Игра Небес

      Тсуна выдохлась за последние три дня в Англии. Но вот её хранители были бодры и спокойны. Самое странное было для Тсунаеши то, что Верде и Фонг отказались ехать с ними в США. Аркобалено на расспросы девушки лишь отрицательно мотали головой, отказываясь говорить что-либо. Для шатенки это оказался удар ниже пояса. Она думала, что теперь они её друзья, поэтому беспокоилась и любила их. Но они молчали, храня некий секрет. Она-то думала, что может доверить им любые тайны. В принципе так и было. У неё нет ничего, что она утаила бы от учителей и друзей.       Вот только ключевое слово: «ей казалось». Они тщательно скрывали от Тсунаши важную информацию. Саваде было больно, ведь ей довериться они не могли. Из-за этого случая Первая весьма подавлено выглядела. Друзья сразу просекли в чём дело, но говорить ничего не стали. Они прекрасно понимали, что их боссу попросту нужен покой для размышлений. Поэтому хранители оставили Тсуну в номере отдыхать, а сами ушли смотреть на Нью-Йорк во всей его красе. — Босс то, босс сё… — ворчала Прима, ворочаясь на кровати. — Надоело! Неужели просто нельзя назвать меня по имени? Мы ведь… — она прижала колени к телу, свернувшись калачиком. Маленькие крупинки слёз побежали по щекам, оставляя следы. Карие глаза заблестели, что можно было разглядеть и в полумраке комнаты. Сдавленно всхлипнув, шатенка свернулась ещё сильнее, насколько ей позволяло тело. — Мы ведь друзья? Так почему они неосознанно отдаляют меня? Я — их небо, но они мои друзья. Они наравне со мной, так почему они ставят меня выше, чем кого-либо ещё?!       Что-то в самом дальнем углу от Тсунаёши засветилось кристально-белым. Прима даже не обратила на это внимания. Через пару секунд свечение прекратилось и чёрный силуэт оказался над Примой. Из-за истерики и даже некой депрессии интуиция Тсуны притупилась. Но всё же слабо она говорила ей встать, посмотреть что происходит. Нападать она запретила. Савада послушалась своего инстинкта и слегка приоткрыла глаза.       Честно говоря сцена выглядела как из какой-нибудь сёдзе манги. Савада лежала с заплаканным лицом, слегка опухшими глазами цвета молочного шоколада. Её губы светло-розового цвета были приоткрыты. Лежала Тсуна в одной рубашке, что еле как закрывала её нижнее бельё. Кожа ещё не успела высохнуть от недавних истерик, поэтому блестела в сумраке. Волосы разметались по подушке. Она легонько приподнялась на локтях, всматриваясь в пустоту. — Кто ты? — тихо спросила Тсуна, активировав в режим «Fiamma». Горло вновь пересохло, заставляя свою хозяйку испытывать жуткую нехватку воды. Тсуна лишь мотнула головой, стараясь забыть о побочном действие режима. Правильно, за всё нужно платить…       Савада-младшая отчётливо видела яркий сгусток пламени неба. По очертаниям это юноша, но вот больше ничего кареглазая и не увидела. — Я лишь друг, что хочет тебя добра, — спокойно произнёс незнакомец, он присел рядом с Тсуной. Голос был не особо низкий, но при этом бархатистый и нежный. Теперь-то девушка могла разглядеть его, пусть и в тёмных тонах. Фиалковые глаза, улыбка, что олицетворяла власть и интерес, худощавое тело, волосы цвета сахара, стоящие торчком и сильная аура пламени неба. «Один из Три-ни-Сетте», — вздохнула Тсуна, понимая с кем имеет дело. — Что ты здесь забыл, Бьякуран, — спросила Тсуна. Она чувствовала этот запах, что-то сладкое вперемешку с ароматом кофе. — Молодец, юная Прима, как ты поняла, что это я? Мы ведь даже не знали друг друга, до этого момент. — У меня хорошая интуиция, дон Джессо, — ухмыльнулась зловеще в темноте Тсуна. Она точно чувствовала, что сейчас ей лучше сделать маленький перекат, чтобы уклониться от объятий беловолосого существа. Так и произошло. — Это я знаю, Тсунаёши-чан, а имя моё тебе кто рассказал? — Джессо предпринял ещё одну попытку обнять Первую, вот только девушка вновь увернулась. — Одна очень хорошая знакомая. Так что тебя привело ко мне? — спросила шатенка, включив свет. Теперь она отчётливо видела собеседника. Сказать, что Тсуна ошиблась в своих ожиданиях — значит соврать. Именно так она представляла себе Бьякуран.  — Хотел познакомиться с дорогой сестрёнкой Юни-чан, — рассказал причину беловолосый, за что чуть не получил по лицу. — Что ты успел уже натворить с моей сестрой? — тихо прорычала Первая. Ей не нравилось, в какое русло перетекал их разговор. Сейчас говорить о Юни, что так дорога сердцу, самоубийство. Тсуна и так слишком долго держала в себе эмоции, что изредка выскакивали наружу. И разговор о сестре, мог сломать маску. — Ни-че-го, — улыбнулся Джессо. — Я лишь хотел заключить союз с семьёй Джиглио Неро. — Какие цели ты преследуешь? — Сила неба аркобалено. Я уверен, что благодаря Шо-тяну ты уже слышала о «Три-ни-Сетте». — Шо-тян? Откуда ты знаешь Шоучи? — Тсуна не раздумывая перешла в гипер-режим, полностью забыв о том, что сейчас не в самом выгодном положение. Её чувства притупились, отравляя изнутри. Использовать гипер-режим, когда твоя воля колеблется из стороны в сторону — опасно для носителя, ведь это может сильно навредить, но Тсуне было плевать. — Думаю, будет лучше если ты сама его спросишь, — мило улыбнулся Бьякуран. — Моей же целью является проведать тебя, по просьбе Юни-чан. — Юни? — Тсуна поумерила свой пыл, гася огонь посмертной воли. Этого добивался Джессо, ему совсем не нужно, чтоб сестра его возлюбленной убила саму себя. — Да, она беспокоиться о тебе, — жестикулировал руками Бьякуран. — Думаю, о такой особенности ты не знаешь, но «Небеса Три-ни-Сетте» не могут ничего сделать друг другу. Нет, поубивать конечно мы может друг друга. Но прочитать мысли, увидеть будущее, предугадать движения мы не сможем. Юни не может следить за тобой. — А как же тот случай в прятки? — Тсуна не сомневалась, что фиалковоглазый знает тот случай. Определённо, он успел давно подружиться с принцессой, ещё до того, как Тсуна уехала. — Она читала не твою судьбу, а свою, — хмыкнул Бьякуран. Тсуна ему всё ещё не верила, он это прекрасно понимает, но куда уж теперь ему отступать, когда он самолично заявился к защитнице принцессы неба? — В любом случае, это не единственная причина, — оскалилась Савада. — Тебе ведь надо и моё разрешение на союз с принцессой? — Да, ты весьма догадлива, — улыбнулся беловолосый. — Так что? Мы ведь поняли друг друга, м? — Я не знаю, смогу ли тебе доверять, но интуиция молчит, — вздохнула Савада. Выбора иного не было. Конечно, она могла устроить схватку с Бьякураном, заляпать себя чужой кровью и окончательно сойти с ума, но какой от этого прок? Такого человека, как Бьякуран Джессо лучше иметь в друзьях, нежели во врагах. — Присядь, думаю нам есть о чём поговорить, — улыбнулся Джессо, хлопая по кровати, говоря сесть рядом с ним. Ирония момента позабавила Приму. — Да, и это мне говорят в моей же комнате, — у Тсуны задёргался глаз, но всё же она присела, обсуждая с Бькураном разные темы и новости.

