Something to talk about

Проснувшись следующим утром, Ньют обреченно застонал в подушку, когда воспоминания обо всем произошедшем безжалостно обрушились на него. Потратив все свои силы на то, чтобы просто сесть, он скривился от неприятного ощущения. Блондин думал, после хорошего сна боль уменьшится, но, наверное, из-за того, что он занимался сексом в первый раз, должно было пройти больше времени. Ньют, уставившись в противоположную стену, моргнул. Его первый раз. Каждое движение напоминало ему о том, что не Томас доставлял ему удовольствие прошлой ночью и не Томас дарил чувство безопасности, делая все возможное, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Он хотел бы обвинить во всем Минхо, вот только в случившемся не было ни капли его вины - парень давал ему множество шансов остановиться. Но Ньют продолжал заставлять себя. Так или иначе, ему конечно же понравилось то, чем они занимались, даже если это произошло по неправильным причинам. И теперь он согласился сходить куда-нибудь с Минхо. На свидание. Ньют резко втянул воздух через нос и шумно выдохнул. Внизу послышался какой-то шорох, а затем последовал хлопок двери, оповещающий о приходе семьи. Из-за приглушенных бормотаний и хихиканья Ньют решил, что это Бренда с Арисом, но через мгновение он услышал низкий мужской голос, который дал понять, что вернулись Стив и Энн. Стиснув зубы, он встал с кровати и медленно дошел до лестницы, свешиваясь через перила, чтобы увидеть, что происходило на первом этаже: отчим торжественно вносил его маму в дом. Улыбнувшись представившемуся виду, Ньют громко поздоровался с ними, привлекая к себе внимание. - Привет, мам. Привет, Стив. - Ньюти! Ты куда пропал вчера после церемонии? Мы хотели увидеть тебя перед тем, как ты уйдешь, - прощебетала Энн, когда муж бережно поставил ее на ступеньки, которые она ловко перепрыгнула в два счета, чтобы обнять сына. Ньют сначала застыл, не зная, что делать, но все же обнял ее в ответ. - Я был у Минхо... Он, эм, попросил меня помочь ему с... Вечеринкой в честь дня рождения его мамы, и это было вроде как срочно. Он прекрасно понимал - отговорка вышла хилая, хотя все равно наивно надеялся, что она сработает. - Оу, - выдохнула Энн, - что ж, было бы неплохо, если бы ты подошел к нам и сообщил, где будешь развлекаться. - Прости, мам, - он зажмурил глаза, стараясь донести мысль, - мне правда нужно было уйти. Я был нужен Минхо, а мы с Томасом... - слова так и застряли у него в горле. Он даже говорить не мог о (бывшем? Он молился, чтобы это было не так) лучшем друге. Энн прижала его к себе еще сильнее. - Шшш, все хорошо. Что бы ни происходило между тобой и Томасом, ты справишься с этим. Всегда справлялся. Ньют уткнулся лбом в плечо Энн, часто вдыхая воздух и стараясь не поддаться очередному приливу эмоций. *** Что бы ни происходило между тобой и Томасом, ты справишься с этим. Двое одиннадцатилетних мальчишек играют в парке рядом со средней школой, в которую они только-только перешли. В их воображении развивается целая Олимпиада. Они карабкаются по спортивным турникам и лестницам, стараясь заполучить звание безоговорочного победителя. Нога Ньюта едва зажила после инцидента на вечеринке по случаю дня рождения Томаса, и он все еще прихрамывает. Несмотря на это, мальчик соревнуется на равных со своим лучшим другом. Облазив весь парк вдоль и поперек, Томас вскинул руки, торжественно крича, что он является великим чемпионом их соревнования. Ньют спрыгнул на карусель и шмыгнул, вытирая нос рукавом. - Попался, Ньют! Попался! Хвастовство - неотъемлемая часть детства. И сейчас, смотря на Томаса - такого подтянутого, не хромающего и идеального - с поднятыми в победном жесте руками, объявляющего, что он выиграл, Ньют почувствовал себя ущербным