Убийцы из любимого аниме...

Кровь словно наполнилась свинцом - настолько тяжелым и неподъёмным казалось Лисе собственное тело. К мозгам словно подключили множество маленьких электрических проводов с массовой информацией - голова девушки нещадно болела. С трудом раздета глаза и неприязнью разогнав радужные пятна перед глазами, Алиса, тяжело дыша, поднялась, всем телом опираясь о стенку. В мыслях была только одна цель - обезболивающее, остальное же равнялось никому не нежными пятнами. Со стоном сделав несколько шагов, девушка покачнулась. Земля на мгновение будто ушла из-под ног, а перед взглядом промелькнул потолок. Алиса определенно упала бы, если не руки, грубо схватившие девушку за шиворот и так же небрежно швырнувшие ее на кухню. Нещадно болели теперь колени рыжей. - Хватит, - охрипшим голосом попросила Алиса, пытаясь отдышаться. - Я только... Обезболивающее возьму. Шиноби хмыкнул, наблюдая, как старательно пытается подняться Лис, как отчаянно тянется за аптечкой... Нет, определенно, ее старания пройдут напрасно. Шиноби опять схватил девушку за шиворот и выволок из кухни. - Лидер не собирается долго ждать твою ничтожно жалкую тушку. - Лидер не дождется моей жалкой тушки, так как я успею сдохнуть до того, как дойду до него, - зло прохрипела девушка, дергаясь и пытаясь вырваться. Это был один из ее мелких шагов к спасительному бесчуствию боли, а заодно и риск лишь ухудшить свое состояние. Либо он ее отпустит за аптечкой, либо ударит, либо сделает больнее. Алиса так и не успела узнать, кто из Акацук за ней пришел, как почувствовала глухой удар… и ничего. Также как и не услышала громкие ругательства Хидана, который, выхватив тело Алисы, донес ее до Лидера, небрежно кинув рыжую на пол. Спасательная потеря сознания длилась недолго. Глаза девушка впредь не спешила открывать, а дыхание старалась держать как можно заметнее. «Почему так тихо?» - подумала Алиса спустя некоторое время. «Вообще ничего. Только пение мартовских птиц...» Рыжеволосая удивленно открыла глаза. «Что за черт?!» - зрачки ее напряженно расширились, когда она улицезрела пустую комнату. Лежала девушка на своем любимом, ласкающем кожу своей мягкостью, прохладное одеяло.