Фотография на два года.

За две недели после экзаменов отношения Марка и Итана только окрепли – они все сильнее привязывались друг к другу, строя планы на дальнейшую жизнь. Омега много времени проводил с ним: дома на ночевках, которые так не любили его родители, ходил гулять в парк или на озеро, вместе ходили на фестивали и праздники. Этот день выдался солнечным, но с прохладным ветром, поэтому парни приняли решение посидеть в парке на пикнике. Они взяли фрукты, газировку и мелкую закуску. Но главное для Марка было то, что он смог сделать фотографии парня, который очень долго упирался и выставлял вперед руки. – Да ладно… ты тут очень милый, – говорил парень, рассматривая фотографии. – Нет… я не… я плохо получаюсь на фотографиях. Удали все… пожалуйста… – Ни за что, Итан. Ты тут красивый и удалять я ничего не буду. Омега надулся, складывая руки на груди, но после накинулся на шею парня, заваливая того на землю. Альфа не ожидал такого, поэтому растерянно смотрел ему в глаза, наблюдая, как бедные очки ползут вниз с носа Итана. – Красивый мой, – сняв очки, Марк невесомо поцеловал парня, обнимая за талию, – люблю тебя. – А я тебя… – смущенно ответил Омега, – я хочу сегодня опять к тебе. Можно? – Конечно можно. Можешь уже перестать каждый раз спрашивать и просто ставить меня перед фактом. Только давай погуляем и вечером пойдем. У меня как раз родители уехали – можем делать все, что угодно. – Хорошо… По просьбе парня, они просидели тут еще часа два, а после ушли гулять по городу, заходя в магазин с фильмами, выбирая, что они будут смотреть вечером. Остановив выбор на Сонной Лощине Тима Бертона, парни отправились домой и забежали в магазин за едой. И вот они сидят на диване, смотря фильм и допивая Колу, в одних трусах и майке из-за неописуемой жары. Первые десять минут Омеге было неуютно сидеть в таком виде, но после все встало на свои места – это его парень и нечего его стесняться. Весь фильм парни просидели на диване: Марк лег головой на ноги парня, изредка поглаживая их, а Итан развалился на нем, легкими движениями пропуская через пальцы пряди волос андерката. Альфа потянул голову парня на себя, даря легкий поцелуй. Но что же это был за поцелуй? Бомба с возбуждением и подростковыми гормонами, которая взорвалась. Они уже не помнили, как добрались до кровати – это осталось глубоко в мыслях. Марк оставлял влажные поцелуи на торсе парня, разорвав майку в клочья, двигаясь от шеи до резинки боксер. Итан изгибался под жаркими поцелуями Альфы, постанывая от нахлынувшего удовольствия и возбуждения. Они целуются – долго, страстно и жадно, будто в последний раз. Альфа слишком сильно сжимает бедра парня, зная, что утром будут синяки. Итан же наоборот нежно обвивал его шею руками, давая власть не только над поцелуем, но и над собой. Отстраняются они с чмокающим звуком, что смешит Омегу. Аккуратно снимая майку с Марка, Итан позволяет себе пройтись рукой по накаченному торсу, задевая чувствительные соски, от чего Альфа вздрагивает. – Я хочу тебя, Итан… – возбужденно шепчет Альфа, лаская его шею губами и обжигая каждый раз горячим дыханием. Слова действуют, как спусковой крючок для двоих, передавая власть инстинктам. Марк руками ведет вниз по телу Омеги, касаясь чувствительных мест и снимая ненужное белье, закидывая куда-то под стол, а вскоре там оказались и его боксеры. Итан смущен, из-за чего смотрит куда-то в стену, куда угодно, но не на Альфу, чувствуя, как тот раздвигает его ноги. – Будет