В гибели Ангелов виноваты Демоны...

      Каникулы — самое долгожданное слово для каждого школьника. Они как шоколад: ты с удовольствием ешь его, от каждого кусочка ловишь кайф, тебе кажется, что его ещё много, но вскоре ты понимаешь — сладкого лакомства не осталось, а наслаждаться им дальше всё равно хочется. И вот сегодня я распаковала свою шоколадку. Мой первый день каникул начался с непонятного звонка в дверь в 10 утра. Не раздумывая о том, кто же это мог быть, я открыла её. На пороге стояла очень приятная женщина лет 35 с какой-то папкой в руках. — Здравствуйте, я из отдела службы опеки и попечительства. Могу ли я пройти? — Да, конечно, проходите, — я не понимала, что от меня хотят, но убивать и грабить явно не станут, так что я впустила сотрудницу. — Вот сюда, пожалуйста, — я указала женщине рукой на вход в гостиную комнату, где было более менее убрано. Да, порядком в квартире я не славлюсь. Мы присели на диван, и я спросила, по какому поводу ко мне пришли. — Я не представилась, меня зовут Ольга Евгеньевна Чукотская. А Вас? — Виктория. — Что ж, Виктория, к нам поступила информация о подростке, который проживает один в этой квартире, по словам, на протяжении нескольких месяцев. Я понимаю, что это — Вы, — я не знала, что ответить этой женщине. И, возможно, вовремя из прихожей послышался очень знакомый мне голос. — Вика? Ты дома? — сначала я ужаснулась тому, что слышу его, потому что это был голос Алисы Алексеевны, но потом поняла, что её присутствие сейчас не помешает. Извинившись перед женщиной, я встала и быстро вышла в прихожую. Огромными глазами я уставилась на свою гостью, пытаясь понять, каким образом ей пришла мысль приехать сейчас ко мне. — Алиса Алексеевна? Здравствуйте, — я подошла ближе к Алисе и сказала это очень тихо, дабы меня не услышала Ольга Евгеньевна. — Ты не одна? У тебя дверь была приоткрыта, я очень испугалась, — я помогла директрисе снять пальто и повесила его в гардеробную. — Всё в порядке. Там женщина из органов опеки… — Алиса удивилась моему объяснению ситуации и, вскинув брови, помчалась в зал. Ольга Евгеньевна вновь представилась и ещё раз рассказала про повод посещения, но только теперь Алисе Алексеевне. — Нет, Вика не живёт вообще одна. Я заезжаю к ней по возможности, покупаю продукты, готовлю, помогаю с домашним заданием. Её родители — мои хорошие друзья, собственно, они и попросили меня приглядеть за ней, пока они в командировке. — Скажите, а как у девочки вообще с учебой? Отъезд родителей не повредил её успеваемости? — Дело в том, что я также являюсь её школьным директором и смело могу сказать, Вика стала учиться намного лучше, чем было. Она старается их радовать даже на расстоянии. — Ну, раз вы ручаетесь за девочку, я могу идти, прошу прощения за беспокойство.       Пока я оставалась в гостиной, Алиса проводила женщину. На секунду мне показалось, что она действительно знакома с моими родителями и знает всё о моей семье. Она ловко выкрутилась. Точнее помогла мне выкрутиться, в который раз. — Так значит, ты живешь одна? Родители уехали надолго? Почему ты мне не сказала об этом? Я думала, что они уехали на неделю, на две, но сколько их уже нет? — Они уехали на год. -На сколько?! Собирайся. — В смысле? — Собирай свои вещи, я не оставлю тебя тут жить одну, это же опасно. — Опасно? Алиса Алексеевна, я уже два месяца одна живу. — Я сказала, собирай вещи, — таких странностей я за Алисой ещё не замечала. — И куда же вы меня определить хотите? — Будешь жить у меня. У меня всё равно большой дом, вдвоём будет веселее, — мне сейчас послышалось или мой директор предлагает мне временно пожить у него? Я, кажется, не понимала, что происходит вокруг. — Нет, это неудобно для меня, и я не хочу вас стеснять. Тем более, куда я дену кота? — А втроём еще лучше. Ещё раз я тебе повторять не буду, я подожду внизу и  все твои сегодняшние планы придется отменить, извини. — Да их и не было, Алиса Алексеевна, — я безэмоционально взглянула на неё и отправилась в свою комнату делать то, что мне велели. Через полчаса я собрала всё самое нужное и, взяв свои вещи, а также сумку с Бриком, вышла из квартиры. Алиса жила недалеко за МКАДом, добирались мы до её дома около полутора часов. — И как мне теперь ездить в школу после каникул? — Странный вопрос, Вика, — Алиса навела на лицо ухмылку. — Конечно со мной. — Но вы же не каждый день ездите туда с утра. — Давай будем решать проблемы по мере их поступления.       