Игра Небес

      Тсуна сломя голову побежала за Юни. Не хватало, чтобы их ещё рассекретили! Волосы шатенки растрепались, создавая эффект «а-ля гнездо». Савада совсем забыла, что может попасться на глаза кому-то умному, который посмотрит в окно. — О чем она только думает? Повеселиться ей захотелось, чёрт! — ругалась Тсунаёши, влетая в здание. Грохот, тяжёлое дыхание и ворчание слышали все, кто находился в резиденции. Те, кто находился в зале для переговоров, странно покосились на дверь. Ария лишь нервно сглотнула, совершенно не понимая, чем занимаются её дочери. Но, пусть так, если уж Юни понадобилось побегать — значит так надо: даже если Ария и её дочь видят будущее, не всегда им удаётся увидеть одинаковые моменты, а порой их видения и вовсе различны до ужасы, до очевидной противоречивости. — Донна Ария, кто это там кричит в коридоре? — слегка улыбнувшись, спросил Тимотео. Он пристально смотрел на Джиглио Неро, пытаясь прочитать её эмоции или уловить ложь, если вдруг та решиться на подобный шаг. Ария терпеть не могла, когда на неё так снисходительно смотрят. Особенно теперь, когда увидела воочию людей, решивших предать небо. После истории Тсуны, она знала что к чему, да и Реборн с Фонг дополнили картину. Так что, ей совсем не улыбалось стать пешкой Вонголы. — Это мой сын, — Ария и сама не знала почему, но будущее ей явно говорило, что лучше сказать, что Тсунаеши мальчик. Тоненькая ниточка судьба словно хотела, чтобы олухи из верхушки Вонголы считали Орэбеллу мальчиком. «Простит меня Белла, но судьба штука вредная. Хоть я так сказала случайно, но будущее пока спокойное, значит так нужно», — подумала Ария, мысленно извинившись перед Тсунаёши. — Оу, у вас есть сын, а разве не дочь? — откинувшись на спинку кресла, поинтересовался Лино. Он то и дело косился на дверь. Буджардини мог поклясться, что слышал голос Тсуны. Все его существо говорило, что это экс-Дэчимо. Пусть его интуиция была намного слабее, чем у Савады-младшей, но всё же в наличии имелась, в отличие от дона Тимотео, — этого у него было не отнять. И эта маленькая, но полезная способность явно «тонко и любя» намекала, что Тсунаёши здесь. Опровергать или подтверждать свои догадки он решил по окончанию собрания. — И дочь, и сын, — более или менее взяла себя в руки Ария. Успокоившись и увидев будущей, она с уверенностью могла сказать, что Вонгола не поймёт. — Дочь родная, а сын приемный. Но ведь иметь детей чудесно, не так ли? Дети — цветы жизни. А у меня два ангелочка. — Ну что же, вы ведь не возражаете, если мы потом на них взглянем, после обсуждения договора, — сказал Ноно, будто не спрашивая, а утверждая. Ария вновь покосилась на дверь, шумно вздохнув. Ох, как же она иногда ненавидела свои способности, особенно когда этот дар позволял ей видеть всё. В мельчайших подробностях. Эта ложь сыграла важную роль в прикрытии Савады. Но не надолго… — Естественно. Вот только боюсь, что договора между нашими семьями не будет, — прямо сказала принцесса аркобалено, холодно улыбнувшись. — Почему же? Джиглио Неро весьма слабы. Вступить в Альянс с нашей семьей, значит быть под защитой и быть уверенным, что мы поможем, в крайнем случае, — нахмурился Лино. Что-что, а малец знал толк в переговорах. Его растили в мафии. Дед так вообще был по профессии дипломатом, хотя и являлся боссом «Anatra». Буджардини знал как уговаривать людей, а в случае чего и не навязчиво припугнуть. Для него не существовало понятий, как «компромисс» или «идти кому-то навстречу». Лино был жесток, пусть и не показывал этого. Чуть что в переговорах не так, то после этого семья исчезала из любых записей. Никто даже под страхом смерти не упоминал об стертых семьях. Маленькая