So hot

Артур налил в чистый стакан яблочного сока, опухшими от слез глазами следя за уровнем жидкости. Конечно, сок предназначался не Саше, а ему самому, но вызубренная привычка всегда наливать столько, сколько сказали, не давала ему покоя. Дрожащей рукой удержав стакан, он отпил прохладный сок. В горле до сих пор стоял ком, хотя сессия закончилась полчаса назад. Соловей долго отходит после каждой, иногда даже приходится пить успокоительное. Сзади кто-то прижался. Саша? - Ты долго. Весь дрожишь. Иди в горячую ванну. Или подожди пару минут, я с тобой, - Шура налил сока и себе, большими глотками выпив его за пару секунд. - Можешь пока включить воду, чтобы ванна набиралась? Соловей кивнул и ушел из кухни. Саша намыливал шампунем волосы Артура, промывая каждую прядь. Смыв шампунь водой из душа, он намазал на мокрые волосы немного бальзама, чтобы потом было легче расчесывать, и занялся своей шевелюрой. Соловей сидел, сгорбившись и прижав колени к груди. Ему все равно была в новинку такая забота. Как будто он снова ребенок... - О чем задумался? - Шура смыл шампунь с волос и недовольно фыркнул - видимо, вода в нос попала. - Ты постоянно такой задумчивый, но мне ты ничего не говоришь. - Я растерян, - коротко отозвался Артур. - Почему? - Я не привык к такой... заботе. Ты слишком много мне даешь и мало просишь... - Мало? - Саша усмехнулся, а потом обнял Соловья сзади, устроив подбородок на плече парня. - Мне казалось - наоборот, очень много. Я прошу у тебя подчинения и секса. И даю тебе условия для проживания и выполнения моих просьб. - Но даже эти просьбы... Хм, ну, например, БДСМ. Я получаю от этих отношений удовольствие и адреналин, а ты... - А я нет, что ли? - прервал Артура Александр. - Поверь, я и до тебя состоял в отношениях S&M. И я просто нашел хорошую альтернативу. Не нравится? - Нравится. Извини. - Все в порядке. Когда-нибудь ты должен был задать мне этот вопрос. Как бы Соловей ни рвался спать на диване, Саша всегда говорил ему спать рядом с ним, в одной кровати. Вот только сегодня это им не удалось. - Мне нужно по делам. Вернусь завтра днем, - Шура поцеловал Артура в лоб, проверяя документы в кармане. - Сходи завтра с утра за хлебом, не сиди дома. Телефон держи при себе, хорошо? Соловей кивнул, снова пытаясь не смотреть в хозяйские глаза. Ночь он провел, ворочаясь в кровати и следя за телефоном. Сначала прибавил звук. Потом сменил мелодию вызова. Потом посидел немного в интернете, благо у Саши по всему дому был вай-фай, пароль от которого Артур знал. Проспав три часа, Соловей проснулся в восемь и первым делом проверил телефон. Пусть ему и сказали, что вернутся днем, но Артур беспокоился. Ничего. Совсем ничего... Что ему сказали? Сходить за хлебом? Это он легко, это запросто... Натянув первый попавшийся свитер с принтами котят и потрепанные джинсы, Соловей довольно прищелкнул языком, надел шлепанцы и собрал волосы в высокий хвост. Захватив деньги и пакет, он запер дом и чуть ли не вприпрыжку пошел в ближайший хлебный магазин. Из наушников неслась легкая и ненавязчивая попса, которую он, игнорируя лицо Саши, недавно загрузил в телефон. Из пакета одуряюще пахло теплой и свежей выпечкой. Артур хмыкнул, снова включая музыку, и свернул в подозрительный двор, через который можно было почти вдвое сократить путь до дома. У гаражей стояли ожидаемые алкоголики и громко и возбужденно что-то обсуждали, заливаясь смехом и передавая по кругу "пузырь". Соловей прошел мимо, поморщившись, - он не выносил запаха алкоголя. А потом ему прилетел булыжник в затылок, почему Артур и упал на грязный песок, как подрубленный. Давешние алкоголики подошли к нему. У одного в руках был мешок, второй поигрывал ключами от машины. - Ну че, бля, вылупился? Ща мы тебя скрутим и в машину, к боссу. Твой папочка нам дорогу перешел, так что ты нам нужен, - грязная рука с обломанными ногтями тронула лицо Артура. - А хорош, сученыш, не скажешь, что торчок... - Он завязал, - сплюнул второй. - Вяжи его уже, Андрюха, а то запалят. Соловей хлопнул ресницами. Ужасно болела голова, мутило от потери крови и перегара, которым "благоухали" алконавты. А потом он провалился в тьму. Саша звонил и сбрасывал, снова звонил, чертыхаясь