неудачником. Ему хотелось хотя бы один раз выиграть у своего лучшего друга, но это казалось невозможным. - Хочешь еще раз попытать удачу в борьбе с моей несокрушимой мощью? Ньют, надувшись, отвел взгляд от ореховых блестящих глаз Томаса. - Я не хочу больше играть. - Ой, да ладно тебе, Ньют. Не будь кайфоломом! - Нет, Томми. Это нечестно! Почему мы не можем сыграть в то, что я хочу, для разнообразия? - Потому что, - Томас толкнул карусель, на которой все еще стоял Ньют, и та начала вращаться, - я не понимаю твоих игр. И они не такие веселые, как мои. - А, может быть, мне твои игры не кажутся интересными. - Ну, ты же в них играешь. Значит, кажутся. Блондин спустил ноги на землю, притормаживая карусель, прежде чем спрыгнуть с нее и пойти по тропинке, оставляя друга позади. - И куда ты собрался? - спросил Томас, хмурясь. - Домой. Я же сказал, что не хочу играть. - А знаешь, что, Ньют? Отлично. Я найду других друзей, с которыми будет круче играть. - Отлично! - Отлично! - Отлично! - не сдержавшись, заорал Ньют на весь парк. Его глаза наполнились слезами, и он, не оборачиваясь, схватил свой школьный рюкзак, который лежал у ворот. А затем побежал домой так быстро, как позволяли его ножки. Он упал прямо в объятия своей мамы, которая как раз вышла из дома в сад, чтобы проверить почту. Слезы вновь выступили на его глазах, намочив кремовые брюки Энн. Тогда она сказала ему те же самые слова, что и сегодня. Всегда справлялся. *** - Все будет хорошо, сынок, - напомнил ему о своем присутствии Стив. Кивнув и улыбнувшись друг другу, Энн и Ньют разорвали объятия. Его мама немного прижалась к Стиву, когда объявляла, что они вернулись лишь для того, чтобы собрать вещи на медовый месяц - сегодня они уезжали на Карибы. Блондин, приложив всю убедительность, на которую был способен, заверил, что просто драматизирует и ничего страшного не произошло, поэтому с ним все будет хорошо. Вернувшись в свою комнату, он закрыл дверь и снова упал на кровать. Его родителей не будет целую неделю, а это означало только одно - Бренда не упустит возможность устроить вечеринку. Он не представлял, что будет делать в это время. Не бродить же ему по дому, словно призраку всю неделю. «Только, может быть», - подумал Ньют, - «Минхо сможет растормошить меня?». Но он сомневался, что ему это удастся в ближайшее время. Все утро он пытался подбодрить себя, но не смог вылезти из-под одеяла, где было так тепло, уютно и безопасно. Даже не замечая, как это произошло, Ньют уже держал в руках телефон, печально смотря на номер телефона Томаса. Он должен позвонить. Должен извиниться. Чувства от вчерашней ночи снова завертелись в его голове, особенно когда он взглянул на фотографию рядом с номером телефона, которую Ньют сделал, когда они осмелились совершить поездку в Шесть флагов* прошлым летом: Томас сидел на скамейке, держа в руках фирменную кружку парка и высунув язык в собачьей манере. Он заблокировал телефон и отложил его подальше. Решив, что лучший способ справиться со всем, - это проваляться в кровати весь день, Ньют завернулся в одеяло и предался саможалению. День медленно шел своим чередом, и Ньют взялся за книгу, через некоторое время почувствовав себя настолько лучше, что решил прибраться в комнате. Чем он и занимался, когда услышал, как вибрирует телефон. На экране высветилось «одно новое сообщение», и Ньют сразу же подорвался с места, рванув к телефону, чтобы, едва не выронив, схватить его трясущимися руками. Минхо: доооооброе утро, Ньют! Чувствую себя прекрасно. Ньют поднял рубашку с пола, не отрывая разочарованного взгляда от сообщения, заполненного различными улыбающимися смайликами. Их было, по крайней мере, двадцать. Блондин знал, что парень добавил их, чтобы он почувствовал себя лучше, и ничего не смог поделать