Вещие сны

Рин сидела на краю кровати в своей новой комнате, которую любезно ей предоставил ректор Кросс. Прошло уже несколько дней с тех пор, как произошла эта неприятная ситуация. Раны от клыков затянулись, голова больше не болела и никто теперь не беспокоился о ее самочувствии. После того инцидента Хагивара не видела ни Юуки, ни Кирию-куна, ни Ягари-сенсея. Лишь ректор частенько заклядывал к ней в гости, чтобы узнать как она себя чувствует и сможет ли заменить Зеро, пока его не будет, на дежурстве. На это Рин дала отрицательный ответ, так как не имела какого-либо навыка в борьбе с разъяренной толпой влюбленных учениц, которые так обожают и боготворят Ночной класс, при этом даже не подозревая, что их кумиры вампиры. От этой мысли Рин усмехнулась и поднялась с кровати, подойдя к окну. Погода все так же была хмурой. Голубое небо было спрятано от людских глаз темными тучами, а холодные капли дождя падали вниз, разбиваясь о землю и стекло. Девушке была не по душе такая погода. Она ужасно утомляла и наводила пустоту. Беловолосая села за письменный стол и принялась рисовать на бумаге человеческое лицо, тщательно прорисовывая все детали. Рин вгляделась в рисунок и тут сообразила, кого она нарисовала. Черные волосы, безразличное выражение лица, пронизывающий насквозь взгляд… Девушка откинула в сторону карандаш и ошарашенно уставилась на изображения Тоги Ягари. Его взгляд говорил о многом, смотря на Рин полной решительностью, заставляя холодок непроизвольно поползти по спине. Боже!.. От этого мужчины у девушки захватывало дыхание! Хагивара встрепенулась, не желая даже больше и думать о Ягари, и попыталась переключиться на что-нибудь другое. Рин решила выйти на свежий воздух, чтобы как-то прийти в себя, развеяться и набраться сил перед началом занятий. Девушка решила из формы оставить на себе лишь блузку и юбку, так как она всегда не любила носить жилет и пиджак, а тут еще появилась такая прекрасная возможность. Беловолосая вышла из своей комнаты, оглядываясь по сторонам и прислушиваясь к различным шерохам. Хагивара уверенными шагами направилась в конец корридора, чтобы незаметно прошмыгнуть мимо учащихся девушек и остаться не замеченной, но эта попытка тут же провалилась… Проходя мимо, Рин увидела, как стоящая в углу парочка вжимались в друг друга, лаская руками все части тела и при этом целовались, даже не обращая на нее внимания, как-будто это для них было в порядке вещей — вот так вот чуть ли не на виду вытворять такое… От увиденного дальше Хагивару перекосило, словно она только что съела лимон. Губы срастно сжимали другие губы, а языки переплетались. От этого ощущения к Рин сразу же подкатила тошнота и, решив больше не обращать на такие находки внимания, пошла прочь. Хагивара вышла на улицу под холодный дождь и посмотрела на серое небо. Настроение было изрядно подпорчено. Неужели в этой академии и ТАКОЕ бывает? Даже поверить трудно. Может, здесь так плохо с дисциплиной? Возможно. Рин подставила свое лицо к холодным каплям, которые разбивались о кожу и дальше стекали вниз по шее, впитываясь в белую блузку. Волосы уже изрядно намокли и слиплись, но девушке было совершенно все равно. На душе было ужасно плохо, а сердце ныло, заставляя Хагивару с каждой секундой становиться все грустнее. Вокруг на улице не было совершенно никого, что было беловолосой и на руку. Она привыкла вот так ходить в одиночестве, размышлять о жизни и прочих проблемах. Девушка снова вспомнила ту обнимающуюся в углу парочку и почему-то в один момент стало завидно. У Рин никогда не было ни друзей, ни родный, ни уж тем более парней. Все тщательно пытались избегать встречи с ней, боясь, вдруг Рин «наколдует» ему в спину какое-нибудь проклятие… Хагивара горько улыбнулась и из глаз полились слезы. Она не хотела плакать, она не хотела давить кому-то на жалость, чтобы ее пожалели — нет! Ей всегда не хватало теплых объятий любимого человека, добрых улыбок друга, который всегда поддержит в трудную минуту и ласковых прикосновений матери. Боль в сердце не прекратиться никогда. Рин зашагала по дороге в глубь леса, пытаясь отвлечься