"Black butler: lose control"

Англия, начало восемнадцатого века.  — Да! Я победил смерть! Я сделал это! В лаборатории, которая располагалась в подвальном этаже огромного замка Макалистер, только стены были немыми свидетелями того, как совершалось воистину чудо. Хозяин резиденции — самый многообещающий молодой маг в Великобритании (а по его мнению, и во всём мире), Эдвард Энтони Макалистер с немеркнущей улыбкой смотрел на стоявшую перед ним на коленях девушку. Ей он посвятил, пожалуй, все осмысленные годы своей жизни. С малых лет мужчина бредил этой идеей, тем, что до него не получалось ни у кого. Над ним смеялись все его друзья: Алишер, гений духовного призыва, Имиэлль, владеющая стихиями, Рикардо, маг-оборотень. Но Эдвард упорно продолжал идти к своей цели. Да, поначалу у него получалось создать лишь сосуд, тело. Оболочку, которая умирала через несколько часов. Самая удачная из его кукол прожила всего два дня, после чего была отправлена в яму к другим таким же, как она. В тот момент Эдвард по-настоящему разозлился. Он заперся в замке и не выходил из него, проводя всё свободное время в лаборатории. И нашёл свою ошибку. И, как показал опыт, исправил её. Кукла, что находилась перед ним, была его вожделенной мечтой, плодом его трудов, живым свидетельством его гениальности. Глядя на неё, маг осознавал всё своё величие. Над ней он трудился долгие годы. И у него получилась. Кукла была как раз такой, какую он и видел — идеальной. Впрочем, другого у него выйти и не могло. Точёная фигура — тонкая талия, покатые упругие бёдра, пышная грудь, длинные ноги, изящные руки. Ничего лишнего, ничего, что бы испортило это совершенство. Кожа белая-белая и словно светящаяся изнутри, как первый выпавший снег в лунном свечении. Черты лица даже как-то пугающе безупречны. С первого взгляда можно понять, что она — не человек. Слишком много отличий от обычных, земных женщин. Холодная красота античной статуи, белоснежные, словно лунный свет, локоны, обволакивающие её фигуру до пят, длинные пушистые ресницы. Алые губы сияли на бледном лице кровавым росчерком. А глаза — огромные, в синеве своей превосходившие даже драгоценные сапфиры. Совершенство этой куклы было единственным, в чём нельзя было усомниться. Но вместе с тем она была ненастоящей, не принадлежащей этому миру. Слишком красивой, чтобы существовать здесь. Но тем не менее, у него получилось. Она ожила. Существо, которое он днями и ночами «варил» в амниотической жидкости, спустя три месяца сформировалось в женщину. Она полностью функционировала — могла ходить, чётко говорить и осознавала то, что ни в коем случае не должна была причинить вред этому телу. Но она не жила в обычном понимании этого слова. Кукла — и кукла. Поэтому следующие шестнадцать лет он потратил на то, чтобы вдохнуть в создание душу. Он должен был это сделать, для него не было ничего невозможного. И вот наконец-то это свершилось. Она была первым гомункулом, у которой появилась душа. И которая даже без неё прожила в течении долгих лет. Идеей создания искусственного человека маги бредили довольно давно. Да, как и во всех начинаниях, они разделились на два лагеря: тех, кто был одержим этой работой, и тех, кто считал это мерзким попранием самих жизненных устоев. Эдвард впервые услышал об этом, когда ему было всего лишь тринадцать лет. И сердце его загорелось этой идеей. Совершить то, что не удавалось ещё никому, стать Богом на земле, создать искусственную жизнь. Мужчина почти забросил остальные свои специализации, несмотря на угрозы со стороны родителей, трудился — и к тридцати восьми годам достиг успеха. Теперь над ним никто не посмеет смеяться. Он выше их всех. Двадцать второе августа тысяча семьсот двадцать третьего года. День, когда Эдвард Макалистер стал Богом. Она живёт только по его воле. Гомункул, который питается не от автономного источника энергии, а от него самого. Он — её создатель и её божество. Эдвард Макалистер — первый, вдохнувший жизнь в искусственно выращенное тело. Кукла будет жить для него, являясь доказательством могущества мага. Его игрушка, полностью зависящая от него. Одним движением руки мужчина с лёгкостью может оборвать её жизнь. Повелевающий жизнью и смертью… Впрочем, сейчас надо было дать ей имя. Как говорил его покойный отец — самые действенные заклинания всегда самые короткие. Эдвард хорошо усвоил этот урок. Да и к тому же, он разослал весть о своём успехе с фамилиарами. Скоро прибудут гости, которые захотят взглянуть на его триумф. Должен же маг как-то представить своё творение. Он вновь посмотрел в сапфирово-синие глаза. Их цвет так был похож на оттенки цветов, которые любила его мать… И заклинание пришло на ум само собой.  — Дельфиниум. Ресницы куклы задрожали, и вот она уже сделала несколько неверных движений, пытаясь подняться с пола. На ногах она держалась неуверенно, как и всегда, точно ребёнок. А голос её был подобен самой красивой музыке.  — Кто ты такой?  — Я — твой повелитель.