с улыбкой, появляющейся на губах. Он спустился вниз, чтобы положить вещи в стиральную машину, после чего, поморщившись, запрыгнул на нее. Пальцы пробежались по клавиатуре, быстро набирая ответ. Ньют: не могу сказать того же о себе. У меня все болит, но я рад, что ты в порядке :) Минхо: оуу, ничто так не поможет, как хороший массаж. Хочешь, помогу тебе с этим? Удивительно быстро пришедшее сообщение заставило Ньюта задуматься об ответе. Минхо был серьезен или опять предпринял попытку развеселить Ньюта? Но, если это настоящее предложение... «Я не должен», - подумал он, закусив нижнюю губу. Однако, пальцы напечатали совсем другое, когда он вспомнил, что согласился дать Минхо шанс. Хотя только ради того, чтобы переболеть Томасом. Ньют: да, конечно :):):) Включив стиральную машину, он спрыгнул с нее, когда она затряслась, после чего вернулся в комнату, чтобы переодеться в одежду поудобнее: безразмерную майку и пижамные штаны, которые он откопал на дне шкафа. Вновь устроившись на кровати, он только начал засыпать, как в дверь постучали. Ньют знал, что родители уже уехали, так что открыть было некому. Он недовольно замычал и, замученно вздохнув, спустился на первый этаж. Тревожно барабаня по ручке, он, стиснув зубы, набирался храбрости, прежде чем резко распахнуть дверь. Минхо стоял на крыльце, облокотившись об один из столбов, что держали козырек крыши у окна комнаты Ньюта. Услышав, как открылась дверь, он повернулся с улыбкой на губах. Волосы в этот раз были уложены в его обычном стиле, но глаза Ньюта, не задерживаясь на лице парня, опустились вниз, натыкаясь на букет в руках. Цветы были яркими, красочными и чем-то напоминали самого Минхо. Прикусив щеку изнутри, Ньют посмотрел на то, как неловко Минхо потирает свою шею. Подойдя к двери, он пихнул цветы Ньюту, немного посмеиваясь. - Герберы Дейзи. Для твоей мамы, - Минхо улыбнулся, засовывая теперь пустые руки в карманы. - Не уверен, что она увидит их. Они со Стивом уехали в свадебное путешествие. Совсем недавно, кстати. - Главное - это внимание. Ньют кивнул, вдруг понимая, что ухмыляется в ответ, и отошел в сторону, чтобы пустить Минхо. Тот, все еще излучая жизнерадостность, зашел внутрь и разулся. В это время Ньют взял вазу с кухни, наполнил водой и, поставив цветы, вернул ее на место. Взяв из холодильника две банки кока-колы, он мотнул головой в сторону лестницы, чтобы мнущийся у двери Минхо следовал за ним. Он постарался сделать это в самой невинной манере, не позволяя проникнуть двусмысленности в его предложение. Несмотря на то, что Ньют собирался убраться в комнате, здесь все еще царил хаос. Он поджал губы и, покраснев, протянул напиток Минхо. - Извини за беспорядок. Здесь вроде как самый разгар уборки. У меня не было на это времени, когда я вернулся от... Эмм... С ухмылкой, от которой, как подумал Ньют, он никогда не устанет, Минхо взял банку в руки. - Все нормально, Ньют. - Почему ты так улыбаешься? - спросил блондин, шутливо пихая Минхо в плечо, прежде чем присесть на край кровати. - Я счастливый парень, - пожав плечами, Минхо устроился рядом с ним, - теперь еще счастливее, когда ты согласился сходить на свидание со мной. Ньют как раз пил кока-колу, когда услышал эти слова. Минхо похлопал его по спине, беспокойно смотря на то, как Ньют, подавившись, судорожно пытается вздохнуть. - Слишком рано использовать это слово? - неуверенно предположил Минхо, получая от Ньюта, отставившего подальше банку, утвердительный кивок, - понял. Никаких ярлыков. Мысленно поблагодарив Минхо за понимание, Ньют откинулся на спину, пялясь в потолок, пока над ним не навис парень. Взгляд блондина забегал по его лицу, когда в животе поселилась нервозность. - Хочешь массаж, который я обещал? - Ты говорил серьезно? Приподняв