Часть 1
23 июля 2015 г., 19:39
Он попытался ухватить изящные пальцы, но она снова ускользнула от него. Баром почувствовал, как шелковистые волосы скользнули по его предплечью и обернулся. Глаза были скрыты за волосами, но он видел губы, растянутые в озорной улыбке.
— Кто ты? — спросил Баром.
Она только рассмеялась хрустальным смехом и растворилась во тьме.
Баром проснулся. Часы показывали полтретьего ночи. Парень тяжело вздохнул, встал с кровати и поплелся на кухню. Он заварил себе крепкий кофе. Этот грёбаный сон ему снился уже несколько ночей подряд. В нем не было ничего ужасного, но просыпался он страшно измотанным, будто он не спал, а разгружал вагоны. Поэтому мешки под глазами временно прописались на его заспанном лице, а чёрный кофе без сахара, который он ненавидел до нынешних пор, стал единственным способом оставаться в сознании. Телефон Барома завибрировал. На экране высветилось «Дабин». Он взял трубку.
— ГДЕ ТЕБЯ НОСИТ, ПРИДУРОК?! — заорал в трубку его лучший друг. — МНЕ ТУТ ЗА ДВОИХ РАБОТАТЬ?
— Прости, Дабин, я сейчас буду, — виновато ответил Баром.
Он поспешно допил кофе, оделся и выбежал в морозную зимнюю ночь. Работа бармена в ночном клубе была привлекательной только летом, когда ночи были теплые и приятные. Но деньги нужны и зимой, и летом, поэтому он обмотался шарфом и потопал на автобусную остановку. В автобусе водитель всю дорогу что-то бормотал о несносной молодежи, наркоманах и алкоголиках. Баром лишь молча улыбался, так как его вид действительно наталкивал на мысли о таких вещах.
Баром зашел в клуб через черный ход и быстро переоделся в форму.
— Явился, не запылился, — деланно недовольно сказал Дабин, когда Ром встал рядом с ним.
— Прости, дурацкие сны замучили, — устало ответил Баром.
— Опять приснилась горячая брюнеточка? — с ехидной улыбкой спросил Дабин. — Видишь, тебе уже во снах бабы приходят. Это знак, что тебе пора найти девушку.
— Тебе бы только об этом поговорить. Может, это тебе нужно девушку найти? — парировал Баром.
— Я еще не нашел девушку, достойную меня прекрасного.
— Вот и я тоже.
Вдруг зал наполнился девичьим визгом. Все будто сошли с ума.
— Хоя сегодня работает? — спросил Ром.
— Угу, — ответил Дабин. — Девчонки так орут только с него.
Хоя работал танцором в их клубе. Некоторые постоянные посетители клуба специально приходили в дни, когда танцевал Хоя, чтобы полюбоваться на его выступления. А посмотреть было на что. Каждый номер отличался от предыдущего, но неизменно был мощным, горячим и сексуальным. Баром, будучи танцором, восхищался мастерством Ховона.
— Может, и ты станцуешь, Бароми? — неожиданно предложил Дабин. — Ты ведь танцуешь не хуже него.
— Нет. Не горю желанием, — отмахнулся парень.
Дабин промолчал. Баром отработал смену и отправился домой, надеясь, что в этот раз сможет выспаться.
