Сборник Эроса

Море в эту весеннюю пору было ужасно неспокойным. Еще с гавани мне кричали моряки: - Джонни, не выходи сегодня в море. Намечается шторм. На твоей байдарке далеко не уплывешь. Но мне надо было именно сегодня отправиться туда. А ведь плыть совсем ничего, две ночи и день. И с вечера я пересекал спокойное море и не мог нарадоваться такой удаче, но тучи налетели неожиданно. И я еле справлялся в своей небольшой лодке, молился что бы не сбиться с курса, и не разбиться о скалы. Там, за морем меня ждала моя невестка. Что бы подзаработать немного денег на нашу свадьбу я отправился к ближайшей гавани от нашей деревушки продавать домашнее мясо, птицу, яйца. В гавани это очень ценилось, так как кроме рыбы особо ничего на рынках не найдешь в той части. Шторм бросал меня туда-сюда, я натянул на себя дождевик и изо всех сил держал весла стараясь не упустить их. Страх сковал все мое тело, вода была везде, и я сильно дрожал. Сейчас мне хотелось уже одного – выжить. Тут неожиданно волны стали все тяжелее биться о мою лодку, я почувствовал сильный удар по голове и провалился в темноту упав на дно лодки. Я медленно открыл глаза. Вокруг все было белым. - Я умер? Но я слышал плеск воды, лодка медленно билась о что-то. Я жив! Я сел. Жутка боль пронзила мою голову, в глазах больно защипало. Наконец я пришел в себя и огляделся. - О, черт… Я не знал где я. Вокруг были одни скалы, торчащие из воды кто на метр, а кто метра так под три. - Чудо! Просто чудо… И как я не разбился о них? Вокруг струился холодный туман. Он напомнил густое молоко, только краешки скал и было видно. А вот воды – нет. Повсюду лишь белый туман. Мне стало жутко. Вокруг слышался только плеск воды и ничего больше. Я даже не мог выплыть отсюда пока туман не отступит, ведь был шанс что напорюсь на скалы и так и затону здесь – совсем один. И никогда моя невеста не узнает, как я умер, никто не узнает. Ужас сковал меня. Но надо было прийти в себя. Я разделся, стянул с себя мокрую одежду и развесил по краям лодки. Пусть хоть немного просохнет. В запрятанных под скамеечками в несколько пакетах провизии я взял буханку хлеба и флягу самогона. Надо было срочно поесть и согреться, иначе мне грозило жестокое обморожение. Я отломил немного хлеба, прожевал стуча зубами и запил все самогоном. Горл обожгло, но вскоре тепло разлилось в груди и в желудке. Стало хоть немного теплее и страх уже не так сильно давил на меня, а боль в голове стала легче. От чего я интересно отключился? Это было неясно. Я достал из пакета с провизией спальный мешок, я был счастлив и горд собой что спрятал все это в несколько пакетов и замотал изолентой. Вокруг было тихо. Я улегся, выпил еще самогона и посмотрел на небо. Небо было чистое, вокруг сияли мириады звезд и млечный путь. Месяц озарял все немым светом. Мне даже показалось что он немного отливает кровавым, но мое воображение в такой ситуации еще как могло разыграться. Я вспомнил как все хорошо начиналось: несколько недель назад, я пересек море без сучка без задоринки, мне было весело спать в мирно качающийся лодке. В гавани меня встретили приветливо, сразу же арендовал местечко у одного капитана у самых огромных кораблей, и торговля пошла в гору. Все распродалось в считанные дни, а все остальное время я помогал другим на рынке. Заработав приличную сумму, я взял немного провизии и счастливый отправился домой. А ведь правду говорят, новичкам везет. Я пережил свой первый шторм, и хотя бы остался жив. А с рассветом туман рассеется, и я разберусь с курсом куда мне плыть. А там я увижу ее… Я стал представлять и вспоминать ее улыбку, ее нежные плечики. Сразу вспомнилось как я отчаянно просил руки у ее отца, хозяина деревни. Он тогда сказал если я сам соберу денег на свадьбу, то отдаст ее за меня. И вот скоро я снова коснусь