бровь, Минхо усмехнулся, исчезая из поля зрения Ньюта. Блондин медленно сел, чтобы увидеть, как парень вынимает из кармана небольшую бутылочку, на этикетке которой Ньют смог прочитать только слово «массаж». - Я верю тебе, - предпринял попытку пошутить Ньют, приподнимая уголки губ в улыбке, и все-таки стянул с себя майку. Шутка сработала, потому что Минхо затрясся от смеха и приказал блондину ложиться на живот. Ньют сделал, как ему было велено, подложив подушку под голову. Сердце выстукивало слишком быстрый ритм, еще больше ускоряясь, когда он почувствовал на себе вес чужого тела. Ньют сглотнул, отталкивая воспоминания того, как несколько месяцев назад Томас тоже делал ему массаж. - Все в порядке? - спросил Минхо, прерывая мысли Ньюта, который повернул голову вправо, чтобы одобрительно хмыкнуть, прежде чем снова уткнуться в подушку. Немного теплое масло, нанесенное на обнаженную кожу, заставило Ньюта выгнуться. Минхо снова спросил, в порядке ли он, осторожно начиная выводить круги на спине. - Д-да, - пробормотал он. Мягкие, успокаивающе касания ладоней Минхо уже расслабили Ньюта, заставляя его впасть в сонное состояние. Минхо сделал что-то настолько приятное, разминая плечи Ньюта, что тот выпустил нечто среднее между стоном и вздохом, мгновенное краснея. - Так хорошо? И снова блондин был способен лишь на короткий кивок, слушая тихий смех Минхо и растворяясь в его прикосновениях. Парень разминал каждую напряженную мышцу спины, пока не провел ладонью в ласкающей манере. Движение было невозможно умиротворяющим, и Ньют, прикрывая глаза, даже поверил, что сможет пустить все на самотек, забыть события субботы. Он мог бы остаться здесь навечно. Когда в следующий момент блондин почувствовал горячее дыхание на шее, которое сопроводилось ощущением губ на коже, он распахнул глаза. Поцелуй был таким невесомым, что его с легкостью можно было бы упустить, погрузись он в дремоту чуть больше. Но прикосновение было достаточно реальным, чтобы он поднял голову, оборачиваясь. Карие глаза, но те жизнерадостные и яркие, которые он ожидал увидеть, пристально смотрели на него. Темные, ореховые глаза. Глаза, что заставили бабочек в его животе встрепенуться, возвращаясь к жизни. Томас сидел на том месте, где должен был быть Минхо. Лицо так близко к его собственному, губы слегка щекочут кожу. Пораженно вздрогнув, Ньют резко сел. Минхо немного отступил, когда блондин, снова посмотрев на него, потер глаза, чтобы окончательно понять, что Томаса здесь нет. «Конечно же его нет, идиот», - подумал Ньют, - «он сбежал от тебя». - Думаю, хватит. Я чувствую себя намного лучше, спасибо, - Ньют торопливо улыбнулся и схватился за майку, избегая смущенного взгляда парня, - прости, Минхо. Словно легкое дуновение ветра, выражение лица Минхо сменилось, когда он нацепил на себя маску. - Все нормально, я зашел слишком далеко. Нужно было спросить тебя, прежде чем... Сглотнув, Ньют в необъяснимом порыве наклонился вперед, на секунду замерев, когда между их лицами осталось ничтожное расстояние, и мягко коснулся губ Минхо своими собственными. Удивленный таким поворотом, Минхо поднял брови, но немедленно ответил на поцелуй, в то же время не предпринимая никаких попыток ускорить процесс, хотя этот этап они уже проходили. Пока они невинно целовались, за окном были слышны лишь звуки изредка проезжающих мимо машин. У Ньюта появилось ощущение, что он изменяет Томасу, и из-за этого сердце неприятно сводило. Но он не изменял - Томасу он был не нужен, что заставило Ньюта действовать с большим напором. Они отстранились друг от друга, чтобы сесть поудобнее, и Ньют приоткрыл глаза - перед ним снова был не тот, кого он целовал, а тот, кого он хотел целовать. Томас бережно коснулся щеки Ньюта, и тот прижался к парню, упираясь