Taking steps is easy - standing still is hard

Спустя несколько лет... Звуки открывающегося шампанского, праздника и веселья. Гости уже во всю танцуют, неплохо проводят время и молодожены. Укрывшись в небольшой комнатке от посторонних глаз, они уединились только вдвоем, оставив позади эту суету и погрузившись в свой маленький мирок только для двоих. Высокий брюнет расцеловывал татуированные руки своего, теперь уже, мужа, не желая отпускать его ни на мгновение. Его вечная страсть к рисункам, к мелким деталям, и вот, пожалуйста – его любимый просто сделал из себя настоящую картину, лишь бы нравиться брюнету еще больше. - Джи, будет плохо, если мы сделаем это прямо здесь? Обязательно нужно дожидаться ночи? – возбужденно прохрипел Фрэнк, как можно ближе подходя к парню, почти вплотную. - Аах, - выронил Джерард, почувствовав возбуждение Фрэнка даже через брюки, - мне плевать, плохо или хорошо, я хочу, чтобы ты трахнул меня здесь и сейчас! Долго уговаривать парня не пришлось, ведь он был не на шутку возбужден еще с тех пор, как только увидел своего парня в этом чертовски сексуальном, почти обтягивающем, костюме. Он и не знал, что его можно так возбудить всего лишь с помощью каких-то тряпок, хотя, вряд ли дело было в тряпках, скорее в том, что скрывалось под ними. Фрэнк грубо схватил Джерарда за подбородок, опуская до своего уровня, чтобы с легкостью впиться в губы страстным поцелуем. Он мял его розовые губки, нежно посасывая сначала нижнюю, а потом и верхнюю, причмокивая от удовольствия, а затем начал пробираться в его сладкий ротик язычком, дразня нёбо, касаясь ровного ряда острых зубов. Джерард отстранился, подставляя парню свою шею, прося, чтобы Фрэнк как можно больше оставил на ней засосов, потому что ему нравилось ходить помеченным, нравились косые взгляды на улице, когда он идет в магазин, и на его шею смотрит буквально каждый. И всем интересно, каков он в постели, раз кто-то, так старательно всегда помечает его тело. Но узнать это может только один человек на всей гребаной планете, и этот факт безумно возбуждал обоих. Фрэнк старательно покрывал шею своего любовника поцелуями, сначала нежно, а потом резко впиваясь острыми зубками в кожу, оставляя после себя алый оттенок. Он безумно любил этого парня, поэтому готов был пометить каждый чертов миллиметр его тела, только чтобы все вокруг выдели эту буквально искрящуюся вывеску: «ОН МОЙ!». И Джерард так стонал под ним и извивался, как никто никогда и ни под кем не стонал, потому что эти двое не просто трахались – они занимались любовью, чувствуя при этом какое-то духовное обогащение и насыщение, слияние душ, что-то в этом роде. - Аах, Фрэнкиии, - стонал Джерард, когда пальцы его парня растягивали его узкую дырочку. Хоть они и делали это уже далеко не в первый раз, Джерард всегда так и оставался очень узким, из-за чего его все время приходилось сначала подолгу подготавливать. Но даже это доставляло обоим какой-то нереальный кайф. И каждый раз – будто первый. И каждый раз – просто нечто. - Потерпи, малыш, - шепчет Фрэнк ему на ушко, сладко посасывая мочку, стараясь отвлечь от неприятных ощущений, - еще совсем чуть-чуть. Фрэнк всегда был нежен с Джерардом – оберегал его и никогда не торопился, даже если очень этого хотел – делал все, чтобы не повредить и не ранить своего мальчика. И Джи безумно это ценил, именно поэтому только ему отдавался весь, и без остатка - а другие пусть хоть раздевают взглядом. Но вот Фрэнку наконец удалось достаточно подготовить Джерарда, и не медля, он разворачивает парня к себе спиной, одновременно расправляясь со своими брюками, которые, к счастью, были достаточно просторными, и быстро свалились с ног Фрэнка, стоило ему только расстегнуть замок. Под рукой нет ни смазки, ни презервативов, ведь парни вовсе не планировали заняться сексом на собственной свадьбе, поэтому обильно смазав свой член слюной, Фрэнк аккуратно вошел в Джерарда наполовину. Громкие стоны то и дело раздавались из этой маленькой комнатушки, хотя Фрэнк закрывал рот Джерарда ладонью, тот все равно умудрялся издавать слишком громкие звуки. Фрэнк входил в него глубоко, полностью, принося удовольствие и себе и парню, что так сладко стонал под ним. Он так любил эти стоны – долгие, протяжные, сладкие стоны его любимого человека. И он делал все возможное, чтобы Джерард стонал как можно больше, получал удовольствие как можно больше, ведь он любил его больше всего на свете. Последний толчок – и Фрэнк с протяжным, каким-то животным рыком, излился в своего парня, оставляя на последок сильный засос на его плече. Он вышел из него, и развернул к себе. На личике Джерарда была блаженная улыбка, глаза прикрыты от удовольствия, а дыхание пока еще не пришло в норму, отчего парень часто вбирал ртом воздух. - Спасибо, - прошептал Фрэнк, целуя Джерарда в его мягкие губы ленивым поцелуем. – Спасибо, что ты есть у меня. Я так тебя люблю… Джерарду ничего не оставалось кроме как счастливо улыбаться, вслушиваясь в слова Фрэнка. Он чуть ли не плакал каждый раз, когда слышал эти слова от своего парня – «Я люблю тебя». Он просто не мог поверить своему счастью, поверить в то, что Фрэнк принадлежит ему, и что он сам принадлежит только этому татуированному парню. Он тоже безумно его любил. - Что ж, думаю, мы продолжим этой ночью, - сказал Фрэнк, игриво улыбаясь, и Джерарду нравился этот взгляд его блестящих озорными огоньками, глаз. - Даже не сомневайся, - сказал он, притягивая мужа к себе за галстук, и целуя. – Думаю, нас уже повсюду ищут, нужно идти. - Да, сейчас, - Фрэнка натянул на себя брюки, поправив сползший пиджак, и заботливо помог одеться Джерарду. Они вышли из этой маленькой комнаты, довольно и счастливо улыбаясь друг другу и каждому, кто проходил мимо. И все, кто был сегодня на этой свадьбе, точно знали, что эти двое по-настоящему любят друг друга. А они тем временем просто стояли и держались за руки, светясь от счастья, и наслаждаясь моментом их общей свободы.