ее нежных губ, снова будем по ночам сбегать на сеновал. Ну и что, что до свадьбы – все равно моя! Я сладко улыбнулся, прикрыл глаза. Тут на ум пришло детство. Я помню, как я часто засыпал у озера под такие же мирные звуки волн, тогда мне озеро казалось таким большим и необъятным. А как подрос, увидел море… Наверное, тогда я и влюбился в эти воды. И иногда думается, если мне суждено когда-нибудь погибнуть – я бы хотел погибнуть в море. Незаметно для себя я уснул. Не знаю сколько времени прошло, когда я открыл глаза, была все еще ночь. Я даже не мог понять из-за чего проснулся. Я чувствовал чье то присутствие, от этого сон как рукой сняло. Туман немного рассеялся. Тут я услышал тихий мелодичный звук. Вскоре он становился все громче. Кто-то пел! Я был настолько удивлен. Пение, посреди ночи в открытом море? Я сошел с ума видимо! Но вот пение стало все громче и казалось поет кто-то возле меня. Мелодия была такой завораживающей, нежной, прекрасной… Я не заметил, как перегнулся через край лодки, силясь найти источник это прекрасной мелодии. Сейчас мне больше всего на свете хотелось оказаться рядом и слушать, слушать, слушать эту прекрасную мелодию. Мне вдруг захотелось смеяться. И я засмеялся как дурак. Посреди моря один. Но я был так счастлив, тепло разливалось в груди, и внизу живота. Я был уверен, мне надо найти источник этого пения. Я услышал всплеск воды с другой стороны и тут же перегнулся через край лодки всматриваясь в туман. И тут я увидел ее. Длинные волосы струились по плечам, таким нежным и хрупким. Очи ее были прекрасней всех что я повидал. Необыкновенные изумрудные глаза, смотрели с легким прищуром на меня. Маленький вздернутый носик и пухлые чувственные губы. Волосы ее немного прикрывали вздернутые вверх розовые сосочки на оголенной груди. Она полу лежала на камнях, и одна рука ее покоилась на бедрах. Длинные, стройные ноги, темный треугольник… Я так и замер зачарованный, легкий румянец играл на ее лице, но взгляд так и призывал к себе. Я не видел никого более красивее чем она, и она пела… Это ее голос разносился вокруг - чаруя. Я уже было собирался прыгнуть в воду, чтобы доплыть до нее, но она уже скрылась под толщей воды. Но еще секунда и она нежно обхватила края лодки, держась за них. - Здравствуй путник, чего доброго ты заблудился? – сказала она нежно, чаруя своим взглядом. - П-прекрасное создание, здравствуй, я не помню... Я перегнулся через край лодки и смотрел на нее во все глаза. - Как зовут тебя путник? - Джон… или можно Джонни, - попытался улыбнуться я. Я замолчал, а потом спохватился: - А тебя? - Я Ахелоида, я сторож этих рифов, - почти пропела она. - А как ты тут живешь? Не холодно тебе в воде? Залезай в лодку, я тебя отогрею! Она лишь звонко рассмеялась и от ее смеха голова пошла кругом. Внизу живота все зудело и давило. Я не мог отвести от нее взгляда, больше всего я сейчас хотел к ней прикоснуться. - Вода сегодня на удивление теплая, пойдем со мной купаться, Джонни? Я покажу тебе то, чего ты раньше никогда не видел, - она томно провела по своей груди рукой, вторую протягивая мне. Я не раздумывая скинул с себя всю одежду и протянул ей свою руку. Ее тоненькая ледяная ручка с силой обхватила мое запястье и потянула вниз в воду. Я лишь успел набрать немного воздуха, а она уже тянула меня на дно. Я видел перед собой ее развивающиеся в воде волосы, от увиденного ниже я забился, пытаясь сцепить ее руку с себя. У нее был хвост! Она плавно двигала этим хвостом, и с быстрой скоростью тянула меня все глубже на дно. Чешуйки на голубо-зеленом хвосте переливались, длиннющий хвост наводил на меня ужас. Русалка! Сколько я бы не пытался, она держала меня мертвой хваткой. Вот на дне показалось огромное отверстие, она потянула меня прямо туда. Воздуха в легких уже не хватало, и через