Не его ведьма

Э-эй, огонь тебе к лицу. Танцуй, ведьма, танцуй.

Мельница - Ведьма.

Она была просто Нат. По утрам, нежась в его постели. Сонная, со всколоченными со сна рыжими волосами. "На-та-ша", - когда во время оргазма он выдыхал ее имя. Натали Романофф - сугубо для деловых отношений. Наташе уже двадцать три. Для Локи, которому тысяча лет, - всего двадцать три. По его меркам - совсем юная. Она взбалмошная, пьет только молочные коктейли на обед. Любит складывать ноги на приборную доску, когда он ведет машину. Уже не ребенок, но все еще не желающая взрослеть рядом с ним молодая женщина. Локи нравится ее инфантильность. Нравятся веснушки на милом носике. Когда она покупает эскимо, ее язычок шаловливо слизывает подтаявший шоколад. И капелька мороженого обязательно капает в ложбинку меж грудей. Нат не заботят его чувства, она живет моментом. Она позволяет себя любить, одаривать. Иногда наказывать. Но никогда не позволяет себе подчиняться. Наташа флиртует с Клинтом, если они с Локи встречают его в выходные, во время прогулок. Строит глазки официанту, словно не замечая ревности трикстера. Сладко стонет, когда Локи, мучимый ревностью, овладевает ею. Машина, парк, пляж, придорожные кусты, колесо обозрения - у нее нет ни стыда, ни предубеждений. Ей все равно, что он - маг, что он - бог. Его угрозы ее не пугают, а он и не может их всерьез применить - зеленоглазая колдунья совсем околдовала. Когда она в его квартире, девушка не утруждает себя поисками одежды, носит его шелковые рубашки, пропитанные дорогим мужским парфюмом. Оставляет свой запах. Когда Нат уходит, в любой момент - маг сжимает в руках рубашки, которые она носила, вдыхая нежный и манящий запах девушки. Локи одержим ею. Не оставляет, преследует, встречает после работы. Пеппер говорит подруге, что это неправильно, это болезнь, мания, когда мужчина настолько одержим женщиной. Наташа только задорно смеется. Грань девушка пересекает, когда благосклонно принимает ухаживания Тора. Громовержец всего лишь рассчитывает, что Джейн приревнует и вернется к нему. А Нат просто нравится купаться в лучах мужского внимания. - Ты спала с моим братом? - впервые Локи в таком гневе из-за нее. - А если и так? Что ты сделаешь? - Романофф всегда любит ходить по краю. И пусть ей страшно, но игру не остановить. Только если вместе с ней. Пощечина отбрасывает ее на журнальный столик, стекло разбивается вдребезги. Руки и ноги порезаны, кровь сочится на пол. Но девушка все еще улыбается. - Поднять руку на любимую женщину? Только из-за какой-то интрижки? - удивленно смотрит на свои порезы. Правой рукой стирает кровь с левой руки. Эротично облизывает указательный палец. Локи прижимает ее к холодной стене, задирает рубашку, надетую на ней, резко сдергивает брюки и боксеры и грубо овладевает ею. Нат больно, она пытается вырваться, но Лофт только грубее и жестче вдалбливается в ее тело. На нежной коже, кроме имеющихся порезов, остаются синяки. Излившись в нее, трикстер отталкивает Романофф на пол. - Ведьма, - шипит напоследок, исчезая. А у Наташи - истерика. Она смеется и плачет от остроты испытываемых эмоций, сидя на полу, уставившись в одну точку. Наташа принимает ухаживания Клинта. Он спокойный, уравновешенный и скучноватый. По ее меркам. Водит в кино, держит за руку. Покупает украшения. Перевозит в Нью-Йорк. Выполняет любые капризы безропотно. Даже выбивает ей роль на Бродвее. Локи возвращается в ее жизнь в день ее триумфа. Критики не всегда к ней благосклонны, но один день меняет все. "Сожженный Рим" имеет оглушительный успех. - Вернись ко мне! Или я сожгу Нью-Йорк, - Лофт так и не смог избавиться от своих чувств. Он в ее гримерке, руки блуждают под ее платьем. Наташа не сопротивляется бывшему любовнику, самозабвенно отдается ему на полу перед зеркальным трюмо. Когда она встает, оправляя платье, в ее глазах вспыхивает дьявольский огонек. - Нет. Я с Клинтом. Говорит полуправду. Знает, что бог обмана может ее раскусить. Но он, ослепленный яростью и ревностью, не распознает обмана. - Ведьма, - замахивается на нее, но не бьет. Секунда - и девушка одна... - Наташа, это ужасно, - Пеппер в панике смотрит на горящие кварталы Нью-Йорка, в котором они с Тони поселились полгода назад, когда закончился ремонт в Башне Старка. Нат спокойно отпивает красное вино, стоя на балконе тридцатого этажа Башни. - Я не вернулась к Локи. А он сдержал слово, - тихо ответила девушка, впервые ощущающая нечто, похожее на чувство вины.