Энни

      В тот день было солнечно. Кажется, это была середина июля. Солнце стояло высоко в небе. Палящие лучи обжигали кожу кадетов, что усердно занимались на тренировочной площадке, где не было ни одного спасительного пятнышка тени. Бедные ребята еле держались на ногах. Было до того жарко, что многие уже давно скинули свои рубашки, что уж говорить о куртке и ботфортах. Кадеты то и дело останавливали тренировку ради глотка воды. Кто-то даже падал в обморок, получив тепловой удар. Однако инструктора Шадиса это совсем не волновало. Кажется, он решил испытать жарой новеньких."Солдат должен переносить и стужу, и зной! Должен быть готов сражаться при любой погоде!"– его излюбленное объяснение жестоких тренировок. Наконец раздался звонок, оповещающий новобранцев о конце тренировки. Со стороны кухни тянулся запах тушеной картошки с овощами и свежего хлеба. Пришло время обеда и все дружной толпой двинулись в помещение. В столовой было непривычно тихо и пусто. На этот раз многие решили обедать на свежем воздухе, уж до того душно в помещении. Во дворе не так уж много мест, где можно было бы спрятаться от палящего солнца, поэтому ребята разбились на небольшие группки и разошлись по углам, где притаилась тень. Каждый болтал о чем-то и воздух наполнился голосами и звоном посуды. Чуть поодаль, под тенью ветвистого дерева, расположился один из кадетов — щупленький мальчишка. Он уже закончил с трапезой и теперь расслабленно наблюдал за однокурсниками. С его места хорошо виден весь двор. –Армин, почему ты сидишь здесь?–произнес холодный женский голос, заставив юношу прервать свое занятие,– Где же твои друзья? Рядом с мальчишкой опустилась светловолосая девчушка и довольно растянулась на траве, не поворачиваясь к соседу. –Здравствуй, Энни. С улыбкой ответил мальчик, чуть подвигаясь и прижимая колени к груди. Он внимательно рассматривал однокурсницу, гадая, почему она подошла к нему. 104-ый набор был лишь месяц назад, поэтому Армин еще плохо знал что из себя представляет каждый кадет. Однако и месяца было достаточно, чтобы в блондинистый голове появились хоть малые, но все же полезные сведения об однокурсниках. Чего не скажешь об этой девочке. Никто не знает, что творится в светлой голове Энни Леонхарт. Она редко показывает свои эмоции. Всегда замкнута, малообщительна. Можно сказать, что она полная противоположность Армину. От того ему всегда было интересно наблюдать за ней. – Ты не ответил на мой вопрос.– спокойно произнесла Энни. Девчушка повернулась лицом к соседу и заправила светлую прядь волос за ухо.На ее лице не отразилось ни одной эмоции, даже простого удивления от столь пристального внимания к ее персоне со стороны мало знакомого мальчишки. – А-а,– Армин резко отвел взгляд на молодую зеленую траву, – у них дополнительные тренировки, а мне просто нравится это место! На его щеках горел легкий румянец, а на губах растянулась нервная улыбка. "Как стыдно! Она, наверняка, подумает что-нибудь не то!" –Да, место и правда чудесное.– Энни вернулась к созерцанию раскинувшемуся перед ней двору. Конечно, вид был далеко не сказочным, даже не красивым, однако само место под деревом, действительно, чудесное. И девочка улыбнулась, ведь здесь было так спокойно.