немного больно… потерпи, – Марк достал какой-то тюбик, что-то выдавливая себе на пальцы, а после прислонил к тугому кольцу мышц парня. – Холодно… – только и вырвалось изо рта Омеги, который напрягся от неприятного ощущения мерзлоты. Две минуты, за которые длинные пальцы растягивают парня, наполнены болью, новыми, хоть и не очень приятными, ощущениями. Итану плевать на то, как он выглядит – ему охренеть как кайфово от этой ситуации, что заставляет его сквозь стоны просить о большем. Но он держится. Первый толчок приносит только глухую боль. Итан скулит и ёрзает, пытаясь уйти от неприятного проникновения, но Альфа удерживает его на месте и целует, прижав ладонь к горячей и раскрасневшейся щеке Омеги. Минута, за которую Аллен привыкает к ощущению наполненности, кажется вечностью. Толчки сначала медленные, почти нежные, ведь Альфа не хочет ранить хрупкого Омегу. Тот цепляется за него, а из глаз выкатываются слезы, заставляя щеки блестеть. Итан зажмуривается и кусает губы, пока не начинает тихо, сдержанно стонать. Марк наклоняется, целуя парня и успокаивая, поглаживая большим пальцем мокрую щеку. – Быстрее… – молит Омега, почти скуля и всхлипывая. Марк – послушный Альфа, выполняющий просьбы своего милого Аллена. Толчки становятся жестче, слышатся похабные шлепки бедер об бедра. Омега стонет во весь голос, жмурясь, комкая одеяло в руках и двигая бедрами навстречу движениям. Аллен нащупывает спасительно холодные руки Марка на своих бедрах, после поднимаясь по ним своими вверх и притягивая за шею для горячего поцелуя. Итан кончает с громким криком, впиваясь ногтями в спину парня, чуть ли не раздирая ее. Буквально за несколько секунд его тело обмякает и тот падает на постель, отцепляясь и тяжело дыша. Марк кончил за ним, изливаясь в парня и падая рядом, пытаясь восстановить дыхание. – Боже… Марк… я…я… мне очень понравилось… – прохрипел Омега, поворачиваясь на бок, весь раскрасневшийся от жара и удовлетворенный, смотря на своего парня. – Я люблю тебя… безумно… – Марк обнимает разгоряченного подростка, укрывая одеялом и погружаясь в сон. После жаркой ночи Итан долго спал, устроив голову на груди своего Альфы, цепкими руками обняв его. Марк обнимал Омегу всю ночь, не желая отпускать столь нежное теплое существо, которое сразу улеглось на нем, сладко засыпая. Проснувшись раньше парня, Альфа посмотрел на него и, улыбаясь, стал поглаживать кончиками пальцев его лицо. Итан поморщился и улыбнулся во сне, а после приоткрыл один глаз. – Доброе утро, соня, – посмеиваясь, сказал Марк, запуская руку в мягкие, слегка спутанные, волосы парня. – Доброе утро… – он неуклюже зевнул, смотря на своего Альфу, а после улыбнулся, – мне так хорошо было ночью… с тобой… – Мне тоже, милый, – парень потянулся за поцелуем, закрывая глаза, а Омега, оперевшись рукой о кровать, поцеловал его, забыв про одеяло, слетевшее к голым бедрам. – Марк, мы вернули…сь, – запнулся его отец, застыв в дверном проеме комнаты, – кхм… доброе утро, ребята. Итан ойкнул, сразу отстраняясь и, падая на спину, стыдливо натягивая одеяло до подбородка, покраснел с головы до ног. – Здравствуйте, мистер Адамс… – пропищал Омега, уходя под одеяло с головой, захлебываясь в стыде. – Пап, тебя не учили стучать? – спросил Марк, посматривая на Омегу, который уже лежал колачиком, прижимаясь к нему. – Ты не говорил, что приведешь Итана на ночь. – Пап! – Все, я ухожу, – вздохнув, Альфа удалился из комнаты, желая скорее все забыть и не пустить сейчас к