Звездные маяки порта Кармален

— Если ты такой умный… — То чего ж я такой бедный? — Алан зевнул душераздирающе. — Проклятая погода, проклятый космопорт, проклятые корабли. Достало все, сил нет, хочу в отпуск. За окном, расположенным у самого потолка, отчетливо виднелись потоки воды, льющие по пленке. И наружу выходить не хотелось от слова совсем вообще никак. Даже если выйти надо для того, чтобы пойти домой. — Ныть ты хочешь, вот что, — проворчала Карли, подхватывая ящик с инструментами и переставляя его в нишу. — А отпуск у тебя будет через две недели, так что хватит уже себя жалеть, Красавчик. Алан покривился на это прозвище. Когда-то оно и впрямь соответствовало истине, кажется, в прошлой жизни, тогда он был молод, прекрасен, золотоволос, синеглаз и беспечен. Ему было девятнадцать лет, портовому технику, обучавшемуся у Карли всем премудростям ремесла. Пока в одном из ангаров, где наставница, мастер на все руки, чинила частный флаер, а Алан болтался и просто слушал ее байки, не сработало взрывное устройство в этом самом флаере. Алан успел оттолкнуть Карли в открытую дверь подсобки, а вот сам не увернулся. Сейчас Алану Гриссому было двадцать три, волосы так и не отросли больше, чем до сиротливого «военного» ежика, одного глаза не было, половину лица он каждое утро закрывал белой пленкой из баллончика с «фарфором», сглаживая шрамы. Потом еще распылял синюю краску. — Делфт, — загадочно заявила как-то Карли. — Че? — Делфтский фарфор. Когда-то на Гее была такая страна, Китай. И еще много всяких стран. И в одной из них в городе Делфте делали такие сине-белые фарфоровые изделия, очень красивые. У тебя маска почти такая же, только надо наносить рисунок осмысленный. Проходящий мимо Сет оскалился, хлопнул Карли по заду: — Опять Умница умничает. А ты ему трафарет сделай, пускай напыляет. Все посмеялись, но слова про трафарет Карли явно запомнила, потому как через неделю вручила Алану пачку пластиковых листов с вырезным рисунком. Алан подарок принял, решив, что все равно терять больше нечего, остается только маску украшать. Чтобы хоть смотреть на него было немного поприятней. Типа как на фарфоровую куколку, Алан видел такие в сувенирной лавке, даже помогал чинить некоторые. Дождь действительно шел, под ним космопорт Кармален, сплошь прозрачный либо металлический, преобразился, умытый от пыли, кое-где на окнах сверкали разноцветные пленки, подсвеченные изнутри. Сапфирово-синяя — секретариат, три широких окна, за которыми, наверное, как всегда, сидит секретарь, а рядом отирается его капитан, носит кофе и гоняет пинками дроидов с бумагами. Изумрудно-лиственная — медотсек, два этажа, на удивление приятно пахнущих лекарствами. А вон там просто золотые отсветы, еще не опустили пленку. Гостиница, красивая круглая башня, ее системы Алан знал наизусть, там красиво внутри, каждый этаж обустроен под свою расу, под ее характеристики. Гриссом рассматривал космопорт, сунув руки в карманы. — Красавчик, — Сет нарисовался рядом. — Ты о чем так замечтался, что даже не слышишь ничего вокруг? Алан вздрогнул. Он так и не понял, как именно такой громила как Сет, умудряется передвигаться столь быстро и бесшумно. — Чего тебе? — У тебя отпуск через две недели, так? — Угу. Меняться не буду, — поторопился предупредить Алан. Сет потоптался рядом, шумно посопел и ушел, так и не сказав, зачем приходил. Наверное, вправду хотел попросить отпусками махнуться. У него, кажется, семья где-то была, на соседней планете. На выходные не намотаешься. Алан почувствовал угрызения совести. — Сет. — У? — тот успел недалеко убрести. — Ладно, давай меняться отпусками. — Да я не меняться… — смущенно пробасил великан. — Я позвать хотел… На свидание. Алан лишился дара речи. Сет поспешил зачастить: — Нет, я правда… ты не думай… ты мне нравишься, правда, и вообще… Вот. Алан грустно улыбнулся, встал на цыпочки и чмокнул Сета в щеку: — Ты славный. Но не стоит, правда. Я ценю, но не надо. Я же слышал, как вы с Карли договаривались. Сет смутился, опять забормотал что-то про то, что Алан ему глубоко симпатичен и все такое. И свидание, оно ни к чему никого не обязывает. И он бы с семьей познакомил. Сестра славная, у них дети милые, Алан бы им понравился. — Сет, ну правда, это же смешно, ну кто поверит, что ты по доброй воле меня пригласил куда-то? А благотворительность… Ну не такая же. Великан упрямо посмотрел: — Я не