Глава 52. Подлинный или копия?
6 февраля 2014 г., 02:29
- Охуентус вкакузус! – проговорил Хидан и взмахнул концом своей косы словно волшебной палочкой.
- Идиотус из хиданус, блин, - с грустью ответила Ада, поглаживая голову Какузу у себя на коленях. – Он выживет?
- Яд я уничтожил. Надеюсь, - таким же тоном ответил Сасори, глядя на еле дышащего мужчину и вытирая руки о полотенце.
- Еще и с одним сердцем был… - печалилась Конан, опустив глаза на мужчину.
- Сука, Какузу, не смей ты подыхать! С кем я в дальнейшем буду убивать каких-нибудь хуйванов? С кем мне теперь пить саке по утрам, пока Пейн не видит? Кого мне, блять, теперь заёбывать и кто мне за это втащивать будет?!
- Хидан, заткни ты свою пасть уже, - еле слышно с хрипом прошипел Какузу и уткнулся в живот Ани.
- Он жив! – обрадовалась Аня. – Чёрт возьми, Какузу, ты жив! – тут же обняла мужчину, словно куклу.
- Ещё одна, - снова прохрипел казначей. – Не орите, у меня ужасное эхо в голове от вас звенит.
- Бля, не поверишь, как я рад слышать снова твои ворчания! – расплывался в улыбке альбинос.
- Опиши то, что ты сейчас чувствуешь, - попросил пострадавшего Сасори.
Конан молча улыбнулась, постеснявшись сильнее выражать свои эмоции.
- Чёрт его знает, - слегка в голос начал Какузу. – Всё тело ломит, голова кругом, всё мутное. Словно по бошке сильно треснули или похмелье жестокое.
- Хорошо. Он идет к поправке, - вывел вердикт кукловод, слегка улыбнувшись.
- Что теперь? – продолжила гладить по головке Какузу Аня.
- Надо узнать, что случилось с остальными, - поднялся Акатсуна.
- А Какузу? – удивилась Конан.
- Он придет в себя только через час, а сейчас он слегка в эйфории и плохо воспринимает происходящее. В общем, передвигаться он может, но ничего не соображает.
- В общем, второй Хидан, - усмехнулась Аня.
- Ну, почти, - улыбнулся краем рта Сасори.
- Оба посланы к херам и пора выдвигаться, - спокойно процедил альбинос. – Ещё тормознём - можем лишиться кого-то еще. Разделяться нахрен не будем, знаем, что может произойти.
Хидан наклонился к напарнику, поднимая его с кровати. Тоже самое сделал Зиг, после чего положили руки мужчины к себе на плечи и поставили на ноги. Махнув головой в знак того, что можно идти, Хидан потопал к двери, придерживая напарника вместе с Зигом. Какузу просто на просто повис на парнях, еле передвигая ногами. Остальные последовали за ними.
- Куда … - успел сказать Хидан, как резкий женский крик перебил его.
Ада вдруг резко вскрикнула и упала на колени, схватившись за голову.
- Ада, что с…
Тут же наклонилась к девушке Конан, как почувствовала резкое головокружение на миг. То же самое испытали и остальные, чуть не упав на землю одновременно. Махнув головой, Хидан упёрся рукой о стену, до этого пошатнувшись и чуть не упав вместе с Какузу, Сасори и Зиг с непониманием оглядели всех, требуя объяснения.
- Вы чего? – оглядел всех Акатсуна.
- А ты не почувствовал? – не понял Хидан.
- А что я должен был почувствовать?
- Я тоже ни черта не понял, - подал голос Зиг.
- Хидан, он из дерева. Забыл? А Зиг еще не "прикреплён" к Акацки, – подала голос синевласка. – Головокружение на доли секунд. Ад, что с тобой произошло? – вспомнив, девушка снова наклонилась к красновласой и положила ладонь ей на спину.
- Я не знаю, - продолжала давить себе на виски Аня. – Дрогано… его рычание… даже не рычание, а крик… от его крика моя голова чуть не взорвалась.
- Дрогано? Кто это? – скорчил рожу от удивления Зиг.
- Ах, ты же не знаешь. Десятихвостый зверь в ней, - объяснила Конан. – Но что стало причиной его крика?
- В тебе десятихвостый?! – проигнорировал остальное парень, уставившись на Аню.
- Потом всё объясним, - процедил Сасори.
