Жизнь в Акацки - наша судьба.

- С таким противником нельзя ходить вокруг да около. Будем сразу атаковать в полную силу, - Джирайя оглядел призванное Пейном существо: оно было проткнуто неизвестными ему железками тёмно-серого цвета, но они явно не являлись частью живого организма. Пейн спрыгнул со скользкой головы рептилии на ещё более скользкий язык, а после существо будто сожрало его. Санин же прокусил пальцы, нарисовал под глазами горизонтальные полосы и сложил ладони, - Я использую режим отшельника, - разумеется, эти слова были адресованы его призывному животному, точнее земноводному, поэтому Пейн его не слышал, - Я призову двух великих отшельников ... Пейн видел лишь открывание рта своего бывшего наставника, будучи находясь в пасти рептилии. Однако даже не слыша мужчину, он прекрасно понимал, о чём идёт речь при помощи риннегана - читать по губам проще простого. "Значит, призываешь ещё двух помощников?" - размышлял Нагато, "Кто на этот раз? Ещё двое жалких лягушек? Ох, так тебе ещё и время нужно протянуть для их призыва", - он улыбнулся, продолжая следить за движением губ санина, "Что ж, мне самому интересно, кого же так усердно пытается призвать, сенсей. Пожалуй, пусть закончит свою технику, а я пока займусь той противной жабой". Хамелеон исчез, став невидимым. Пейн сложил печати, раскрыл ладонь для призыва, но вдруг застыл, заинтересовавшись действиями Джирайи: тот подпрыгнул, ударился стопами друг о друга и махнул волосами, демонстрируя шикарные волосы и плавное, великолепное движение для рекламы шампуня. "Придурок," - успел усмехнуться Пейн, как заметил некий поток чакры, исходящий из белобрысого. Барьер в виде вакуума увеличился на несколько метров, но до Мира животных не дошёл. "Не очень-то и хотелось подходить", - закатив глаза с улыбкой на лице, Пейн завершил технику. Огромная трёхголовая псина тут же влетела в радиус обнаружения. Здоровая по размерам жаба неуклюже попрыгала навстречу и легко обезвредила животное, приковав его своим двузубцем к стене. "Да начнётся шоу. Попкорна не хватает". Нагато мог бы призвать всех призывных разом, да и вовсе атаковать Джирайю всеми телами, что уж говорить о самом Нагато, восседавшем в новой башне Аме, но ему было интересно, насколько силён его бывший наставник. Пейн уверен в себе, он знает, что сможет победить великого санина, тем более с его-то пробуждённым риннекаге. А пока большая лягуха кромсала размножающихся от ранений псин, башня стала кровоточить водой из труб, разнося её на части. "Смешно за этим наблюдать", - Пейн то и делал, что менял свою дислокацию, дабы не попасть под горячий удар. "Неужто до сих пор не дошло, что разрубать моего призывного равносильно проигрышу?" - он перевёл взгляд на десятиглавого пса. "Почти как Дрогано, только наоборот". Так как санин ринулся прочь, то и псы погнались за ним. Будто тот вид ящериц, которые бегают за жертвой до тех пор, пока она не сдохнет сама после ядовитого укуса, хамелеон так же поплёлся за мужчиной. Псы окружили санина вместе с Гамакен-саном, последний подпрыгнул и скрылся от риннеганистых глаз. Он так думал. Призывные быстро нашли неразлучную парочку и атаковали земноводное. Они прокусили тонкую кожу жабы и не отпускали до тех пор, пока призывной Джирайи не упал без сознания. "Куда он их закинул?" - Пейн стал оглядываться по сторонам, когда санин сложил печать, и все призывные и он сам исчезли. - Неужто решил сбежать? - за столь долгое время молчания, вслух произнёс Пейн. - Да кто я, по-твоему, такой? - совершенно не понятно, как санин услышал слова Пейна, но факт остаётся фактом - он ответил на его вопрос, - Тебе ещё учиться и учиться, Нагато, - Гамакен-сан прыгнул, атакуя противника, - Разве можно показывать врагу спину? - двузубец жабы вонзился в каменный пол, сковывая шею хамелеона, которая