от грустных мыслей. Холодный ветер дул девушке прямо в лицо, заставив ее инстинктивно поморщиться. Холод. Он пронзал сердце насквозь, делая человека и без того бездушным. Но к Рин это не относилось… Она всегда была лучиком яркого света среди хмурого неба — такая теплая и добрая. Она шла неспеша по дороге, опустив глаза вниз и смотря на свои ноги обутые в балетки. Одежда прилипла к телу, но девушку это совершенно не заботило. Она считала, что если часочек погулять под дождем, то с тебя смоются все переживания и невзгоды. Ветер снова дунул с новой силой, заставив промокшую до нитки Хагивару съежиться, а кожу покрыться мурашками. Мыслей не было в голове, а тело было полностью расслабленным. Рин совершенно не обращала внимания на холод, потому что нужно было отвлечься от грустных мыслей. Дорога привела ее к воротам ночного общежития, всем своим жутким видом пугая беловолосую. Она даже и не думала сюда приходить, прекрасно зная, что встречаться с Ночным классом запрещено, да и даже желания это сделать нет… Рин смотрела на все здраво и мыслила всегда объективно, полностью полагаясь на свою интуицию, и сейчас она визжала и брыкалась, подсказывая, что нужно бежать от этого места и поскорее, пока никто ее не заметил. Что Хагивара тут же сделала, помчавшись назад в общежитие Дневного класса. Девушку не оставляло ощущение, что за ней кто-то неотрывно наблюдает, будто ждет удобного момента напасть и разорвать на части. От этого еще сильнее обострилось желание быстрее добраться до своей комнаты. -Куда-то спешишь, девочка? Мужской голос зазвучал в голове весьма жутко и угрожающе. В немом шоке Рин резко остановилась, тяжело дыша. Голубые глаза стали лихорадочно осматривать территорию, пытаясь найти тот самый источник этого вопроса. Никого поблизости не было и почему-то после этого Хагивара вздохнула с облегчением. Напоследок развернувшись назад и убедившись, что этот голос всего лишь придвиделся, Рин уже хотела было спокойно дойти до общежития, как на ее пути оказался странный молодой человек, одетый во все черное. Беловолосая вскрикнула от неожиданности. Парень выглядел весьма пугающе: темные волосы закрывали половину лица, но даже от Рин не укрылись два красных огонька, которые словно пожирали ее взглядом, мертвенно-бледная кожа, которая пугала еще больше и широкая сумасшедшая белоснежная улыбка. Беловолосая попятилась назад. — Скоро я приду за тобой, моя маленькая девочка, — сказал жуткий незнакомец, наклонив слегка голову на бок, словно пытаясь лучше разглядеть стоящую напротив него Рин. Красные глаза сверкали, как два больших рубина. — И убью тебя. Дыхание с каждой секундой учащалось, а сердце готово было вырваться из груди. В один момент парень изчез из поля зрения и девушка готова была вздохнуть с облегчением, как ее спина почувствовала тепло чужого тела. Глубокое дыхание опаляло кожу. Ужас тут же сковал все тело. Одна рука обхватила сильно девичью талию, тем самым больше прижимая к себе, а другая грубо дернула за волосы, заставляя Рин наклонить больно голову, еще больше подставляя свою шею. Кожи коснулось что-то горячее и влажное и это что-то прошлось от мочки уха до плеча, оставляя после себя холодную мокрую дорожку. Хагиваре казалось, что она сейчас полностью потеряет сознание от переполнявшего ее ужаса. Она готова была вот так вот сейчас, прямо здесь упасть на мокрый камень, но мужские руки сжимали сильно, прижимая к себе. Что-то острое коснулось шеи, слегка царапая кожу, но это было совершенно не больно, хоть и мало приятно. Беловолосая в один момент дернулась, пытаясь выбраться из железных тисков, как дикая боль пронзило все тело девушки, заставляя закричать. В глазах все потемнело от болевого шока, но обладательница голубых глаз оставалась еще в сознании, но мыслить здраво не могла. Рука переместилась на шею, сильно сдавливая. Рин готова была уже поверить, что она сейчас действительно умрет, так как дикая боль была невыносима. Теперь Хагивара совершенно ничего не видела, а сознание и воздух покидали ее. Задыхаясь от боли в теле и недостатка воздуха из-за сжимающих ее шею пальцев парня, девушка