Записки юной художницы

В моей голове всё прокручивался и прокручивался вчерашний случай. Я его знаю всего пару дней, а уже сижу как маленькая девочка и думаю о Нём. "Ведь это неправильно", - скажет ум. "Он же нравится тебе", - будет твердить сердце. Но так нельзя, а ещё и Эмбри постоянно ходит здесь, приглашает гулять. Ну а что я ему скажу? И вот как раз сегодня я согласилась пойти с ним на пляж, даже не из-за того, что мне этого хотелось, просто потому, что нельзя так обижать человека постоянными отказами. Размышляя об этом, я собираюсь к нему на встречу. Возьму на всякий случай акварель, если не о чем будет поговорить, хоть порисую. И вот уже я собралась, а в дверь тихонько постучали. Вдох-выдох, вдох-выдох... Дверь открыта, на лице милая улыбка. - Привет, Лекси! Ты готова? - Мда... Привет, Эмбри! - Тогда пойдём? - Конечно. С этими словами мы вышли из дома. Шли в гробовом молчании, только ветки похрустывали под ногами, разряжая такую напряжённую тишину. Наконец-то парень подал голос, а я уж думала, что он вообще говорить разучился, ну что ж, послушаем. - Ты рисуешь? - Я пишу. Это моя жизнь. - А сколько уже ты... пишешь? - Всю жизнь. С самого детства. - Оу, классно! А может, мне что-нибудь напишешь? - Может быть, только если ты мне попозируешь. - Конечно, я готов! Хоть сейчас. - Ну, пошли, сядем вон там, - я махнула рукой в сторону бревна, - и я напишу кое-что для тебя. Когда мы дошли до места, Эмбри помог мне расставить мольберт и все принадлежности, затем сел на бревно. Я начала писать. Штрих, ещё один, набросок готов. А Эмбри всё просит показать ему, но у меня один ответ: "Неа!". Перехожу к акварели. Оказывается, Эмбри очень даже симпатичный. О чем я думаю за работой, а? Отпугиваем ненужные мысли и за работу. Работа получается очень даже хорошей. Но обычный портрет — это несколько банально, что же добавить? Вокруг дикий лес. Полно хищных животных. Я думаю, может быть, волк? А что, подходит. Принимаюсь за работу. Решено, в нижнем правом углу будет красоваться волк. Очертание уже было видно, осталось выразить шерсть. Серую, с некими тёмными полосками. Так смотрится гораздо лучше. Последние мазки, и работа готова. Нужно немного времени, чтобы подсохло. - Ну, всё готово. Но смотреть нельзя! - Почему же это? - с наигранным недоумением в голосе произнёс Эмбри. - Потому что краска должна подсохнуть, иначе ты испортишь работу. - Но я аккуратно! - Ну ладно, можешь смотреть! Когда он взял в руки мою работу, его глаза округлились. Я даже понятия не имею, что это означает — хорошо или наоборот так плохо?! Он просто пялился на рисунок и всё, но я не выдержала и спросила: - Что-то не так? Тебе не нравится? - Ой, да нет, это прекрасно! Ты классно рисуешь, а почему ты решила нарисовать здесь волка? - Ну… Простой портрет — это до ужаса банально, я и решила, что можно его разнообразить. Ведь мы сидим около леса. Здесь так много диких зверей, вот и наткнулась на волка и написала его. - Ясно, а можно я возьму его себе? - Конечно, ведь я его для тебя сотворила! - Большое спасибо! Затем, не знаю почему, но Эмбри подошёл ближе и поцеловал меня в щёку, я даже не могла представить, что он может это сделать. И вот я уже несколько минут стою красная, как перезрелый томат, и переступаю с ноги на ногу. Я больше так не могу! - Не за что, пойдём, уже поздно. - Хорошо. Обратно мы шли в таком же молчании, как и утром, всё-таки с Полом легче разговаривать. Но почему я их сравниваю!? На этот вопрос нет ответа. До того, что Эмбри сделал в знак благодарности, я считала его милым мальчиком, а оказывается, это совсем не мальчик, а парень, взрослый парень. Опять неразбериха в голове. Пора с этим заканчивать. Мы уже подошли к дому, и я собиралась попрощаться с Эмбри, как послышался резкий протяжный вой. Моё сердце упало в пятки и не хотело возвращаться обратно. - Пока, Лекси. Мне нужно идти, - нервно попрощался парень и, не дождавшись ответа, повернулся и ушёл. А я зашла в наш домик и ещё сотню раз прокручивала события сегодняшнего дня. <i>От Лица Автора<i> Парень шёл очень быстрым шагом через глухую чащу, не обращая внимание на ветки и кусты, загораживающие ему путь. Он решил, чего именно он хочет сейчас, а сейчас он больше всего хотел выяснить отношения со своим "братом". Через несколько минут Квилет уже стоял на поляне. Перед его взором представилась такая картина: огромный серо-серебристый волк, оскаливший свои зубы и готовящийся к прыжку, и явно не с благими намерениями. В этот момент началось что-то неописуемое и страшное: волк кинулся на парня, не позволяя тому увернуться, но не тут-то было. Квилета начало трясти, и через пару секунд на его месте стоял серый волк с чёрными полосами. И тут началась драка. Лязг зубов было отчётливо слышно даже на другой части Ла пушь. Оба они были достаточно агрессивны и, судя по всему, равны по силе. Бой продолжался на равных около пяти минут, но затем серебристый волк занёс лапу для удара и с силой ударил соперника по рёбрам — так, что тот заскулил как маленький щенок от боли. Эта боль была невыносима. Волк упал на землю, тихо поскуливая, а через минуту на поляну выбежала целая свора огромных волков. Двое из них набросились на зачинщика драки, пытаясь его удержать. А самый большой чёрный волк с четырьмя поменьше подошёл к раненому зверю. Тот всё продолжал поскуливать и еле-еле подёргивать лапами. Тут волки забежали в чащу и пришли уже не хищные звери, а четыре парня и девушка. Все с одинаковой татуировкой на руке. Старший из них начал что-то шептать раненому волку, и на месте волка оказался человек — квилет. Парни подхватили его на руки и понесли из леса. Через пару минут присоединились и двое тех, которые держали агрессивного зверя. Всю эту ночь обитатели леса слышали полный боли и сожаления о содеянном вой серебристого волка.