***
Чанми ненавидела эти взгляды. Пока она шла по коридору к кабинету начальника, она успела почувствовать с десяток взглядов, пытающихся раздеть её. Она облегченно вздохнула, когда закрыла дверь в кабинет босса. — Ваш кофе, господин Ли, — Чанми поставила чашку горячего чёрного кофе. — Спасибо, дорогая, — протянул мужчина. Девушка поморщилась от этого оценивающего взгляда, который прошелся по всему её телу. Она почти бегом покинула ненавистный кабинет и вернулась на своё рабочее место. Работа секретарши ей претила, но пока что других вариантов заработать у неё не было. Поэтому приходилось терпеть все эти голодные взгляды и пассивные, но имеющие место, попытки домогательства. Хечжон уговаривала её оставить эту дурацкую работу и звала устроиться в танцором в бар, где она работала. Чанми думала об этом, но была ли разница — танцевать перед толпой возбужденной молодежи или быть единственным сотрудником женского пола среди озабоченных мужиков? Рабочий день подошел к концу, и Чанми поспешно собиралась домой. — Куда это мы так спешим? — услышала она голос своего босса. — Домой, — ответила девушка. — А, может, прогуляешься со мной, малышка? — противно усмехнулся мужчина и притянул девушку к себе за талию. Это стало последней каплей, переполнившей чашу терпения Чанми. — Лучше я сделаю это, — сказала она и со всей силы врезала мужчине по лицу. Он застонал от боли и упал на колени, схватившись за нос, из которого уже текла кровь. — До свидания, господин Ли. Теперь Вы должны искать себе новую секретаршу. Чанми развернулась на каблуках и с высоко поднятой головой вышла на улицу. Впрочем, её бравада мгновенно улетучилась, когда пронизывающий ветер захлестал по её неприкрытому лицу — шарф она оставила в офисе. Но возвращаться она не собиралась, поэтому поспешила к дому, благо жила она поблизости. Зайдя домой, она первым делом приняла душ, дабы смыть с себя омерзительные прикосновения бывшего начальника. В одном полотенце она залетела на кухню и включила чайник — ей была жизненно необходима огромная чашка обжигающего черного чая. Наскоро высушив волосы, она надела любимый старый растянутый свитер и набрала номер Хечжон. — Обычно ты никогда не звонила мне, пока была на работе, — вместо приветствия сказала Хечжон, перекрикивая громкую музыку. — Обычно да. Но сегодня необычный день. Нет у меня больше работы. Я врезала своему боссу, — сказала Чанми, пытаясь не обжечься кипятком. — Вот это новости. Я так понимаю, теперь мое предложение теперь рассматривается как единственный вариант не остаться без денег, да? — пропела Хечжон. Чанми видела, как её подруга растягивает губы в довольной улыбке и сама улыбнулась. — Да, ты права, и перестань лыбиться, — буркнула Чанми. — Хорошо. Приходи сегодня в девять. Оденься посексуальнее, а не как обычно. Пока-пока. Хечжон, как обычно, сказав то, что её интересовало, отключилась. Чанми взяла чашку и пошла в гостиную. Сев на диван и подобрав под себя ноги, она стала потихоньку потягивать горячий чай. Она решила выйти в полдевятого, так как клуб был в паре кварталов от её квартиры. — Пора приводить себя в божеский вид, — пробормотала Чанми самой себе. Девушка переворошила весь шкаф в поисках подходящей одежды. Она остановила свой выбор на темно-синих джинсах, которые она купила, когда ходила с Хечжон по магазинам, белой майке и черном пиджаке. Одевшись, она стала придирчиво рассматривать своё отражение в зеркале. — Ну, вроде прилично, — вздохнула Чанми и стала размышлять о том, чтобы сделать с волосами. Волосы всегда были гордостью девушки. Они были длинными, густыми и шелковистыми. — Надо бы челку подрезать, — сказала она, сдувая волосы, закрывавшие глаза. Уложив волосы, девушка