- Я не знаю. Он не отвечает, - ответила Аня. – Голова проходит, - Аня подняла голову.
- Что-то в ней не так, - взглянув на девушку, заметил Хидан.
- В смысле? – не поняла та.
- Хер знает. Во внешности что-то изменилось.
- Ой, давай-те уже идти. Может Дрогано просто уснул. Потом узнаем, что с ним было.
Хмыкнув, Хидан пнул дверь, что бы та распахнулась. Члены Акацки покинули злосчастную комнату. Они дошли до комнаты Дейдары – в ней никого, комната Итачи и Кисаме – аналогично. Где все? Все мертвы? Но где тела? Ни шума, ни голосов, ни криков… Ничего! Все просто взяли и исчезли! Взяли в плен? Но для чего? И чего ожидать дальше? Шестёрка продолжала двигаться, пока парни, несущие Какузу, не устали и потребовали отдохнуть. Они вышли в главное помещение, что именовалось «залом», посадили мужчину и уселись сами на диван. Вдруг послышался какой-то шум, словно груда камней повалилась где-то. Устремив взгляд в сторону шума, шестёрка выживших стали прислушиваться, приготовившись к атаке и ожидая врага. Вдруг стена разваливается от тела Кисаме, который явно не сам решил испытать прочность стены собой. Упав на спину, мужчина промычал, кашляя от пыли. Хидан с Конан тут же вскочили и хотели подбежать к Хошигаки, как увидели в дыре стены ещё одного Кисаме и остановились. Хошигаки на земле (будем его кличать просто Хошигаки) бросил в свою копию (а второго Кисаме) кунаи и мигом поднялся. Второй легко увернулся и рывком подлетел к первому с кулаком. Но Хошигаки схватил другого и с разворота впечатал Кисаме в стену лицом. Другой оттолкнул от себя первого, и тут оба заметили «зрителей».
- Что это за черт, я понятия не имею! – указывая на свою копию, крикнул первый Хошигаки, который раздолбал собой стену.
- Что ты болтаешь, чёрт тебя побери! Кто ты ещё такой? – крикнул на первого второй Кисаме.
- Это я кто? Это ты кто?
- Я Кисаме, придурок!
- Кисаме – я! А ты моя жалкая копия!
- Ты подделка чёртова!
- Вот дерьмо… - с ахуем процедил Хидан.
- Да ёмаё, вы не можете узнать настоящего Кисаме? – крикнул на остальных первый Хошигаки.
Кисаме промолчал, взглянув на них. Все, кроме Какузу, смотрели то на одного Кисаме, то на другого. Точные копии, никаких изъянов. И манера разговора одинаковая, и поведение. Как отличить? А никак. Вдруг из дыры выползло мохнатое существо, тихо рыча. Самехада взглянула на ближайшего Кисаме, после на другого и тихо проскулила, сжавшись как ёжик.
- А с ней-то что? – удивился Хидан.
- Она чувствует в нас обоих одну и ту же чакру и не может определить настоящего, - с искрами в глазах заявил второй Кисаме.
- И что теперь делать? – продолжил альбинос.
- А ну, используй хоть одну мою технику, лжец! – крикнул Кисаме.
- По необъяснимым причинам я не могу это сделать, - ответил Хошигаки.
- Вот и выяснили, кто из нас подделка, - улыбнулся второй и пошёл к остальным.
- А ты? – напрягся Сасори.
- Я? Я… блин, ну неужели вы не узнаёте меня! Я настоящий!
- Докажи, - за спиной Конан пролетело пара листочков. – Сам используй любую технику Кисаме.
- Это будет звучать глупо, но я тоже не могу использовать дзютсу, - слегка рассердился второй Кисаме. – Именно после его укуса!
- Ты и до укуса ничего не использовал, кретин! – крикнул Хошигаки.
- Бля-я-я я с ума сейчас сойду! – схватился за голову Хидан.
- Сволочь! – завёлся второй и атаковал своего противника.
- Надо что-то делать! – запаниковала Конан. – Один другого всё равно покалечит! Как мы определим настоящего?
В стене появилась еще одна дыра от одного из Кисаме.
- А давай-те обоим ноги поломаем, что бы хоть на месте лежали, - предложил Кенпачи, приложив руку к подбородку.
- А потом и Кисаме на руках нести? – фыркнул Зиг.
Вылетела дверь от кулака одного из мужчин.
- Но что-то надо предпринять! – продолжала Конан.