***

      Огоньки азарта ярко горели в голубых глазах. Арлерт ловко перелетел через красную черепичную крышу здания. Он уже не плохо справлялся с приводом пространственного маневрирования и чувствовал, что это задание, возможно, будет ему по зубам. В конце концов это была тренировка, а азарт распылялся с каждым рывком. Армин был в паре с Энни и Жаном Кирштейном. Это задание на работу в команде выполнялось небольшими группами. Команды составлялись по жребию: каждый кадет вытягивал палочку с номером своей команды. В каждой по три человека. Задача - устранить как можно больше мишеней. –Армин, твой с лева! Энни, ты берешь того, что справа!– Жан быстро отдал приказы, а затем разрубил шею одного из искусственных титанов. -Тц, без пяти минут командир.- тихо фыркнула Леонхарт. С наступлением сумерек, закончилась выматывавшая тренировка. И все кадеты валились с ног от усталости и голода. Манящий запах еды, что доносился с кухни, мигом приободрил большую часть уставших ребят. Армин стоял облокотившись о стену и слушал неспешный разговор Эрена с Микасой о недавней тренировке. Он не был самоубийцей, поэтому решил подождать пока пройдет толкотня и можно будет спокойно зайти в помещение, не беспокоясь о том, что его ненароком могут задавить особо голодные кадеты. Блондин не долго слушал длинный рассказ Эрена. Краем глаза он заметил скучающую Энни, что стояла напротив и, видимо, ждала когда наконец можно будет пройти в столовую. –Кажется, уже можно спокойно пройти.- заметила Микаса, наблюдая за тем как расходится толпа. –Ребята, вы идите, я вас догоню.– бросил Арлерт отходя от друзей в противоположную сторону. Юноша быстро пересек коридор, остановившись возле девушки. Леонхарт подняла голову, осматривая лицо подошедшего. –У меня появилась одна идея,– резко наклонившись к уху девушки, заговорил блондин. На его лице играла улыбка, которую вряд ли отнесешь к разряду милых и дружелюбных. На лице девушки не появлялось никаких эмоций, но пока Армин активно говорил, ее губы изогнулись в задорной улыбке. Они стояли за углом. Это был поворот около кабинета инструктора, а дальше по коридору располагались душевые комнаты. По расчетам Армина совсем скоро здесь должен появиться Жан. Подкараулить и напугать однокурсника довольно глупая и стандартная идея. Однако, большего им и не нужно было. За прошедший день Кирштейн порядком поднадоел своими дурацкими указаниями и безобидная шутка проучила бы "командира". Темный угол и тишина, играли на руку притихшим ребятам. Совсем скоро послышались неспешные шаги. Энни осторожно выглянула из укрытия, надеясь увидеть приевшегося за день однокурсника. Как и говорил Армин, Жан неспешной походкой шагал к ним в ловушку. Девушка подала сигнал кивком головы. – Бу,- Энни вышла из-за угла и скорчила пугающую гримасу. Не ожидавший подвоха Жан дернулся и тут же издал испуганный вопль. -Твою мать, Леонхарт! - выругался кадет и в ту же секунду замер, так как прямо перед его носом резко открылась дверь. На пороге стоял инструктор Шадис. -Кирштейн, какого черта, ты визжишь как сопливая девка?! - инструктор так и истончал гнев, а Жан лишь глотнул ком в горле стараясь не дрожать. Сейчас совершенно не хотелось получать дополнительных заданий от инструктора. -Я...это..- лепетал кадет, - это все из-за Леонхарт! - Значит ты испугался девчонки, кадет? - парнишка зажмурился, - Десять кругов вокруг казармы, живо! Смеясь, парочка светловолосых удалилась, оставляя, закипавшего от злости Жана стоять по среди пустого коридора. Они кривлялись друг другу и корчили рожицы, наблюдая со двора, как их бедный однокашник плетётся совершенно выжатый после ночной «прогулки».

***

      Это было начало июня. Солнце уже приятно грело, однако дыхание весны еще напоминало о себе прохладным ветерком. Кадеты 104-ого корпуса разъехались кто куда, так как наступили долгожданные выходные. И наши герои не стали исключением. Пусть им некуда было ехать и их никто не ждал к ужин в кругу семьи, но совсем не хотелось провести дни отдыха в душной казарме. Поэтому, дружной компашкой, ребята отправились в ближайший густонаселенный район, дабы погулять на праздниках и побывать в новых местах. С самого начала такое провождение выходных планировали лишь Эрен, Микаса и Армин. Но, ко всеобщему удивлению, к их скромной троице присоединились Бертольд, Энни и Райнер. Ребята расположились на залитой солнцем поляне, что находилась в городском парке. Они сидели на довольно большом пледе, а рядом стояла корзинка с провизией. Эрен и Микаса внимательно слушали рассказ Райнера и Бертольда о том, как справляются те или иные праздники в их родной деревне. Какие готовят угощения, какие костюмы и танцы. Затем пришла очередь Йегера делиться историями о своих семейных традициях. В общем, беседа была спокойной и легкой.       А чуть поодаль, под старым ясенем сидела девушка. Ее глаза были закрыты. Она слушала шелест листвы и веселое щебетание птиц. Золотые волосы слегка покачивались на ветру. Со стороны она казалась совершенно спокойной. Никто не знает, что спрятано за этой безэмоциональной маской, что сковало такое красивое и юное лицо. Армин тоже слушал истории, но его взгляд был прикован к хрупкой маленькой фигурке под деревом. В конце концов, его мучил вопрос: почему она сидит в стороне ото всех? Юноша осторожно покинул друзей, не нарушая их разговора. Все таки ему была интересна эта девушка, что скрывала свои эмоции. За все время их знакомства, Армин так и не узнал всего того, что хотелось бы. Но кое-что он все же разузнал. Эта удивительная девушка с восковым лицом совершенно не умеет скрывать то, что маленькими искрами вспыхивает в синеве глаз. Там они прячутся. Ее эмоции. –Энни, почему ты сидишь одна?– блондин подошел к девушке и заглянул в ее глаза, где вспыхнуло удивление,– Ты ведь из той же деревни, что и Бертольд с Райнером. Они рассказывают о своей культуре. –Я не люблю пустой болтовни.– холодным тоном ответила Леонхарт. –В таком случае, ты могла бы просто послушать.– юноша сел рядом, поставив на бетонный поребрик пластиковый стакан с горячим чаем. –Зачем слушать эти разговоры,– она неотрывно смотрела куда-то в глубь парка, - куда интереснее слушать голос природы. Он говорит о многих вещах. –Тогда, пожалуй, мне не стоит мешать. Арлерт уже поднялся, направляясь в сторону, где сидели друзья. Он успел сделать несколько неспешных шагов, как голос Энни остановил его, заставив обернуться. –Ты забыл свой чай. Девушка протягивала стаканчик с жидкостью. Она уже успела сделать пару глотков, иначе, откуда ей знать, что внутри. –А, спасибо,– блондин улыбнулся, протягивая руку к предмету. Однако он не успел взять стакан, как Леонхарт одним резким движением потянула юношу к себе, заставляя сесть рядом. Армин был удивлен. Однако на ее лице не появилось эмоций, лишь озорные искорки мелькнули в глазах. –Энни? –Твое присутствие мне совсем не мешает. Ты не против, если я допью твой чай?– она чуть повернулась, ожидая ответа. –Эм, нет, конечно, не против. Блондин наклонился, стараясь заглянуть в синеву ее глаз, что словно зеркало показывали отражение души. Ведь в ее голосе, как ему показалось, была слышна печаль. –Энни, почему? И девушка обернулась на его голос, заглядывая в голубые глаза напротив, замечая немые вопросы и удивление. –Просто мне так спокойнее. Ты словно ходячий излучатель вселенского спокойствия. Юноша отвел взгляд, чувствуя тепло на своих щеках. Его губы тронула улыбка. –Вовсе это не так. Я даже и не думал, что ты обо мне такого мнения, спасибо. –Мы с тобой слишком непохожи. Возможно, от того и чувствуем себя комфортно друг с другом. Она говорила тихо. А уголки губ дрогнули, показывая, скрытую улыбку. Но он видел. Она это знала. Этот день стал началом чего-то нового для них обоих. А это лето было последним для корпуса номер 104, ведь время учебы подошло к концу.

