Пилот, книга вторая

Торопясь обратно, Кейли подняла воротник своей курточки повыше и втянула голову в плечи, стараясь скрыть следы от пальцев Джен. У нее в шкафу, как она помнила, была недавно купленная замечательная зеленая водолазка с высоким воротником - в ней будет немного жарко, но воротник надежно закроет ее шею от случайных взглядов и ненужных вопросов. Главное было не попасться на глаза Вэнсу. Кейли всерьез опасалась, что он воспринял бы случившееся в штыки и мог бы затеять еще одну драку, а то и что похуже, несмотря на то, что ситуация уже благополучно разрешилась. Впрочем, ей повезло. Когда Кейли бочком протиснулась в номер, стремясь производить как можно меньше шума, Вэнса не было - вероятно, ушел куда-то по своим обычным делам. Облегченно вздохнув, Кейли поспешила переодеться и сделала это как раз вовремя - через четверть часа вернулся Вэнс, причем вернулся с плохими новостями - запланированный вылет отменялся. Цветисто обругав Комиссию по заданиям, Вэнс мрачно плюхнулся в кресло - отсутствие вылетов вело к отсутствию денег, а деньги, которых, как он твёрдо знал, много не бывает, требовались абсолютно на всё. Кейли внутренне улыбнулась - похоже, судьба сегодня ей благоволила. Подойдя к Вэнсу, она присела на подлокотник кресла и посмотрела на него. - Что, Кейли? - сумрачно поинтересовался Вэнс. Кейли постаралась улыбнуться как можно более сочувственно. - Вэнс, ты не хочешь немного отвлечься? - не особо уверенно начала она разговор. - Может, сходим в бар, а? Я бы с радостью составила тебе компанию. К тому же, говорят, сегодня там будет новая певица. От неожиданности Вэнс широко открыл глаза и посмотрел на нее с удивлением. Кейли мысленно задрожала, проклиная своё неумение врать и притворяться. Но если Вэнс и заметил что-то подозрительное, то не стал это озвучивать. - Отвлечься, говоришь, - задумчиво протянул он. - Пожалуй, ты права. Мелкую брать будем? Кейли внутренне содрогнулась. Для Ирии еще определенно рано ходить по таким злачным местам, подумала она. Вот годика через два... Усилием воли она отогнала ужасные мысли, полные невинных девочек в окружении кровожадных пиратов, и покачала головой. - Нет, пусть отдыхает. Сегодня она нагулялась вволю, зато завтра ее ждет ад учёбы и хозяйственных работ. Пусть набирается сил. Вэнс ухмыльнулся и одним движением встал с кресла. Подцепив куртку, небрежно брошенную на стол, он накинул ее себе на плечи, сунул в карман горсть кредитов и галантным жестом протянул Кейли руку. - Ну что ж, пошли. *** - Звенела дорога копытами наших коней, Спокойное время прошло, мы уходим в туман. Два слова последних: "Прощай" и "Налей". Когда мы вернемся, про то неизвестно богам. Наше тело заковано кожей надежней, чем сталь, Наша синяя сталь смотрит в прорези глаз, Что вернусь, я, прощаясь, тебе не сказал. Нас не ждут, и богов не попросят за нас. "Прокляты, прокляты, прокляты!" - вслед нам кричат. "Кто же ты? Кто же ты? Кто же ты?" - губы молчат... Всё выступление Кейли просидела, до боли сжимая руку Вэнса. Публика сегодня подобралась на удивление разношерстная - но и наёмники, и пираты, и торгаши сидели тихо, лишь в промежутках между песнями позволяя себе орать, свистеть, хлопать и топать ногами. Может быть, дело было в харизме самой Джен - выйдя с гитарой в полный бар пиратов в своей черной наёмничьей форме, она лишь молча уселась на стул, помолчала пару секунд и взяла первый аккорд - и зал замолчал. Может быть, дело было в ее голосе - низком, хрипловатом, явно более привычном к выкрикам команд, чем к пению: но Кейли заметила, как две наёмницы, сидящие в первом ряду, не сводили глаз со своего командира на протяжении всего выступления, да и многие другие женщины из числа присутствовавших в зале вели себя так же. - Вэнс, - тихо спросила Кейли, улучив момент, когда Джен закончила очередную песню и потянулась к бутылке с водой, стоящей возле нее на столике. - А как тут принято благодарить исполнителей? Вэнс удивленно на нее посмотрел. - Ну, обычно хлопают. Или дарят цветы. Наверное. Женщины любят цветы и всякие цацки. Хотя чаще просто проходят по рядам - деньги собирают. Кто сколько даст. Кейли почувствовала отчаяние. Сегодня она уже убедилась, как трудно достать на базе Юнкеров живые цветы. Интересно, - мимоходом подумала она, - что было бы, если бы музыканты принимали подарки ракетами, тепловыми ловушками или энергоячейками? С другой стороны, кто поручится, что наемникам не нужны такие штуки? Но как их дарить? Даже если удастся выпросить у Вэнса пару ловушек, не сможет же она принести их, перевязав ленточкой? Нет, нужно что-то другое. То, от чего не откажется даже суровая женщина-Наёмник. - Вэнс, - азартно прошептала Кейли, глядя как Джен отставляет в сторону воду, усаживается прямо и берет пробный аккорд. Начиналась вторая половина концерта. - Можешь дать мне десятку? А лучше - две? *** Покрадываясь по задним рядам столиков, подобно коммандос на задании, Кейли с фланга продвигалась к цели - стойке бармена. Джен снова пела и шанс, что она могла заметить