тут же исчезла, - Теневой клон? - Джирайя был ошарашен. - И это ещё не всё, - усмехнулся Нагато, будучи находясь на противоположной стене, - Техника призыва! Странного вида птица с аналогичным риннеганом в глазах появилась в небе из ниоткуда и стрелой летела прямо на Джирайю. Гамакен-сан использовал шляпу в качестве блока, но был весьма далеко откинут, а санин тут же спрыгнул с его головы. Не успел последний отойти от атаки, как в его сторону снова летит неведомая хуйня птица. Мужчине ничего не оставалось, как просто делать ноги. Причём быстро. К тому же, призывной стал откладывать на лету яйца, которые через несколько секунд взрывались. Джирайе чудом удалось избежать хоть каких-то ранений, ведь бежать с сомкнутыми ладонями от летающей "ракеты" не так-то просто. Он забежал в узкий проход, куда птица не смогла залететь, но быстро нашла обходной путь. Как только он добежал до конца тоннеля, то развеял теневого клона и, не складывая печатей, дыхнул огнём. Птица загорелась и исчезла. Только мужчина обрадовался, как услышал за спиной звук очередного призыва, а как только развернулся, то пришлось отлететь подальше от разваливающейся стены. Огромный носорог пялился на санина, готовый разорвать того на части, но ситуация как с блохой - большущему животному не так то просто попасть по мелкой скачущей цели. Особенно если его долбанули по голове двузубцем жабы, а противник перед ним - теневой клон. Пока Пейн дал санину время на передышку, Джирайя всё размышлял, почему тот, кто владеет всеми стихиями и всеми техниками на земле с десяти лет использует лишь жалкий призыв. Эти звери хоть и представляли опасность, но не смертельную, они даже не оставили на нём ни царапины. Поэтому мужчина поблагодарил Гамакена и попросил удалиться, чувствуя скорое завершение своей техники. Буйвол, что был призван, погнал вперед и стал падать вниз вдоль труб, захватив своим лбом великого санина. Они оба приземлились в самом низу, развалив очередные трубы и стену, но вдруг буйвол вылетает из дыры, как снаряд из дула танка. "Видимо, он наконец таки призывал кого хотел" - сперва Пейн огорчился, решив, что буйвол прикончил Джирайю и его игра окончена, после услышал ворчливые, противные голоса в той самой дыре, "Ох, ебать", - он поржал, когда его наставник показался ему с двумя лягушками на плечах, "Что с его ебалом?" - Пейн не смог сдержать смех и засмеялся в голосину от изменения во внешности белобрысого. Правда, Джирайя этого не понял, свалив странные звуки на урчание желудка рептилии. "И это всё ради двух мелких жаб?" - он только сейчас заметил посторонних животных. "М-да, что у Орочимару, что у Джирайи - у всех санинов уникальные способности. Но Орочимару не выглядит как больной раком алкаш". - Ну, и где этот парень с глазами шести путей? - жаба с мужским голосом стала осматриваться вокруг, не обнаружив противников. - Старость не радость, зрение начинает подводить, - сощурилась вторая жаба с голосом базарной бабки на рынке. - Не в этом дело, - встрял Джирайя, - Он вызвал существо, которое может становиться невидимым, и прячется в нём. "Ох, начались россказни", - Пейн закатил глаза и начал складывать печать призыва, как вдруг старуха-жаба раскрыла пасть. Из её рта выползла некая странная хрень с пупырышками и закрытыми глазами, но со странной и довольной улыбкой с острыми зубами. Оно начало нюхать воздух, вертя головой, продолжая удлиняться. - Нашла! - брякнула старая жаба, и язык-ксеноморф тут же ринулся вперед, обвязываясь по запаху вокруг хамелеона и выпрыскивая из своих "прыщей" вонючую, липкую жёлтую жидкость. - Хэ?! - только успел вякнуть Пейн, а его призывного уже разрубили на две части тонкой струёй воды. - Ну и рожа, - заметил старый жаб, - Не могу поверить, что это дитя из пророчества. "Ох, на себя бы взглянул