К шестёрке подползла Самехада, дабы не попасться под удар.
- Взять поп-корн и наблюдать за представлением? – уставился на девушку Хидан.
Один из синих мужчин повалил другого, достал кунай, ударил, но первый откатился, и кунай пронзил пол.
- Ада, сможешь нариганом узнать? – обратился к девушке Конан.
- Не могу. Что-то блокирует нариган, - волновалась Аня.
Брызнула кровь из плеча мужчины, пронзённым кунаем другого.
- А, была не была… - махнул рукой Хидан.
- Что ты…
- Кисаме! – перебил Конан альбинос, бросив испуганную до смерти Самехаду двум сражающимся.
Живое оружие аж завыло в полёте с испугу. На клик Хидана откликнулись оба синих. Оттолкнув от себя атакующего, раненый поймал шипастого монстра, но получил пинок по рукам. Самехада вылетела из его рук, и её поймал другой Кисаме. Оружие тут же обернулось рукояткой вокруг руки владельца.
- На кой хер ты это сделал!? – вскрикнула Аня.
- Кое что надумал, - продолжил наблюдать на мужчинами Хидан.
- Какого хрена ты это сделал, если думаешь ты жопой?
Кисаме с Самехадой тут же пустил в ход оружие и прижал к стене противника ею. Та тут же стала вытягивать чакру из раненого.
- Ты проиграл, хренов плагиатер, - улыбнулся другой.
- И это твой план!? – бросилась на помощь Аня, крикнув на альбиноса.
Тот схватил девушку, не давая продолжить путь.
- Жди, - потребовал он.
Прижатый к стене Кисаме схватился за Самехаду, пытаясь высвободиться, но медленно стал обвисать на ней же, теряя силы. Второй победно улыбался, ожидая смерти противника.
- Ублюдок… - шёпотом произнёс почти поверженный.
На это второй лишь рассмеялся, оставаясь в том же положении, ликуя. Однако смех Кисаме стал более звонким, более тонким. Заметив это, он тут же замолчал с непониманием. Расширив глаза, он взглянул на руку, которая приобрела белый цвет.
- Твою ж мать… - произнёс он, лицо которого резко стало белым, волосы зелеными, а цвет глаз жёлтым.
- Хуясе, план сработал! - охуел от себя Хидан.
Конан тут же рассыпалась на листы бумаги и, завернув Зетсу в них, подожгла бумагу. Ослабленный Кисаме тут же упал на бок с полуоткрытыми глазами. К нему тут же подбежали девушки.
- Ты как? – поинтересовалась Аня.
- Жить буду, - словно сильно устал, ответил мужчина. – Как ты до этого додумался, Хидан?
- А хуй его знает. Я знаю, что Самехада высасывает чакру, вот и подумал, что Самехада додумается высосать её из обоих.
Полненький монстрик весело мурлыкал слегка рыча и облизывая лицо своего хозяина, на что тот смеялся и убирал от своего лица её.
- Додумался, блин, - усмехнулся Сасори.
- А почему тогда он на ногах стоял, раз Кисаме чуть не вырубился? – удивился Зиг.
- Потому что она высосала мою чакру, а до его еще не дошла. Да, радость моя? – сюсюкался с монстриком Кисаме, получая обратно свою чакру от ручки Самехады.
- В общем, Кисаме, поднимайся, Хидан и Зиг берите Какузу и идём дальше, - начал торопить всех Сасори. – Ищем остальных.
- Я уже в порядке, - отозвался Какузу. – Не надо меня-а-а… - стал подниматься, но снова упал на диван.
- Да, да, да. Захлопнись и дай руку, - подошёл Хидан.
Тот молча потянулся к парням, позволяя поднять себя. Указав на дверь, Сасори пошёл впереди. Поднялся Кисаме, повесил Самехаду на её излюбленное место – за спину, и пошёл следом. Теперь их семеро. Но что делать? Почему такая тишина? Вновь…
- А что с Пейном? – поинтересовался Кисаме.
- Самим бы знать, - с грустью произнесла Конан.
- Долго идти? – заныл Зиг.
- Охуенный вопрос! – воскликнул Кенпачи.
- 70 йен, - пробубнил под нос себе Какузу.
- Че это? – не понял альбинос.
- Он всё ещё бредит, - объяснил Сасори.
***
Селя-селя-селяви. POV Сельвия.