и не заметная семья «Anatra» славилась своей жестокостью. — Мы не настолько слабы, как вы думаете, синьор Лино. Да, мы не можем сейчас конкурировать с остальными семьями, но, — Ария серьезно посмотрела на Вонголу. От ее взгляда побежали мурашки, как от музыки в хорошем ужастике. Когда страх пронизывает каждую твою клеточку. Ты уже не можешь пошевелиться, осознавая свою бесполезность и слабость. Это взгляд аркобалено неба. Принцессы проклятых младенцев. Либо ты ей подчиняешься, либо… — в скором времени наша семьях пробьется. В этом и есть прелесть мафии. Наш темный мир словно игра, а с этим сложно спорить. Вот только в обычной игре можно перезапустить жизнь и заново самому все достигать, а в нашей реальности это невозможно. Ты сам чувствуешь, как антураж вокруг тебя меняется с продвижение наверх по иерархии мафии. — Это безумие, донна Ария. При всём уважение к принцессе аркобалено, но это глупо. Не проще ли получить поддержку от более влиятельной семьи и затем пробиваться вверх по надобности этой семьи? — не понимал брюнетку Тимотео. Он просто отказывался понимать логику женщины, хотя это в принципе невозможно. Женская логика настолько неукротимая, что сами женщины иногда не понимают её. А что уж говорить о небе аркобалено, женщине, которая опирается на предсказания будущего. Иногда из-за этого приходится выполнять неведомые действия, что объяснить-то толком сама принцесса не сможет. Тем не менее она не ошибается. Никогда. — Приношу свои извинения, но время аудиенции закончено. Моё решение останется неизменным. Прощу покинуть мою резиденцию, уважаемые господа, — гордо заявила Ария, встав со стула. Она странно покосилась в сторону Лино и бывших хранителей Тсуны. Те видимо восхитились стойкостью Арии, раз в их глазах просияли огоньки интереса. Может, мальцы что-то и смекнули, вот только она Тсуну не ради них защищает. Да и вообще, им её не отдаст. Порочить небо — худший из грехов, который есть в мафии, а тем более такое небо, как Тсунаёши. — Но как же обещание показать и познакомить нас со своими детьми? — спросил Лино. Ария замерла около самой двери, захлопнув её обратно. Холодный пот прошиб женщину, заставляя лихорадочно думать. И тут в голову пришла «замечательная идея». — Знаете, сейчас они играют в прятки. Так зачем нарушать их игру? Давайте сами поучаствуем в ней. Их вы стразу приметите: у Юни черные волосы, голубого цвета глаза и татуировка под глазом, а у Орэ красные волосы и карие глаза. Вы можете зайти в любые комнаты, кроме комнат с светлыми дверями и помеченных цветами, — на этих словах Ария удалилась, громко цокая каблуками. Но, завернув за угол, она быстренько их сняла и побежала бесшумно искать дочерей. — Ну что, Лино, пойдёшь искать? — спросил мягко Тимотео, наблюдая, как быстро сменяются эмоции на лице юноши. — Конечно, может я смогу повлиять на её детей? Тогда она, возможно, подпишет договор, — шатен ещё на секунду задумался, а после резко встряхнул головой. — Вообще, жаль что мне не удалось спросить донну Арию о Тсуне. — Ноно лишь вздохнул, проскрежетав зубами. Эта девчонка не только испортила его планы, но и влезла в голову его марионетки. Ему нужен он с холодной головой, чистым разумом и под полным контролем.       Верхушка Вонголы быстро разгруппировалась по особняку. Ария уж неслась по коридорам, активировав режим «fiamma». Она буквально насквозь видела особняк и два ярких сгустка пламени дочек. Вот только они бегали с неуловимой скоростью. Так что догнать Орэбеллу и Юни ей пока не удалось.       