посмотрела на часы. Они показывали двадцать пять минут восьмого. Чанми еле нашла свой старый шарф, надела теплый пуховик, натянула шапку, теплые сапоги, закинула в карман газовый балончик (она не расставалась с ним последние два месяца), телефон и вышла из дома. Ветер чуть поутих, что не могло не радовать её. Она добралась до клуба, где у входа стояла Хечжон, выискивая её взглядом. Она провела её мимо грозного вида охранников и провела к администратору клуба. Тот без разговоров принял её на работу, даже не проверив способности Чанми. Он сказал, что слов Хечжон ему достаточно. — Я смотрю, ты тут авторитетом пользуешься, — сказала Чанми Хечжон. — А ты как думала? Гордись тем, что ты мой друг, — пошутила Хечжон, — Давай я тебя познакомлю со всеми. — Давай, — без особого энтузиазма ответила Чанми. — Бароми, ты слышал последние новости? — вместо приветствия спросил Дабин. — Какие? — У нас новый танцор появился. — Угу. — И этот танцор — девушка! — Угу. — Ну блин, так неинтересно! Почему такая сухая реакция? — проныл Дабин. — Я не выспался, — ответил Баром и широко зевнул, подтверждая свои слова. — Да ну тебя, — всплеснул руками парень. — Туси со своей брюнеточкой и дальше, раз с ней тебе интереснее, чем с лучшим другом. Баром лишь закатил глаза на это заявление и продолжил протирать бокалы. — А вот это наш бар, — услышал Ром голос Хечжон, — Но тут всегда воняет перегаром от наклюкавшихся подростков, и пожертвовать своим обонянием можно лишь ради наших красавчиков-барменов. — Привет, Сливка, — мгновенно повеселел Дабин. — Привет, Дабин. Знакомьтесь, это наш новый танцор. Ким Чанми, — протараторила Хечжон. — Чанми, это Дабин и Баром, будешь приходить к ним, чтобы заливать свое горе вкуснейшими коктейлями. Пока Хечжон представляла их друг другу, Баром тупо пялился на Чанми, не веря своим глазам. Это она снилась ему несколько недель подряд! Длинные чёрные волосы, бледная кожа, чёлка, закрывающая глаза. И губы. Губы, которые каждую ночь растягивались в хитрой улыбке, сводя его с ума. Но не только он один был шокирован. Чанми также не отрывала глаз от него. Ибо это был тот парень, который каждую ночь пытается поймать Чанми в её снах. Она навсегда запомнила этот теплый взгляд темно-шоколадных глаз, который и сейчас был направлен на неё.На секунду они встретились взглядами, и узнавание мелькнуло в них. К счастью, ни Хечжон, ни Дабин не заметили их странного поведения. Дабин вышел из-за стойки и, взяв Чанми за руку, буквально потащил её к ней. — Ты обязана попробовать наши коктейли, МиМи, — сверкнул улыбкой парень. — МиМи? — хором спросили Баром и Чанми. Последовала неловкая пауза. — Ну да, МиМи! Должно же у тебя быть прозвище от меня. Хечжон у нас Сливка, Баром — Роми, а ты будешь МиМи! — просиял Дабин. — МиМи? Мне нравится, — улыбнулась Хечжон. — Что тебе нравится? В бар зашел высокий парень. — Привет, Ёлли, — помахал ему рукой Дабин. — Привет, СонЁль, — впервые за последние несколько минут подал голос Баром. — Привет, парни, — откликнулся СонЁль. Его глаза округлились, когда он увидел Чанми. — О, привет, Чанми. Что ты тут делаешь? Хечжон тебя споить решила, да? — Никого я не решила споить! — надула губы Хечжон, за что получила быстрый чмок от СонЁля. — Я же говорил не делать так, — усмехнулся он. Дабин изобразил рвотный позыв. Но Ёль даже не обратил внимания. — Парни, Чанми, я украду у Вас Хечжон, — тоном, не терпящим возражений, сказал СонЁль. — МиМи, вызовешь такси, — сурово сказала Хечжон. — Только попробуй пойти домой пешком. Ты меня поняла? — Поняла, — кивнула Чанми, — Идите, голубки. — Дабин, Баром, оставляю её на вас. Если что случится, вам несдобровать, — отправила им угрожающий взгляд Хечжон. — Всем