сын вообще? Поэтому, когда Сена позвонил ему и сказал, что они едут обратно, у Шуумы тут же поднялось давление, но выпив две таблетки успокоительного, он остался ждать дома, потому что на его вопрос, не забрать ли сына, тот ответил: - Йоичи меня привезет. Йоичи. Он звал этого ловкача по имени. Но Шууме от этого стало немного легче. Сена никого не звал по имени, добавлял еще обычно “сан”. Вскоре Кобаякава услышал шум подъехавший машины, и невольно выглянул в окно. У них там действительно была целая компания. На двух машинах, одна из которых фургон. Ребята что-то бурно обсуждали, но машины скрывали их почти полностью от Шуумы. Он видел только часть лица Хирумы. Потом бурно прощались, а потом машины разъехались. Шуума сжал руки вместе, умоляя себя успокоиться, и побежал открывать дверь. - Доставка на дом! – фыркнул Йоичи, внося Сену на руках, держа под попу. – Коляску заберите с улицы. - Михаэ-сан, - поздоровался он с матушкой Сены, и та кивнула в ответ. Надо сказать, что она-то волновалась куда меньше Шуумы. Может потому, что блондин ей понравился с первого взгляда. - Проходите-проходите, - затараторила она. – Наверное, устали? Сена хоть и кивнул, но счастливо улыбнулся. Матушка улыбнулась ему в ответ. Ей больше ничего и не надо было: только бы видеть искреннюю улыбку на лице любимого сына. Хирума усадил Сену на диван, внимательно вглядываясь в него. - Тебя бы помыть, что ли. Сена вспыхнул, а потом вытянул руки. Мол, возьми меня на ручки обратно. Он не знал, что отец за его спиной от такой наглости побледнел. - Сена… - прошептал он, собираясь вмешаться. В конце концов, на это дело есть родители. Они же не бросали сына. Но Михаэ остановила его, тронув за руку и покачав головой. - У нас же есть еще время до обеда? – спросил Хирума. Михаэ улыбнулась. - Да. Что ты хочешь на обед? - Что угодно, лишь бы вкус…но… - Йоичи поднял Сену на руки. – Да, так я стану культуристом… - Ничего, переживешь, - фыркнул Сена, привычно обняв Хируму за шею, а потом чуть испуганно глянув на него – вдруг он перегнул палку со своим хамством? Но Йоичи сам едва не поцеловал его при родителях, поэтому по щекам его растекался румянец. Вот почему по лестнице он взлетел, как на крыльях. А потом заперся вместе с Сеной в ванной. На втором этаже она была не очень большой, но вполне достаточной для прямых целей: вымыться после путешествия на гору. - Я хам, да? – тихонько спросил Сена, и тут Йоичи уже позволил себе не сдерживаться, а сладко целовать этого наглеца. Не передать как ему нравилось такое поведение Сены и сам Сена. Поцелуй разжигал страсть. Хирума услышал стон, прижал к себе Сену, чувствуя, что тот возбудился. Его тяжелое дыхание и смущение заставляло Йоичи предвкушать, едва ли не облизываясь. С трудом Хирума заставил себя остудить пыл и сначала привести их обоих в порядок. Конечно, вести себя пришлось немного не по-японски, сразу залезая в ванну и прямо в ней принимая душ, но вариантов не было. Оба устали, оба не стояли на ногах, но Йоичи это вполне устраивало. Он усадил Сену в ванную, наполнив ее до половины и принялся мыть его. Чем-то это напоминало помывку Цербероса, тому тоже нравилось. Но, Сену можно было дополнительно целовать и смотреть в яркие карие глаза. Потом Хирума тщательно смывал с него пену, и мокрый Сена окончательно разбудил фантазии Йоичи. Хорошо, что под пенной водой этого было не очень видно. Стоило потерпеть еще немного. Сена намылил ему голову, и Хируме пришлось чуть