для кого-то, я для себя на свидание тебя приглашаю. Алан грустно улыбнулся. Свидание. Он настолько соскучился по этим ощущениям, когда можно просто идти с кем-то рядом, болтать о чем-нибудь, смеяться. Но если он сейчас согласится на предложение Сета, потом будет стократ больнее, потому что продолжения не будет. — Я уже билеты купил, — сознался Сет. — И Карли согласилась поменяться отпусками. Мы бы на неделю слетали на Гею, посмотрели бы там на водопады, как ты хотел. — Я… А как ты узнал? — Когда ты в больнице был, ты бредил. Рассказывал, что всегда хотел на них посмотреть. И что хотел на Марсе побывать, про яблони что-то говорил, что хочешь посадить ее там. Алан удивленно уставился на него: — Так я же в палате один был. — Не, мы с тобой все по очереди сидели. Я. Карли. Глория. Олаф. Свенсон. Мы посменно торчали все, по выходным. Нам даже практиканты помогали с починкой, шеф навстречу пошел. Мы тебя поили, когда от наркоза отходил, систему жизнеобеспечения мониторили, я тебя за руку держал, когда тебя трясти начинало. Алан потрясенно молчал — бригада и словом не обмолвилась, что они дежурили около него. Он не обижался, знал, сколько работы на их участке, к тому же, пока он валялся в палате уже в сознании, они присылали ему веселые записки со смешными рожицами. А теперь выясняется… Алан шмыгнул носом, чувствуя, как поперек горла встает какой-то комок. — Так что я билеты купил. На Гею. Потом на Марс. И договорился, чтобы тебе разрешили яблоню посадить. — Надо было сразу бредить про то, что я хочу пожить на пляжах Дарейи, — комок все-таки прорвался слезами. Сет неуклюже обнял Алана, принялся гладить по голове, давая выреветься. — Смотри, вот и практикант. Который у нас четыре года назад по трубам в гостинице лазал, пока ты валялся. И не изменился нисколько. Алан повернулся, уставился на весело скалящегося парня, рыжего как лис: — А чего он в военной форме? — Не знаю. Может, не захотел техником быть? Парень, не подходя, помахал им рукой, после чего повернул голову куда-то вбок, словно прислушался к чему-то, проорал: — Да иду я, иду, хватит мне мозги морозить, — и улепетнул, только хвост по воздуху свистнул. Через минуту над космопортом прошла тень, военный корабль Альянса отправился на какое-то очередное задание. Алан проводил его взглядом, залюбовался, как всегда. Потом вытер глаз тыльной стороной ладони: — Ладно. Полетим на Гею, а потом сажать яблони. И к твоей сестре. Сет обрадовано сграбастал его в охапку, вскинул на плечо, так и понес куда-то. Алан для порядка побрыкался, немного поорал, вызвав у нескольких военных, спешащих куда-то по своим делам, понимающие смешки. Видимо, тоже оказались псионики, прочитали, что тут пора брачных игр и не стали вмешиваться и портить людям удовольствие. — А куда ты меня вообще тащишь? — додумался спросить Алан. — Ну, ты когда бредил, говорил что-то про то, что хочешь посмотреть, как синие этажи гостиницы выглядят. Нам экскурсию устроят, у меня приятельница как раз там работает служащей, администратор согласился, что она нас проведет по гостинице, расскажет про каждый этаж, а он будет слушать, как она разобралась, типа, у нее экзамен. Экзаменуемая оказалась коротко стриженой симпатичной блондинкой, слегка нервничающей. Администратор, очаровательная улыбчивая кармелийка, гостей встретила тепло, вручила им переводчики: — Аэлин будет переходить по моей команде на разные языки. Чтобы вас не сбивало, у вас будут вот эти милые штучки. «Милые штучки» были серебристыми каплями-микронаушниками. Алан взял Сета за руку, немного смущенный, ощутил ответное пожатие пальцев и чуть приободрился. Аэлин повела их по этажам. — На этом этаже у нас находится «Серебристый сектор», специально для наших гостей-кармелийцев, здесь созданы все условия для комфортного проживания. В номерах находятся живые растения, устроены стенные каскады. В каждом номере имеется ионный душ с тремя режимами настройки. Идемте дальше. Попавшиеся на пути гости весело что-то зачирикали на своем языке, переводчик сообщил, что спрашивают о том, где здесь ресторан, Аэлин с вежливой улыбкой объяснила, повела Алана и Сета дальше. — Это «Металлическое крыло», здесь у нас селят оскурийцев. Номера есть двух типов — с кроватями для модификантов и с устойчивыми гравиплатформами для более тяжелых военных моделей. Набор инструментов и смазка прилагается. Сэр? Я могу вам чем-то