сперва", - усмехнулся Пейн, "Хотя ты сейчас шиноби Конохи оскорбил. Впрочем, хватит с ним мусолиться", - Техника призыва. На этот раз из стены, пола, воздуха не вылетели ни зверь, ни живое существо, но по двум сторонам от призывающего с хлопком и дымом появились ещё двое аловласых мужчин. Одного из них Джирайя не знал и не видел никогда в жизни, второго же он снова тупо не узнал, но в его мозгу что-то переклинило от лица второго мужчины, а точнее парня. Казалось, что он видел его ранее, но не мог понять, где. - Похоже, ты собрался уничтожить этот мир, - отбросил все свои выгибоны санин и разговаривал на полном серьёзе, - Мой долг учителя - остановить тебя. Так же Джирайя не сразу заметил риннеган у всех троих перед собой и не мог понять, что происходит. Неужто в мире есть ещё двое с риннеганом? Конечно нет, ведь Нагато уникальный и таким нужно дорожить, а по канону он умрёт :( он пытался сразу же понять сей фокус с чудо-глазками, но у него никак не выходило. Так же его напрягало то, что тот, что слева от Нагато (ведь Джирайя думал, что это Нагато, если кто забыл) имел тёмный цвет кожи, что свойственно только жителям Кумогакуре, а второй призванный слишком молод для боя с ним, да и по телосложению прям как кухарка со стажем и со спиралями на щеках. Однако сложно не заметить, что у всех троих алые волосы и чёрные пирсинги по всей роже. Джирайя сощурился, вглядываясь в жиробаса толстого парня и, казалось, что узнал в нём того самого пацана из Конохи, вечно жрущего чипсы и бесящийся при любом упоминании о своём весе, но тут же отбросил эти мысли, ведь у него точно не было риннегана, да и волосы были явно не цвета крови. Решив, что нужно прекращать болтовню двух жаб на уши, Джирайя САМ СТАЛ БОЛТАТЬ и представлять свою персону, за что получил с обоих сторон по лицу за КРИК НА УШИ. "Ох, боже", - Мир людей рукалицо, "Надоели тут квакать". Чернокожий нига бросился вперёд и не успел ничего сделать - его лицо встретилось с ногой Джирайи, а сам он смачно втрескался в груду камней. Слава яйцам, Пейн не чувствует боли. Заткнув квакающих старпёров у себя на плечах, Джирайя блеванул большим количеством масла в противников, старик-жаба раздул огонь старухи-жабы, усиливая атаку. Вскинув бровь, тело когда-то Чоджи прыгнуло вперёд и вытянуло руки - он стал впитывать всю атаку в себя, не позволяя стихиям настигнуть остальные тела Нагато. Завидев, что совместная техника просто на просто исчезла, Джирайя скинул свою странную обувь и, встав на четвереньки, стал ещё больше похож на жабу. - Колоссальный расенган! - под крик своей техники у него в руке появился расенган неебического размера, направленный на Чоджи-Пейна. Но тот легко и непринуждённо снова поглотил его без каких либо последствий. - Сзади! - квакнул старый жаб и использовал шарик с дымом. Тело Би промахнулось из-за урезанного обзора видимости, тем более это тело сейчас слепо. Однако удар со спины от Джирайи увидели остальные два тела, и Би-Пейн (сука Пейн би :D) без разворота поймал кулак атакующего. Санин не стал долго раздумывать, как же он смог увидеть удар с его скоростью в режиме санина, он быстро оказался позади "Нагато" и обстрелял того шевелюрой-иглами. Мир животных успел сложить печати и призвать каменную панду, заблокировав множественную атаку иглами. Матерясь про себя, Джирайя замер на месте, не понимая, как Пейну удалось второй раз уклониться от атаки из слепой зоны. К удивлению жаба, а не взрослый мужчина с немалым опытом и умом, допёр до секрета такой магии. Старик-жаб понял, что риннеган у всех троих не просто для красоты, они являются ключом к разгадке на вопрос, заданный самому себе Джирайи. - Всё, что видит один - видят и остальные, - только после этой фразы из уст мудреца, санин понял, что он имел ввиду, - Сейчас лучше отступить. - Да, - согласился