Это был единственный разговор за всю поездку, после мы молчали. Алиса выглядела совершенно расслабленной, как казалось со стороны, её совершенно не беспокоило, что она везёт к себе домой постороннего человека, да ещё и ученицу. В общем, она как обычно светилась, улыбалась, была спокойна и жизнерадостна.       Вокруг дома Алисы была большая ухоженная территория. По всему периметру росли какие-то кусты и деревья. Стояла беседка, в которой были видны несколько пуфиков, видимо, Алиса ещё не готовилась к зимнему сезону и не убирала все это подальше с улицы. Сам дом был трёхэтажным, с огромными окнами в каждой комнате. На втором этаже был шикарный балкон, а третий этаж больше походил на чердак, так как ничего, кроме пустого пространства, окна во всю стену и кучи ненужных вещей, я там не нашла. Да, мне разрешили всё осмотреть, так сказать экскурсия без экскурсовода. Все комнаты были очень красиво отделаны, везде присутствовало сочетание цветов. На верхнем этаже располагались ещё две спальни, по сути, для гостей и ванная комната. Возле лестницы так же были накиданы пуфики и стоял журнальный столик. Все помещения были уютными. На первом этаже была просторная кухня, кабинет и не менее просторная гостиная, оснащенная всей техникой, вторая ванная. А ещё на этом же этаже располагался спортзал. Из кухни можно было попасть на шикарную террасу, на которой стояли качели, и во двор. Я ходила по этому дому с детской улыбкой на лице, мне хотелось все потрогать, везде посидеть и как можно быстрее всё обойти. Алиса уже привыкла тут жить и для неё эта роскошь обыденна. Пока я осматривала место жительства Алисы Алексеевны, она занималась приготовлением обеда. Я заметила, что она вообще очень хозяйственная: в доме было убрано, не было ни единой пылинки на полочках. Кстати о полочках… На одной из них я заметила стоящую фотографию Алисы с каким-то молодым человеком. Как я поняла, это — её бывший муж… У неё до сих пор стоят фотографии с ним. Значит, не забыла и все ещё любит его. Не понимаю, как можно было бросить такую прекрасную девушку. Ладно, это их дела, не стоит мне лезть, куда не надо. Стоп, но на фотографии была еще маленькая русая девочка, лет 5, которая сидела между ними и улыбалась. Как две капли воды Алиса… Фоторамка была немедленно вырвана из моих рук и поставлена обратно. Я настолько засмотрелась на девочку, что даже не услышала, как ко мне подошла Алиса Алексеевна. Это её дочь? Разве у неё есть ребенок? Об этом никто ничего не знает у нас в школе. — Иди вниз, будем обедать, — я опустила голову, мысленно извиняясь за то, что вообще притронулась к запретной для меня вещи — её личной жизни. — Я не хотела… — Алиса лишь промолчала и кивнула головой в сторону лестницы.       Ели мы в тишине. Позже Алиса Алексеевна показала мне мою комнату и ушла к себе, сказав мне располагаться и осваиваться. Я наконец-то выпустила кота из его места заточения. Он сразу запрыгнул на кровать и улегся на ней. Моя комната была довольно просторной. Кроме кровати в ней находились шкаф, письменный стол, на стене висел телевизор, а в углу стояло шикарное плетеное кресло, закиданное подушками. Всякие большие кресла — это моя слабость, которую я никогда не пыталась притащить к себе домой. Я разложила вещи по полочкам в шкаф, переоделась и решила почитать книгу, так как других дел я себе не нашла.       Постепенно наступил вечер. И да, не так я обычно провожу свои вечера в последнее время. Сейчас я должна быть где-нибудь с друзьями или кататься с Олегом. Только вот никто из них до сих пор так и не объявился. Лишь Яна писала недавно, что она приходила ко мне домой и пыталась достучаться до меня полчаса. Я ничего не написала в ответ. Не говорить же ей, что я у Алисы Алексеевны? Но ведь она  волнуется…       Алиса до сих пор не выходила из своей комнаты. Я решила собрать всю свою наглость и сама пошла к ней. Несмело постучав, я вошла в помещение. В спальне никого не было, свет не горел. Спустившись вниз, я несколько раз позвала её, но никто не ответил. Зайдя на кухню, я заметила, что на террасе, которую еле-еле освещал уличный фонарь, вырисовывался женский силуэт. Подойдя к стеклянной двери, я открыла её. С улицы сразу подул холодный ветер. Алиса сидела на качелях, закутанная в плед. На мои шаги она обернулась, но не испугалась, не разозлилась за то, что я в очередной раз влезаю в её личное пространство, как это сделала бы я, она просто снова улыбнулась мне и отвернулась обратно. Я подошла поближе и села возле неё на