под нос. - Где ж тебя носит, Соловей?.. Ну ответь, умоляю... - Снова ничего. "Абонент вне зоны действия сети". Да где носит этого абонента?! - Шура! - к парню широким, не женским шагом прошагала Ангелина, опираясь на костыль. - Тебе будет интересно это услышать... Александр побледнел и бросился вперед нее в комнату, где до этого шли переговоры. В зале сидела белая-белая Лиля, скрипящая зубами. Лицо у нее было страшное. - Что?.. - Саша запнулся. По маленькому телевизору крутился беспрерывно короткий ролик. - Шууура~, - протянул урод, скрытый в темноте. - Я твоего бойфренда украл, уж прости. Ты мне перешел дорогу, а я решил, что мне нужна твоя игрушка, - камера снимала избитого Соловья со слипшимися на затылке от спекшейся крови волосами. Он что-то прошипел, забиваясь в угол и щурясь. - В общем, через час после того, как тебе доставят видео, тебе позвонят. Соглашайся на все, если хочешь свою крысу обратно. До связи. Изображение пропало, а потом началось бы снова, если ба Шура не вырубил телевизор. - Кто доставил? Когда?! - Полчаса назад, когда заседание шло... - Ангелина тяжело опустилась на стул и выпрямила спину. - Я даже не знаю, кто это. - Я знаю. И Саша точно знает, - напряженно пискнула Лиля, царапая собственные колени, скрытые джинсой. - Инга. Голос явно был изменен, да и скрывалась она в тени, но... Только она так может. - Инга? - Шура забарабанил пальцами по столу. - Эта сучка знает, как побольнее ударить. Когда мы оба еще начинали в этом бизнесе - уже тогда она меня задирала и пыталась захватить очередного наркомана... Она сумасшедшая, это я точно знаю. Я соглашусь, точно-точно. Соловей не должен умереть. - Ты слишком к нему привязался, - хрипло заявила Лина, закуривая трубку. - Нет, он хороший малый, но твоя привязанность к нему слишком подозрительна. - Ангелина... - Шура вздохнул. Любит? Нет. Влюблен? Возможно. Даже вполне вероятно, хотя в любовь между мужчинами Александр не верил. Привязанность и секс, ничего постороннего. Может, привычка. - Что Ангелина? Я уже больше сорока лет Ангелина! - женщина треснула по столу сухим кулаком. - Не мотай никому нервы. Саша посмотрел на часы. До звонка оставалось пятнадцать минут. Артур пошевелил затекшими руками, связанными за спиной, и застонал. Было очень больно. Голова кружилась, во рту пересохло, а синяки ныли. Неприятны ощущения. После экзекуции с камерой его никто не трогал. А жаль. Может, он хотя бы воды выпросил... Скрипнула дверь. В каморку кто-то вошел. - Что, умираешь?* - спросила девушка. Слишком безумная для нормальной, слишком нормальная для психопатки. - Пить будешь? Соловей кивнул. Мысли причиняли боль, как и звуки. Девушка присела рядом, открутила пробку у бутылки и поднесла горлышко к губам пленника. - Пей. Неплохой тон для такой, как она. Не Сашин, но сойдет. Артур присосался к бутылке, а девушка ее наклонила, вливая воду в рот. - Я Инга. Саша про меня не рассказывал? Соловей медленно покачал головой, отлипнув от бутылки, и облизал сухие губы. - Зря. Мы с ним даааавние знакомые, - Инга закрыла бутылку и отставила ее. - Но он перешел мне дорогу, построив клуб на моей территории. Вы были там недавно. Я хочу этот клуб себе. Как тебе такая сделка? - Я не знаю, что предпримет Шура. - Жаль. Я думала, вы общаетесь гораздо ближе... Звонила Инга сама. Лиля и Ангелина стояли у второго телефона, слушая разговор. - Ну, значит так, Сашенька! Твой ненаглядный - в обмен на клуб, где ты неделю назад был с ним. Клуб на моей территории, так что от тебя мне нужны лишь документы. Согласен? - Да. - Тогда пиши адрес! Встречаемся там завтра, рано утром, в четыре часа ровно. Не опаздывай! Шура не спал всю ночь, а собирал документацию, чтобы передать ее вовремя. Какой-то паршивый клуб в обмен на жизнь Соловья? Проще простого, так не бывает. Где-то подвох, это точно... Для Артура это утро стало самым тяжёлым в жизни, если не вспоминать ломку. Его разбудили с утра пораньше и потащили в неведомые ебудали, оглушая с разных сторон. Потом заставили стоять на утреннем холодке в каком-то заброшенном парке, заставив кого-то ожидать. Соловью уже было глубоко по фигу, у него подскочила температура и начинался бред, но кого это волнует. Сашу он