склониться, чтобы у чиби сильно не устали руки. Почему-то в этот момент припасть к его соскам показалось отличной идеей. Как и запустить руку под воду, почувствовав, что не он один хочет продолжения. Сена вздрогнул телом, но продолжил тщательно взбивать пену на волосах Хирумы. Йоичи украдкой глянул вверх. Да, чиби был смущен полностью. Когда ванна опустела, Хирума окончательно смыл с них обоих пену. И они уставились друг на друга. Сена в итоге смущенно уставился на свои руки и тяжело вздохнул. - Что будем с этим делать? – коварно спросил Йоичи, а Сена снова ярко вспыхнул. – О, кажется я знаю! Он прижал Сену спиной к спинке ванны, а сам опустился вниз, вбирая его член в рот, лаская языком головку, заставляя Сену терять на секунды дыхание. Вот губы Хирумы скользнули ниже, вбирая глубже, руки придерживали его за талию, подбираясь к соскам. Йоичи чувствовал, что Сена реагирует на каждое его движение. Ему нравилось, что стоны становились все громче, хотя он и пытался сдерживаться, но у него еще слишком мало опыта, конечно же. - Йоичи… Хватит… Я… Кобаякава протяжно стонет, чувствуя, как пальцы Йоичи оказываются в нем, почти едва не кончает. Глубокий толчок длинных пальцев его рук задевает что-то внутри. Что-то от чего все тело сходит с ума. Кажется, что даже ноги готовы это почувствовать. Наслаждение, что потекло от низа во все стороны. Нет, пока это только иллюзия, но Сена поплыл. Еще одно такое прикосновение, и он не выдерживает, кончая Хируме в рот. - Прости, прости, - Сена принялся извиняться, почему-то едва не плача. Ему так хорошо и так страшно одновременно. Хирума смотрит на него с легким удивлением, а когда Сена шмыгает носом, мягко улыбается. Включив горячий душ, он прижимает его к себе. - Не бойся, глупый. Мне можно верить. Сена обнимает его, чувствуя, как от этих слов становится легче. Вера. Вера в людей. В дорогого человека. Вот что ему никогда не доставало. Этого не было. И было страшно получить. Но Йоичи сжимает его крепче, повторяя. - Верь мне. У нас с тобой все будет замечательно. У нас. Сена поднимает на него взгляд. В зеленых глазах абсолютная уверенность, в уголках губ – ласковая улыбка. И Сена прижимается к нему, выдыхая. Неужели этот мир наконец-то повернулся к нему лицом? ** Хирума открывает дверь, забирая у Михаэ поднос с едой. - Он спит? – шепотом спросила она, кивнув на Сену, спящего на футоне и завернутого в одеяло, как ролл. - Устал, - тихо говорит в ответ Йоичи. – Ничего, я его разбужу, перекусим и будет дальше спать. Михаэ улыбается. - Ты останешься на ночь? Хирума кивает. Михаэ молча выходит, прикрывая дверь. В отличии от еще не понявшего, что произошло, отца, матушка понимает, что у нее появился, фактически, еще один сын. Но ее не волновало то, что опечалило бы многих матерей. Она была счастлива, потому что счастлив был ее сын. Наконец-то он вылез из своей скорлупы, наконец-то перестал быть невзрачной тенью. Ему еще предстоит пройти долгий путь, но… - Скажи “а-а-а-м…” – слышит она. Сена тихонько смеется. - Руки у меня работают. - Тогда давай кормить друг друга… - предлагает бархатный, чуть хриплый голос. Михаэ, улыбнувшись, пошла в зал. Надо успокоить Шууму. Все будет хорошо, она была в этом уверена. Йоичи же был очень доволен, что взял отпуск. Вот так проводить время с Сеной, было восхитительно. Утром Кобаякава попытался сделать ему минет, и для первого раза это было очень неплохо. Хирума не стал кончать ему в рот, но дал попробовать лизнуть. Ему было