Исповедь убийцы

      Как и ожидалось после моей безобразной выходки перед биологией, Эрик весь день вёл себя отстранённо, хотя ни на шаг от меня не отходил. Он тенью шёл позади меня, когда я разговаривала с Питером, отмахивалась от расспросов Жюстины или просто сидела с учебниками. Я везде чувствовала его пристальный взгляд, в котором можно было заметить тщательно замаскированную обиду.       Когда прозвенел звонок с последнего урока, я с облегчением перевела дух и начала собирать сумку, кидая в неё тетради и канцелярские принадлежности. При этом я держала её открытой ровно настолько, чтобы никто не увидел миниатюрный вариант арбалета и болты к нему. Зачем я взяла это громоздкое и тяжёлое оружие, я пока не решила, но подумала, что оно пригодится в случае ЧП. Если сестра Дэвида заявила в полицию, но кто-то из вампиров замёл следы, вывод из этой ситуации напрашивался сам собой — тут явно не обошлось без Александра Маркула. Он вполне мог с помощью своих связей заставить людей отказаться от расследования… Что ж, я по этому поводу не расстраивалась и даже находила массу удовольствия в ожидании очередной выходки от старого вампира. Уж чего-чего, а новых и интересных событий с его появлением стало гораздо больше! Скучать не приходилось.       Когда нас отпустили с занятий, я переглянулась с Питером и постучала пальцем по экрану сотового. Вампир кивнул, а затем выскочил из класса, едва не сбив с ног мистера Брауна, нашего учителя итальянского. Я огляделась, не обратил ли кто внимания на наши таинственные махинации, но все одноклассники так спешили по домам, что по сторонам не смотрели.       — Давай сумку, — предложил Эрик, подходя к моей парте и недружелюбно косясь на Жюстину, которая весь день ходила за нами по пятам и действовала мне на нервы.       Как и ожидалось, мой убойный снотворный состав начисто стёр память девушки, но от этого она волновалась в 2 раза сильнее и почему-то решила, что я могу ей помочь. При этом о Дэвиде она не помнила, считала его просто другом и относилась ко мне крайне дружелюбно. Я бы даже сказала — чересчур. Видеть приветливую и милую Жюстину было дико для всех, кто хоть раз наблюдал, как мы с ней грызлись.       — Мне нужна моя сумка. В ней оружие, — покачала я головой и отвернулась от Эрика.       Весь день я решалась сгладить напряжённость между нами. Я даже собралась с духом извиниться перед Эриком на ланче, но в последний момент передумала. Кто там во время утреннего душа твердил: «Надо держать его подальше! Надо защитить его от вампиров! Надо забыть о своих чувствах!» Жаклин любила повторять одну поговорку: «Взялся за гуж, не говори, что не дюж». Слова были непонятными, но в переводе на нормальный язык звучали прекрасно. К сожалению, даже самые чудесные мотивы не отменяли угрызения моей совести, особы бдительной и противной.       — На тебе и так целый арсенал! Давай, не упрямься, — усмехнулся Эрик, но за его усмешкой скрывалась боль. Я чувствовала это, даже стоя к нему спиной.       — Не надо, — покачала я головой и, решившись, добавила: — Мне кажется, будет лучше, если сегодня ты поедешь к себе домой. Не думаю, что в ближайшее время тебя кто-то тронет, а рядом со мной у тебя будут неприятности.       — Повернись и скажи этот бред мне в лицо. Ну же!       Таким голосом со мной разговаривали только 3 человека за всю мою жизнь — мама, Кристал и Кристиан. Причём все трое делали это тогда, когда я совершала что-то очень плохое или неразумное.       Замечание было здравым. Какой смысл прятаться от разговора, который так и так состоится? Тем не менее, я с заметной неохотой развернулась и постаралась смотреть Эрику в глаза, но это было сложно, учитывая целый шквал эмоций, который захлёстывал меня от одного только взгляда на искажённое разочарованием и обидой лицо Скарсгарда. Я ощущала себя если не последней свиньёй, то редкостной сволочью. Однако я уже приняла решение, и не в моих правилах отступать от него.       — Тебе повторить по слогам? — спросила я недовольно, складывая руки на груди и тут же ворча на себя за то, что утром забыла выпить обезболивающее. Рана снова заныла, отчего мне захотелось взвыть, спрятаться в объятиях Эрика и выбросить из головы сверхъестественные проблемы Стоунбриджа.       — Хватит меня отталкивать! Как будто я не вижу, что ты пытаешься сделать.       Эрик силой отобрал у меня сумку и повесил к себе на плечо.       — И что же я делаю? Расскажи мне, мистер Проницательность! — тут же ощетинилась я. Скарсгард действовал мне на нервы: слишком понимающий, слишком снисходительный, слишком много слишком.       — Хочешь послать меня домой, а сама встретиться с Чарльзом. Боишься, что этот полоумный вампир накинется на меня, а ты не сможешь меня защитить. И ты боишься Александра, точнее, того, как быстро он нашёл твоё слабое место, то есть меня. Я знаю, ты за меня волнуешься, но не смей вместо меня решать, где я должен быть и что делать. Эрик сердито нахмурился и скрестил руки на груди. Сейчас он возвышался надо мной укоряющей статуей.       — Вот как? Отлично! Тогда прямо сейчас можешь катиться на все четыре стороны! Не задерживаю, и вообще скатертью дорожка. Как же меня достало заботиться обо всех! К чёрту всё!       Я протянула руку и сорвала свою сумку с плеча Эрика, а затем почти бегом вышла из кабинета итальянского (благо, что до двери было всего два шага). Я не оборачивалась, зная, что обязательно встречусь взглядом со Скарсгардом и сдамся. Вот и приходилось торопиться по коридорам, смаргивая слёзы и шипя на тех, кто попадался мне на пути. Сердце отбойным молотком ухало в висках, напоминая о своём существовании. Я и так была в курсе, что оно есть и периодически доставляет мне неприятности.       — Оу-оу-оу, Эстер! Куда несёшься?       Знакомый мужской голос заставил меня замереть в нескольких ярдах от выхода из школы. Я уже могла видеть, как охранник лениво перелистывал страницы какого-то дешёвого журнала и периодически вздыхал. Чёрт бы побрал этих знакомых, которые вечно портили мне настроение и планы заодно.       — Я так понимаю, тебя послал Александр?       Я обернулась на сто восемьдесят градусов и даже улыбнулась Ричарду, хотя мысленно разрывала вампира на мелкие кусочки. Я бы с радостью сделала то же самое и в жизни, но меня остановили Жюстина с Бланкой и Дереком. Эта троица как раз проходила мимо нас с Ричардом, заинтересованно нас разглядывая и перешёптываясь. Вот не удивлюсь, если вскоре по школе поползут слухи о моих романтических похождениях с новым парнем.       — Правильно понимаешь, Эстер. Кстати, потрясающе выглядишь! С каждым днём ты всё красивее и красивее. Берегись, скоро Питер начнёт отгонять от тебя навязчивых поклонников.       — Ой, Рик, давай без комплиментов, — покачала я головой и просверлила Жюстину красноречивым взглядом. Он остался не без внимания, и одноклассники поторопились к выходу. Убедившись, что нас никто не подслушивает, я продолжила: — Я просидела на уроках весь день и хочу домой! Говори, чего ты там хотел? Пардон, не ты, а твой хозяин.       — Раньше ты мне не грубила, — с обидой сказал подручный Александра и то ли улыбнулся мне, то ли усмехнулся. А я совершенно некстати вспомнила, как мило мы беседовали каждый раз, когда встречались, как он пытался заступиться за меня перед Маркула, как старался намекнуть в случае опасности… И тогда мне стало хоть немного, но всё-таки стыдно.       — Извини, погорячилась. Времени мало, а дел много, тороплюсь очень, — уже мягче сказала я и подошла к окну, чтобы, во-первых, не привлекать внимание, а во-вторых, просто не путаться под ногами у тех, кто покидал опостылевшие стены школы.       Рик последовал за мной и закивал с пониманием. Я следила за вампиром, поэтому отметила, что он изменился с того раза, когда мы виделись в последний раз. Если раньше одежда Рика сидела на нём идеально, то теперь куртка мешковато висела на плечах, а спутанные пряди волос были грязными — заляпанными краской, глиной, с кусочками чего-то типа штукатурки. Я готова поклясться, что заметила даже опилки и металлическую стружку. И на каком это ДОКе шатался Ричард, пока другие помощники Александра портили мне жизнь?       — От работы дохнут кони, — улыбнулся Рик без намёка на притворство.       — Ближе к делу, — ответила я машинально начала теребить ремень сумки.       — Ладно, раз ты не хочешь разговаривать, буду краток! — Я фыркнула, но качнула головой, чтобы Рик продолжал: — Александр настаивает, чтобы ты немедленно сообщила ему, куда вы с Питером дели Дэвида. Он даёт тебе время до завтрашнего утра, после чего делает свой шаг. И, боюсь, тебе он не понравится…       — Снова убьёт кого-нибудь? Плавали — знаем.       — О, поверь, это не единственное, что он может сделать с близкими тебе людьми. Например, я только что видел, как твой друг по имени Эрик вышел из школы и сел в твою машину… Без охраны.       Рик кивнул в сторону парковки, которая с этого ракурса была видна почти полностью. Мой «Пежо» стоял на своём обычном месте, которое никто почему-то не занимал, а сейчас я по какому-то дурацкому стечению обстоятельств никак не могла разглядеть в нём даже намёка на водителя. Вроде бы виднелся силуэт человека, но с такого расстояния я бы не полагалась на своё далеко не идеальное зрение.       Страх липкой рукой обхватил моё горло и сдавил его. Я внимательно вглядывалась в стекло с лёгкой тонировкой, пытаясь найти Эрика, но у меня не выходило. Машина казалась пустой.       — Ты… — прошипела я не хуже змеи и схватила Рика за грудки обеими руками, наплевав на повязку. — Что вы с ним сделали?!..       — Так этот человек тебе и правда дорог, — засмеялся Ричард и вдруг замер, уставившись на мои пальцы.       Я проследовала за взглядом вампира и смачно выругалась. Оказывается, от моих действий рана снова открылась, но повязка изначально была расхлябанной после вчерашних переговоров и сегодняшних утренних «приключений», поэтому кровь свободно проходила сквозь бинты и тонкой струйкой стекала по коже, скрываясь под рукавом формы. Похоже, Рик имел напряжённые отношения с кровью, раз уж так бурно отреагировал на её появление.       Я подняла глаза на вампира и немедленно отпустила его, хватаясь за нож. Искажённые голодом черты лица Рика мало походили на человеческие. Если секунду назад я разговаривала с нормальным парнем, то теперь его место занял монстр с оскаленными зубами и совершенно чёрными глазами. Он наклонился ко мне, словно хотел обнять, но на самом-то деле я знала, что Рик искал мою сонную артерию. Удивительно, как он вышел из себя настолько, чтобы забыть обо всём — о моём статусе охотника, об охраннике, о школьниках, о камерах и вообще о последствиях такого нападения.       — Мы же в школе! — произнесла я сдавленным от напряжения голосом.       Вампир так сильно хотел вцепиться мне в горло, что я с трудом удерживала его на расстоянии от себя. Руки дрожали, не справляясь с напором Ричарда. Я отчаянно завертела головой, высматривая людей, но коридоры опустели и даже охранник куда-то отлучился. Мы были одни, а камера видеонаблюдения здесь не работала. Вот почему вампир так осмелел!       Пока в коридор не занесло какого-нибудь залётного ботаника или сотрудника школы, я со всей силы ударила Ричарда ботинком в коленную чашечку. Выпад попал в цель, вынуждая вампира покачнуться и выпустить меня из своей хватки. Я тут же отскочила в сторону, достала нож из рукава комбинезона и припала к земле, готовясь отразить или совершить атаку. Как всегда во время охоты, нервы натянулись корабельными канатами, а все чувства обострились до предела. Я видела, как Ричард оскалился, показывая зубы, а затем рванул вперёд. Если он намеревался застать меня врасплох, то манёвр не получился. Я бросилась в сторону, зашла вампиру за спину и сработала кинжалом, метя в промежуток между лопатками. Лезвие прочертило длинную извилистую линию вдоль позвоночника Рика. К сожалению, он в последний момент пригнулся, так что в итоге я ничего не добилась, к тому же разозлила монстра.       Ричард повернулся ко мне, усмехаясь. Из уголка его губ стекала тонкая нитка слюны, а взгляд стал ещё безумнее. Если бы у меня было время подумать, что с ним произошло, я бы непременно этим занялась, но сейчас все мои мысли сосредоточились на одной единственной — спасти свою жизнь.       