брату девочек, – одевайтесь и спускайтесь на завтрак. Парень недовольно зарычал и приподнял одеяло. – Ты как? – Ужасно… мне так стыдно… меня видел голым твой отец… и он знает, чем мы занимались, похоже… – тихо заскулил Итан, сильнее вжимаясь в Альфу, ища хоть какое-то спасение. – Ничего он не увидел, не бойся. Вылезай, – ласково проговорил он, выманивая парня. – Точно…? – из-под одеяла показались глаза Омеги, а потом и голова, – не хочу, чтобы меня кто-то видел голым… кроме тебя. – Мой мальчик, – промурлыкал Марк, заваливая свою жертву на кровать, – кто первый в душ, ммм…? – Я, потому что я помню, как долго ты моешься, – улыбнулся Итан, спихивая с себя Альфу, – отвернись, я же голый. – Ну и что? Ты мой, тебе нечего стесняться меня. Ночью ты этого не говорил, кстати. – Ночью было совсем другое… и я стеснялся тогда. – Иди мойся, стеснительный, – чмокнув подростка в губы, Марк слез с него, забирая одеяло и проводил его пожирающим взглядом до ванной. Наконец, когда все помылись и оделись, парни спустились вниз, где на Адамсе сразу повисли сестры, которые соскучились по нему за выходные. Омега лишь легко улыбнулся таким объятиям, садясь за большой деревянный стол из красного дерева. Вообще, как заметил Итан, в доме семьи Адамсов была дорогая мебель и уютно обставленные всем необходимым комнаты. Не то что у него – их дом давно жаждет ремонта и новых вещей, но из-за кредита они не могли себе позволить дорогую мебель, ремонт, да ничего они не могли себе позволить из-за этого гребанного кредита, который они, как казалось, не выплатят никогда. – Доброе утро, парни, – поздоровался с ними Лиам, услышав «доброе утро» от двоих, стоя за плитой и что-то готовя, – ну вы и любители поспать. Марк, мог бы встать раньше и приготовить завтрак, чтобы я сам, уставший, не готовил сейчас. – Я не знал, что вы вернетесь, пап, – проговорил тот, приняв на стуле удобную, открытую позу. – Вообще-то мы тебе звонили вечером. Пять раз, – сразу ответил Альфа, смотря на сына с укоризной. Итан сразу опустил взгляд, начиная краснеть от стыда – ведь они вчера занимались сексом и даже не услышали звонки. – Да? Черт, простите. Я не услышал. Тогда садись, я все приготовлю, пап. Именно в этот момент Марк отчетливо вспомнил, как сшиб парня с ног, нависая сверху – именно тогда зазвонил телефон. – Да ладно, я уже почти закончил. Лучше тарелки достань. Рик*, найди Адель, она опять куда-то убежала и спряталась. Вроде я видел ее на лестнице. Альфа недовольно рыкнул и ушел с кухни, начиная искать дочь, которая решила поиграть в явно неподходящее время. – Итан, поможешь Марку? – спросил Омега, развернувшись к подростку и мило улыбнувшись. Да… отец Марка был красив, даже не смотря на то, что ему было уже… 37 лет, если парень не ошибается. – Да, конечно, же, мистер Адамс. – Можешь звать меня просто Лиам. Ну, а если тебе так неудобно, то дядя Лиам, – усмехнулся мужчина, разворачиваясь и беря сковороду. Как только парни разложили тарелки, он сразу разложил утренний омлет с беконом по порциям на шестерых. – Кстати, я забыл тебе сказать. Тебе пришло письмо, но я не смотрел от кого, – вспомнил Альфа, вилкой «разрезая» бекон, – в коридоре на комоде. Любопытство взяло верх над парнем все за несколько минут и, сорвавшись с места, он ушел в коридор. То, с каким лицом вернулся Марк, никогда никто не видел: это был страх и ужас, но не за себя – он смотрел огромными глазами на Итана, пугая того еще сильнее. – Что там..? – Повестка в армию.