Что… Где… Где я? Что произошло то? Меня взяли в плен, предварительно жахнув по бошке? Ага, у Орочимару в логове… Конечно. Ну, а что тогда произошло? Бля-я-я нихера не помню. Как так-то? Жизнь-боль. - Ничего себе ты спать. Шта? Шта блять!? Это что, Саске? Голый Саске? Ну, полуголый, в трусах вышел, кажется, из ванны и вытирает волосы. Сука, а что он в трусах-то? И сука в чьей я комнате? - Эм-м… Саске? – попыталась позвать его я, но получилось больше похоже на клик коровы. Он тут же перестал тереть голову полотенцем и взглянул на меня одним глазом через щёлочку полотенца. - Как дела? – бля, ну, не говорить же, что у меня случилась амнезия. - В смысле? – удивился он, подходя ближе. - Эм-м… ну-у-у, - и тут фейспалм. Намерившись встать с кровати, я скинула с себя одеяло и… ТУТ ЖЕ НАКРЫЛАСЬ НАЗАД, ПОТОМУ ЧТО Я БЫЛА ГОЛОЙ! ЧТО БЛЯТЬ ПРОИЗОШЛО? Мы… что… того? - Что с тобой? – Саске присел рядом на кровать. Что со мной? Да не, ничего. Мейнстримно ведь просыпаться в чужой кровати голой с голым мужиком. А может ничего и не было? Может я пошла мыться, поскользнулась, ударилась головой и потеряла сознание? О, помню, что голова закружилась и… и я в кровати голая перед Саске. Нормально, правда? - Сель? – потряс меня за плечо парень, дабы я очнулась и выперлась из своих мыслей. И что мне ему сказать? Спросить: «А не трахались ли мы?». Себя мужиком сейчас ощущаю, который по пьяни привел бабу домой… Смежно, прям обоссаца. Парень хмыкнул и, сменив цвет своих глаз на алый цвет, продолжил смотреть на меня. Сука, сука, сука шаринган! Я помню эти глаза! Помню, что Саске использовал их при мне недавно! И… о боже, мы обнимались? О боже, мы целовались? О, блять, мы спали?! - А ты ничего не помнишь? – убрав шаринган, удивился он. Эпический, блять, стыд. Вот это фейл. Конкретный суканахуйпиздец! - Ты хоть на один мой вопрос ответишь?! - Ай? – ну, что смогла, то сказала. – Что? - Ты ничего не помнишь? - Эм… ну… как бы… - Ясно, - вывел вердикт он и, приблизившись к моему лицу, зачем-то активировал шаринган. – Можно освежить память повтором, – и поцеловал меня. А знаете? А вот я сама не знаю. Меня потянуло к нему! Я сама притянула его к себе сильнее, впиваясь в его губы! О, господи, я ж сейчас взорвусь от счастья, ведь со мной целуется добровольно сам Учиха… - … Итачи. Парень резко отстранился от меня, гладя мне в глаза. - Что ты сказала? Во-о-о-о-от что значил мем «ебать ты лох». Ебааааать какой фейл и столько подряд! - Что? – открыла я глаза, поняв, что сказала и сообразив, что передо мной нихуя сука не Итачи и нахуя я вообще это вслух сказала я не ебу! - Ты назвала меня "Итачи"? – рассердился Учиха, состряпав злую рожицу. - Что? Ты с ума сошёл что ли? Тебе показалось, - конечно показалось! - Что-то я в этом не уверен, - процедил он и встал с кровати, направившись к двери. - Подожди, Ита…ске! – тут же закрыла рот рукой и с испуганным видом продолжила наблюдать за брюнетом. Тот медленно развернулся и снова подошёл к кровати, но садиться не решился. - Снова показалось? – прорычал он. Как дебил я закивала головой, надеясь на его тупость. Он снова взял мой подбородок и поднял лицо к себе. - Что у тебя с ним было? - Ничего, - не убирала руки со рта. - Такое же «ничего», как было у нас минут тридцать назад? О-о-о-о я себя ненавижу, я победитель по жизни. Хочу мотнуть головой, но почему-то киваю, и получилось так, что один раз кивнула, а потом резко замотала. - Понятно, - парень снова выпрямился и направился к двери. – Одевайся и приходи на кухню. Как выйдешь – направо и до упора, - вышел из комнаты. Заебись! Жизнь удалась! Спала со всеми оставшимися живыми Учихами! Ну-у-у кроме Мадары. Он старый. И давно сдох. Так что он не входит в число живых. Первый трахнул и послал, второй трахнул и ушёл. Охуенное начало взрослой жизни…***