пока, — СонЁль утянул девушку за собой. — Пока-пока, — протянул Дабин. — А теперь, МиМи, мы угостим тебя самым вкусным! — Нет-нет, спасибо, у меня непереносимость алкоголя, — сказала Чанми. — Один бокальчик ничего с тобой не сделает! *полчаса спустя* — А она ведь предупреждала, — Баром укоризненно посмотрел на друга. — Да кто же знал, что её сразу вырубит?! — защищался Дабин, — К тому же, она сама согласилась! — Она согласилась, чтобы ты заткнулся. — И что нам делать? — пропищал Дабин. — Звони Хечжон и узнай адрес дома Чанми, придурок. Дабин дрожащими пальцами набрал номер Хечжон. — Хечжони, — мило пропел он, — А ты не скажешь адрес Чанми? Телефон угрожающе молчал. — Что вы с ней сделали? — ледяным тоном спросила девушка. — ОНА ТОЛЬКО БОКАЛЬЧИК ВЫПИЛА И ОТРУБИЛАСЬ, Я НЕ ВИНОВАТ! — закричал Дабин, защищаясь. Пока Хечжон сыпала проклятьями, а Дабин скулил от страха, Баром вызвал такси. Он надел на Чанми шапку, шарф и пуховик. Девушка даже не пошевелилась, лишь недовольно сдвинула брови. Ром умилился этой картине. — Вот адрес, — Дабин впихнул ему бумажку. — После того, как отвезешь её, собери все ценности, возьми паспорт и остальные документы. Мы сменим гражданство и смоемся из Кореи. Только это спасет это от смерти. Баром закатил глаза, засунул бумажку в карман и, подняв Чанми на руки, вышел из клуба. Он аккуратно посадил её на сиденье и сам пристроился рядом. — Сюда, пожалуйста, — Ром отдал бумажку с адресом водителю. Водитель подозрительно посмотрел на него. Парень непонимающе посмотрел в ответ. Через секунду до него дошло, почему водитель так насторожен: парень с измученным лицом, огромными мешками под глазами выносит на руках девушку из клуба. Не самые приятные ассоциации. — Вы не так поняли. Сегодня был её первый рабочий день. Я работаю в этом клубе барменом. А мой друг в честь первого рабочего дня решил угостить её коктейлем. А у неё непереносимость алкоголя. Я не собираюсь делать с ней ничего плохого, — Баром изобразил самую дружелюбную улыбку, на которую был способен. Мужчина, наверное, поверил, поэтому завел автомобиль, и они поехали. Спустя пять минут они уже были у дома, в котором находилась квартира Чанми. Баром заплатил и в сотый раз поклялся, что не сделает девушке ничего плохого. С грехом пополам он с Чанми, перекинутой через плечо, забрался на четвертый этаж. И только тут он вспомнил о ключах. Он попросил прощения у тихо посапывающей Чанми и покопался в её карманах. Ключей не было. Баром был готов биться головой об стенку от безысходности. Он бездумно дернул ручку двери. И, о чудо, она открылась. Ром затащил Чанми в квартиру, надеясь, что она просто забыла закрыть дверь, а не домушники забрались. Он снял с девушки верхнюю одежду и уложил на диван. Выходя, Баром решил написать записку. «Тебя вырубило после коктейля Дабина. Квартира была открыта. Надеюсь, это ты забыла закрыть. Проверь, не украли чего. Если чего-то не хватает, ЭТО НЕ Я». Проснувшись на следующий день с раскалывающейся головой, Чанми пыталась вспомнить, что же с ней случилось прошлым вечером. Выпив аспирина и заварив крепкий зеленый чай, она позвонила Хечжон, так как память отшибло ровно с того момента, как Дабин предложил ей выпить какой-то коктейль. После того, как подруга рассказала ей о том, что случилось, девушке захотелось уехать как можно дальше, от Кореи. А после записки, оставленной Баромом и вовсе появилось желание провалиться сквозь землю. Но времени жалеть себя и сетовать на свою тупость не было. Чанми на всякий случай проверила, не украли ли чего. Убедившись, что все на месте, она прибрала разбросанные повсюду вещи, приготовила одежду к вечеру, а затем спустилась в парикмахерскую, которая была на нулевом