с жабой санин и исчез, укрывшись в трубах. - Вот гавнюк, - фыркнул Пейн, и все трое развернулись к дыре в стене, - Что ж, живым его отпускать нельзя, - трое Пейнов спрыгнули с груды камней и ринулись в погоню. Они бежали на поток чакры, да только слишком много развилин у этих труб, - Раз так, то ... Техника призыва, - Мир животных сложил печать и призвал ещё два Пейна - Тендо и Джигокудо, а если быть точным, то бывшее настоящее тело Нагато и Обито. Двух призванных Джирайя ещё не видел, поэтому он отправил их по другой развилке, дабы не палить все свои козыри, да и засада не помешает. Игра в прятки слишком затянулась, Нагато стала доставать эта беготня, но разделаться со своим бывшим наставником быстрее у него не получалось. Около десяти минут три Пейна бежали по направлению к сильной чакре, пока они не услышали странный звук. Чикущодо (я ебал это название Мира животных с четырьмя "о"), вместе со всеми, остановился и прислонился к трубе, прислушиваясь. - Кваканье лягушек? - удивился он, - Они на последок решили спеть? - однако быстро почувствовал помутнение разума и некую слабость, что весьма странно для мёртвых тел, - Гендзютсу. Обнаружив противника по звуку, все трое ринулись на зов. "Что же будет, если ты поймаешь безжизненные тела в гендзютсу?", - Чикущодо улыбнулся, ведь ранее ещё никто никогда не применял на нём технику иллюзий. Пейн увидел впереди Джирайю, как и позади. "Теневой клон?" - Гакидо тут же остановился и с разворота стал поглощать пламя санина. Не медля, белобрысый плюнул огнём в оставшихся двух Пейнов, но тела подпрыгнули вверх. Один зацепился за потолок и увяз в нём, второй зацепился за плащ первого и пошёл в атаку. Однако Джирайя сам взлетел и долбанул с ноги Чикущодо. В полёте, даже не коснувшись земли, Пейн заметил, что местность как-то сильно изменилась, а тело перестало его слушаться. Открыв глаза двумя Пейнами, ибо третье слепо, он увидел перед собой четыре статуи жабы на розовом фоне, а сами Пейны находятся в кубе с водой, и, хоть тут не было воздуха, дискомфорт он не ощущал - нахер ему кислород не сдался. - Всё таки поймал, - удивился Чикущодо, - Шинра тенсей, - Тендо и Джигокудо тут же свернули с прямого пути в проделанную Пейном дыру, отправившись на помощь остальным Пейнам. Они находились не столь далеко, но потрепаться и кокнуть своих противников Джирайя успел, и двое оставшихся немого пошатнулись. Каждый раз, когда сердце Пейна останавливается, это отдаётся Нагато в виде лёгкого покалывания в висках, что совсем не мешает ему, но когда одновременно убивают троих, то это заставляет его поморщиться. - Не Вы ли недавно говорили, что нельзя недооценивать противника, Джирайя-сенсей? - два Пейна нашли место "смерти" остальных Пейнов, следовательно, и самого убийцу. Так как Щурадо в данный момент у Нагато нет, а по канону именно оно должно было сейчас отправить санина в дальний полёт с одно рукой, к его спине подкрался сам Тендо и выбил дурь из отшельника, так и его самого при помощи Шинры. Мужчина даже обернуться не успел, как его лицо встретилось в каменной стеной, а после размазалось по водяной глади вокруг деревни. Разумеется, ни левая рука, ни права у санина не отрубилась, но из-за столь близкого расстояния использования техники Тендо его внутренности будто перемололи в мясорубке. Он кашлянул большим количеством крови и схватился за грудь. Ему стало трудно дышать из-за поступающей в лёгкие кровь, а порванные мышцы отдавались невыносимой болью ему в мозг, что даже стоять уже было трудно. Некоторые рёбра были сломаны как сзади, так и спереди, двигаться стало ужасно болезненно, и лишь сила воли и адреналин не позволяли мужчине упасть без сил. Джигокудо освободил павшие тела Нагато, и те трое поднялись с пола с большими дырами в груди. Но это всё таки просто