Слишком принципиальный

В чем был смысл всех этих установленных правил и ограничений, этих границ, которые Мадара возводил для себя и окружающих. Возможно ли было обойти их или не стоило тратить времени на эту крепость? — Извини, я не могу ответить на твои чувства, — с сожалением сказал Мадара, сидя за письменным столом в своем черно-коричневом кожаном кресле. Рейра смотрела в его черные глаза с минуту, после чего опустила густые ресниц и уставилась в пол, стараясь не развертеться. Она не ожидала услышать положительного ответа, но, как говориться, надежда умирает последней, однако сейчас последняя частица этой самой надежды безвозвратно скончалась. — Я понимаю… — девушка развернулась и направилась к двери, делая большие шаги, чтобы скорее покинуть кабинет и забыть все то, что там произошло. Она сделала все, что могла. Впервые она призналась в любви первой, да и вообще это чувство она испытывала впервые, потому отказ был особенно болезненным. — Рейра…! — Мадара вновь окликнул ее, но она уже закрыла за собой массивную дверь его кабинета. Она правда все понимала. Саске предупреждал ее, что его родственник никогда не станет встречаться с кем –то, кто младше на целых 12 лет. К сожалению между 18 и 30 была безграничная пропасть, куда более серьезная, чем даже между 20 и 32 годами. Почему так? Кто знает. Возможно это заложено глубоко в подсознании. Одно дело когда тебе уже за 20 и совсем другое, когда тебе всего пару лет назад исполнилось 10. — Мадара! Это плохой пример. Если ты влюбилась в кого-то взрослого, то он еще может пойти на уступки и закрыть глаза на возраст. Любви все возрасты покорны, но Мадара держит себя под контролем всецело, нечаянная влюбленность в малолетку — не про него. У него целый свод законов, от которых он не отступит, — говорил Саске рыдающей подруге, сидя на кровати в ее спальне. — Не понимаю, почему так. — Просто это Мадара, — Саске приобнял ее за плечи, пододвинувшись ближе. — Почему ты берешь в пример именно его? Он слишком сложный человек. Я таких экземпляров больше не видел. Может твой обожаемый не такой мудреный, — он не знал, что Мадара и есть тот самый обожаемый. Рейра разревелась пуще прежнего и он обнял ее еще крепче. — Мое сердце разрывается на части, — дрожащим голосом отвечала она, не подозревая, что она не единственная в этой комнате, чье сердце болело и расходилось по швам. Саске обнимал подругу детства, которой так и не успел признаться в своих чувствах. Она была единственная, кому он не мог решиться сказать "я люблю тебя", не мог решиться, потому что эти слова наконец-то были бы сказаны не в холостую. Для всех девочек вокруг они говорились с полпинка и необдуманно, но Рейре он так и не сказал… Теперь было поздно, она влюбилась в какого-то неизвестного мужчину и влюбилась крепко. — Рейра… оставь эти мысли… если он не видит какая ты… замечательная, то грош цена ему, — парень повернул заплаканное личико подруги к себе и заглянул в глубокие карие глаза, обрамлённые влажными от слез ресницами. — Ты самая красивая девушка из всех, что мне встречались, — в его груди был целый пожар. Сгорало все. Он бы прижал ее еще сильнее, но боялся, что она услышит, что его сердце рядом с ней бьется в тысячи раз быстрее обычного. — Спасибо, что пытаешься успокоить меня. — Я правда так считаю, — строго ответил он и Рейра снова заплакала. — Как жаль, что ты один так считаешь! — на самом деле Саске не один считал так. Просто всех тех, кто думал так же, он обрезал на корню, прежде, чем они успевали сунуться со своими зачатками любви к ней. — Саске! –окликнул его одноклассник в школьном коридоре. — Чего тебе? — Я хотел спросить у тебя кое-что? — Валяй? — Это относительно Рейры. — Рейры? — брюнет тут же напрягся. — Да. Ты ее самый близкий друг. Я слышал вы с самого детства общаетесь. Хотел просто узнать, есть ли у нее кто-нибудь? — Не понял? — Да брось! Все ты понял. Она нравится мне, но я не стану соваться со своими признаниями, если у нее кто-то есть, — в сердце у Саске кольнуло. «У Рейры есть я! На кой ты ей