Расскажи мне сказку

      «..Это были легендарные „The Animals“ и их не менее легендарный „The House of the Rising Sun“. А для тех, кто только что к нам присоединился: вы на волне 90.5 FM, сейчас полночь, а значит в эфире программа „Beacon in time“. И далее у нас „The Eagles“ с их вечным хитом „Hotel California“, и небольшой привет из 90-х в лице группы „Aqua“. Все это и не только сразу после короткого выпуска новостей:       На улицах города вновь был замечен жуткий мальчик-собака. По сообщениям очевидцев последний раз его видели в северо-западном районе, движущимся в сторону леса. Если вы вдруг с ним столкнетесь, не пытайтесь идти на контакт, лучше сразу сообщите о его местонахождении в полицию. Также всем, кому что-либо известно об этой ситуации просьба связаться с полицией по номеру…»       — Скотт! Ты слышал? — Стайлз сделал радио тише, ему совсем не хотелось верить услышанному. „Интересно, есть хоть капля надежды, что в этот раз сообщают о каком-то другом мальчишке?“       — Ага. И да, это Лиам, — тут же разрушил все его надежды Скотт.       — Как он выбрался?       — Смог разжать звено цепи. Черт, иногда я забываю, насколько он силен. А еще некий гений забыл запереть окно в подвале.       Стайлз в ответ пробурчал что-то невыразительное, мысленно коря себя за рассеянность.       — Твой отец сегодня дежурит? Позвони ему, может, узнаем последние новости.       Пока Стайлз разговаривал по телефону, Скотт мерил шагами комнату, гадая, куда мог отправиться его неугомонный волчонок. В прошлый раз ему удалось опередить полицию и первым найти Лиама, что не могло не радовать, учитывая не только его внешние изменения, но и полное отсутствие одежды. А самое главное, тогда Скотт точно знал, где искать — на крыше больницы, на месте первого укуса. Каждый раз, теряя контроль, Лиам шел туда, где в последний раз был человеком — это место действует на него как хорошая доза успокоительного. Однако сейчас, если верить местному радио, тот направился прямо в противоположную сторону. Что изменилось и куда именно его потянуло, для Скотта было загадкой.       — Кажется, нам стоит поторопиться, — завершив разговор, Стайлз вывел друга из задумчивого состояния. — Отец сейчас в патруле вместе с еще несколькими машинами, разыскивают жуткого мальчика-собаку из новостей. И судя по всему скоро найдут.       — Но шериф же знает, что это Лиам!       — Он-то знает, а его начальство нет. Прошлый срыв отцу удалось замять, но на рецидив мгновенно обратили внимание.       — Они знают, где Лиам сейчас?       — Как и сказали по радио, он в лесу к северо-западу от города. Но как я уже сказал, стоит поторопиться, полиции приказано прочесать лес.       — Ночью?       — Ну, приказ есть приказ, — развел руками Стайлз, нисколько не успокаивая Скотта, а наоборот обостряя ситуацию. — И с ними кинологи с собаками.       — Тогда не буду терять время.       — Мне пойти с тобой?       — Нет, — прозвучало слишком резко, и Скотт смягчился: — Один я доберусь быстрее. И вдруг он вернется, лучше тебе остаться дома.       «..оставляйте свои заявки на сайте радиостанции или присылайте сообщением с пометкой „in time“. А прямо сейчас Madonna..»       Больше всего Скотт боялся опоздать. Боялся, что полиция найдет Лиама раньше. А если волчонок еще себя не контролирует и напугается, его могут ранить, не смотря на то, что там будет шериф. Эта страшная мысль придавала оборотню скорости. Байк пришлось оставить немного раньше, он слишком шумный, и не стоит заранее привлекать лишнее внимание.       Чудом или чьими-то молитвами, Скотту удалось обогнать машины патруля, теперь же оставалось сделать самое трудное — найти в огромном лесу одного маленького волчонка. Но и здесь у Скотта было преимущество. За месяцы совместных тренировок с Лиамом, он научился чувствовать своего бету на расстоянии, пока оно не слишком велико, но в поиске, несомненно, поможет.       Едва зайдя в лес, Скотт сразу определил направление, но это не было его чутье, это было что-то другое, вроде приманки, не такой, что обычно оставляют охотники, по ощущениям это было сделано кем-то сверхъестественным. Что-то или кто-то намеренно заманили Лиама в лес, и Скотту ничего не оставалось, как пойти следом. Скоро обострилось собственное чутье и спустя несколько непролазных кустов, местами порванной одежды и необъятных вековых деревьев, парень обнаружил свою пропажу. Лиам был без сознания или просто спал, но как-то странно словно свалился на бегу, так и не добравшись до своей цели. Никаких ранений или еще каких-то посторонних следов на нем не было, не было даже царапин и порванной одежды от кустов, как у Скотта, вот только самого Скотта это нисколько не волновало, он просто радовался, что его бета в порядке.       — Малыш, ты меня так напугал, — шепнул он спящему парню, как вдруг ему послышался чей-то то ли вздох, то ли рык, но ни зрением, ни обонянием Скотт никого не смог обнаружить, однако стойкое чувство, что за ними наблюдают, у него сохранилось. Значит это либо паранойя, либо кто-то умеет мастерски скрываться. Было бы время, Скотт обязательно бы это выяснил, но дольше оставаться в лесу было небезопасно.       Привести Лиама в сознание ему не удалось, поэтому он неуклюже усадил его себе за спину и уже собрался уходить, как что-то заставило его задержаться. Было в том рыке или вздохе что-то неуловимо знакомое, даже родное. Скотт так и не смог вспомнить, но почему-то счел своим долгом предупредить:       — Вам тоже лучше уйти, скоро здесь будет полиция с собаками.       На что угодно он был готов поспорить, что услышал вслед чей-то тихий смех.       «..а для тех, кто все еще не спит в эфире „Beacon FM“ следующие тридцать минут только музыки!»       — Офицер, немедленно это выключить! Вы здесь на посту, а не на дискотеке.       Стайлз никак не мог найти себе места, эти чувства бессилия и вины за то, что невольно поспособствовал побегу, начинали потихоньку угнетать, плюс, добивало то, что он не с кем не мог связаться. Скотту позвонить нельзя, чтобы не мешать; отец, или не берет трубку, или коротко говорит, что занят. Когда в доме находиться стало особенно невыносимо, парень вышел на веранду, решив, что ночь и свежий воздух помогут справиться с его временными слабостями. Появившихся в поле зрения Скотта в обнимку с Лиамом, Стайлз воспринял как подарок свыше, и поспешил навстречу, заметив, что младший парень постоянно соскальзывает с поддерживающих его рук.       — Лиам, иди в дом, — устало попросил Скотт, едва они добрели до входа.       — Ладно. А есть, что поесть? Я страшно голоден.       Скотт с надеждой посмотрел на Стайлза, и тот не подвел: — В холодильнике есть лазанья, просто разогрей в микроволновке. А мы пока поговорим.       — Он в порядке? — все еще с тревогой в голосе поинтересовался он, когда их маленькая головная боль скрылся за дверьми.       — В полном, если не считать большую потерю энергии и усталость.       — Сказал, почему сбежал?       — Уверяет, что почти ничего не помнит. Помнит лишь, что сидел в подвале, как почувствовал чей-то зов; смутно, как шел по следу из запаха, а что было в лесу не знает. Я нашел его там без сознания, а очнулся он только, когда мы вышли из леса, — Скотт напряженно задумался. — Странно, что я ничего не чувствовал, ни зова, ни запахов, кроме леса, словно кто-то намеренно меня вел. Кто-то, кто умеет отменно маскироваться, но я слышал его и готов поспорить, что этот кто-то мне знаком.       — Может, Лиам сумеет что-нибудь вспомнить?       — Может, — Скотт утомленно прикрыл глаза и резко рухнул на Стайлза, что тот едва успел его подхватить. — Я слишком устал. Позвони отцу, предупреди, что они никого не найдут.       «..Все еще не спите? Тогда встречайте „A Sky Full of Stars“ от „Coldplay“!»       — Лиам, тебе нужно поспать.       — Но я не устал.       „Зато устал я“, подумал Скотт, но вслух произнес другое: — Тебе это только кажется, но на самом деле ты потерял слишком много энергии.       — Возможно, но я все равно не смогу просто взять и уснуть.       — Лиам, не веди себя как ребенок! — вспыхнул Скотт, но едва взглянув в щенячьи глаза своего волчонка, тут же смягчился. — Хочешь, расскажу тебе сказку?       — Хочу!       — Что? Я же пошутил.       — А я серьезно. С удовольствием послушаю.       — И я тоже, — послышался за дверью хихикающий голос Стайлза. — Давай, мамочка, расскажи нам сказку.       Проблема в том, что Скотт не знал ни одной подходящей сказки, а вот интересная история у него была, хотя он и сомневался, уместна ли она для рассказа на ночь.       — Однажды в большом глухом и дремучем лесу жил волк. Это был еще не взрослый умудренный опытом самец, но и не маленький волчонок, только-только оторвавшийся от матери. Это был молодой волк и был он одинок. А все потому, что родился он не с обычной гладкой как у всех волчат шерстью, его шерсть завивалась в симпатичные кудряшки. Остальные волки над ним смеялись, обижали, потому что барашка надо кушать, а не быть им. Хотя совсем изгоем он себя не считал, ведь с ним была его семья. Но все изменилось, когда пришли охотники. Тогда полегло много волков, в том числе его мать и брат. Отец, будучи вожаком, перестал обращать внимания на своего странного волчонка и предпочел ему остатки своей стаи. А раз альфа-самец отвернулся от него, то и остальные волки стали его игнорировать, вынуждая тем самым покинуть стаю.       