***

      Савада узнала много полезной информации. Джессо может путешествовать меж параллельных вселенных, будучи одним из законных обладателей кольца «Марэ». Про это кольцо Тсуна слышала от Верде, который её посвятил в некоторые детали устройства Три-ни-Сетте. — В одной вселенной ты вообще не знаешь о мафии, — начал Бьякуран. — В другой ты мальчик, который боится соседской чихуа-хау. В третей вселенной тебя украли и ставили на тебе опыты. В иной вселенной ты попала на воспитание к Вендиче. Где-то ты сошла с ума и утопила всю мафию в крови, а где-то полностью убила свою семью. Где-то вообще не относилась к Вонголе, но была преданна другим людям, стоящим за спиной «королевской семьи». Где-то у тебя есть брат, где-то ты не обладаешь пламенем, но можешь воздействовать на людей… — продолжал Джессо, смотря на то, как внимательно его слушает Тсуна. Она не смеялась, не говорила ничего о том, что она совсем другая и никогда не стала бы делать подобных вещей. Сейчас она просто слушала и понимала, что все вселенные имеют связь и чем-то, но Тсуна похожа характером и поведение почти на каждую свою параллельную версию.       Когда Бькуран попрощавшись ушёл, то Тсуна стала обдумывать одну вещь. Развалившись на кровати и обняв подушку, шатенка — Если давать каждому хранителю своё описание, то можно составить целую палитру чувств и эмоций, которые могут точно описать их. А есть ли описание у небес? — Тсуна повернулась на бок, вновь обхватив колени. — Если дождь — мягкий, успокаивающий, ураган- стремительный, гроза — яркая, облако — свободное, солнце — тёплое, а туман — меланхоличный, то какая я? Бькуран — это бесконечное небо, что живёт сквозь пространство и время. Юни же — это небо, что как точка в пространстве, светит лишь единицам своим особенным мягким пламенем. А я?       С такими мыслями Тсуна уснула, а в комнату вошла печальная Наги. Она грустно смотрела на Приму, изредка всхлипывая. Тихо подойдя к кровати, иллюзионистка поцеловала в лоб босса. Наги относится к ней, как к сестре, что приютила и воспитала. Для Хроме было не жалко умереть ради Тсуны, но в то же время она понимала, что её смерть доставит Приме только боль. — Ты — наше вечное небо, Тсунаёши.