ее, был минимальным. К счастью, бармен понял Кейли почти с полуслова. Достав откуда-то снизу роскошную огромную шоколадку в золотой фольге, перевязанную ленточками и с прикрепленной незаполненной запиской-сердечком, он ухмыльнулся, потребовав с Кейли 35 кредитов и предложив красивый бумажный пакет и маленький алый карандаш в подарок - для удобства заполнения и транспортировки, при этом бармен настолько понимающе подмигнул, что Кейли готова была провалиться сквозь пол от стыда. Получив сдачу и вожделенную шоколадку (опытный Вэнс предусмотрительно дал ей полтинник, пробурчав себе под нос что-то про жадных Юнкеров и лазерный пистолет), Кейли ускользнула обратно. *** Концерт двигался к завершению. Джен спела "Золотого солдата", "Наставление старого рыцаря" и "Нейтралку", задержавшись ненадолго, чтобы глотнуть воды. Притихший зал молчал. Джен поставила бутылку обратно на столик и вытерла губы тыльной стороной ладони. - Последняя. - хрипловато объявила она. - Какую? Поднялся шум. С одного столика кричали "Базуку!", наёмницы-сопровождающие и женщины из числа присутствующих визжали "Тамплиер!", а пираты, лупя кулаками по столам, требовали "Ангельскую застольную". Джен внимательным взглядом обвела полутемный зал - и внезапно остановила его на Кейли. Кейли почувствовала, как ее душа уходит в пятки. Побледнев и судорожно вцепившись под столом в руку Вэнса, она забыла как дышать. Взгляд Джен пронизывал насквозь и на мгновение Кейли показалось, что она вот-вот вылетит из своего ставшего лёгким-лёгким тела, остающегося на земле. В ушах начал нарастать барабанный бой её сердца, но Джен просто спокойно перевела взгляд дальше, никак не показав, что узнала Кейли, и та облегчённо выдохнула. Еще мгновение ей понадобилось на то, чтобы прийти в себя, и тут Джен сделала свой выбор. - "Исполнитель", - негромко проговорила она. Где-то далеко от нее, Кейли сжала руку Вэнса и пакет с шоколадкой, молясь только, чтобы не раздавить ни первое, ни второе, и приготовилась слушать. Ты хотел не победы, Ты ждал указаний, Ты из звездного неба Нарезал предел. Ты входил, словно пуля В чужие сказанья, Ты поставил на карту И с нею сгорел. Рвется ширма души Как горящая пленка На экране следы Твоих рук и любви. Космос стонет под нами На лезвии тонком И отметка "не буду" Сорвется в "живи". Джен пела отстраненно - женщина в чёрном, сливающаяся со своей гитарой в единое целое. Но Кейли чувствовала себя так, как будто с нее содрали кожу и выставили под свет прожектора. Этого просто не могло быть. Джен никак не могла знать, что происходит в её душе. Не хотел, не умел - Научили, как надо: Отличаться прицелом На точный метраж - На забрале сраженья Мишени и взгляды; Выходя из пике Ты уходишь в вираж. Все так просто, что строчкой Ложится в отчете - Вот линейные лица, Вот точка потерь. Столько дней в полусне, Столько дней на работе - А теперь у меня Ты берешь свой предел. Она про Вэнса, поняла Кейли. Вся эта песня - от начала и до конца. Надо что-то делать. Мысли Кейли судорожно искали выход. Но песня заканчивалась, а выхода всё не было. В пересчете на жизнь Я торгую безумьем, В пересчете на смерть Ты мне должен себя. Мне не нужен твой шаг - Твоя память, как струны, По которым пройдусь я Неслышно звеня... Со звоном лопнула струна. Джен медленно, как в трансе, опустила голову, и посмотрела на гитару и свои руки на ней - красная кровь и белая кожа на чёрном лаке - после чего всё так же медленно, не обращая внимания на вопли зала, встала и не глядя ни на кого вышла из помещения. За ее спиной живой цепью стали Наёмники, улыбаясь всем подряд и принимая предназначенные для Джен букеты цветов, подарки и записки. За всем этим гвалтом Кейли с Вэнсом остались сидеть за своим столиком, на время превратившимся в островок спокойствия. Видя, как безучастно уходит Джен, Кейли ощутила опустошение. Она сидела рядом с Вэнсом, сжимая в руках свою бесполезную шоколадку и едва сдерживалась, чтобы не расплакаться совершенно по-детски. Вэнс, похоже, ощутил это, поэтому, когда он посмотрел на нее, его взгляд выражал озабоченность. - Эй, Кейли... - негромко спросил Вэнс, желая ее подбодрить. - Ты что? Кейли шмыгнула носом. На ее глазах происходило крушение ее надежд на выражение благодарности Джен. Но наёмница просто ушла и Кейли почувствовала себя брошенным ребенком. Её песни... Кейли никогда раньше не слышала ничего более проницательного, в них была какая-то магия, колдовство, заставлявшее жить и искать выход из самых безвыходных ситуаций. Смаргивая непрошенные слёзы, она не знала, как это объяснить Вэнсу. Но Вэнс каким-то образом снова её понял. Кивнув, он встал из-за стола, потянув так и не отпустившую его ладонь Кейли за собой. - Я знаю тут один крысиный лаз, - заговорщицки шепнул он прижимающейся к нему Кейли, пока они проталкивались к выходу. - Наёмники о нем не в курсе. - Вэнс повернул голову и ухмыльнулся, перед тем как затащить Кейли в крайне сомнительное служебное помещение, выходящеe в технический коридор. - Сейчас мы догоним твою подружку, точно говорю.