этаже многоэтажки, в которой она жила. Подправив челку и импульсивно покрасив кончики волос в зеленый цвет, она вернулась домой и стала считать минуты до начала её смены. Как только часы показали полдевятого, она выбежала из дома (закрыв дверь на оба замка) и почти бегом засеменила к клубу. — С тобой все нормально? Дабин сказал, что коктейль был не последней слабости, — вместо приветствия спросила Хечжон. — Голова немного гудит, а так все в порядке, — ответила Чанми. — Хорошо. А Дабину я всыплю. Только он, зараза, сегодня не пришел, испугался. — Да ладно. Сама виновата, что согласилась, — улыбнулась Чанми. — Пойду я, вроде как мой выход. — Удачи. Чанми глубоко вздохнула и направилась к сцене. — А сегодня мы представим Вам нашу новую звезду! — прокричал в микрофон Дону, DJ, работавший в клубе уже два года. — Ким Чанми, встречайте! Девушка вышла на сцену под заинтересованные аплодисменты. Дону включил музыку. Чанми отгородилась от окружающего мира и полностью отдалась ритму. Вначале её движения были неуверенными, но с каждой секундой она расслаблялась все больше, а тело привычно следовало вслед за музыкой. Баром на автомате протирал и без того чистые бокалы, когда из главного зала послышались аплодисменты и одобрительные крики. Поддавшись любопытству, он направился на танцпол. Увиденное изумило его. Та девушка, что сейчас танцевала, совершенно отличалась от той задумчивой и молчаливой Чанми, с которой он познакомился вчера. Она просто искрилась энергией, черные волосы словно жили отдельно от своей хозяйки, змеясь около её соблазнительных изгибов. Ром невольно засмотрелся на её танец. Музыка затихла, а народ разразился криками и восторгами. Баром быстрым шагом вернулся на своё рабочее место. Чанми раскланялась и спустилась со сцены. — Ты молодец, — широко улыбаясь, похвалил ее Дону. — Спасибо, — смущенно ответила девушка. — Это было шикарно, — с довольной ухмылкой похлопала ее по плечу Хечжон. — Не так уж и шикарно, — отмахнулась Чанми. — Я пойду в бар, выпью газировочки, жарко что-то. Она протиснулась сквозь толпу подвыпивших подростков, ловко обошла стайки хохочущих девушек и прошла к барной стойке. — Привет, — поздоровался с ней Баром. — Ты отлично станцевала. — Спасибо, — ответила Чанми. — Эммм… Прости за вчерашнее. Я не знаю, чем я думала, когда соглашалась выпить коктейль. — Все нормально. Это ты забыла дверь или все же домушники? — спросил парень. — Я сама забыла. У меня такое часто бывает. Удивительно, что я голову дома не забываю, — пошутила девушка. — С кем не бывает, — пожал плечами Ром. — Главное, ничего не пропало. — Угу, повезло. — Хочешь выпить? — неожиданно сказал Баром. — Только не вчерашний коктейль, — улыбнулась Чанми. — Конечно. *спустя час* — Роми, налей-ка мне еще своего вкусненького коктейля, — путаясь в словах пролепетала уже довольно пьяная Чанми. — Ка… Какого? — спросил не менее пьяный Баром. — Ну… Этого… Зелененького, — Чанми икнула. — Как он там назывался? — Рождественская ёлка, — пробормотал Ром. — Ахаха, смешное название, кто придумал? — пьяненько захихикала Чанми. — Дабин. Этот придурок всегда херню выдумывает. Чанми осушила половину бокала и от души рыгнула. — Упс, простите, — смущенно буркнула она. — Ничего, — махнул рукой Ром. — А знаешь, ты мне недели три снилась. Я спать нормально не мог, Дабин даже испугался и стал подыскивать мне девушку. А меня в автобусах уже за наркомана принимают. Да я сам бы себя за нарика с моими мешками и бледностью принял бы, — не мог остановить свой пьяный бред Ром. — Ты мне тоже снился, — не осталась в долгу Чанми. — Только я почему-то всегда убегала от тебя. А ты меня поймать хотел. Вчера почти поймал. — Угу. Странно это. — Точняк. — Вот