Прототип 2

Манхэттен, Красная Зона, утро Он стоял, молча глядя на город, ставший его охотничьими угодьями. Наблюдал из укрытия, как группа морских пехотинцев ввязалась в схватку со стаей крикунов – и потерпела поражение. Его губы скривились в злорадной ухмылке, когда хищники, торжествующе рыча, приступили к трапезе, разрывая безжизненные тела солдат своими острыми зубами. Насколько же жалкие существа эти людишки! Считают себя венцом эволюции и вершиной пищевой пирамиды, а на деле – беззащитная двуногая дичь для более сильных и приспособленных зараженных хищников. Группа морпехов только что проиграла в схватке с крикунами. И скоро все человечество проиграет в войне с куда более совершенными существами. «Алекс Мерсер» неплохо поработал. На что только ни пойдет человек, впавший в отчаянье и озлобленный на несправедливый мир, чтобы спасти свою жизнь, которую в скором времени должно было оборвать неизлечимое смертельное заболевание, когда ты пообещаешь ему чудодейственное «лекарство»! Для него, как и когда-то для настоящего Алекса, вирус, получивший название «Черный Свет», был единственным шансом на спасение от неминуемой гибели – и он его не упустил. И, получив, как ему тогда казалось, безграничную силу, «Зевс» начал создавать новый мир, однако, заигравшись в бога, пал от руки одного из своих созданий. Развитые… Эти существа так же жалки, как и люди, которыми они когда-то были. Тоже считают себя совершенными хищниками – и пока еще не подозревают, что их место в пищевой пирамиде находится отнюдь не на ее верхушке. Что ж, «Мерсер» отлично справился со своей ролью – и навсегда ушел со сцены, чтобы освободить место для новых участников этой драмы. Спектакль продолжается. Национальный заповедник Уилламетт, штат Орегон Развитый два года прожил отшельником, ничего не зная ни о своих сородичах, ни о второй эпидемии «Черного Света», поразившей Нью-Йорк. Он бежал из города, чтобы раз и навсегда исчезнуть как для своих врагов, так и для близких. Но Развитый не мог уйти от Судьбы, которая нашла его здесь, в этом глухом лесу, населенным лишь дикими животными, чьей плотью он питался на протяжении двух лет. Сегодня, когда Развитый в очередной раз вышел на охоту, его обострившийся слух, ставший подобным звериному, уловил чей-то крик – и этот крик явно принадлежал не кому-то из здешних обитателей, а представителю иного, цивилизованного мира… Мутант на огромной скорости, какой позавидовал бы любой из лесных хищников, устремился в сторону источника звука. И вскоре он увидел, как рослый крепкий мужчина, сжимавший в руке нож, повалил на землю хрупкую девушку, которая, судя по валяющемуся рядом дорогому фотоаппарату, пришла в заповедник, чтобы снимать девственную природу, но стала добычей двуногого монстра, явившегося сюда вовсе не для фотоохоты. - Ну, ты попала, сучка! – произнес он, проводя ножом по щеке жертвы. Хотя Развитый вот уже два года не общался с людьми, но, тем не менее, он не забыл человеческую речь. - Отвали от нее, вонючий ублюдок! Изумленный насильник обернулся, чтобы взглянуть на того, кто посмел испортить ему веселье. Его рожа скривилась в мерзкой ухмылке, когда он увидел перед собой молодого человека, одетого в джинсы и черную кожаную куртку, с серым капюшоном на голове. - И что ты мне сделаешь?! – Оглушив девушку ударом по голове, мужчина уверенно двинулся на Развитого, вертя в руках нож. – Ох, зря ты, парень, сюда влез! Ты же понимаешь, что мне не нужны свиде… Он осекся, увидев, как пальцы молодого человека преобразовались в огромные острые когти, каждый их которых был больше его ножа. Мигом растеряв всю свою былую смелость, незадачливый преступник попятился, выронив нож из трясущихся рук. Все произошло очень быстро. Лес огласил громкий предсмертный крик, когда десятки тонких извивающихся щупалец заживо разорвали насильника на тысячи крошечных кусочков, растворили и поглотили их. А затем закричал и его убийца, сраженный головной болью – уже почти забытой и не идущей ни в какое сравнение с болью, возникающей при поглощении животных. Воспоминания… Среди них были отвратительные образы искромсанных тел молодых женщин, лежащих в лужах крови на месте преступления. Жалобные крики и перекошенные страхом лица… А еще – ролик из новостей, которые маньяк с удовольствием смотрел, чтобы услышать о своих злодеяниях и беспомощности местной полиции из уст диктора. Однако на сей раз сюжет был посвящен другому. Эпидемия. Ужасная эпидемия, поразившая весь Нью-Йорк. Еще более разрушительная, чем та, что свирепствовала на Манхэттене два года назад. Кошмарные твари, рыскающие по улицам. Беспощадные солдаты Черного Дозора, расстреливающие как зараженных, так и гражданских. Бесчисленные человеческие жертвы. И его имя. Диктор новостей назвал его имя, когда говорил про главного виновника второй эпидемии! Развитый стоял на коленях, судорожно хватая ртом воздух. Он понимал, что теперь уже не может скрываться в лесах Орегона. Он мог убежать от Черного Дозора, Гентека и инфицированных «Черным Светом» чудовищ – но не мог убежать от себя. Алекс Мерсер понимал, что ему придется вернуться в Нью-Йорк.