- Блять, держи ты его нормально! – воскликнул Зиг, подбрасывая слегка Какузу и подтянув его руку, дабы тот не сполз. - А я, блять, не нормально держу? – огрызнулся Хидан, перед этим проверив на прочность все прошедшие углы туннеля. - А хули весь его вес на мне? – тоже периодически ударялся рукой парень о стены. - Иди ты нахуй, я его нормально несу! – толкнул слегка Какузу, дабы не впечататься в очередной камень. - А хули шатаешься? – в ответ толкнул зеленовласый. - Это он шатается, бля! – снова сделал тоже самое. - Как «овощ» может шататься? - Чего вы начали-то? – свела брови Конан, глядя на парней. - Я заебался уже во все углы вписываться, - продолжил Зиг. - Это я во все углы въёбываюсь! - Значит лохам везёт меньше! - Я тебе сейчас втащу! - Хватит, блять! – фыркнула Аня. - А почему у тебя глаза жёлтые? – обратил внимание Кисаме. На Аню тут же устремилось пять пар глаз. Девушка скривила лицо в знак непонимания. - Жёлтые? – переспросила она. - Точно, жёлтые … - заметила Конан. - Да, блять, ты заебал его на меня толкать! – крикнул зеленовласый. - Хули ты на меня выёбываешься, зае… Не успевает Кенпачи договорить, как стена за ним разваливается и что-то набрасывается на альбиноса, валя его на землю. Следовательно он падает на Какузу, Какузу на Зига, остальные просто отошли назад, закрываясь руками от пыли, кашляя. Послышался очередной мат из под туши Какузу в исполнении нового члена Акацки. - Что произошло? – отмахивалась от пыли Аня. Пыль немного осела, открывая некоторые детали картины. - Извините за выражение, но твою ж блять… - изогнув бровь, процедил Сасори. Конан, Ада, Сасори и Какузу тут же с опаской отошли подальше, напрягшись. - Бля-я-я… - промычал Хидан, поднимаясь. - И чё это было? О, бля… - выполняя аналогичные действия, поднял голову еще один альбинос, увидев себя. - Что за... – повернул в сторону знакомого голоса первый Хидан. – Да ну нахуй! - Сука-блять! – крикнул второй и, вытащив косу, атаковал другого. – Теперь и меня клонировать вздумал? - Охуел, блять? Я настоящий, хуесос ты ебучий! – увернулся он и достал свою косу. - Ну, а теперь что? – поинтересовался Кисаме. - Опять Самехаду, - предложил Сасори. - Она терпеть не может чакру Хидана. - Уёбок, ты только оболочку копировать умеешь ведь? – злился один из альбиносов, продолжая сражаться. - Я? Ты охуел меня плагиатором считать? - Используй свой ритуальный круг! – крикнула Аня. Улыбнувшись, один из Кенпачи оттолкнул другого и, проткнув руку, начертил круг. Щёлкнув шеей, он показал средний палец, перекрасившись в скелетный цвет. Сперва удивившись, а потом разозлившись, второй тоже проткнул руку и, начертив круг, перекрасился в чёрно-белый цвет, показав своему сопернику аналогичный жест. - И что далее, гений? – завис первый Хидан, обратившись к Ане. - Э-э-э… - переводила взгляд то на одного, то на другого парня Ада. Прорычав, второй Хидан пошёл в атаку, выйдя из круга и приняв свой прежний цвет. Первый стал защищаться, так же выйдя из круга и становясь бледным. - А давай-те их обоих завалим? Настоящий всё равно не умрёт, - предложила Аня. - Как идея, - тихо произнёс Сасори и бросил вер ядовитых шипов в альбиносов. Все шипы попали точно в цели. - Охуел блять!? – проголосили оба Кенпачи, повернувшись к Сасори и начиная смеяться. - Да как так-то? – удивился кукловод. – Один из них точно должен был умереть от яда, а не кайфовать с него! - А-ха-ха-ха бля-я-я меня два-а… – облокотился о стену смеющийся Хидан. - Бля-я-я а-ха-ха меня тоже два-а-а… - упёрся рукой о стену второй. - Бля-я-я ты меня бесишь… - что-то похожее на замах косой сделал первый. - А-ха-ха ты меня тоже всегда бесил… - как бы блокировал удар своим оружием