тела, подумаешь, дырка в сердце. Починит. Все пятеро выпрыгнули из дыры и приземлились на камень среди водяной глади. - Узри же шесть ... - "упс, бля", - Пять путей Пейна! - объявил Тендо и поржал в душе со своего прокола. - Пять? - прифигел старик-жаба, - Уже пять?! - Вы посмотрите-ка, - заметил старуха, - Эта та троица, которую мы только что завалили. - Стало быть, кто-то из новеньких вылечил их своей техникой. - Откуда здесь пять человек с риннеганом? - прослушав полностью весь диалог жаб, процедил кое как Джирайя. Из-за адской боли у него помутнело в глазах и кружилась голова, ноги кое как держали его нелёгкую тушу, он вот-вот мог потерять сознание, но, из последних сил стоя на ногах, он таки смог разглядеть всех Пейнов, - Ты? - его глаза расширились, а головокружение от ахуя как волной смыло, - Я думал тот, что имеет способность призывать и был Нагато. - О чём ты, мальчик? - не поняла старая жаба. - Я был уверен, что Нагато отрастил волосы и, пользуясь техникой как у Цунаде, поддерживает свою внешность в молодом виде, но этот ... - его взгляд был приклеен к Тендо, - Тот, что стоит посередине ... Я точно уверен, что это Нагато. Его лицо я не забуду никогда. - Раз Вы всё равно не уйдёте отсюда живым, сенсей, - Тендо прикрыл глаза, - То могу ввести Вас в ещё большее заблуждение, сказав, что это тело более не Нагато. - Что ты имеешь ввиду? - крикнул Джирайя и снова захаркал кровью, - Я может и спутал тебя вначале, но твоё лицо я узнаю из тысячи! - Ох, до чего же Вы наивны, - усмехнулся Тендо. Нагато распахнул глаза и поднялся со своего трона, а куройбо в его спине впитались в его тело и растворились в нём, не оставляя ни царапины, - Техника призыва, - Мир зверей сложил печати, - Многое изменилось с нашей последней встречи, сенсей, - из дымка после призыва с усмешкой вышел сам Нагато с рыже-алыми прядями на голове. - Яхико? - ещё сильнее удивился Джирайя, увидев ещё одного своего ученика с риннеганом, - Как ты ... - Яхико больше нет, - перебил его Нагато, - Я и есть столь ожидаемый Вами Нагато. - Что ты несешь, Яхико? - снова проорался и снова кровь смешивается с водой под ногами, - Не думай, что я забыл или спутал вас! Я точно помню, кто как выглядел и у кого какие... - Верить или нет - Ваше право. На этом и покончим, - устав от болтовни со стеной, Пейны атаковали, Нагато не сдвинулся с места. Так как раны Джирайи были весьма серьёзны, то он уклонялся с великим трудом, поэтому об ответной атаке не могло быть и речи. В него полетели ракеты, стена позади стала рушиться прямо на него, а бомбардировка всё не заканчивалась. У него появился шанс спрятаться под воду и схватить одного из Пейнов или вовсе сбежать, но вдруг его тело само взлетело в воздух и по прямой полетело к Нагато, пока Тендо упало без сознания на камень. От неожиданности санин не успел ничего сделать и был схвачен сильной хваткой за горло. Он снова кашлянул большим количеством крови, задыхаясь, но из его рта не вылетело ни звука - связки были порваны. - Шинра тенсей, - под тихое капанье собственной крови Джирайя услышал расслабленный голос своего бывшего ученика и жуткую боль в груди, которая так же быстро и пропала, как, в принципе, и всё остальное: зрение, слух, осязание ... Хотя всё же он сумел увидеть небо, летя в противоположную сторону от человека, которого он когда-то считал дитём из пророчества, которого он обучал техникам, которые знает сам. Он не ощущал ни сломанных рёбер, ни порванных мышц, ни разорванных в клочья лёгких, ни прохладного ветерка, пролетавшего сквозь его тело через дыру в груди, ни последние биения своего собственного сердца. И, прежде чем погрузиться во тьму, перед его глазами возникло одно единственное лицо, с голубыми глазами, полосками на щеках и ослепительной, жизнерадостной улыбкой до самых ушей.