несколько секунд мы выплыли. Я жадно хватал воздух, а она уже была на берегу. Никакого хвоста не было. Я смотрел на нее во все глаза и не мог поверить тому что вижу. Мы оказались в небольшой пещере, все отливало лазурным цветом. - Кто ты? Богиня? Русалка? – спросил я дрожа, мой голос разнесся эхом по маленькой пещере. - Я Ахелоида, страж воды, и ты Джонни особенный. Я это сразу поняла… - Особенный я? Так что же ты прекрасное создание, и не привиделся ли мне твой хвост? - Для тебя я буду кем захочешь, - она наклонилась ко мне в воду. Ее груди оказались на уровне моего лица. - Тебе холодно Джонни? Вылезай, я тебя согрею, - она наклонилась ко мне. Я видел ее прекрасные глаза, ее пухлые губы так и зазывали меня. И даже в холодной воде мой член встал колом. Она наклонилась еще ближе, и я почувствовал, как от нее исходит приятный морской запах. Даже невозможно было сравнить это запах ни с чем, но что-то было в этом запахе с привкусом стали. Но что? Но мысли уже путались в голове, я почувствовал, как ее пухлые губы целуют меня страстно. Так меня еще никто не целовал. От ее поцелуя меня ударило током, в прямом смысле этого слова. После этого я почувствовал легкую усталость, но в том же время не мог оторваться от ее прекрасных губ. После поцелуя губы немного горели, я чувствовал слабость, но я хотел ее сейчас больше всего на свете. Я забыл обо все. Она вытянула меня из воды. И тут же оказалась на уровне моего члена. Она игриво взяла его в руки и стала водить туда-сюда. При этом смотря мне прямо в глаза. Я почувствовал, как она коснулась его своим холодным языком, от чего застонал. Такого я еще никогда не испытывал ни с одной девушкой, мне хотелось кончить прямо сейчас. Она медленно взяла его в рот во всю длину и стала ритмично посасывать. Я получал неземное удовольствие, стонал и потерял счет времени. Моя рука легла на ее голову, пальцы зарылись в нежных волосах, и я со всем напором направлял ее голову, засаживая свой член еще глубже. Еще немного, и я изольюсь в ее ротик. От этой мысли стало так сладко, что я кончил. Она проглотила все до капли. Тут развернувшись и встав на четвереньки передо мной, она оттянула свою ягодицу приглашая внутрь. Член снова был как кол. Я чувствовал, как пусто стало почему-то, но желание и счастье меня не отпускали. Пустота эта была скорей энергетическая. Но я не мог уже остановиться. Что-то во мне кричало: стой! Но я уже водил членом по ее киске. И тут же без каких-либо прелюдий вошел во всю длину. Я стал иметь ее со всей присущей мне животностью. Вскоре я лежал на холодных камнях, а она была сверху. Ритмично двигала бедрами, иногда я чувствовал, как она сжимает мой член внутри себя. Я ласкал ее груди, я полностью наслаждался ей. Но в то же время я чувствовал, как темнеет в глазах, мне было очень хорошо. Возможно если бы не этот экстаз, я бы почувствовал, что некоторые мои органы начинают отказывать. Но я не чувствовал… Она стала двигать бедрами еще быстрее, сжимать мой член еще сильнее. - Я люблю тебя, люблю, - кричал я. Она склонилась, и мы слились в поцелуе. Когда сирена оторвалась от Джона, он был уже мертв. Она слезла с него. - Кончил-таки, не каждый доживает до этого. Молодец! Она заливисто рассмеялась, лицо ее исказилось. Зубы беспорядочно и перебойно заострились, вылезли вперед как тончайшие иглы. Глаза залились кровью, волосы потемнели, ногти на руках выросли в разы и были остры как лезвия. Снова появился хвост, она упала рядом с трупом Джона, и начиная с его ступней стала медленно пожирать его. Кровь стекала в лазурную воду пещеры, и возможно если бы Джон не был так ослеплён сиреной, заметил бы, что по углам в пещере были разбросаны кости прошлых жертв. Глупый, глупый Джон. В ночной тишине, где-то под толщей воды слышался хруст дробящихся человеческих костей…