же алкашня, — закатила глаза Хечжон, когда застала этих двоих, удобно распластавшихся по барной стойке. Она вызвала такси, еле запихнула их обоих в такси при помощи Дону и дала водителю адрес дома Чанми. Попросив его разбудить этих двоих, когда они доедут, Хечжон с чистой совестью расплатилась и вернулась в клуб, где ее ждал СонЁль. Девушка надеялась, что подруга не убьет её за то, что завтра обнаружит Барома у себя дома. Таксист сдержал обещание и одним крепким ругательством разбудил спящих молодых людей. Ничего не понимая, они выбрались из машины. К счастью, Чанми смогла сообразить, что они у её дома. Она нетвердым шагом направилась ко входу, Ром поплелся за ней. Они кое-как дотащились до четвертого этажа, с пятого раза открыли дверь и завалились в квартиру. — Ты спишь на диване, — сказала Чанми. Баром скинул куртку и ботинки и без лишних вопросов забрался на диван. Чанми принесла плед и накинула на него. Тот сонно пробормотал слова благодарности и засопел. Девушка еле дошла до своей комнаты, плюхнулась на кровать и мгновенно отключилась. «Кажется, я выпила достаточно, чтобы все забыть» — подумала Чанми, второе утро подряд просыпаясь с гудящей головой и сухостью во рту. В голове проносились обрывки вчерашних пьяных бредней, и чем больше она вспоминала, тем больше ей хотелось убиться об стенку. Она встала с кровати, взяла одежду и бесшумно прошмыгнула в ванную. Тщательно умывшись и почистив зубы, она направилась на кухню, привлеченная запахом кофе. Баром стоял у плиты и варил настоящий кофе, который Чанми последний раз пила года два назад, перейдя на растворимый. Парень почему-то идеально вписывался в интерьер её маленькой кухни. Чанми подумала, что была бы не против видеть эту картину каждое утро, и тут же устыдилась своих мыслей. — Доброе утро, — тихо сказала она. — Доброе, — обернулся Ром и застыл. В растянутой белой футболке и рваных джинсовых шортах она выглядела такой уютной и домашней, что хотелось обнять её и не отпускать. — Я взял одну из новых зубных щеток. Ты не против? — спросил он. — Конечно не против, что за глупые вопросы, — возмутилась Чанми. — Кофе будешь? — Да. Спасибо. Девушка достала из холодильника позавчерашний кекс, который испекла сама, печенье, конфеты. Баром поставил на стол две чашки ароматного кофе. Некоторое время оба молча потягивали горячий кофе. — Сегодня я выспался, — нарушил тишину Ром. — Я тоже. — Это круто. — Угу. — Неловко получилось. — Очень неловко. Прости. — Ну, это не ты проснулась в чужой квартире, взяла щетку и без спроса хозяйничала на кухне, — улыбнулся Ром. — Это не ты напился в зюзю, хотя знал, что у тебя непереносимость алкоголя и тебя отрубает после первой же рюмки, — не осталась в долгу Чанми. — Тогда предлагаю перестать напрягаться и вспоминать это с улыбкой, — предложил Баром. — Отличная идея, — согласилась Чанми. Они молча допили кофе. Чанми помыла посуду. — Ты забыла дверь закрыть. Опять, — рассмеялся Ром, выходя из квартиры. — Придется опять проверять, не обчистили ли меня, — покачала головой девушка. — Я пойду. Увидимся вечером. — Конечно. До встречи. Чанми закрыла дверь за парнем и разлеглась на диване. Подушка пахла Баромом. Одеколоном и его собственным ароматом. Девушка глубоко вдохнула запах и уткнулась лицом в подушку. «Ты определенно сходишь с ума, Ким Чанми» — пробормотала она. — Ух ты, а сегодня ты по-божески выглядишь? Где наши фиолетовенькие мешочки под глазками? — засюсюкал Дабин, едва Ром зашел в клуб. — Иди ты, — беззлобно огрызнулся Баром. — Вчера я работал один, потому что одна трусливая задница испугалась гнева слабой девушки. — Хечжон не слабая, — возразил Дабин. — И вообще, из достоверного источника мне известно, что