Любовь - тоже взрыв!

– И заметь, Мой новый маленький друг... Ты уже не сможешь отказаться от меня, хм, – прошептал Тсукури на ухо школьнице и отпустил ее. Двое молодых людей остановились около скамейки, которая стояла под деревом Сакуры и сели на нее. – Ну, что, мне рассказывать? Юми кивнула. – Тогда слушай, хм... Дедара откинулся на скамейку и прикрыл глаза. – Мои родители ненавидели меня. Не знаю, за что... И я с самого детства жил в детском доме. Он назывался «Улыбка». Надо мной всегда издевались... Flashback Маленький Дейдара сидел на крыльце детского дома и ждал... Ждал чего?.. Чуда, наверное... Или, может быть, новых родителей... Двери главного входа открылись, и во двор выбежала компания мальчишек из 5 человек. Они начали прыгать вокруг Тсукури и корчить страшные непонятные рожи. – Эй, блондинка! Сколько ты стоишь, а?! – сказал самый старший из них. На вид ему было не больше 13 лет. – Отстаньте от меня!.. Маленький блондин заплакал. Его ясно–голубые глаза намокли. Он закрыл свое лицо маленькими бледными ручками. – Что же ты плачешь, блондиночка?! Мы тебя не обидим! – в один голос закричали два близнеца с болотно–зелеными глазами. Дейдара рыдал в голос. Он ждал воспитателей, но они все не шли и не шли. Тогда мальчики–злодеи начали пинать и бить малыша. Его маленькое беззащитное тельце покрылось темно–багровыми синяками и кровоподтеками... End to Flashback – Потом меня забрали в новую семью. Люди, с которыми я жил, были довольно богатыми. Я начал ходить в элитную школу. Мне давали деньги на карманные расходы, но я каждый раз откладывал их на «черный» день, хм... Я планировал уйти из дома, потому что моим, так называемым, родителям я был нужен для того, чтобы выступать на всяких вечеринках, читая пламенные речи по восхвалению своих отца и матери... Тсукури закинул одну руку на спинку лавки и резко распахнул глаза. Его светлые ресницы взметнулись вверх, а зрачки резко расширились и снова сузились до нормального размера. Юми внимательно слушала своего собеседника. Ее руки сами по себе то сжимались в кулаки, то разжимались. – И вот, хм. В один день я ушел из дома. Школа у меня была проплачена до конца третьего класса. А люди, у которых я жил могли в любое время взять в детском доме другого ребенка, втерев своим коллегам и друзьям какую–нибудь правдоподобную байку типа: нашего любимого и ненаглядного Дейчика сбила машина, но мы дело уже решили, преступник посажен. Тсукури провел ладонью по лицу. Видно было, что ему тяжело и не очень приятно об этом рассказывать. Такамура вздохнула и повинуясь какому–то непонятному и неведомому инстинкту внутри нее, сжала руку парня в своей. – Е... если ты не хочешь, можешь не рассказывать дальше. Девушка все еще немного побаивалась своего одноклассника, но уже не так сильно как раньше. Дейдара горько усмехнулся. Она уже не боится его. Это хорошо. Ведь он, по сути дела, не представляет никакой опасности. Всего лишь подросток, у которого не было счастливого детства. Да что там счастливого, его вообще, в принципе, не было! – Нет, хм. Я обещал. Парень несколько раз тяжело вздохнул, настраиваясь на продолжение не очень счастливого и доброго рассказа о своей прошлой и настоящей жизни. Тонкие пальцы Такамуры все так же мягко, но в то же время уверенно, сжимали теплую ладонь одноклассника. Было приятно. Чертовски приятно. И ему, и ей. – Я ушел. Мне негде было жить, хм. И в один не такой уж и прекрасный момент, меня решил приютить у себя один парень. Учиха Итачи, чтоб он сдох, хм! Но, не все так прекрасно, как казалось. Он поставил мне условие... Flashback Дейдара медленно шел по аллее парка. Он замерз и насквозь промок. Жутко хотелось есть и пить. Все карманные деньги были потрачены. В школу он не ходил уже несколько дней. Учителя бесились. В особенности, химик. Как так!? Его лучший ученик не пришел на городскую олимпиаду по его любимому предмету! Но Тсукури было, мягко говоря, насрать. Его больше волновали его личные проблемы. А не какого–то там левого непонятного мужика с улицы, которого он знает три года. Парень еле дотащился до ближайшей скамейки и устало плюхнулся на нее. Дождь все лил и, кажется, не собирался заканчиваться. Он начал