***

Марк знал, что он точно будет годен – это и случилось. Ему выдали справку в больнице – все было идеально, даже не было этого гребанного плоскостопия. – Ну как? Ты годен… верно…? – разочарованно спросил парень, ожидая его в парке, где они договорились встретиться. – Да, Итан… – говорить совсем не хотелось, поэтому Альфа лишь опустился на скамейку рядом с Алленом, тяжело выдыхая. В этот момент крошечный мирок Итана Аллена разбивается на миллиарды осколков, встревая острыми краями в грудь парню, причиняя неимоверную боль. Омега, похоже, на минуту забыл, как нужно дышать, а сердце предательски, режуще отбивало в два раза меньше ударов. – Я не хочу, чтобы ты уходил… я не хочу оставаться один… – парень крепко обнимает Марка, прижимаясь к нему всем своим хрупким телом. – А я не хочу оставлять тебя, милый. Ты будешь меня ждать? – говорил Адамс, обнимая подростка, уткнувшись ему в макушку. – Конечно же да. Я буду писать тебе каждую неделю. Обещаю, – уже прохныкал парень, собираясь разреветься от того, что его Альфа уйдет от него на два года. – Ну не надо… только не надо плакать, глупый. Я же не навсегда ухожу. Я вернусь, и тогда будем жить вместе, как мы хотели. Главное дождись меня. Я прошу тебя. Не хочу тебя потерять… и не хочу, чтобы ты ушел к другому… ты мой. – Я тебя не брошу! Я никогда не брошу! Мне больше никто не нужен кроме тебя… – на мгновение он затихает, а потом всхлипывает, – прости, что повысил голос… это все течка… я просто с ума схожу, когда ты рядом. Даже эти чертовы таблетки не помогают… – Я чувствую… главное, чтобы мы глупостей не натворили. Или ты потом не натворил, когда я не смогу тебя защитить, – Альфа решил сменить эту тему на более приятную, – я купил тебе подарок. – Подарок? Мне? А за что? – он резко поднял голову, на что Марк еле успел увернуться, чтобы его челюсть осталась целой. – За то, что я разбил тебе очки, а сейчас ты ходишь со скотчем на оправе, – ответил он, снимая с парня его очки подобие очков, вешая себе на майку, – теперь у тебя будут нормальные очки. И они должны тебе пойти, так сказал продавец. – Ммм… мне никто не делал подарков… если не считать родителей… но я ничего не смогу подарить тебе… у меня нет денег на подарки… – Ничего страшного. Ты для меня самый лучший подарок, – парень смотрел на смущавшегося Омегу, протягивая коробочку. – Вау… это же Nerd… я давно хотел такие, – Итан бросился на шею своему Альфе, чудом не душа, потому что хватка у мальчишки явно крепкая, – спасибо, спасибо, спасибо, Марк! Я люблю тебя! – Тише… задушишь же. Давай, примерь, я хочу посмотреть на тебя без этих монстров, – усмехнулся Альфа, постукивая по стеклу старых очков. Омега надел новые очки, с непривычки начиная часто моргать. Он посмотрел на Марка и улыбнулся. Какой же он… эти очки явно ему шли: по новому открывали его карие глаза, приковывая к себе внимание; очки стали пропорциональны его лицу. Да что тут говорить – всего лишь очки, а как лучше ему стало! Марк надеялся, что когда-нибудь они ему и вовсе не понадобятся, и тогда его Омега будет еще прекраснее. Он был рад, что Итана было легко отвлечь от этой неприятной новости, поэтому Марк решил быстрее увести его домой, заговаривая и предвкушая, как того прорвет на слезы ночью, если с ним не остаться.

***

Поужинав с семьей Итана, поговорив насчет его ухода в армию и о документах Омеги, которые он должен был подать в институт, парни своровали с кухни банку с мороженым и ушли наверх. Уже в комнате Марк улегся на кровать, открывая крышку и начиная орудовать ложкой. В это время Итан, стесняясь, выпил подавители, чтобы они ничего не натворили, если бы Альфа учуял запах течки. Вздохнув, Омега почистил зубы, а после опустился на кровать, ложась на спину, поперек парня, уложив голову на его живот, предварительно сняв новые очки, чтобы их не разбили в случае чего. – А где моя ложка? – А тебе еще ложка нужна? – ехидно усмехнулся Альфа, поднося ложку ко рту парня, – открывай ротик, маленький мальчик. – Это было мерзко… – скривился