второй. Молча, Ада тут же вытащила из запасов Сасори пару шипов, при помощи стихии молнии появилась перед мужчинами и вонзила его в обороняющегося, оттолкнув атакующего. Первый тут же прекратил смеяться и застыл, открыв рот. Медленно опустив глаза, он увидел, что кожа вокруг шипа начинает приобретать сине-черный цвет. - Сука… - тихо произнёс он и, схватив девушку за горло, прижал её к стене. Та тут же вонзила в его шею второй шип, впрыскивая яд. Парень прошипел. - Как? – на конец задал вопрос он, когда исходя от отверстия в шее его лицо перекрашивалось в чёрный цвет. - Разве настоящий Хидан сказал бы «ты меня тоже», смотря на себя же? – держась за его руку на шее, кое как проговорила Аня. Прозвенел громкий смех упоротого Кенпачи. Лжехидан отпустил девушку, стал медленно отходить назад, смотря на свои синеющие руки. Взглянув с ненавистью на красновласку, Зетсу упал на колени и, словно кислотой облитый, стал разлагаться. Девушка всё еще держалась за горло, пытаясь восстановить дыхание. - Но почему на него не подействовали шипы в первый раз? – удивился Кисаме. Это интересовало и Сасори. Он подошёл к остаткам Зетсу и с отвращением стал выковыривать один из шипов. - А он не дал им вонзиться в тело, - вывел вердикт кукловод, рассматривая своё изделие. – Яд всё ещё здесь, - пояснил он, махнув шипом. – Походу, он за доли секунды трансформировал своё тело и создал дыры в тех местах, куда должны попасть шипы, и как бы зажал их вовремя… - почёсывая голову, попытался объяснить. - Дыры-рылы, в щели Фантагиры, ва-ха-ха-ха! - Бли-и-и-ин, Кисаме, пни Хидана, что бы он пошёл в правильном направлении, - устала от всего происходящего Конан. – Зиг, тебе теперь одному придётся тащить Какузу. - Да я идти могу, - пробубнил Какузу, стал подниматься и чуть не упал, но его успел схватить за руку зеленовласый. - Да, да, да. Пятидесятилетние мужики тоже говорят «могу», понимая обратное. Давай держись и погнали. Закатив глаза, Какузу всё же понял, что Зиг прав и принял помощь. Вдруг в конце туннеля прозвенел грохот.***
- И-и-и-иха-а-а-а тринадцать, четырнадцать, пятнадца… бля дохни… пятнад… да что же ты не дохнешь, уёба… пятна… да, бля! – длинноволосый мужчина третий раз взмахнул катаной, в надежде убить всё же этого пятнадцатого, но тот снова уворачивается, тогда Мадара использует катон и пятнадцатый всё же засчитан. Зетсу всё появлялись и появлялись из земли, всеми силами пытаясь хотя бы поцарапать мужчину, но это ведь Мадара. Очередной Зетсу попытался ранить мужчину, но получил клинок в горло. Вдруг появились ещё трое, окружая брюнета. Мадара усмехнулся и сложил руки на груди. Только противники бросились в атаку, как неожиданно взрываются, разбрасывая в стороны свои останки. Некоторые части тела попали в мужчину, что его не совсем обрадовало. - Блять, Дейдара! - Я ещё и виноват? – офигел блондин, подползя к брюнету на глиняной огромной сороконожке. - Я ж теперь весь в его соплях! - Но не в калле же, м! - Обрадовал блять. - Сзади! Дейдара заметил движение за спиной Мадары и хотел было устранить угрозу, но брюнет взмахнул катаной, прорезая вдоль позади себя Зетсу. - Хм, выпендрежник. Появились ещё четверо Зетсу, но тут же залезли обратно в землю, заставляя парней оставаться в недоумении. - Мик, твоих рук дело? – проголосил Учиха в никуда. Из земли вылетел один из бледнокожих и тут же был пронзён десятком земляных шипов. - Нет, - а-ля Зетсу, выползла из земли Микари. - Может испугались чего, хм. - Твоей причёски? - Очень смешно. - Ну, или моего могущество и силы и, блять, да что ты ржёшь-то ребёнок эмовский? – крикнул куда-то во тьму Мадара, услышав истерический смех где-то далеко в туннеле. - Вообще-то я молчал, - подошёл к старшему средний Учиха. - А кто тогда ржал? - Я