помочь? — она с легкой тревогой взглянула на громадного киборга, как раз устаревшей военной модели. — Красавица, если у вас хватит сил поднять кувалду и долбануть мне по ноге, буду счастлив. — У меня хватит, — вызвался Сет. Киборг протянул инструмент для починки, Сет размахнулся и шваркнул пострадавшего по странно выгнувшемуся колену. Броня хрустнула и встала на место. — Спасибо, — прогудел киборг. — С меня причитается. Если смогу помочь чем-то в ответ, буду рад. Меня зовут Марк Сайн, приписан к полетнику «Селия». Сет покивал, Аэлин пошла дальше, поднимаясь на следующий этаж, как-то странно приподнятый, лестница здесь была на пять ступенек длинней, чем на прочих этажах: — Тут мы останавливаться не будем, — прошептала девушка. — Это этаж для псиоников, которые нуждаются в тишине и темноте, все номера свето- и звукоизолированны. Но лучше не рисковать. Он и так сверху и снизу дополнительно проложен шумопоглощающими панелями. — А почему тогда с киборгами соседствует? — так же шепотом поинтересовался Алан. — На том этаже тоже все звукоизолировано по максимуму, просто этажами ниже нельзя, кармелийцы недолюбливают высоту, а выше трудно будет подниматься самим псионикам, они и так порой в состоянии, когда мы их просто грузим в затемненные капсулы и развозим по номерам. Сами понимаете, там каждый этаж важен. На следующем этаже она уже заговорила вполне обычным голосом: — А отсюда у нас начинаются специализированные этажи. Синие — для гостей, которым требуется водное пространство для жизни, есть бассейны с различной водой, каждому подбираем индивидуально. Зеленые этажи предназначены для гостей, предпочитающих растительную среду обитания. Алан кивал, смотрел завороженно. Он раньше видел гостиницу только с технической стороны, не подозревал, что тут все так устроено. Сет косился на него и улыбался. Радовать Красавчика было приятно. Ну да, он все равно красивый, даже с маской. И маска красивая, как этот… дельфийский фарфор вроде. И вовсе ни при чем тот разговор с Карли, он бы и так позвал на свидание Алана. А через две недели они полетят в отпуск, и все будет совсем замечательно. — Экскурсия завершена, — Аэлин снова смущенно улыбнулась. — Давайте, спустимся на лифте. Администратор встретила их, разулыбалась: — Молодец, ты все сдала. Переводчики? Оставьте себе, они все равно индивидуальные. Сет повлек Алана прочь, под дождь, ставший намного реже, но все еще теплый. Над Кармаленом легли сумерки, рассыпались бесчисленные звезды в небе. — Так странно, — Алан смотрел наверх. — Когда-то наши предки мечтали, глядя в небо, что они полетят к этим звездам. И они были счастливы, представляя себе, как красиво это будет. Черный космос и россыпь звезд. А нам сейчас нужно всего лишь полчаса, чтобы подняться туда. И космос как-то потерял свою привлекательность… — Глупости. Ты просто с летчиками не общался. Они на планете еле выдерживают, все рвутся наверх, обратно. Скорей уж, раньше наши предки, которые ходили по морям, не могли жить без этой качки. А мы не можем жить без звездного пространства. Алан посмотрел на Сета: — Говоришь так, словно ты летал. — Когда-то давно я летал. У меня были собственные крылья, серебристые крылья, которые рассекали космос. Но тогда я был еще слишком молод и глуп, я любил. Но моя любовь запретила мне летать. И я пожертвовал крыльями, осел на планете. — А что дальше было? — Житейская история. Я вернулся со смены раньше обычного… Алан сжал руку Сета: — А почему ты теперь не летаешь? — Потому что я врос в эту землю, мне слишком трудно сейчас подняться. Алан немного помолчал, потом решительно развернулся на месте: — Идем. — Куда? — оторопел Сет. — Давать тебе пинок к звездам, чтобы подпрыгнул и взлетел. Есть у меня одна знакомая… — Подожди, — Сет его остановил, развернул за плечи к себе. — Ты понимаешь, что полеты — это надолго? — Я не верю в сказки, Сет. И в то, что ты вечно будешь со мной, тоже. Встречать тебя из полетов и проводить с тобой время между рейсами кажется мне более реальным. Пара дней в месяц… В это я верю. А в то, что мы вернемся из отпуска все такие влюбленные и счастливые — нет. Сет улыбнулся: — А я предлагаю следующий план. Мы доживаем до отпуска, проводим его вместе. Я тебе смертельно надоедаю своим присутствием. И по возвращении улетаю в дальний рейс, чтобы ты от меня отдохнул. Как тебе такое? Алан подумал и кивнул: — Это отличный план.