сдался!» — невольно мысль мелькнула в голове брюнета, хотя в том самом смысле никого не было, но он не собирался уступать ее какому-то идиоту, не способному даже составить конкуренцию. — Да, она встречается с одним парнем, — соврал он. — Черт, я так и думал, — Саске злобно посмотрел вслед своему знакомому. " Топай-топай отсюда" — думал он про себя и сверлил взглядом удаляющуюся физиономию, когда его застигла Рейра. — Ну что, сегодня сидим у тебя? — весело спросила она. — Да, как обычно по средам, — их семьи дружили давно, потому Рейре не впервой было приходить к Саске. Его мама, Микото, подруга мамы Рейры принимала девушку как родную. Собственно, все принимали ее так кроме одного Учихи, к великому сожалению именно он занял в ее сердце особенное место. — А… Мадара ведь переехал от вас уже, верно? — с опаской спросила она. — Да, он жил у нас пока его квартиру не отремонтируют. Переехал в начале недели еще. — Фух! — с облегчением выдохнула она. Они были дружны с Мадарой, когда они с Саске были детьми, а Мадара уже вступил в молодежный возраст, после чего отправился учиться в Америку, где и задержался аж до 30 лет, налаживая и развивая филиалы семейного бизнеса в Штатах. Однако почти месяц назад он вернулся в Японию и Рейра увидела его глазами уже взрослой девушки, а не шебутного ребенка. — А что? — Саске удивленно вздернул бровь. — Да нет, просто, я так… Да просто вздохнула, что мне, не дышать что ли? — Да нет, — парень еще пару секунд недоуменно смотрел на подругу, после чего перевел взгляд в окно. На самом деле вздохнула она не просто так. После того, как она тайно призналась Мадаре в своих чувствах, она даже не могла поднимать на него глаза, а он, как назло, то и дело маячил перед глазами, когда она приходила к Саске. Потому было важно, чтобы он наконец-то съехал. — А что относительно похода в парк на выходных? — А, так конечно! Мы же вдвоем идем? — Да, давай вдвоем, — подытожил парень. Ему хотелось провести время с Рейрой. Без Наруто, Сакуры, Хинаты и прочего шума. Последнее время он вообще не хотел, чтобы кто-то третий маячил неподалеку, когда они могут побыть одни. Он не раз ловил себя на мыслях, что это похоже на мазохизм, так как ему было невыносимо скрывать свои чувства. В воскресенье, как они и договаривались, Саске готовился отправиться в парк, когда его телефон зазвонил. — Ало? — Привет, Саске, — в трубке был голос Мадары, — ты чем занят сейчас? — В парк иду. — С Рейрой? — Да… — А дома есть кто-нибудь? — Нет, родители уехали за город, как раз в гости к родителям Рейры, а Итачи укатил куда-то со своей девчонкой. — Ясно, ты идешь в центральный парк? — Да, хочешь присоединиться? — не желая того спросил Саске. — Нет, я хотел оставить кое-какие документы для Фугаку. Выйдешь к воротам парка через пару часов, я отдам их тебе. На следующей недели у меня много работы, вряд ли успею заехать. — Конечно! — Саске хоть и уважал своего дядю, считая его идолом современности, но тем не менее он почувствовал облегчение, когда тот отказался от совместной прогулки. Странно, что он позвонил Саске, а не его отцу или Итачи, но мало ли какие на то были причины, Фугаку за городом, а Итачи… Боги его знают, где он, так что не мудрено, что телефоны обоих недоступны. Спустя пару часов, они с Рейрой стояли у ворот парка, ожидая старшего Учиху. — А кого мы ждем? Разве ты звал Наруто? Так и не ответил на вопрос. — Разве? Мадара должен подъехать, передать мне кое-какие бумажки. — Мадара? — это имя комом застряло в горле девушки. — Да… — Саске снова внимательно посмотрел на нее, — Ты странно реагируешь. — П-почему? — с испугом спросила та, боясь, что Саске догадается о ее «маленьком» секрете, по которому она пролила целую реку слез. — Не знаю почему. Не я же странно веду себя? Он тебе сказал что-то неприятное? — Нет, что ты! — парень снова задумчиво уставился на дорогу, в ожидании, когда увидит машину дяди. — Вот он! — вскрикнул Саске и начал махать рукой, чтобы тот не проехал мимо. Черное БМВ затормозило прямо перед ними и из него, облаченный