ебу? - Ать не дерзи старшим! Зеленый еще! - Да пошёл ты… - От молодёжь наглая стала, а? Вот убъём главнюка Зетсу, я тебе устрою… - О-о-о, Учихасранск настал а-ха-ха-ха-а! - Вот ответ на твой вопрос, - процедил Итачи. В дали туннеля парни и девушка заметили несколько силуэтов, среди которых один из них катался по стенке дебильно смеясь от пинков под зад от Кисаме. - Они все живы, - обрадовалась Конан, но тут же приняла серьёзность. – А если они снова не настоящие? - Э! Вы настоящие? - Ебать ты гений, Хидан! – заметил Кисаме, а Хидан снова заржал. - А вы? – неожиданно ответил вопросом Мадара. - Абзабзабза, бля! – махнул рукой Кенпачи в сторону брюнета, убивая нахер любую логику. - Чёрт, он меня пугает, - насторожился Мадара. - Мадара, сколько пальцев на глазах? Сказать, что все окончательно попрощались с логикой, ничего не сказать. Особенно после слов Конан с серьёзным лицом. Даже Хидан прекратил ржать, по всей видимости, отходя от яда, и глупой рожей уставился на синевласку. Тут заржал Учиха старший. - Восемь, а-ха-ха, - схватился за живот он. – Конан точно настоящая. - Э-э-э… шта? – уставилась на Конан Аня. Та улыбнулась. - Да был случай, - вздохнула девушка. – Он головой ударился, Пейн показал ему четыре пальца. Мадара засмеялся и ответил, что у него на глазах восемь пальцев. И не спрашивай меня, почему. - А потому что его рука была на фоне глаз, - успокаивался Мадара. – А с этим что? – указал он на Какузу. - Поправится, отравлен был, - подошёл Сасори. – Не знаешь, что с Пейном? - Я думал у вас спросить. Эх, ничего без меня не можете, - улыбнулся Учиха. - В смысле? – удивился Кисаме. - Цепляйтесь, к нему в гости заглянем. Мадара расставил руки в стороны. Все подошли и стали хвататься за мужчину, настраиваясь на предстоящую телепортацию. Но всё не так гладко. Мадара даже слегка подпрыгнул с испугу, услышав резкий крик Ани. Та снова схватилась за голову, согнувшись. - Что опять? – не понял Сасори. - Не знаю… - скулила та. – Я только дотронулась до Мадары… Брюнет тут же завис и стал всех обводить взглядом, не шевелясь. Все остальные медленно отошли от мужчины, не сводя с него глаз. В руке каждого появилось острое оружие. - Э! Так, стоять! Я настоящий! – замахал руками брюнет. - Как докажешь? – прошипел Кисаме. - А шарингана мало? - Зетсу умеет копировать любую часть внешности, - напрягся Сасори. - Бля, вы прикалываетесь что ли? Конан, я же… - Он может научиться читать память, - тихо ответила синевласая. - Хорошо. Тогда вперед! Распотрошите мне тело! - Неожиданно, - заметила Микари. - Та пиздит он! Ой, - крикнул Хидан и, при попытке показать Мадаре фак, случайно толкнул Аню. Девушка снова визгнула и рывком, словно током ударили, отпрыгнула от Итачи. - Что? – крикнула она. – О чем ты? – в таком же положении разговаривала не понятно с кем Аня. - Кто не он? – взгляд Акацук тут же устремился на Аню, не понимая, что происходит. – О чем ты? Обито?! – тут девушка замолкает, но потом резко поднимает голову, устремляя свои ярко-синие глаза на Итачи. – ОБИТО! – словно дьявол прокричала она мужским, грубым голосом с эхом и тут же набросилась на Итачи, запрыгивая на него и на лету раздирая когтями его грудь. Не понимая, что происходит, все Акацки хотели отцепить девушку, но как только Итачи соприкоснулся спиной со стеной, всех откинуло невидимой волной. Итачи кое-как умудрился схватить руки девушки, что бы та перестала раздирать его тело в клочья, и, схватив её за шею и заставив слезть с него, саму прижал к стене. - Ах ты дрянь! – прорычал брюнет. – Ты поплатишься… - глаза мужчины загорелись красным, волосы стали укорачиваться, он отвернул голову и надел белую маску. – Ты мой, Дрогано! – с этими словами Обито использовал камуи, пропадая вместе с девушкой.