Тогда отправился кудрявый волк бродить по всему лесу, но как бы ни был тот огромен, нигде ему не было места. Некоторые стаи не подпускали даже близко к своей территории, а некоторые хоть внешне принимали, но воспринимали его как немощного и держали наравне со щенками и пожилыми волками, неспособными сражаться и добывать пищу.       И ходил он все, бродил, и уже почти совсем отчаялся, когда вывел его лес к молодой только-только зарождающейся стае. В ней было всего несколько волков, но альфу было заметно сразу. Такой же, как и он сам, молодой красивый волк, с длинной густой темной шерстью и большими добрыми глазами. Здесь кудрявому волку были рады, о нем заботились, его любили и ни кого не волновала его необычная шерсть. Он бился и охотился наравне с остальными, получал лучшие куски мяса и лучших волчиц. Впервые за долгое время он был дома.       Со временем он стал понимать, что быть первым волком после альфы, ему недостаточно. Нет, он не хотел занять его место, он хотел быть с ним. Быть не просто другом, помощником, а любить его. А когда альфа, будучи обычно непреклонным и уверенным в себе волком, робко ответил на его чувства, кудрявый волк был невероятно счастлив. Вот только счастье их продлилось недолго, для остальной стаи это не осталось секретом, а так как среди волков подобное недопустимо, перед влюбленными волками предстал тяжелый выбор: закончить свои отношения и вернуться к прежним или бежать вместе, да так далеко, чтобы остальные потеряли их след. Кудрявый волк понимал, что для альфы есть только один путь, и он не хотел бы, чтобы тот с него сворачивал, поэтому нашел третий вариант. Однажды утром он просто исчез.       — Что? И на этом все? — едва повествование закончилось, Лиам удивленно распахнул свои сонные глазки, безуспешно пытаясь сбросить сонливость. — А что альфа? Как он отреагировал? Неужели они больше никогда не встретились?       — К сожалению, у этой сказки нет хэппи-энда в привычном его понимании, — грустно улыбнулся Скотт. — Альфа смог пережить расставание, его стая выросла, а в его жизнь вошел новый волчонок. Но с тем особенным, кудрявым волком они больше так никогда и не встретились.       Кажется, Лиам начал понимать, что лежало в основе этой сказки, потому что сразу притих.       — Теперь спи. Доброй ночи, Лиам.       — Подожди. Можно мне поцелуй на ночь?       Нельзя сказать, что эта просьба сильно удивила Скотта, поэтому он, не колеблясь, подошел к кровати и, нагнувшись, легко поцеловал парня в лоб. Однако Лиама это не устроило, и он сам прижался к губам Скотта, целуя так, как хотелось с самого начала: долго, нежно и сладко.       — Спокойной ночи, Скотт.       «..Реклама на радио.       Осенью этого года. Фильм, снятый по мировому бестселлеру…»       — Он уснул? — прошептал Стайлз. Он все еще стоял за дверью комнаты и, без сомнения, смог услышать и разглядеть все.       — Вроде.       — Интересную ты сказочку рассказал. Кудрявый волк… Все еще думаешь о нем? — продолжил Стайлз, когда они отошли подальше. Но Скотт не спешил отвечать.       — … Иногда, но в последнее время все чаще. Знаешь, сегодня там, в лесу, на какое-то мгновение, я подумал, что это он нас туда привел и затем наблюдал издалека.       — Думаешь, ошибаешься?       — Не знаю. Может, мне, и правда, это лишь показалось.       — Примешь его назад?       На самом деле Скотт много размышлял над этим вопросом и уже давно знал на него ответ: - Да.       — А Лиам? Мальчишка же явно в тебя влюблен.       Конечно, Стайлз видел, насколько неудобны и нежелательны для друга эти вопросы, но когда-то их все же пришлось бы задать и лучше это сделать сейчас, пока не стало слишком поздно. Итак уже дотянули до того, что Скотт успел запутаться в своих чувствах.       — Он… не знаю, как лучше объяснить. Он просто мой. И это до безумия сильное ощущение. А с ним, — он голосом выделил последнее слово, при этом совсем не Лиама имея в виду, — все было иначе, ему хотелось отдаться. Лиама же хочется защищать, держать подле себя и под собой, если уж на то пошло…       — Однажды тебе придется сделать выбор.       — Однажды. Но сейчас я сильно устал. Не против, если мы поспим на диване?       — Все еще не заходишь в его комнату? — немного удивленно поинтересовался Стайлз, но Скотт не стал отвечать. – Нет, я не против.       — И Стайлз, пожалуйста, выключи радио.