корточки. Она продолжала улыбаться, но не обращала на меня никакого внимания. Только эта улыбка была безумно уставшей и наигранной. Казалось, ещё минута и она просто завоет от всего, что сидит внутри неё, от тех чувств, которые она так тщательно прячет. Я взяла её за руку. В отличие от прошлого раза она даже не вздрогнула, как будто ей сейчас этого и не хватает, не хватает чьей-то поддержки. — Знаете что, раз уж я теперь у вас живу, то пусть от меня будет какая-то польза. Если вам хочется чем-то поделиться, вы можете рассказать мне… — блондинка не переставала слегка улыбаться и смотреть куда-то в сторону. — Ведь ты такой не была еще месяц назад. В тебе кипела ненависть, злость ко всему, что движется, ко всем людям, которые не относились к твоим пафосным друзьям, постоянно собирающимся на вечеринках, к тем, кто вообще не знает, что такое «жизнь», в твоем понимании. Что произошло? — Это всё вы. — Я? Я была в твоем случае провокацией, отвечать на неё или нет было твоим решением. И ты ответила. Почему?       А ведь она права, если бы я не захотела, я бы и не изменилась. Тогда почему же всё так произошло? Но это же правда только её заслуга. От холода меня начинало уже сильно потряхивать, как Алиса до сих пор не замёрзла? Температура всего +4, а она только в пледе, даже без пальто… — Заболеешь, пошли в дом, чай будем пить. Алиса Алексеевна накинула на меня свой плед и повела домой. Как ни странно, её настроение было вновь такое же жизнерадостное, как и обычно. Как только мы зашли, я сразу же уселась за барную стойку и стала пытаться согреться. Через считанные минуты напротив меня села Алиса с двумя кружками чая. — Я, конечно, понимаю, что это не мое дело, но можно вопрос? — Алиса Алексеевна с осторожностью кивнула, как будто заранее знала о том, что я хочу спросить. — Та девочка с фотографии — это ведь ваша дочь? Вы так похожи, — директриса резко опустила на стол кружку, с которой собиралась сделать глоток. Её взгляд снова метнулся куда-то очень далеко и застыл. — Простите меня, пожалуйста, за сегодняшний день, я лезу не туда, куда мне позволено. Я пойду к себе, — я успела только привстать, как грубый голос остановил меня. Через секунду он смягчился. — Я расскажу тебе. Наверное, пора хоть кому-то это рассказать… Я больше не могу одна с этим жить, ты права. Год назад от меня ушёл муж, ты должна знать, в школе точно кто-нибудь об этом говорил, на то она и школа… Но он ушёл не один. Это действительно моя дочь — Алина. И он забрал её. Сказал, что так ей будет лучше. Будет лучше в полноценной семье, он ушёл к очень хорошей девушке, я знала её и не желала им зла, не была в обиде, потому что поначалу считала, что он прав. Естественно, было условие, что я могла видеться с ней, когда захочу. Я ездила к ним чуть ли не каждый день, я не могла находиться в этом пустом доме, без её детских криков, — было видно, что Алиса вспоминала все эти моменты и держалась из последних сил, чтобы просто напросто не зарыдать. — Но буквально через месяц он перестал пускать меня к себе в дом и вообще не хотел показывать мне Алину. И тогда я стала с ним судиться. Но я не успела. Его невеста недавно сдала на права, и они ехали из магазина вдвоём с моей девочкой. Автомобильная авария… Они погибли. Если бы я не отдала её, ничего бы не случилось…       Я закрыла лицо руками, пытаясь переварить все услышанное. После этого я вскочила со своего места и подбежала к Алисе, крепко обняв её. Она сидела и не двигалась. — Вы пытаетесь быть слишком сильной и у вас это получается, но есть обратная сторона, побочный эффект и он сейчас перед нами… Не закрывайтесь. Вы научились жить настоящим, вы улыбаетесь, пытаетесь быть жизнерадостной, я бы не смогла так, и я вами горжусь. — я отпустила Алису и посмотрела на нее. Ни одной слезинки. — Я такая только на работе, с друзьями, везде, кроме дома. Ты же видишь сама, что происходит со мной здесь… — Алиса Алексеевна, а почему я это вижу? — неужели она настолько доверяет мне? Ответа не последовало. — Сегодня был очень непонятный день… У вас на завтра нет никаких планов? — Нет, на работе мне нужно быть только послезавтра, — Алиса не понимала к чему я клоню, да я и сама пока что не знала. — Отлично, будем исправлять сегодняшний день, а сейчас пойдёмте спать? — она кивнула, и мы поднялись наверх… Я постараюсь завтра устроить ей такой день, чтобы улыбка на её лице была искренней, потому что я по-настоящему хочу этого, хочу наблюдать за её счастливой жизнью.