руками о кровать, когда наклонился вперед. Он хотел потонуть в этом моменте с губами Томаса, его вкусом, его языком. Он чувствовал, что Томас улыбается в поцелуй. «Не Томас», - Ньют зажмурил глаза сильнее, - «Минхо». Ощущая нерешительность в каждом движении Минхо, Ньют взял его ладонь в свою и уверенно положил ее себе на талию. Другая рука инстинктивно легла ему на шею. Минхо выдохнул в губы, и Ньют моментально почувствовал смену настроения парня, который неожиданно пожелал взять контроль над ситуацией. Блондин не возражал - это замечательно отвлекало от проблем, к тому же, ему нравилось целоваться с Минхо - он был хорош. Не то, чтобы у Ньюта было много опыта в такой сфере. Застенчиво приоткрывая рот, когда влажный язык прошелся по его нижней губе, Ньют позволил Минхо углубить поцелуй и втянул воздух, когда их языки сплелись. Они целовались так же прошлой ночью, но все было намного беспорядочнее и торопливее, чем сейчас. Если говорить начистоту, Ньют не многое помнил из того, что тогда произошло. Он медленно провел рукой вверх по спине Минхо, зарываясь в его покрытые гелем волосы на затылке. Но вместо ожидаемых ощущений, он почувствовал мягкие лохматые локоны, принадлежавшие, как он знал, Томасу. Он не мог больше бороться и окончательно поддался фантазиям. Его пальцы перебирали темные волосы, когда он медленно ложился на кровать, утягивая за собой Томаса. Они не могли насытиться друг другом, Ньют хотел попробовать на вкус каждый сантиметр тела брюнета. Язык Томаса прошелся по нёбу Ньюта, вытягивая из того приглушенные стоны. Ладони взяли лицо Томаса, притягивая его еще ближе к себе, хотя казалось, что ближе уже некуда, пока брюнет не оттолкнулся от него. - Тише, тигр, - идеально вылепленные губы Томаса формировали слова, которые произносились голосом Минхо. Рассматривая россыпь родинок на коже Томаса, словно созвездия на ночном небе, которые он мог бы изучать годами, Ньют подумал, что это может сработать. Минхо провел тыльной стороной ладони по скуле Ньюта так нежно, что тому показалось, если сердце забьется еще быстрее, то просто остановится в следующую секунду. Он открыл глаза, оглаживая спину парня, который заверяюще улыбнулся и мимолетно посмотрел прямо ему в лицо. Это заставило Ньюта шокированно оттолкнуть Минхо, уперевшись рукой ему в грудь. Он сглотнул чувство, поселившееся в желудке, и сосредоточился на том, что происходило на самом деле: перед ним сейчас прекрасный Минхо, которому он нравился больше, чем друг, который заботился о нем, постоянно спрашивая, в порядке ли он, и чья улыбка проникала в самые дальние уголки его души, освещая их. Он никогда не сможет перешагнуть через чувства к Томасу, если продолжит не прекращая думать о нем. С этими мыслями Ньют бесстыдно оседлал Минхо, но, увидев его удивленное выражение лица, мгновенно стушевался. - Слишком? - спросил он, словно они вчера не трахались. Минхо отрицательно покачал головой, и его губы растянулись в улыбке, когда Ньют сократил расстояние, снова поцеловав его, в этот раз тягуче и сладко. Как странно, что до этого он не хотел заходить дальше, пока не будет готов. Но сейчас его тело вполне красноречиво отвечало на каждое простое прикосновение парня. То, как Минхо воздушно покрывал поцелуями скулу Ньюта, заставило его почувствовать, что что-то парит у него внутри. Что-то, с чем раньше он не сталкивался. Все было так нежно, ласково и заботливо, будто раньше они занимались этим месяцами и будто, если Минхо сделает что-то резкое, Ньют разобьется, как хрупкая хрустальная ваза. Атмосфера была настолько теплой и светлой, что блондин немного подвинулся, взглянув на парня и вдруг понимая - он действительно хочет, чтобы это сработало. Минхо открыл глаза, улыбнувшись ему, прежде чем прижаться к шее. Его