Глава 2.
27 июля 2015 г., 01:42
Ночью Кенсу долгое время не мог уснуть, если и спал, то совсем не долго.
Этой ночью ему снился Ифань толкнувший его, и Бэкхен – выходивший и подобравший своего лучшего друга. Бён был раздавлен не меньше, чем сам Кенсу; видеть, как страдает лучший друг слишком тяжело, больно и невыносимо. До увядал с каждым днем. На бледном лице с выступающими скулами вскоре начали появляться синяки – желтые и невзрачные, как жизнь парня. Бэкхен не мог привести его в чувства – любые шутки и анекдоты вызывали в омеге невеселые полуулыбки и новую дозу смертельно опасных и жгучих воспоминаний.
От Ву остались одни только фотографии, и воспоминания, которые так изрезали его душу за последние два года, там они вместе, и действительно счастливы.
Бэкхен говорит, что на фотографиях запечатлен последний раз, когда Дио улыбался со времен старшей школы.
До Кенсу и Бён Бэкхен – лучшие друзья наверное, от рождения.
После потери родителей в автокатастрофе, До долго не мог оправиться, и отказывался верить в то, что никогда больше не увидит их, но семья Бён приютила маленького кареглазого мальчика, который и до сих пор остается членом этой семьи, после чего Кенсу начал улыбаться, и продолжалось это почти до окончания школы.
В свои девятнадцать Дио узнал, что скоро к нему в руки попадет ответственность за управление довольно-таки большой компании его погибших родителей.
Все это время компанией руководил отец Бэкхена.
Сегодня – понедельник, 4:32 утра.
Кажется Кенсу проснулся еще час назад, от того сна, где Ифань в очередной раз толкает До, и Кенсу падает, падает в пропасть из которой не вылезти без помощи Бён Бэкхена.
Дио кажется заболел, и Бэкхена тоже заразил, потому что До уже на протяжении часа слушает кашель из комнаты напротив.
Белая дверь открылась, гулким стуком ударяясь о выложенную камнем стену, пропуская сонного, поникшего Бэкхена в пижаме с оленями и растрепанными волосами.
Бэкхен был явно не в лучшем расположении духа, ибо утром обычного дня он просыпался а-ля «доброе утро мир!»
Бэкхен злобно, из-под челки, посмотрел на переносчика заразы, и мысленно пообещал себе убить Кенсу несколько раз за это, когда ему станет лучше.
До сидел на подоконнике, и улыбаясь, попивал горячий кофе, вспоминая вчерашнего знакомого Пак Чанеля.
Бэкхен округлил глаза и от удивления даже рот приоткрыл.
Кенсу действительно улыбался, не так как в те моменты, когда Бён пытался рассмешить его, нет, тогда Дио улыбался скорее только для Бэкхена.
Завидев бледного Бёна, Кенсу вскочил с подоконника, и быстрым шагом направился в сторону больного, оценив его состояние, приложил ему руку ко лбу, измеряя температуру. У Бэкхена был жар.
Кенсу поднялся на второй этаж в свою комнату, набрал разных цветастых таблеток и градусник.
Спустившись вниз, Кенсу сходу воткнул градусник в рот недовольно мычащему Бёну, и принялся читать рекомендации к таблеткам.
И посчитав что для профилактики, все таблетки не помешают, он уже пытался запихнуть их в рот испугавшегося, отбивающегося Бэкхена, прежде достав оттуда градусник, благо с того же – второго этажа по лестнице сбежал отец-омега Бэкхена.
Осторожно забрав у До таблетки, Кан У поблагодарил Дио за заботу.
Кенсу поклонился омеге.
И принялся готовить завтрак, в этом доме готовил только он.
Позже спустился отец Бэкхена, альфа Бён Сон Ы.
Позавтракав, Кенсу ушел в свою комнату.
Начиная с черной двери, до рамы окна, все в комнате было в белых и черных тонах,
Белый диван, с черными подушками, над которым висела черная полка для книг, белый стол с черным ноутбуком, и белой лампой, и еще одной стопкой книг.
Комната была с белыми стенами, полом и потолком, завершенная черным, пушистым ковром.
В комнате До было еще две двери, одна из них вела в комнату, где спит Кенсу, а другая в его ванную комнату. Это было желанием самого Дио.
Кенсу взял одну из книг, и войдя в спальню, лег на кровать, воткнув в уши наушники, принялся за чтение.
До не вдумывался в текст книги, он провалился в пропасть, думая о его родителях. На самом деле Кенсу думал об этом довольно-таки часто, за что получал подзатыльник от вечно радостного Бэкхена.
Дио не пессимист, он просто много думает.
Плейлист уже давно закончился, Кенсу слышал только тиканье настенных, черных часов, отчего клонило в сон.
До уснул, сжимая книгу в руках.
Проспав где-то около часа, Дио начал просыпаться.
Он уже не спал, но не было сил даже, на то, что бы открыть глаза.
Сначала До услышал, скрип двери, позже почувствовал, что по чьим-то телом прогнулась кровать, после чего, ощутил невесомое прикосновение теплых пальцев к его холодной щеке.
