Чувство долга.

Придя домой Северус вздохнул с облегчением. Наконец-то можно расслабиться и подумать в тишине. Благо, дома за мальчика можно особенно не беспокоиться, охранные чары вполне надежны, да и сам Северус рядом. Войдя в гостиную, профессор положил все свертки на старый диван, снял мантию и магией отправил ее на вешалку. Все это время у него беспрерывно под ногами путался мелкий Поттер и канючил: “ Мне уже можно играть? Можно-можно-можно?!” - Гарри, прекрати немедленно, я сейчас рассержусь, - одернул его профессор, но, подумав, добавил. – Поиграешь после обеда. “ Но я хочу сейчас! – возразил мальчик. – Все равно еда еще не готова, и что мне делать все это время?" - Твои капризы начинают надоедать, - устало усмехнулся Северус. – Ладно, можешь поиграть, но при условии: как только я приготовлю обед, ты уберешь все игрушки вон в тот сундук и без капризов пойдешь за стол, понятно? Но Гарри ничего не ответил, сразу же с восторгом начав распаковывать многочисленные свертки. Снейп хотел было отчитать мальчишку за такую дерзость, но передумал и, вместо того, чтобы тратить время на пустую ругань, пошел на кухню. Стряпня не была любимым занятием профессора, но давалась ему без особого труда. Все почти так же, как с зельями: чистишь, варишь, нарезаешь… Разве что никакой слизи и жабьих глаз. Северус машинально приступил к делу. Руки, казалось, жили своей жизнью, в то время как голова был занята совсем другим. “ Люциус… Мне определенно нужен Люц. Нельзя ничего предпринимать, пока не разузнаю об этом Сандерсе как можно больше, а никто не умеет совать нос в чужие дела лучше, чем Малфои. И именно поэтому он захочет знать всю историю, в том числе и про Гарри. А вот тут у нас проблема. Темного Лорда нет уже несколько лет, но кто знает, возможно белобрысый ему все еще предан. Думай, Северус, думай… Что он может сделать? Убить Гарри? Нет, на это он не пойдет. Убийство национального героя – слишком значимое пятно на репутации. Он и от славы-то Пожирателя Смерти еле отделался, а уж теперь, когда у него сын, то рисковать бессмысленно. Испортить Гарри жизнь? Ну, это в любом случае риск, не он, так Сандерс… Нет, вряд ли он захочет навредить Гарри. Не в его интересах. Они ведь с его сыном ровесники. Держу пари, лорд Малфой на десятки лет вперед распланировал жизнь наследника. Наверняка прочит ему карьеру в политике. Для Драко дружба с Поттером – отличный старт. Да, Люциус рискует, в случае, если Темный Лорд действительно вернется, изменникам несдобровать, но какова эта вероятность? Мала, но все равно может испугаться…” Закончив с обедом, но так и не успев принять решение, Северус позвал Поттера к столу. “ Еще пять минут,” – ответил Гарри. В данный момент он был слишком занят игрой с драконом – эта игрушка понравилась ему больше всего. - Гарри, я не шучу, кроме того, мы договаривались, - строго напомнил Снейп. – Еда остынет, мой руки и марш за стол! “ Но мы с Магнусом не закончили бой! – искренне возмутился Гарри. – Он только что покинул Королевство Кресла, чтобы атаковать Крепость Кофейного Столика!” Злость испарилась довольно быстро. Для зельевара стало неожиданностью то, что оказывается Поттер умеет так беззаботно играть. Да и с фантазией у него все в порядке: совершенно бессмысленная и нелепая, как и у всех детей. Все это давало надежду на то, что мальчик вырастет вполне нормальным, забыв про испытания, через которые ему довелось пройти, но это уж точно не давало ему права становиться непослушным и капризничать. Профессору стоило немалых усилий сделать серьезное лицо и довольно угрожающим тоном обратиться к подопечному: - Гарри, если ты не будешь слушаться, то я вас обоих с Магнусом отправлю в долгий поход в Мрачную Пещеру Угла. Все понятно? Поттер надул губы, но все же, отложив в сторону игрушки, направился в сторону кухни. - Гарри, ты ничего не забыл? – зельевар кивнул в сторону разбросанных игрушек. Надувшись еще сильнее, мальчик неохотно убрал свои сокровища в большой сундук и, теперь уже с молчаливого согласия профессора, пошел обедать.