капать еще с большей силой. Мимо проходящие люди не замечали потрепанного и уставшего Дейдару. Конечно, кто сейчас высунет нос из–под зонта?! Вот именно, что никто! Тсукури прикрыл глаза и тяжело вздохнул. Как же все достало! Может, не стоит жить в этом гребаном мире?! Может, стоит дойти до Леса Самоубийц и там спокойно расстаться со своей ебнутой жизнью?! А, может, вообще не надо было уходить из дома!? Ну и что, что его не любят? Зато там тепло, светло и есть все, что нужно для человеческого существования! Вдруг, дождь резко перестал капать парню на голову. Дейдара открыл глаза и посмотрел наверх. Над ним, как статуя, возвышался человек и держал зонт. – Спасибо... Тсукури начал внимательно вглядываться в черты лица его, так называемого, спасителя. Что–то показалось ему смутно знакомым. Черные, как смоль, волосы. Прямой нос. Бледная аристократическая кожа, сквозь которую были видны синевато–зеленые вены. На этом бледном, чуть ли не прозрачном лице выделялись ярко–красные глаза, что было совсем необычно для нормального человека. – Меня зовут Учиха Итачи... Вот! Вот, что показалось Дейдаре знакомым! Это, получается, старший брат Саске Учихи. Того самого плейбоя, за которым бегает добрая женская половина школы! Да и не только женская... – Дейдара Тсукури. Хм, и зачем этот Учиха подошел к нему? С какой целью? – Я знаю, как тебя зовут. Я все про тебя знаю. Тсукури посмотрел на Итачи. Знает про него все?! Что–то не особо верится. – Я знаю, что тебе негде жить. И могу предложить сделку. Сделку?.. Сделку... Только из–за жилья. Хотя, какая разница из–за чего! Главное, что у парня будет крыша над головой, еда, вода и другие необходимые компоненты для нормальной человеческой жизни. Он принял решение. Все равно, других вариантов уже не осталось. – Я согласен. Каковы ваши условия? – Ты должен вступить в Акацуки... End to Flashback Дейдара посмотрел в сторону, на дерево Сакуры. «Да, оно прекрасно, хм. Но это все же не искусство»... Потом, он повернул голову вправо и взглянул на свою слушательницу. По ее лицу нельзя было понять, о чем она думает. Ее глаза тоже ничего не выдавали. Они выглядели «пустыми» и «стеклянными». Рука девушки сильнее сжала ладонь Дейдары. И только лишь это движение выдало всю ее напряженность. Она переживала. Она была зла. Она злилась на Дейдару. Злилась на того самого Итачи. А за что злилась? Непонятно... Просто была зла на них и все тут. Тсукури решил не останавливаться и рассказать сейчас все до конца, не задавая девушке никаких вопросов. Парень нервно сглотнул. Да, все–таки вспоминать свое не слишком радужное прошлое – дело тяжелое. – В этой организации я уже пару лет, хм. У меня есть дом и все остальное. Да, я знаю, что я – массовый убийца, террорист и ужасный человек. Но я не жалуюсь. Да, я не хотел вступать в Акацуки. Но у меня не было другого выбора. Если бы не этот гребаный Учиха, то я сейчас не сидел бы здесь, рядом с тобой. И не рассказывал бы тебе, Юми, историю своего тяжелого и бесцветного прошлого, хм. И все же... Есть и плюсы в том, что я один из Акацуки. Я живу только ради себя и ради своего искусства. А мое искусство – это взрыв, хм. Это – миг чистой красоты... Поэтому, в этой организации я могу творить. А потом показывать миру свои творения, хм. Вот так вот... Такамура убрала свою маленькую ладошку с руки парня и посмотрела на него. В небесно–голубых глазах Тсукури «плескались» словно маленькие рыбешки все чувства, которые он испытывал на данный момент. Боль, отчаяние, раскаяние, сожаление и грусть... Сплошной негатив. Никаких позитивных и светлых чувств. Только печаль, которая передалась и Юми, когда она посмотрела в глаза своего одноклассника. На протяжении всего времени, пока парень рассказывал о себе, девушка думала. Думала о том, как ему, наверное, было плохо. Думала о том, какое решение ей принять?.. Что ей делать дальше?.. И теперь она точно знает, как нужно поступить. – Знаешь, Дейдара. Теперь, после твоего рассказа, мне все равно – кто ты. Я обязательно буду твоим другом. Я попытаюсь сделать так, чтобы печаль, боль и все остальные неприятные и негативные чувства ушли, а их место заменили доброта, счастье и, может быть, даже любовь...