погрузилась в темноту, прекрасно понимая, что это конец. Чернота. Она окутала усе вокруг, не оставив даже лучика света. Рин чувствовала себя беспомощным слепым щенком, который вот только сейчас появился на свет без каких-либо представлений, где находится и что его ждет дальше: останется ли он жить или утопят, как ненужного котенка? Это было неизвестно. Хагивара топталась на одном месте иногда проводя руками по воздуху, пытаясь узнать что-то об окружающем. Той боли, что была несколько секунд назад, уже и не было в помине. Вместо нее остался лишь неприятный осадок. Кто это был? Что ему нужно и почему он так жаждет убить? — Ты здесь. Рин повернулась к источнику женского голоса и посмотрела в глаза своей новой знакомой. Шизука Хио стояла перед ней во всей красе, как всегда в своем белоснежном кимоно, при этом уж как-то загадочно улыбаясь. Хагивара посмотрела на нее подозрительным взглядом, понимая, что представительница клана Хио что-то задумала, но вот что — хотелось бы это узнать. Тут перед глазами пролетел розовый лепесток чудесного цветка, который нежно коснулся носа беловолосой, щекотя. Шизука продолжала смотреть на Рин изучающим взглядом, о чем-то активно размышляя. — Я умерла? — голос девушки был хриплым и ужасно хотелось пить. Рин взглянула на вампиршу вопросительным взглядом, ожидая ответа. Беловолосая чувствовала себя очень странно, словно у нее выросли крылья и теперь она парит в воздухе, словно бабочка, желающая скорее найти свет и оставить эту кромешную темноту позади. Рин хотелось очутиться в кровати накрытой теплым толстым одеялом, почувствовать витающий в воздухе сладкий аромат кофе со сливками и зефиром или же просто прогуляться по территории академии, вдыхая прохладный свежий воздух. В данный момент это были всего лишь мечты, окутанные своеобразной дымкой желания заполучить. Сейчас Хагивара не чувствовала ничего, кроме переполняющей ее пустоты. Не было ничего и от этого становилось еще тяжелее на душе. — Нет. Ты без сознания. Ответ Шизуки был настолько отреченным, что в один момент Рин готова была осознать, что она действительно умерла. Лицо Хио было настолько бледным, что оно даже сливалось с цветом кимоно, волосы развивались в пустоте, будто на них дул свежий ветер, а бубенчики на поясе издавали звон. Может, Рин действительно настигла смерть и теперь девушка не может ощутить дуновения ветра? Нет. Этого не может быть. Ведь почему перед ней сейчас стоит именно Шизука? — Кто это был? — голос предательски дрожал и совершенно не хотел подчиняться. Голубые глаза выжидающе уставились на женщину, преданно ждя ответа на заданный вопрос. Сердце готово было тут же выпрыгнуть из груди от волнения, а ноги подкоситься от накатившей слабости. Никогда еще Рин не ощущала себя такой никчемной и жалкой, которая была ужасно беспомощна, как младенец. — Это было лишь видение, которое послал тебе Хадзиме Игараси, чтобы запугать тебя до смерти. Он не знает, как ты выглядишь, но знает кто ты и где находишься, поэтому он скоро уже прибудет в академию, чтобы найти и без колебаний убить тебя. — представительница клана Хио замолчала, своими глазами цвета вишни изучая свою странную собеседницу, пытаясь разглядеть в этом милом и красивом личике хоть маленькую дольку страха, но его женщина не увидела, что несказанно удивило ее. Ведь обычно люди всегда ведут себя предсказуемо и опрометчиво, что делает их беспомощными и совершенно слабыми. — Не вижу перспективы Вам верить, Шизука-сан… — Как знаешь, глупое и беззащитное дитя. Я сделала все, что от меня требовалось, а теперь тебе нужно проснуться. — долей разочарования и досады промолвила женщина, повернувшись к Рин спиной, и ушла в темноту, оставив ничего не понимающую девушку совершенно одну у цветущего дерева сакуры. Темнота, которая только что поглотила представительницу чистокровного клана Хио теперь и поглотила Хагивару, заставляя вновь почувствовать давящую пустоту внутри. Первое, что сделала Рин перед тем как проснуться — это вдохнуть, да так, как-будто ее только что вытащили со дна глубокого и холодного океана. Голубые глаза были в ужасе