***

      Вот уже месяц прошел после прорыва стены Роза. Вот уже месяц, как закончилось обучение 104-ого корпуса. Вот только церемония окончания задержалась на долгий месяц. Их осталось не так много. Большинство погибло во время обороны города Трост. На хрупкие плечи кадетов свалился огромный камень, именуемый жестокой реальностью. Сколько погибло тех, кто мечтал о светлом будущем, кто стремился освободить людей от клетки, кто пытался обрести свободу? Они не дожили всего месяц. Жалкие тридцать дней. И были так бесчеловечно убиты, точнее съедены этими ужасными тварями. Выжившим же предстояло исполнить свой долг солдата и выбрать свой путь. Каждому надо идти своей дорогой. Энни Леонхарт выбрала военную полицию. Она с самого детства знала это и готовила себя к этому. Защита горожан за стенами, непыльная работа, жизнь в дали от гигантов и смертей. Но как же так вышло? Она оказалась неготовой. Армин Арлерт вступил в разведотряд. Он должен был это сделать. Последовать за друзьями детства. Ради погибших родных и друзей. Ради человечества. Он должен освободить мир от титанов, пусть и ценой собственной жизни. Юноша был готов к этому. –Пришло время прощаться. Теперь ты будешь в безопасности за стенами, а мне предстоит выйти во внешний мир. Юноша говорил совершенно спокойно, даже с ноткой безразличия в голосе. Ведь он все понимал. Чего совершенно не скажешь о девушке, которая утратила былую стойкость и безразличие, еле сдерживая дрожь в голосе. Казалось, что они поменялись местами. –Арлерт, тебе не идет быть бесчувственным.– она не поднимала головы, боясь увидеть в знакомых глазах холод,– Это моя прерогатива. Но Армин, как будто и не слышал ее слов. Он осторожно поднял ее голову за подбородок, поддаваясь глупому порыву, желая, возможно, последний раз взглянуть на ее лицо, запечатлеть каждую мелочь. –Энни, другого раза может не быть. Ты же сама понимаешь, разведчики не живут долго. Юноша не колебался. Он запретил себе думать в этот момент. Только не думать. Не сейчас, не поддаваться страху и отчаянию. Не быть трусом, что бы потом не сожалеть о том, что не сделал. Он осторожно наклонился к ее лицу, даря долгий прощальный поцелуй. Она не отстранилась, лишь мимолетно выдохнула удивление в губы напротив. Возможно, это был бы самый нежный и запоминающийся момент в их жизнях, не будь он омрачен чувством безнадежности и привкусом соленых слез. Ее слез. Перед Арлертом больше не было той холодной и безэмоциональной Энни, которую он видел на протяжении трех лет обучения. Перед ним стояла живая девушка, потерявшая свой источник спокойствия. –Армин,– она прижалась к нему так сильно, как только могла,– прости меня. Он ничего не ответил и лишь сильнее сжал хрупкую фигурку девушки. Он все понимал и она тоже. – Прощай, Энни Леонхарт. И он ушел, с трудом разорвав объятья. Ушел с надеждой, что ее ждет счастливое будущее. –До встречи, Армин Арлерт. Прощаться всегда сложно. Тем более, когда знаешь, что встречи в будущем может не быть вовсе.