Я вытащила из кармашка на поясе горсть металлических шариков типа бисера и швырнула их на пол между мной и Риком, а сама рванула прочь. За спиной раздался грохот, сдавленное рычание и пара ругательств. Пора! Лезвие ножа отразило свет лампы, когда я вонзила его в шею упавшего вампира. Тот попытался вскочить, но я схватила его за рукав куртки и дёрнула. То ли ослабев от голода и ранения, то ли потеряв равновесие, Рик сразу же повалился на меня. Я успела вовремя отшатнуться, после чего достала из-за голенища ботинка кинжал с широким длинным лезвием.       Рик завозился, однако двигался вяло и вскоре упал на колени, шипя и не сводя голодного взгляда с крови на моей руке. Видимо, торчащий из его шеи нож вампира не беспокоил. Я почувствовала лёгкий укол совести, когда взвесила кинжал на ладони и без колебаний сделала движение, будто отрезаю большой кусок арбуза. Было сложно пробраться сквозь связки, мышцы и кости, но острое лезвие сработало на славу.       Тело Рика забилось на бетонном полу, и я отошла в сторону, чтобы не влезть в лужу тёмной крови, которая растекалась из почти до конца перерубленной шеи вампира. Я намеренно оставила тонкую полоску кожи на горле, вспомнив старинный обычай.       Вот теперь и моё послание для Александра Маркула наконец обрело материальную форму. Будет знать, как запугивать охотника.       Довольная проделанной работой, я подошла к оставленной на подоконнике сумке. От боли в руке я морщилась и старалась дышать носом. Азарт боя сдавал позиции, адреналин больше не заглушал ощущения, так что мне было несладко. Впрочем, жалость жалостью, но стоять и ждать приезда полиции я не собиралась. Прятать тело — занятие хлопотное, особенно под пристальным вниманием камер видеонаблюдения, поэтому я решила хотя бы сократить до минимума количество улик и тихонько сбежать. Моё лицо в кадр съёмки ни разу не попало (в этом я не сомневалась), нас никто не видел, а «святая троица» в лице Жюстины, Бланки и Дерека давно ушли и не могли сказать ничего определённого.       Я схватила сумку, пристроила её на сгибе локтя и побежала прочь из школы под проливной дождь. Силуэт собственной машины виднелся впереди, пусть и с большой натяжкой. Сплошная стена воды делала его нечётким как на фотографии без фокуса. Я поспешила к автомобилю, не обращая внимания на крупные капли, которые мгновенно намочили волосы и забрались за воротник куртки, стекая по шее и принося неприятную свежесть.       «Пежо» стоял на стоянке, заметный до невозможности. Его лимонный цвет отражал свет фонарей и становился гораздо ярче. Несмотря на художественность образа я начала замерзать, промокнув до нитки, и с удвоенным рвением принялась лазить по карманам в поисках ключей. Внезапно дверь машины распахнулась, и из салона выглянула светловолосая голова Эрика.       — Да чтоб тебя!.. — выдала я, поднося ладонь ко рту и шумно вздыхая. С души будто камень упал, и я тяжело опустилась на переднее сидение, не обращая внимание на дорогую обивку, которая тут же промокла. Как же я, оказывается, волновалась за Эрика — это ни в сказке сказать, ни пером описать! По коже побежали мурашки: то ли холода, то ли от радости. Глаза предательски защипало, и мне пришлось несколько раз моргнуть, чтобы загнать обратно глупые слёзы.       Охотники не плачут, когда кто-то выжил. Они оплакивают мёртвых.       Эрик молчал и виновато смотрел на мою смену эмоций. Было видно, что ему стыдно, но интересно наблюдать за мной. Попыток обнять он ожидаемо не делал и вообще не шевелился. Предоставил мне самой решать, чего я хочу? Если это так, отлично! Я первой потянулась к Эрику и крепко прижалась к нему в отчаянной попытке убедиться, что с ним всё в хорошо. Моё счастье было почти осязаемым, от него перехватывало горло, а мысли путались, словно от бутылки крепкого вина.       — Ты вспомнила, что я тебе нужен? — прошептал Эрик где-то над моей макушкой, но циничность слов смягчили его крепкие объятия.       — Ты можешь заткнуться и просто посидеть со мной? — проворчала я сердито, после чего уткнулась носом в куртку Скарсгарда и почувствовала знакомый запах красок, растворителя и стирального порошка. Это сочетание подействовало на меня так умиротворяюще, что глаза сами по себе закрылись, и захотелось спать.       — И что мне с тобой делать? — Эрик тепло засмеялся, прошёлся ладонями по моей спине и взял меня за руки… Что он увидел, было ясно. В одно мгновение радость на его лице сменилась волнением, тревогой и, наконец, ужасом. — Эстер! Твоя рука…       — Только без паники, — улыбнулась я с напускной весёлостью и покосилась на дверь в школу. Пока всё было тихо, никто из здания не выбегал и не оглашал округу истерическими воплями. Правда, это только пока. Счёт шёл на минуты, когда кто-нибудь из учителей не соберётся домой, или не вернётся охранник. — Поехали домой. Срочно.       — Мы никуда не поедем. Сначала надо перевязать твою руку! — замотал головой Эрик. Приступ рыцарства оказался не вовремя.       — Не здесь, — с нажимом ответила я. — Нам надо домой!       — Нет, здесь. До дома ты потеряешь сознание, а мне этого не надо.       — Зато там есть нормальная аптечка. Перестань за меня волноваться и езжай, наконец, отсюда! — сказала я непоколебимым тоном, а затем перегнулась через колени Эрика и попыталась завести машину самостоятельно.       — Нет, мы никуда не поедем, — упрямо возразил Скарсгард и залез в бардачок, в котором я хранила запасную аптечку.       — Эрик, если тебе хоть чуть-чуть дороги наши жизни, немедленно уезжаем отсюда! Иначе нам обеспечено лет двадцать тюремного заключения.       — Ты кого-то убила? — в конце концов дошло до Эрика. В ответ на моё энергичное кивание он тут же без лишних слов завёл «Пежо» и выехал со стоянки так стремительно, что шины завизжали по мокрому асфальту.       — Здесь десять минут езды, не гони, — попросила я через какое-то время и откинулась на спинку сидения, закрывая глаза.       Я чувствовала себя выжатой не как один жалкий лимон, а как цистерна лимонов. Виски ломило, за глазами ощущался противный жар, левая рука превратилась в мой персональный Везувий. Неудержимо клонило в сон, но я держалась на упрямстве и нежелании пугать Эрика. Он и так слишком часто за последнее время видел меня со стороны беспомощной девушки, а не матёрого охотника.       — Не спи! — рявкнул Эрик и встряхнул меня за плечо. Видимо, я всё-таки на мгновение отключилась и сама этого не заметила.       — Бывало и хуже, — откликнулась я и занялась перетягиванием повязки. Помощи от этого было немного, но зато у меня появилось занятие на ближайшее время.       — Даже слушать не хочу, как там у тебя бывало! — проворчал Эрик и вдруг простонал, утыкаясь лбом в руль, когда мы остановились на светофоре. — Господи, и в кого ты такая безрассудная?..       Я потянулась к его голове, чтобы потрепать по волосам, но Эрик отпрянул от меня, бормоча что-то на счёт зелёного света и машин. Я поморщилась, тем не менее, обижаться не стала — у меня банально не хватило сил для такой затратной эмоции. Вместо этого я прислонилась щекой к стеклу и начала разглядывать городской пейзаж, вид которого нагонял тоску, но не убаюкивал.       Стоило подумать, что я убила Ричарда, и настроение поползло вниз. Я до сих пор чувствовала вампирскую кровь на своей униформе и злилась. Эта кровь отличалась от человеческой чёрным цветом, густотой и тем, что совсем не сворачивалась. Я провела пальцами по свежим пятнам на комбинезоне и постаралась убрать мерзкую на ощупь жижу, однако она всё равно держалась на коже и ткани тонким невысыхающим слоем.       — Приехали. Из машины выйти сможешь? — спросил Эрик, останавливая «Пежо» как можно ближе к крыльцу.       — Я не инвалид, выйду.       Я потянула за ручку, распахнула дверь и спокойно выбралась на улицу, с удовольствием подставляя лицо струям воды. Они, по крайней мере, смывали с меня кровь Ричарда. Хорошо хоть цвет комбинезона скрывал от соседей, в каком виде я заявилась домой. От одного визита полиции я отговорилась. От второго могло и не получиться.       Эрик подошёл сзади и, забрав мою сумку, завозился с ключами, открывая входную дверь. Я без особых проблем поднялась на крыльцо и принялась ждать, когда смогу войти в тёплую прихожую. Ни куртка, ни комбинезон, ни ботинки не промокали, но это не значит, что под них не мог забраться дождь.       — Давай я…       — Нет, я почти закончил, — возразил Эрик, в последний раз повернул ключ в замочной скважине и с торжествующим видом распахнул дверь. — Видишь, всё просто! *Болты — стрелы для арбалета. **ДОК — деревообрабатывающий комбинат; аббревиатура.