ты вчера не столько работал, сколько спаивал малышку МиМи, — парень выразительно поднял брови. — Ну, и как все закончилось. — Никак. Хечжон запихнула нас в такси и мы поехали домой к Чанми. Я поспал на диване, утром мы попили кофе и я пошел домой. Ничего не было. — А почему тон такой грустный? Ты бы хотел, чтобы что-то получилось? — не унимался Дабин. — Да, хотел, — неожиданно для себя признался Баром. — Кажется, я попал. Особенно после её вчерашнего танца… — Дону сказал, что она зажгла танцпол. У нас появился Хоя в юбке, — пошутил парень. — Да она круче Хои! — воскликнул Ром. — Ты только ему самому этого не говори, а то твоей малышке обеспечена сладкая жизнь, — усмехнулся Дабин. — Хватит ржать. Давай работать, — Баром скинул куртку и надел форму. — Ну и как все закончилось? — вместо приветствия спросила Хечжон у Чанми. — Что закончилось? — спросила черноволосая, устало потирая виски. — Болит голова? — Еще как. Мне кажется, ее разорвет. — Обезбаливающее приняла? — Нет, вчера последнее закончилось. — Сейчас я чего-нибудь из запасов Дону принесу. — Угу. Чанми тяжело присела на стул и опустила голову на холодную поверхность стекляного стола. — Видимо, дело совсем плохо? — Хечжон села напротив неё и протянула таблетку и стакан воды. — Спасибо, — поблагодарила Чанми и выпила лекарство. — Дело ведь не только в том, что ты напилась и потащилась домой с парнем, которого знаешь всего пару дней? — заботливо спросила подруга. — Не только, — согласилась девушка. — Я не буду ничего выпытывать, все равно это гиблое дело, — вздохнула Хечжон. — Надеюсь, ты скоро разберешься с тем, что тебя тревожит. — Я тоже надеюсь. Ты прекрасный друг. Спасибо. — Не за что, — потрепала ее по руке Хе. — Мне надо работать. — Удачи. Хечжон оставила её наедине со своими мыслями. Чувство, будто из её жизни исчезло что-то важное, не оставляло её с того самого момента, как дверь закрылась за Баромом. «Может это и есть любовь?» — думала девушка, пытаясь дать хоть какое-то объяснение своему состоянию. Но тут Дону позвал её на сцену, и ей пришлось отложить свои размышления на потом. — Водички? — предложил Баром, когда она уселась на высокий стул. — Если не сложно, — пробормотала Чанми, удобно умостив голову на сложенных ладонях. — Совсем плохо? — сочувствующе спросил Ром. — Сама не знаю. Физически со мной все в порядке. Голова перестала болеть. А все равно странно себя чувствую. — Понятно. — Баром поставил перед ней стакан с водой. — А из квартиры ничего не пропало? — Нет, вроде. Я скорее всего забыла запереть дверь. — А вот я кое-что потерял, — странным тоном сказал парень. — Что? В тот день? Ценное? — запричитала Чанми. — Блин, это все из-за моей рассеяности. Прости, пожалуйста. — Эй-эй, успокойся, — улыбнулся Баром, накрыв её руку своей. — Я потерял не то, что можно так просто украсть. — Что? — спросила девушка, глядя на их соединенные руки. — Кажется, я потерял свое сердце, — сказал Ром, глядя ей в глаза. Чанми захотелось расплавиться под этим теплым взглядом почти черных глаз. Она переплела их пальцы. — Могу с уверенностью сказать, что я точно потеряла здравый смысл, раз готова сказать то же самое, — счастливо ответила девушка. — Отметим наши «потери»? — Сверкнул улыбкой Баром. — Только не здесь. — И без алкоголя. Совсем. Оба быстро собрались и почти вприпрыжку выбежали из клуба, крепко держась за руки. И ни один из них не заметил, как Дабин с недовольным лицом отдает Хечжон двадцать пять тысяч вон и откидывает челку, открывая лоб. — Почему ты всегда выигрываешь в наших спорах? — спросил Дабин, заранее сморщив лицо. — Потому что ты слишком много на себя берешь? — с усмешкой ответила Хечжон, награждая проигравшего крепким щелбаном.