распахнуты и смотрели в белый потолок. В воздухе пахло медикаментами и от этого в носу щекотало. Хотелось чихнуть, но это желание сразу же отпало, когда острая боль пронзило все тело. Рядом послышалось движение и кто-то довольно-таки сильный легонько надавил на ее плечи, принуждая не двигаться. Хагивара послушалась немного совета незнакомого человека и замерла, зажмурившись. Другая чья-то нежная миниатюрная рука погладила беловолосую по голове, успокаивая. От этих мягких движений Рин и вправду стало клонить в сон. — Как долго она будет в таком состоянии, Ичи-сан? — услышала где-то в далеке голос Каена Кросса, который был явно на нервах и очень сильно напуган. В один момент Рин показалось, что в нее начали что-то вливать, будто лекарство от всех болезней и тело словно стало легче, как белое мягкое перышко, которое свободно бороздит прохладный воздух. — Думаю, к завтрашнему утру она будет в порядке, я в этом абсолютно уверена, — голос женщины был мягким, нежным и очень мелоличным, так и радуя слух. Хотелось улыбнуться и больше ни о чем не думать, но у Хагивары оставались неотложные дела. Беловолосая попыталась снова встать и тело отохвалось жуткой болью, словно тысяча лезвий пронзили тело насквозь. — Рин-тян, пожалуйста, не двигайся! — теперь девушка смогла разглядеть лицо директора академии, которое выглядело очень обеспокоенным и даже немного печальным. Хагивара смогла сфокусировать взгляд на медовых глазах, которые смотрели на нее с мольбой послушаться и снова перестать двигаться. — Кросс-сан… — говорить было ужасно тяжело, голос издавал какие-то странные хрипы и девушка из-за этого чувствовала себя жалкой. Мужчина снова аккуратно надавил на девичьи плечи, таким образом заставляя беловолосую подчиниться и снова лечь. — Пожалуйста… Мне очень нужно с вами поговорить и желательно наедине, — взгляд упал на миловидную женщину лет сорока в белом халате. — Простите… — брюнетка в ответ лишь понимающе улыбнулась и кивнув, закрыла за собой дверь, оставив ректора академии и Рин одних. — Кросс-сан, расскажите мне, как я здесь оказалась? — Когда тебя нашли, ты была без сознания и почти что не дышала. На тебе было несколько глубоких царапин и много ушибов, будто тебя кто-то пытался одновременно забить до смерти и напугать. Тебя нашли у ворот лунного общежития. Президент ночного класса самолично тебя принес в медпункт и немедленно сообщил мне. — на этом Каен Кросс замолчал и в комнате теперь стояла мертвая тишина, которая сильно давила на уши. — Рин-тян, ты ведь расскажешь, что случилось? Хагивара перевела взгляд на окно, за котором было уже сиватое вечернее небо и неуверенно кивнула. — В то время шел дождь. Перед уроками я решила прогуляться, чтобы как-то отвлечься от грустных мыслей. Дождь меня всегда успокаивал. Я медленными шагами шла по дороге и у меня вдруг появилось такое чувство, что как-будто кто-то за мной неотрывно наблюдал, выжидая удобного момента напасть и… Рин не успела закончить свой рассказ, как с шумом дверь отворилась и громко ударилась о стену, оставляя там небольшую вмятинку. В комнату вошел Ягари Тога с изможденным и злым выражением лица, остервенело вдыхая ртом воздух. Вид у охотника был весьма помятый, словно только что пешком прошел несколько сотен киллометров. Мужчина перевел свой взгляд на лежащую в постеле беловолосую и затем нервно цыкнул, словно был недоволен, что в его поле зрения оказалась именно Рин. — Кросс! — наконец заговорил Тога, буравя взглядом ничего не понимающего Каена, который продолжал сидеть около больничной койки. — Быстро поднимай свою тощую задницу, нам надо поговорить! — Что-то срочное? — несмотря на злой голос Ягари ректор оставался очень даже спокойным, а в это время Рин трясло от злой ауры, которая большими потоками исходила от брюнета. Ей хотелось спрятаться под одеялку, словно маленькая девочка и съежиться калачиком. — Нет, я просто так тут сейчас стою! — снова злобно отозвался охотник. Хагивара могла поспорить, что сейчас у учителя этики вот-вот задергается левый глаз. — Гильдия подозревает Ночной класс в этом инциденте… — Что? — не выдержала Рин и