в черную одежду плавно и весьма грациозно для мужчины, будто бы выплыл Мадара. — Привет, — низким голосом сказал он, а потом кинув взгляд на Рейру и словно специально добавил, — детишки. — Привет! — Саске всегда рад был видеть дядю, особенно если видеть его приходилось не очень долго, Рейра же промолчала. Было невыносимо обидно, что Мадара специально пытается поддеть ее, показывая лишний раз, что шансы на взаимную любовь равны не то что нулю, они вообще уходят в минус. Это было чистым ребячеством, кто бы мог подумать, что со всем своим великолепием и умом, Мадара будет вести себя так глупо. — Держи, только не потеряй, — дядя всучил племяннику папку с документами, которую тот тут же пихнул в сумку. — Как вам прогулочка? Вечером парк особенно хорош. — Да, ничего вроде. Когда совсем стемнеет, тут горят красивые фонари, уверен что не хочешь остаться? — бедная девушка, которая стояла немного поодаль, выпучила глаза, в которых выражалась мировая скорбь, но так как она стояла за спиной друга, тот не видел этих болезненных глаз, а вот Мадаре открывался прекрасный вид на этот эмоциональный взрыв. — Хм… — потянул он паузу, специально, чтобы увидеть как с каждой минутой взгляд Рейры приобретал все боле грустно- злое выражение. — А может… — снова протянул он и девушка перевела взгляд на этого… нехорошего человека. Ее брови съехались на переносицу от возмущения, чего он добивается? — Да соглашайся, мы с Рейрой уже обо всем поболтали, о чем хотели, теперь можно и втроем погулять, думаю она тоже не против, да? — Саске повернул голову назад, ожидая ответа подруги, та еле успела сменить грозное выражение лица, на эмоцию радушия, что не могло не повлечь смех Мадары. — Я… не против конечно, — выдавила она с улыбкой. — Давай, Мадара, попробуй земные развлечения, — под «земными» Саске имел ввиду обычные прогулки и веселье, то от его Мадара был далек, так как ничто не навлекало на него большую скуку, чем радостные лица прохожих и мирской покой. — Ладно, там аттракционы есть? — Ага, — довольно буркнул Саске, а вот сердце его подруги екало совсем по другому поводу. Меньше всего ей хотелось, чтобы этот человек сейчас влился в их компанию. — Тогда идем, я прокачусь на парочке и поеду домой. — О Боги, мне кажется сегодня небо упадет, сам Мадара пришел погулять в парк. — Не ехидничай, — ответил старший Учиха и с улыбкой направился ко входу в парк. На самом деле единственный, кто действительно был самой настоящей ехидной, и был Мадара. Возможно страдания людей доставляли ему моральное насыщение, как энергетический вампир он словно насыщался страдальческим видом их с Саске общей подруги. Да, нельзя сказать, что Мадара действительно относится к Рейре как к ребенку, все было нормально, они общались на равных, до тех пор, пока девушка не призналась ему в своих чувствах. По сути дела все прошло куда лучше, чем девушка ожидала, Мадара никак не подкалывал ее в течении всей их многочасовой прогулки. Они втроём отлично проводили время, но без нескольких минут тяжелого молчания обойтись никак не могло. Они наступили в парковой закусочной, когда тройка попивала холодные напитки и Саске вдруг решил ненадолго отчалить. Целый мир скатился в яму для Рейры в короткой фразе: — Так, я сейчас вернусь, — оповестил он и вскочил из-за тяжелого, грубо сколоченного, ярмарочного стола. — Ты куда?! — в панике спросила девушка. Саске только одарил ее коротким все объясняющим взглядом, конечно, ведь и так было ясно, что он побежал не грибы собирать. Этот ужасный момент, когда она и Мадара остались за столом вдвоем. Пусть на улице и была толпа народу, она слышала каждое биение своего сердца. — Да расслабься ты, Рейра, — спокойно произнес оставшийся Учиха и его рука легла на хрупкие плечи. — Не могу, — ответила она сжимая стакан с соком, покрытый холодной испариной. — Почему? — Ты меня напрягаешь, — Мадара рассмеялся. — Тогда измени своем отношение ко мне и все снова станет как прежде. — Этого я тоже не могу, — Мадара выдохнул. — Ничего-то ты не можешь, — с наигранной печально