подросток, но рот, все же, открыл, довольно мурча от вкусного мороженого, – дай мне ложку, я же не маленький. – Ну ладно, хорошо, самостоятельный, – он потянулся, за ложкой, которую оставил на тумбочке у кровати, – держи. Теперь Итан мог спокойно есть мороженое, иногда нагло оттесняя Марка, чтобы взять на ложку большой кусок, от чего Альфа неодобрительно рычал на него. – Ты испачкался, – через какое-то время заметил парень, посмотрев на нос своей Омеги, – вот тут, – он ткнул ему в нос и вытер мороженое, облизывая палец, как ни в чем не бывало. – Ты что делаешь? – Итан удивленно уставился на него большими глазами, не понимая, что именно сейчас произошло. – Забочусь о том, чтобы ты был чистым, милый, – легко улыбнулся Альфа, смотря на лежащего парня, – ты красивый. – Спасибо… но не настолько, как ты… ты очень красивый… – Аллен перевернулся и лег на Марка, уткнувшись в сильную шею своей пары, – не хочу, чтобы ты уезжал послезавтра… не хочу. Вдруг, что-нибудь случится? – Я тоже не хочу уезжать, Итан. Но и бегать от армии я не хочу, – стал серьезно говорить Адамс, поглаживая по волосам Омегу, – я начинаю жутко ревновать тебя ко всему, что движется, поэтому не хочу тебя отпускать, а уж тем более оставлять одного. Когда вокруг одни Альфы с похотливыми мыслями. – Я никому не отдамся… я обещаю, что меня никто не тронет… – Ты не сможешь себя защитить. Вспомни школу… если от одного ты еще отобьешься или убежишь, то если их будет много… – Я не хочу об этом. Не хочу слушать, что я слабый. Я не могу постоять за себя… это ужасно… – Успокойся, есть же я, Итан. Я всегда защищу тебя, – трепетно говорил тот, чувствуя, как Омега начинает всхлипывать, – не плачь, не нужно. Все хорошо же. – Я стану сильным, – сам себе сказал Итан, оставляя метку на шее парня, – мой Альфа. – Лучше другую нашу метку поставь. – У тебя уже скоро там ничего не будет, кроме дырки, если мы продолжим в том же духе, чертов мазохист. Но парень послушно сел на нем, впиваясь в губы своей пары жарким поцелуем, который сопровождался довольным стоном Альфы. Губы сразу припухли от поцелуев и укусов, но они не останавливались. Альфа резко меняет позицию, нависая сверху и по-хозяйски врываясь в горячий рот Итана языком. Руки сжимают его волосы, а язык начинает путешествие во рту Омеги. Аллен кладет руки Марку на спину, скрещивая их и сжимая ногтями загорелую кожу. Еще немного и они просто бы начали трахаться, забыв про родителей и течку, но тут рот заполнил металлический привкус крови. Только тогда Итан отстранился от него, кладя руки ему на грудь. – Ну что, доволен? Он услышал фырканье, а после почувствовал жар на своей шее, получая в награду яркий засос. – Предлагаю сходить в душ и продолжить штурмовать эту банку под какой-нибудь фильм, – отозвался Марк, водя языком по месту той самой ранки, которую он получал из-за брекетов Омеги, но ему даже нравилась такая метка – и правда, чертов мазохист. Остаток вечера, после душа, они провели в постели, доедая шоколадное мороженое, смотря очередной фильм про супергероев. Лили даже принесла им поднос с печеньем и маффинами, чему Омега был ужасно рад. Ближе к трем часам ночи, утомленный разговорами, Марк отрубился, тихо посапывая, а Итан так и остался лежать, устроив голову на груди парня. Спать он не собирался, и на то было две причины: первая – он не хотел, чтобы наутро, когда таблетки перестали бы действовать, Марк набросился на него, сцепляя их; вторая – последнюю ночь он хотел провести в сознании, чтобы насладиться моментом, когда его Альфа спит рядом с ним. Следующий день прошел ужасно быстро: Итан только днем смог придти к Марку, чтобы помочь собрать вещи, а после его и вовсе оттеснили от него, когда сестры Альфы решили поиграть с братом и его парой. Ночью ему пришлось уйти, вернее Марк, как Альфа, забросил его на мотоцикле домой, ведь парню нужно было выспаться, а тот лишь мешал бы ему. Зато Аллен обещал, что придет утром и вместе со всеми пойдет провожать его до военкомата, откуда всех прибывших