губы осторожно, почти неощутимо прикусили тонкую кожу, когда он, задыхаясь от нежности, прошептал: - Попался. Попался, Ньют! Попался! Шумно сглотнув, Ньют отогнал воспоминания из детства, и притянул к себе Минхо, сам садясь на колени так, что оказался чуть выше парня. Поэтому ему пришлось наклониться, чтобы дотянуться до губ, пока кончики пальцев осторожно придерживали его за подбородок. Ни один из них не услышал ни телефонного звонка, ни хруст веток за окном. - Ньют, я пыталась дозвониться, чтобы ты открыл мне дверь, но... О, Господи! Ньют? - Бренда открыла окно, пытаясь залезть внутрь, и буквально ввалилась в комнату из-за представившейся ей картины. Она закрыла пальцами глаза, но затем взглянула через них, когда осознала, что парень, которого целовал Ньют, не был Томасом. - Минхо?! Ньют отцепился от майки парня и отполз к изголовью кровати, пока его уши и щеки стремительно краснели. Минхо же в свою очередь, словно ничуть не смутившись, дружелюбно поприветствовал девушку: - Привеееет, Бренда. - Что он, черт возьми, делает в твоей комнате? - пораженно воскликнула брюнетка, но, несмотря на грубость ее слов, она не выглядела злой, - и почему ты тут лижешься с ним? Потерев объятую пожаром от недавних поцелуев кожу на своей шее, Ньют бросил быстрый взгляд на Минхо, который, приподняв брови, смотрел на него в ответ. Затем он снова взглянул на сестру, которая нетерпеливо постукивала ногой, ее руки были скрещены на груди, длинные волосы собраны в уже растрепанный конский хвост, а сумка валялась у кровати - весь ее вид был ужасающе грозный. - Мы, эм, - Ньют прикусил щеку изнутри, с трудом выдавливая из себя, - мы... Видимся с ним? - Чего? - неверяще выговорила она, - как на свидании? Но я думала, что ты с... Минхо оборвал ее, прекрасно понимая, как неуютно чувствует себя Ньют в сложившейся ситуации. - Мы пока не используем слово «свидание». Но сейчас он со мной. Бренда моргнула несколько раз подряд, удивленная тем, что Минхо вступился за Ньюта. Он всегда был важной фигурой в школе, а она никогда не слышала о том, чтобы его отношения длились больше одной ночи. Так что же подразумевалось под этим «видимся» Ньюта? - Ну, эм, это... Мило? - она кинула взгляд полный замешательства на Ньюта, который только пожал плечами и повернулся к Минхо, чтобы не смотреть на Бренду. Тот мягко сжал плечо блондина, когда девушка, последний раз недоуменно взглянув на них, захватила свои вещи и вышла из комнаты. Закусив нижнюю губу, Ньют протяжно выдохнул через нос, привлекая внимание парня. - Немного неловко вышло. Эй? Ты беспокоишься о чем-то? Все мысли Ньюта вертелись в данный момент лишь вокруг одного: расскажет ли Бренда кому-нибудь о том, за чем она их застукала, или нет. Он не был уверен, что хочет, чтобы все знали... Особенно кое-какой кареглазый брюнет. С виноватым выражением лица он пробормотал: - Я просто не думаю, что готов... Как бы сказать... Сделать публичным это, - он махнул рукой, показывая на расстояние между ними, и получил кивок от Минхо. Боже, ему правда стоит прекратить вести себя так с бедным парнем. - Ага, конечно. Я понимаю. Выясним границы, а потом решим, к чему мы хотим перейти. Все произошло слишком неожиданно и возникло из ниоткуда. В голосе Минхо проскользнуло нечто такое, что заставило Ньюта чувствовать себя паршиво, но он кивнул, соглашаясь с его доводами. - Да, именно об этом я и думал. Сильные руки притянули его в крепкие объятия, и переполняющее чувство обиды за Минхо наполнило его тело. Он все забывал, что Минхо - это Минхо и у него есть свои чувства. Те самые, которые он открыто проявлял Ньюту и на которые блондин хотел бы ответить взаимностью, но не мог. Ему нужно было сохранить то, что было у них сейчас. Его прострелило осознание того, что он ведет