сказал он посмотрев в потолок. — Ты же не любишь парки и гулять ты тоже не любишь. Да что там говорить, от аттракционов ты тоже не фанатеешь. — И? — Что и? Специально ведь согласился приглашение Саске, вампирюга, — Учиха снова расхохотался. — Я не вампирюга.. просто есть кое-что, что и мне не под силу. — Что же? — лицо Мадары выглядело печальным, но девушки это было знакомо, уж больно искусным актером был этот демон. — Например, я не могу отказать любимому племяннику, — его печаль преобразилась улыбкой во все 32 зуба. Самой прекрасной улыбкой, что доводилось видеть Рейре. Она так и знала, что он играет. — Ну конечно! — Рейра.. ты многое не понимаешь, ты еще совсем ребенок.. — С каких пор ты стал так говорить, — перебила его девушка, — «ребенок», «детишки». Специально ведь делаешь… — Все не так просто моя дорогая, — уже строгим тоном отрезал Мадара. Его лица и настроения менялись одно за другим, но Рейра знала, все это издержки общения. Люди не поймут, если лицо ничего не будет отражать, а то самое «ничего» и было внутри Учихи. — Да все просто. Ты играешь на нервах, нет чтобы замять все это дело, как мужчина, так ты снова и снова дергаешь меня за ниточки. — Вот как раз потому что я мужчина, я не могу все это замять. — Почему?! — Да потому! — это был уже не тот юный Мадара из загородного дома, который отвел глаза и сделал вид, что ничего не заметил, когда маленькая Рейра пролила варево из глины и песка на ковер в гостиной. — По-мужски ответил. Мы в детстве в догонялки все вместе играли, а теперь ты вдруг стал таким невозможным, целый свод правил для себя придумал, ни обогнуть, ни подступиться. — В детстве? Мне было 19, а тебе 7. И ничего я не придумывал, никаких правил. — Ладно! Я просто прошу замять это все. Мне надо время, чтобы переключиться на кого-то другого, — девушка злилась с каждым сказанным словом, а Мадара словно все больше и больше пьянел от ее злости. Точно ненормальный. — С меня? На кого-то другого, ну это у тебя вряд ли получился…- самодовольно ответил он. Увы, это была писанная истина. — Небо, 30 лет человеку, а ведет себя как надменный подросток. — Это я то подросток? — А, то есть с надменным ты не споришь? — Рейра! — 18 лет уже Рейра. — Не нарывайся! — Да я уже нарвалась, -разговор медленно терял шутливые интонации, потому когда Саске вернулся, между Рейрой и Мадарой сверкали молнии, которые было видно невооруженным глазом. — Что тут у вас случилось? — недоуменно спросил вернувшийся Учиха. — Ничего, поехали, я развезу вас по домам. — Уже? — Да, уже, — ответил Мадара металлическим голосом, поднимаясь из-за стола. — И поскорее, — подытожила девушка. — Да что случилось –то? — возмутился парень. — Ничего, Рейра решила прошлое вспомнить. Еще бы припомнила, что я обещал на ней жениться, когда ей было семь. — А, кстати! Вот тебе очередной пример твоего «мужского» слова. — Да ты совсем что ли?! — Мадара резко развернулся к девушке и сверлил ее глазами. Она ничего не ответила. Для Мадары вся эта ссора была не более чем фарсом, минутной развлекаловкой, а вот ее разрывало на части от обиды и переживаний. Рейра села на заднее сиденье, ее дом был первым по пути, потому она мечтала уже покинуть это черное обиталище демонического человека. Мотор завелся и кадры ночного Токио стали мелькать за стеклом. — Мой поворот! — вскрикнула она. — Что прости? — Мой поворот! — Раньше надо было сказать. — Я сказала! — Я не слышал. Сначала отвезем Саске теперь, — на самом деле все он слышал, просто в его голове взыграла нова идея, как вытащить остатки духа из девочки. Как хорошо, что ее родители живут за городом, а не с ней в квартире. Целую ночь она будет скитаться от кухни до спальни, заваривая литры чая и пытаясь утопить печаль в приключенческих романах и никто, к великому счастью, никто не спросит, что с ней не так и ничего не придется объяснять. Саске вылез из машины, кинув беглое » пока», но все же взглянув на Рейру повнимательнее. Девушка смотрела в темное окно и ждала, когда дверь машины захлопнется и наступит тяжелая тишина.