смешно, как Кобаякава скорчил рожицу, а потом покраснел, думая, что обидел Хируму. Но тот только расхохотался. - Привыкнешь, - пообещал Йоичи, и к его удивлению Сена серьезно кивнул. Правда потом все равно улыбнулся. Утро было ранним, поэтому Хирума сам придумывал завтрак, а Сена сидел за столом, ожидая еды. Именно такие моменты Йоичи больше всего нравились. У него их никогда не было, поэтому сейчас он наслаждался по полной. Йоичи был честным самим с собой, и он знал, что на самом деле о чем-то таком мечталось, но ему никогда никто не нравился настолько, чтобы начать серьезные отношения. Хирума в каждом симпатичном в целом парне видел обычно гору недостатков, и ни с одним из не желал мириться. В Сене они, конечно же, тоже были, но в его случае Йоичи на половину закрыл глаза, другую пропустил мимо ушей. Как говорится: “любовь слепа”. Хирума поставил две тарелки на стол и уселся на против. Сена глянул на него, очаровательно улыбнувшись. - Спасибо. Хирума хмыкнул. Ему, конечно, хотелось бы услышать не “спасибо”, а кое-что другое. Но торопить Сену он не собирался. Прошлым вечером Шуума принес Сене новые костыли, потому что больничные остались там, где они должно были быть. Но пока он не чувствовал сами мышцы ног, то Сена на них мог разве что прыгать. И все же, Сена сейчас смотрел именно на них: на костыли, прислоненные к торцовой стороне холодильника. - Не знаю как, но я снова буду ходить, - уверенно и упрямо сказал Сена. – Я тебе обещаю. Хирума в ответ так же серьезно кивнул. Ему очень нравилась эта черта характера Сены. Если вдуматься они были очень похожи. Но только если вдуматься. Каждый был одинок по-своему, каждый справлялся с этим сам. И каждый упрямо шел вперед. К своим целям. Кого-то, например, Сену, стоило подпихнуть в нужном направлении. Кого-то, например, Хируму, нужно было иногда хватать за шкирку и поднимать в воздух, чтобы тот выдохнул. Было только одно но, о котором Йоичи не хотел думать. Кого из них сломать легче? Его или Сену? ** Хирума собирался провести в доме у Кобаякавы не более двух дней, ему и это уже казалось верхом наглости. К тому же, он любил свою квартирку, маленькую, но отлично отражающую его сумасшедший внутренний мир. Тараканов там только не хватало – они не уживались с Церберосом. Это, конечно, ирония. В остальном там был родной сердцу Хирумы бардак, в котором он-то мог найти абсолютно что угодно, а черт сломать ножку. По этой логике Йоичи полагалось звание архидемона, ну, или чего-то крылатого, чтобы не ломать ноги. Он собирался провести не более двух дней, но у Сены дома тоже было неплохо. Во всяком случае, Хирума быстро освоился. Отец Сены не стал отправлять сына обратно в больницу, поняв, что Йоичи справляется и сам. Может даже лучше, чем медсестра. Уж очень блондин был дотошным, когда дело касалось Сены. В тот вечер Сена смотрел телевизор, потому что Йоичи затеял с Шуумой игру в шоги. Кобаякаву-младшего это умиляло и вполне устраивало. Все равно играть вечно они не будут, и времени останется предостаточно. Сене хотелось перейти к более серьезному акту, чем рот и пальцы, но Хирума никуда не спешил, и если бы Сена не видел, что Йоичи его хочет, то начал бы придумывать всякую ерунду, но пока у него не выходило. Раздавшийся звонок в дверь заставил Сену вздрогнуть. Его родители никого не ждали, он тем более, поэтому он посмотрел на Йоичи, ожидая всякого. Даже, что сейчас влетит какая-нибудь девица и сообщит, что имеет на него больше прав. Но