себя в точности, как Томас. - Наверное, мне уже пора идти, - Минхо ослабил хватку, - но было весело. Надо будет повторить. Быстро поцеловав Ньюта в висок, Минхо встал с кровати. Блондин тоже поднялся, выдавливая из себя слова прощания, и Минхо хотел было шутливо шлепнуть его по заднице, но, вовремя остановившись, собрал свои вещи, напоследок улыбнувшись, вышел из комнаты. Шумный выдох сорвался с губ Ньюта, когда он услышал хлопок входной двери, говорящий об уходе Минхо. Он плюхнулся обратно на кровать, потерев лицо руками и неверяще размышляя о том, что интересует кого-то в больше-чем-друзья плане. - Не хочешь поведать, с чего ты вдруг «видишься» с самым популярным и горячим парнем школы? - Ньют поднялся на локтях, услышав голос Бренды, которая стояла на пороге комнаты, - настоящую причину, пожалуйста. - С чего это тебя волнует? Бренда подняла идеально выщипанную бровь, медленно заходя внутрь и садясь рядом с Ньютом. - Во-первых, с того, что мы родственники. А во-вторых - меня распирает любопытство. - Мы с Томасом расстались, и я решил двигаться дальше. Но он не знает, так что прошу... - Ньют сделал глубокий вдох, чувствуя тяжесть сердца, - держи то, чему стала свидетельницей, в секрете, хорошо? Ты должна пообещать! Брюнетка закатила глаза, но все же кивнула, быстро приобнимая блондина. - Если ты так хочешь, то конечно. Он прижал ее к себе, чувствуя накатывающую на него волну облегчения. - Спасибо. Они перекинулись еще парочкой слов, решая, что хотят на ужин (оба выбрали пиццу), и Бренда покинула комнату, оставляя Ньюта одного на остаток вечера. Когда привезли заказанную еду, блондин набрал себе целую тарелку, вернулся в комнату, решая в кои-то веки не делать домашние задания, и вылез через окно на крышу. Было только семь вечера, а на улице уже смеркалось. Отставив тарелку в сторону, Ньют прижал колени к груди, когда подул холодный ветер. Но вместо того, чтобы вернуться в комнату, он выудил телефон из кармана, открывая фотографии и сразу же начиная улыбаться. На первой из них был запечатлен момент, как они с Томасом забираются на гору. Дело было на одиннадцатый день рождения брюнета. Они ходили в центр развлечений, после которого воодушевились настолько, что решили - они могут забраться на любую гору. Глупо вышло. Ньют карабкался после Томаса и, не успев зацепиться, упал, сломав себе правую ногу, которую у него до сих пор немного покалывало. Он вспомнил, как переживал Томас, все время проведывая его в больнице. С каждой новой фотографией перед глазами возникали воспоминания: вот новый год Ньюта в доме Мёрфи, а вот шестнадцатый день рождения Томаса, уроки плавания и многое, многое другое. У всей этой истории был горьковато-сладкий привкус. Ньюту пришлось признать тот факт, что он всегда был влюблен в Томаса, но ему было интересно, через сколько до него это дошло бы, не пройди они через фальшивые отношения. Спустя еще несколько фотографий Ньют начал замечать, как близко он старался быть к Томасу. Он держал его немного крепче, улыбался чуть ярче и... Заблокировав телефон, он кинул его обратно в карман. С глаз долой, из сердца вон. Прикрывая веки, он взлохматил свои волосы. Ньют собирался быть с Минхо, хотел он этого или нет. Ему нужно было постараться ответить взаимностью. Поднимаясь на ноги - осторожно, чтобы не потерять равновесие - он вернулся в комнату. Блондин решил поменять рюкзак и достал старый из-под стола, перекладывая в него пенал и книги. Все это он проделал в необъяснимой спешке, после чего, переодевшись, залез под одеяло. Слова его мамы и Минхо безостановочно крутились в голове, не позволяя ему заснуть в течение нескольких часов. Что бы ни происходило между тобой и Томасом, ты справишься с этим. Попался, Ньют! Попался! Попался. Всегда справлялся.