Тем временем Тсуна интуитивно бегала за сестричкой, сворачивая то вправо, то влево. Перед ней лишь мелькали обрывки пламени. Юни же понимала, что прятаться от Тсуны бесполезно, проще сразу сбежать от неё. Хотя, тогда это уже не прятки, а салочки. Но была еще одна вещь… Тсунаёши не знала, что ей делать. Бегать все время за Юни — не сама радужная перспектива, ну, а по другому её не утихомирить — только поймать. Но было одно «но»: Савада почувствовала чужое приближение, а вот сказать кто это интуиция не смогла. Вонгола или Джиглио Неро? Её хранители? Это и смущало Тсуну. Она ускорилась, из последних сил рванула к своей комнате. Ей повезло, что Юни пробегала по этой части коридора. Дверь за шатенкой захлопнулась. — Привет, Тсунаеши-чан, — весело помахал ручкой Мукуро, сидя на женской кровати листая некий журнал. Увидеть этого хохлатого в расслабленной позе — редкая вещь. Обычно он смеётся своим фирменным смехом при виде Савады и язвит. Но, видимо, шутки закончились. — Мукуро-кун? — слегка опешила Тсуна, подходя к своей кровати. Она осела на неё, немножко не врубаясь в происходящее. — Мне стало интересно, как живет Наги, вот я «вышел» на пару минут. — Сойдёт за оправдание, — кивнула Тсунаёши, стараясь не думать о том, зачем на самом деле Мукуро, которого такие вот выкрутасы могли довести до истощения, занял тело Хром. — У тебя есть какие-нибудь мужские вещи? — Нет, но я могу попросить у ураганчика и Кена с Чикусой. — Сходи пожалуйста. Мне срочно надо! — Тсуна сделала щенячьи глазки, надеясь, что прокатит. — Хорошо, раз Тсунаеши-чан так хочет… — Рокудо неодобрительно нахмурился. — И зачем ей только прятать фигуру под некрасивой мужской одеждой? — Задал сам себе риторический вопрос иллюзионист, бубня себе под нос. Савада лишь улыбнулась. Пока Мукуро ходил туда-обратно, Тсуна нашла в бардаке краску для волос красного цвета. Почему красную? Да и откуда она? Само по себе удивительно сиё совпадение, что у Тсуны оказалась краска красного цвета, как и предсказывала Ария. Хотя ответ весьма прост: Арии пришло давно видение о красной краске и фиолетовой сумке (такая была только у Тсунаёши), поэтому она заранее попросила одного из своих подчинённых подбросить краску Саваде, почти разу после того, как увидела её в аэропорту. Запутанно? Наверно так оно и есть, но никогда не знаешь, что выкинет судьба, если ты не потомок Сепиры или не Ария с Юни.       Савада недолго думая побежала красить волосы, оставляя некоторые пряди, по неумению, коричневыми. Фена в комнате не было, так что Тсуна сушилась собственным пламенем. Ушло около двадцати минут, было сказано множество матов и сожжено около трети волос. За это время вернулся Мукуро. Плюс, Савада подстриглась, коротко и быстро. Теперь она больше смахивала на пацана. Осталась только мужская одежда. Тсунаёши буквально за пару секунд утянула бинтами грудь, оделась и покрутилась перед зеркалом. Рокудо даже удивиться не успел, как его небо выбежала из комнаты. — Пожалуйста, ну сработай ты! — молилась Тсуна известным и неизвестным богам, лишь бы сработала сегодняшняя техника. Спустя пару секунд её мольбы были услышаны: глаза засветили слабым огоньком, но… Тсуна явно не видела, как её глаза заблестели светло- коралловым. Савада видела буквально каждую деталь. Всё было разного цвета, всё-всё, вплоть до картин и ниток на полу. Она видела этот мир по другому, будто бы изнутри. Мельчайший предмет интерьера, даже пыль. Это было странно и непривычно, на секунду Тсунаёши даже затошнило, но она подавила это чувство, глубоко вдохнув и выдохнув. Ощущения у неё были мягко говоря специфические. Но факт оставался фактом — теперь она видела людей. Когда Тсуна увидела очертания Юни, сбегающей вниз по лестнице, что-то колыхнулось в сознание, предвещая беду. И на секунду ей показалось, словно она сходит с ума, с каждым использованием этой техники…