предположение оказалось в корне неверно. Когда Михаэ открыла дверь, на пороге стояли трое парней из клуба легкой атлетики. Сена почувствовал, как у него по желудку пополз комок льда. Хирума поднял на них глаза. - Сена, - откашлялся один из них, - ты уже давно не ходишь в наш клуб… Йоичи приподнял бровь. - Я вообще давно не хожу, - холодно заметил Сена, - спасибо за заботу. Это вышло довольно ехидно и в стиле Йоичи. Хирума зубасто и одобрительно улыбнулся. - Да, мы знаем… - сказал другой. – Так получилось. Сена на это промолчал. Вспоминать было неприятно. Весь этот инцидент не был чем-то таким уж серьезным. Сена понимал, что ребята, в принципе, ни при чем. Но их действия он расценивал как предательство. С другой стороны, разве они были друзьями, чтобы говорить об этом? Просто одноклубники. Пока Сена смотрел на руки, продолжил третий: - Мы не пришли просить прощения, просто ты занимаешь место. И раз ты больше не можешь бегать, не мог бы ты написать заявление о том, что уходишь? Йоичи крутил в голове фразу: - А **ем тебе по голове не постучать? – но с трудом промолчал. Ему отчасти было интересно, что ответит чиби, а с другой стороны, он видел, что Сену этой фразой придавило. Бег для него значил очень много. Он же ведь не только ради него не сдается? - Вряд ли мне интересен ваш клуб, - ответил вдруг Кобаякава. – Поэтому делайте сами, что хотите. Меня больше в это не впутывайте. Сена отрезал четко, снова уставившись в телевизор. Хотя вряд ли видел, что либо. - Ого! – возмутился первый. – Можно подумать, ты обиделся?! Первый раз вижу. Но как только он попытался подойти к Сене, Хирума легко перепрыгнул через диван и оказался перед сениным одноклубником. - Проваливайте. Иначе у вас не то, что дополнительного места, вообще клуба не останется. - Да?! – первый собирался хорохориться. – Кто ты вообще… - Мияке Садо, - Хирума хитро глянул на него, - пожалуй, стоит рассказать твоему тренеру, куда же делись деньги клуба за прошлый месяц… Мияке резко отступил, а двое других заметно побледнели. - О, кажется, дошло. Мидзухи Маэ и Канаэ Микото... Парни быстро закивали. Сена же глянул на Хируму. - Оставь их в покое. Они того не стоят. Отвернувшись, Сена невольно улыбнулся. Хирума защищал его на свой манер. Кобаякава начинал догадываться, чем Йоичи зарабатывает себе на жизнь, учитывая, что он учился в платном и престижном университете. Когда они ушли, Хирума уселся рядом с Сеной, а Шуума решил пойти куда-нибудь наверх. - Прости… Я не собирался про тебя ничего вызнавать… Но знал, что рано или поздно, как минимум, одноклубники объявятся и я… - Просто не любишь быть не во всеоружии? – Сена привалился к нему, чувствуя сильные объятья. – Когда же ты познакомишь меня с Церри? - Может… Завтра? – Хирума, убедившись, что никто не смотрит, терпко поцеловал Кобаякаву в губы. - Почему бы и нет… - Сена не смог сдержать улыбки. Зеленые яркие глаза его манили, изгиб рта притягивал… Поэтому Сена, повиснув Йоичи на шею, уронил его спиной на диван. Сена улегся на его грудь, слушая, как бьется сердце блондина. - Аритмии не нашел? – фыркнул Йоичи, пытаясь сбить свое же смущение. Хотелось остаться хозяином положения, но с чиби это было невозможно. Поэтому Хирума не отказал себе в желании потискать его, как котенка. Тихий и ласковый смех, нежные поцелуи были самой лучшей наградой. А завтра, у себя дома, он сделает то, что Сене очень хочется, и с чем он не спешит. Хирума считал, что такое ожидание бывает полезным.