заметил только тогда, когда сощурился и напряг зрение по-максимуму. Подождал, пока психопатке передадут какую-то папку, скромно кивнул и пошёл к Шуре. А потом ему в спину упёрся пистолет. - Думал, я так просто его отпущу? Ну-ну, - Инга неприятно улыбнулась, облизнув верхнюю губу. - Я убью его, а потом тебя. Или нет, оставлю тебя жить, чтобы ты ныл, что я его убила... - А теперь посмотри налево. Видишь, на том высотном здании, в окне блестит что-то? Это Лиля, мой личный снайпер. С такого смешного расстояния в пятьсот метров она не промахивается. И она уже держит палец наготове. Инга убрала пистолет и толкнула Артура в спину. - Чёрт с тобой, Саша. Соловей пришел в себя в больнице, лежа под капельницей. Рядом с кроватью кто-то завозился, и Артур повернул в ту сторону голову. - Очнулся? - Саша придвинул стул ближе, облокотившись о кровать. - Ты заставил меня поволноваться. Сотрясение мозга, треснутое ребро и множественные синяки и кровоподтеки. - Все настолько плохо? Извини, - Соловей виновато улыбнулся. - Тебя отпустят через пару недель. Но не думай, что я не буду приходить каждый день... - Шура коснулся губами щеки Артура. - Или что я забуду твою провинность. Тебя ждет наказание. Соловей довольно зажмурился. - Сколько раз? - приоткрыв один глаз, спросил он. - Столько, сколько я захочу. Отдыхай, я зайду вечером, - легкий поцелуй в забинтованный лоб и закрытая дверь. Месяц спустя. Артур вздрогнул и застонал. На глазах была широкая черная лента, а значит, на зрение полагаться было нельзя, только на осязание и слух. Шорох пламени. Свечка? И дыхание Саши, немного хриплое и возбужденное. - У меня в руках свеча с воском. Я буду капать его на твою кожу. Это приятно, хоть и немного больно. Ты же любишь боль? Соловей нетерпеливо вздохнул. Руки и ноги привязаны, он вообще лежит на спине с раздвинутыми ногами. Немного беззащитная поза, особенно если вспомнить про глаза. Его кожи коснулись пальцы, поглаживая. Снова холодные. Пальцы широкими мазками огладили грудь, Артур вздрогнул, чувствуя, как у него затвердевают соски. А потом - обжигающая боль на ключице, мгновенно остывающая. Соловей негромко охнул. - Нравится? - бархатистый шепот проник в уши, отдаваясь там эхом. Еще капля, уже на второй ключице. Тихий стон. И в ямку между ними. Закусывание губы. А затем - череда маленьких капелек вокруг сосков, и в довершение - прямо на них, причем одновременно, значит, две свечи. Артур вскрикнул и попытался выровнять дыхание. В уголках глаз защипало от слез. - Мне нравится этот вид. Воск красного цвета, это очень красиво. Обжигающе-горячие капли по животу, одна - в ложбинку пупка. Снова крик. - Тише, Соловушка... Капли летят прямо на чисто выбритый пах, как будто специально. Соловей возбужден уже давно, еще с начала ожидания, и сейчас естественная смазка просто течет по члену... Очередная капля - совсем у основания! Как же больно... Артур захныкал, уже не сдерживая слез, катящихся по щекам. - Это не конец, Соловушка. Вот конец! Прямо на головку, господи, как же больно! Он закричал, прогибаясь в спине и кончая прямо на свой живот. - Вот и все, - удовлетворенно-неудовлетворенный шепот на ухо, пока Александр снимает ленту. - Понравилось? - Д-да, - язык его не слушается от слова вообще, а в глазах до сих пор звездочки от столь ошеломительного оргазма. - Я отвяжу тебя, сниму с тебя воск, но ты сделаешь мне минет. Соловей кивнул, все еще тяжело дыша, и, дождавшись, пока ему отвяжут одну руку, начал отколупывать застывший воск. Разобравшись со следами, Шура просто-напросто перекинул одну ногу через него, садясь на грудь и касаясь головкой губ Артура. Тот осторожно обнял Сашу за поясницу и взял в рот, слизывая смазку. Александр застонал, заведя руки назад, за спину, и оперевшись на живот Соловья. Артур сосал член так, будто занимался этим всю жизнь, то брал его за щеку, то касался языком выступающих вен. - Я... Черт! - Соловей выпустил изо рта член, а Саша кончил ему на лицо, откинув голову назад. Артур слизнул сперму с губ. - Соловей, паршивая ты морда, - Шура немного отодвинулся и наклонился, целуя перепачканные губы своего сабмиссива. - Даже опытные шлюхи так не отсасывают... Я рад, что ты со мной. - Я тоже.