***

За столом Гарри ел без аппетита. Его мысли были заняты игрой. “ Было бы здорово построить для Магнуса пещеру. Думаю, диванные подушки отлично для этого подойдут, - мысленно рассуждал Гарри. – Надеюсь, Северус разрешит их взять… Ну, а если и нет, все равно возьму! Дракону в любом случае нужно где-то жить, а диваном Северус почти не пользуется” Однако мысли юного сорванца прервал знакомый голос: - Гарри, еда не испарится сама собой, - усмехнулся зельевар. – Ну же, ты ведь любишь пастуший пирог. “ Но я не голоден,” – возразил мальчик. Это было чистой воды ложью, в последний раз Поттер ел за завтраком и есть хотел безумно. Однако голод – ощущение вполне привычное, его Гарри и раньше испытывал, а вот игрушки у ребенка появились только сейчас. Проказнику не хотелось ждать ни минуты, прежде чем он вернется к игре. - Не желаю этого слышать, - парировал профессор. “ Так ты и не слышишь! “ – ответил Поттер. На этот раз упоминание об этом недуге не вызвало у зельевара ни сочувствия, ни жалости, ни чувства вины. “ До чего же дерзкий! Весь в своего никчемного папашу! “– Северус едва сдерживался, чтобы немедленно не надрать уши дерзкому мальчишке. Самое время паршивца слегка одернуть, ведь если он продолжит дерзить, то и сорваться не долго. - Гарри, ты играешь с огнем, - предупредил мужчина. – Ты не встанешь из-за стола, пока не доешь. Не знаю, что ты там себе напридумывал, но я не позволю тебе остаться из-за этого голодным, а если будешь спорить – накажу. Понятно? Надо сказать Поттер был удивлен. Раньше его никогда не заставляли есть. В целом, всем было плевать, жив Гарри или нет, никого не удивляло, если он подолгу отсутствовал, а о том, чтобы беспокоиться по поводу того, что ребенок голоден, не могло быть и речи. С тех пор, как Гарри попал в дом Снейпа все изменилось и Поттеру это нравилось. Приятно было по вечерам ложиться в теплую постель, зная, что утром его ждет вкусный завтрак. Уж что-что, а поесть Гарри любил, особенно если речь заходила о сладостях. А теперь оказалось, что от еды никакой радости, если есть ее заставляют. Не смотря на голод, вся сущность Поттера бунтовала против того, чтобы подчиниться. Гарри скрестил руки на груди, и, надув губы, отрицательно помотал головой. - Мерлин! Что за ребенок! – воскликнул Северус. Его терпению уже подходил конец. – Гарри, я считаю до трех. Или ты начнешь есть, или я тебя накажу. Подумай головой, ты же голоден. Поешь, и сможешь пойти играть, подумай! Я считаю: один… два… Гарри, подумай! Ну, сам напросился: три! Я предупреждал. Дав себе пару секунд на то, чтобы успокоиться, профессор встал из-за стола и двинулся в сторону Гарри. Поттер, не ожидавший, что Северус действительно решит его наказать, тут же вскочил с места и попытался убежать, однако безуспешно. Мальчик и трех шагов не успел сделать, как оказался на руках у зельевара. - Гарри, убегать от меня бесполезно, - уже достаточно спокойно произнес Снейп. – Если не хочешь неприятностей, просто веди себя хорошо, но пока что ты этот шанс упустил. Пока профессор нес вяло сопротивляющегося мальчика в гостиную, сам Поттер был больше занят своими мыслями, чем попытками вырваться. “ Неужели он меня теперь отшлепает?! – с ужасом подумал Гарри. – Да уж скорее всего, похоже он здорово разозлился… И на что? Только потому, что я не стал есть? Это мое дело! Почему я вообще должен его слушать! Я всегда делал то, что мне хочется, а что теперь?! Я ложусь спать, когда ЕМУ хочется, ем, когда ЕМУ хочется, постоянно делаю, что скажет ОН! Как бы не так! Ну, я ему еще устрою! Пусть шлепает, если руки чешутся! Только бы не сильно… “ Гарри был настроен мужественно перенести наказание, хотя ему на самом деле было страшно. Но выбора не было, так или иначе он уже влип, и лучшее, что он мог сделать, это убедить себя в том, что в его действиях есть какой-то смысл и сейчас он пострадает не зря. Однако, к удивлению Поттера, бить его никто не собирался. Профессор поставил его носом в угол, и, положив руку на плечо, мягко, почти без злости, сказал: - Итак, ты сейчас вел себя плохо. Ты должен слушаться, Гарри, нравится тебе или нет, это не вопрос выбора. Такая демонстрация твоего упрямства совершенно неприемлема, не надо думать, что таким образом ты сможешь чего-то добиться. На первый раз я не стану строго тебя наказывать, двадцати минут в углу хватит. А потом ты вернешься за стол и поешь, чтобы быть сильным и здоровым надо хорошо кушать. И ты не будешь упрямиться и капризничать, понятно? Поттер сейчас хотел сказать очень многое. Ему хотелось рвать и метать. Гарри откровенно не нравилось, что им командуют и откровенно бесили мотивы профессора. По сути он не требовал ничего сверхъестественного, Гарри это понимал и это раздражало. Было бы не так обидно, если бы Северус был тираном. Снейп плохой – ну и ладно, выбора нет, а если это не так и Снейп хороший, то кто тогда плохой? Неужели сам Гарри? Нет уж, с такой мыслью смириться было нельзя, Северус гадкий, а почему – можно придумать и позже. Наверняка причина есть. Все эти мысли, голод, упрямство и желание, чтобы все поскорее закончилось сильно расстраивали юного Поттера. Из глаз просочились предательские слезы. Заметив, что Гарри заплакал, Северус почти пожалел о своем решении. Наказания мальчик безусловно заслуживал, но может дело не только в нем? День был тяжелый, ребенок перевозбудился, наверное стоило быть с ним помягче, кто знает, может в этом случае Гарри был бы послушнее? Профессор корил себя за недостаток терпения, однако отменить наказание сейчас значило бы преподать Гарри плохой урок: стоит заплакать и тебя сразу простят. Так Гарри слишком рано научится манипулировать. Навык, бесспорно, важный, если он попадет на Слизерин, но пусть лучше освоит его попозже, к чему сейчас лишние сложности? - А вот плакать не надо, - почти ласково произнес Северус. – Сейчас тебе обидно, можно понять, но ты сам виноват. В следующий раз будешь вести себя хорошо, а сейчас прими наказание достойно, ты же мужчина. Не вешай нос, если будешь слушаться, то еще успеешь сегодня поиграть – думай лучше об этом. Не сдержав странный, не поддающийся объяснению порыв, Северус поцеловал ребенка в макушку, а сам направился в кабинет. Нужно было срочно связаться с Люцем. И с Келли! Кто-то должен посидеть вечером с мальчиком, не хватало, чтобы это ходячая катастрофа путалась под ногами.