тут же вскочила с кровати, превозмогая дикую боль. Охотник снова посмотрел на нее убийственным взглядом, пригвоздив беловолосую к месту. Ягари попросту не мог смотреть на эту беловолосую девчонку, которая имеет обыкновение всегда сорвать нос в чужие дела и от этого подстегивало еще больше. Мужчине хотелось взять ее за плечи и хорошенько встряхнуть, чтобы наконец она подумала своей головкой, что лучше бы ей в этой ситуации помалкивать. Тога думал, что рано или поздно он не выдержит и прибьет, словно маленькую муху, Хагивару, ведь от нее всегда одни проблемы. Эта девченка имеет талант вляпываться в то, что обычно воспитанные люди вслух не говорят, но Тога выразился бы даже хрубее. Сейчас девчонка выглядела гораздо хуже, чем когда ее мужчина видел последний раз. Она похудела, щеки впали, синяки под глазами, руки и ноги забинтованы, на шее синяки, которые явно были оставлены чьими-то пальцами, а голубые глаза больше не светятся той надеждой начать новую жизнь — они потускнели. Рин была похожа на сломанную игрушку, в которую играли небольшое колличество времени, а затем сломали и выбросили, так как сломанная игрушка никому не нужна. — Ночной класс не виноват в том, что случилось! — Рин одарила Ягари таким же взглядом, каким он на нее смотрел минуту назад. Настроение у мужчины было препаршивое, так еще эта девчонка начала… Мда… Тоге точно не везет с жизнью (в прямом смысле этого слова). В ответ охотник лишь усмехнулся и хмыкнул себе под нос, скрестив руки на груди. Внутри него кипела разрушающая все ярость, но мужчина сделал такое лицо, что никто из присутствующих не сумел бы разгадать истинные эмоции. Он снова взглянул на виновницу этого странного переполоха, пытаясь разглядеть в ней что-то необузданное, горячее, что только было лишь у этой девушки. — И откуда у тебя такие познания, ммм? — Рин готова была поспорить, что учитель этики в этот момент над ней издевался, да причем так демонстративно, что все это время молчавший Кросс сделал совершенно недовольное лицо, словно только что проглотил лимон и надулся, как пятилетний ребенок. Девушка скрипнула зубами от переполняющей ярости на Ягари. — Вы не знаете всего того, что знаю я, Ягари-сенсей! — воскликнула беловолосая, сжав руки в кулачки. Теперь уже подошла очередь мужчине начать еще больше выходить из себя, заполняя комнату злой аурой. — Тога, Рин, пожалуйста, успокойтесь. Нет никаких причин для ссор и выяснений отношений. — пытался как-то втиснуться в тот маленький промежуток между охотником и девушкой, которые готовы были вот-вот наброситься друг на друга. Ягари глубоко вздохнул и про себя досчитал до десяти, тем самым пытаясь себя успокоить, как в то время Хагивару трясло от злости и разрывало изнутри от боли и негодования. Она готова была свернуться в калачик и выть от невыносимой муки и остальные присутствующие это заметили. Ноги девушки неожиданно подкосились и она уже готова была упасть ничком на пол, как стоящий рядом Каен подхватил обессиленную Рин на руки. Тога остался стоять в стороне, ничего не предпринимая. — Рин-тян! Рин-тян, тебе плохо? Хагивара не слушала. У нее была страшная судорога и писк в ушах, который мешал слушать. Беловолосая закрыла глаза и откинула голову назад, пытаясь расслабиться и успокоиться. — Эй! Эй, девочка! Ты слышишь меня? — теперь уже Тога попытался достучаться до бедной девушки, но она продолжала дрожать в руках Кросса и судорожно вдыхать воздух, словно задыхаясь. -Э~эй! Ягари бесцемонно легонько ударил девушку тыльной стороной ладони по щекам. За это ректор Кросс побранил охотника за бестактность и невоспитанность, при этом положив девушку на больничную койку. Каен вместе с Ягари стоял рядом с кроватью, неотрывно наблюдая за трясущейся девушкой. Тога хотел уже было пойти за медсестрой, как Рин схватила его за руку и сжала ее так, что мужчина скрипнул зубами. — Скоро сюда приедут… — голос девушки был хриплым. Мужчины внимательно слушать беловолосую. — Двое чистокровных… — Кто они, Рин-тян? — Хадзиме Игараси и… — в комнате словно похолодело. Ягари сжал руку Рин в ответ, давая знак поддержки. -… Шизука Хио…