увезут. Утром, когда все были готовы, Ричард усадил всех в машину, чтобы, наконец, поехать в военкомат. Девочек усадили назад вместе с парнями, от чего Адель пришлось усадить на коленки. Та сразу вцепилась в брата, намереваясь заплакать с новой силой. – Я же вернусь еще, Адель. Тебе всего лишь нужно подождать два года. Это не так долго. Я буду звонить, если нам будут давать телефоны, – Альфа поцеловал сестру в щечку, прикрывая на секунду глаза. - Точно, братик? – пискнула девочка, вжавшись в Марка. Так вот кого ему напоминал Итан: свою маленькую сестру – эти двое слишком привязаны к нему любовью. – Точно, я обещаю. Если что, у вас есть Итан. Он будет с вами гулять. Правда же? – Ммм...? А, да, конечно. Я буду гулять с вами, если попросите, – поправляя свои очки, ответил им Омега, как-то грустно улыбнувшись. – Давай, веселее. Ты же тут не заплачешь? – Нет, конечно нет, Я не маленький мальчик. – Не маленький, но зато мальчик. Мой мальчик, – довольный, словно кот, Адамс поцеловал своего Омегу в губы, под настойчивый кашель отцов. – Люблю тебя, Марк, – прошептал Итан, положив свою голову на большое плечо Альфы. Он так не хотел отпускать его в армию, да и зачем, если он и так знал, что Адамс в хорошей форме и не нужно ему никуда уезжать. Хотя, за него сейчас говорили омежьи гормоны, которые вцепились звериной хваткой в своего Альфу. Поймав себя на том, что стал капризничать (хоть и про себя), Омега сжал губы в тонкую полоску и закрыл глаза. – Я тоже тебя люблю, – тихо проговорил Марк, наслаждаясь последними минутами вместе со своей Омегой, которую оставит без присмотра на два года. Это сильно волновало парня: мало ли что может случиться; мало ли его не дождутся, и он потеряет самого дорогого человека на этой гребанной земле. – Приехали, выходим, – Через десять минут вернул их в эту вселенную Рик, заезжая на парковку и глуша машину. Девочки сразу выбежали на улицу, оглядывая здание военкомата и поворачиваясь обратно. – Такое страшное здание. Папа, там плохие люди? Они заберут братика? – Адель посмотрела на Лиама, еле сдерживая очередную истерику. – Все будет хорошо, милая. Марк вернется, – отец подхватил дочку на руки, целуя в нос, – мы с тобой уже дальше не пойдем, так что давай, прощайся со всеми. Альфа вылез из машины, цепляя на одно плечо рюкзак и разворачиваясь к Рику. – Ну что? Можешь гордиться мной – иду служить в армию, как ты и хотел, – он улыбнулся отцу, подходя и обнимая его, хлопнув по спине. – Ты сначала отслужи, а потом поговорим, сынок, – как обычно, в своей манере попрощался Ричард, обнимая Марка, – мы последим за Итаном, не переживай. Уж Лиам точно проследит первый месяц. – Спасибо, пап. Я люблю вас. Его задержали минут на пятнадцать: если отцы попрощались с ним быстро, то Итан долго стоял молча, обнимая Альфу. – Не уходи… не хочу, чтобы ты ушел… ты нужен мне… – шептал ему в ключицу парень, сжимая руки на шее Адамса. – Всего два года. Дождись и все будет хорошо. Смотри у меня, я приеду, а ты должен учиться в университете на программиста и работать. Ты меня понял? Займи себя чем-нибудь. Главное – не другим Альфой. – Я никогда не променяю тебя на другого..! – возмутился Омега, – хорошо, я буду хорошо учиться, но ты тоже будешь в свободное время готовиться к экзамену, чтобы поступить в тот университет. Я буду писать тебе каждую неделю и рассказывать обо всем. – Вот и договорились. Все, хватит сопли пускать, а то я тебя воспринимаю, как мелкую, – оповестил его парень, за что получил удар в ребро, – понял-понял, больше не сравниваю. Я люблю тебя, – Адамс поцеловал свою Омегу, – я распечатал одну из фоток, когда мы были в парке. – Ненавижу тебя! Она же ужасная! – Пока, Итан. И она очень милая, – засмеялся Альфа, помахав всем рукой, и зашел внутрь, разрывая тактильную связь на два года. Итан остался на улице, одновременно переживая за Марка и думая, что будет делать дальше, не закроется ли в себе, как раньше? Это ужасно, до дрожи в теле, пугало Омегу, заставляя сделать глубокий вдох. Всего лишь два года…