14 августа

Шухей/Ренджи, NC-17 Ветер взъерошил его короткие чёрные волосы, солнце выглянуло из-за облаков и ярко засияло над ним. Парень поднял голову, прикрыл рукой яркое жёлтое пятно на небе и встретил облачную погоду с улыбкой на лице. "В самый раз", - подумал шинигами, покрепче сжимая бумаги под мышкой и торопясь на предстоящее собрание лейтенантов, выпавшее как раз на его день рождения. Ещё с самого утра Шухей ощущал себя на высоте. Проще говоря, госпожа Фортуна решила преподнести очередной человеческой душе подарок в образе "удачи и успехов во всех делах на один день". Как раз в день рождения лейтенанта девятого отряда! То ли случайность, то ли простое совпадение, а Хисаги подарок пришёлся по душе. Ещё бы: такое выпадает очень редко, и если уж выпало, то стоит воспользоваться им прямо сейчас. Когда тебе ещё перепадёт благосклонность со стороны самой непредсказуемой леди? Проснувшись с утра, брюнет успел сделать зарядку, одеться в свою форму шинигами, навестить казармы девятого отряда и услышать синхронное поздравление подчинённых на грунте. Под грохот апплодисментов и выкриков из толпы, Хисаги утвердительно кивал головой и улыбался большому скоплению солдат, чей задор и активность вселяли оптимизм и силы. Однако дела не ждут. Шухей выразил благодарность своим солдатам и пожелал всем такого же солнечного настроения, энергии и успехов в сегодняшних делах, не забыв отдать отряду лёгкие приказы, после которых они могут вторую половину дня отдыхать и заниматься своими делами. Голоса звучали еще громче и веселее, когда он уходил к себе в кабинет; а папка с необходимыми документами лежала на столе. Что ж, долго искать её не пришлось. За сёдзи раздавались голоса остальных одиннадцати лейтенантов. Похоже, Шухей пришёл слишком рано и стал случайным слушателем некой операции, поисходящей в стенах кабинета. Грохот, движение мебели, женские упрёки и команды, мужские возгласы возмущения и жалоб, детский голос, твердящий: "Хису-Хису очень понравится моё шоколадное печенье". "Похоже, меня сегодня ждёт нечто особенное", - предвещал брюнет, прислушиваясь повнимательнее к голосу Омаэды и Нанао, между которыми опять возникла небольшая ссора. Всё уладили Момо и Изуру, напомнив двум спорщикам о том, ради чего они здесь собрались за полчаса до собрания. Пока подготовка ко дню рождения лейтенанта девятого отряда шла в верном направлении, Хисаги встал возле стенки и ещё раз посмотрел на небо. Позавчера он был ребёнком, живущим в Руконгае и питающимся овощами, фруктами, ягодами и другой едой, которую удастся незаметно украсть из лавки какого-нибудь ворчливого и злобного торговца. Вчера - выдающимся студентом Академии Шинигами, проходившим последний курс в стенах учебного заведения со старыми добрыми однокурсниками. Именно в свой очередной день рождения он сделал свою первую татуировку в честь незнакомца с белыми волосами, спасшего его от Пустого. Та самая татуировка "69" на солнечном сплетении теперь до самой смерти будет у него на левой щеке, олицетворяя преданность и уважение к тому, кто не позволил Смерти забрать его с собой. А сегодня он лейтенант девятого отряда. Строгий, внимательный, ответственный, собранный и местами скрытный - таким его запомнили за время его службы сослуживцы и новобранцы девятого отряда. Таким он и останется для них... но только не в собственный день рождения. Сегодня он постарается быть более общительным и выражать больше чувств, потому что это его день. Его день рождения. Глубоко вздохнув, Хисаги второй раз прислушался к шуму. Все затихли – ждут именинника. "Будет непросто притворяться", - подумал Хисаги, но, всё же, решил попробовать. Изобразив своё привычное выражение лица, парень отодвинул сёдзи в сторону и вошёл в комнату. - С днём рождения, Шу-чан!! - Из укрытия выпрыгнули девушки-лейтенанты. - С днём рождения, Хисаги-сан!! - То же движение сделали и парни-лейтенанты. Конфетти, радостные крики, хлопки в ладоши, хлопушки, дудки - столь громкого и пышного поздравления Шухей никак не ожидал. Ловя на себе весёлые и дружные взгляды всех и каждого, Хисаги так и не удалось скрыть свой восторг. Мотая головой из стороны в сторону и широко улыбаясь, лейтенант принимал поздравления от каждого, пожимал руки парням, дружески целовал в щёку девушек и трепал по волосам Ячиру и получал нескончаемую радость от всех и каждого. Ему пообещали устроить вечеринку вечером и пригласить капитанов всех отрядов на праздник. Даже Куросаки Ичиго и его друзья будут присутствовать на дне рождении семпая. "А ведь это только начало дня", - успел заметить Шухей, одаривая всех благодарным взглядом и улыбкой, которая вряд ли до конца дня успеет сойти с лица. Ну и пусть... сегодня всё можно. Как никак, день рождения - лучший праздник в жизни. И вряд ли его что-то может изменить. - Я, конечно, понимаю, что это сюрприз и он очень... большой и приятный, раз уж ты мне завязал глаза. Но не мог бы ты это сделать тогда, когда до подарка оставалось бы пятнадцать метров? - Нет, не мог. - Абарай, держа Хисаги за запястье, вёл именинника в шестой отряд. - В том то и дело, что это сюрприз, и он должен оставаться сюрпризом до последней секунды. - Ты слишком серьёзно подошёл к этому празднику. - Заметил брюнет и чуть не упал из-за попавшегося под ноги камня. - Что поделать - у одного из моих лучших друзей день рождение. - Ответил красноволосый, замедляя шаг, дабы идти наравне с семпаем. Шинигами оставалось только помотать головой и идти туда, куда ведёт кохай. Как-никак, а в конце слепого пути его ожидает "классная вещь, о которой он всю жизнь мечтал". Ренджи, конечно, пообещал что-то уж сказочное и, скорее всего, преувеличивал в ценности подарка, отчего Шухей сразу не поверил словам приятеля. Недоверие ещё больше усилилось, когда приятель предложил завязать семпаю глаза и весь путь пройти с повязкой, вызывая подозрения у проходящих мимо шинигами, в том числе и офицеров, у которых своё представление на этот счёт. Хисаги даже не помнил, на каких таких условиях он согласился притвориться слепым и довериться Абараю. Но факт оставался фактом: его убедили пойти в таком виде, пока не получит своего подарка. Шли достаточно долго, преодолевая один переулок за другим. Всё потому, что Ренджи хотел запутать Шухея. Тот, наверняка, за столько лет службы в Готее-13 успел выучить путь от комнаты для совещания до казарм шестого отряда и мог сразу же догадаться о конечном пункте назначения. Сюрприз мог просто взять и сорваться из-за такой вот оплошности. Но Абарай предусмотрел это, как и вопросительные взгляды своих шинигами, вместе с вопросами наподобие: "А что делает лейтенант Хисаги в казармах шестого отряда?" и "Почему у лейтенанта Хисаги завязаны глаза?"; потому и отправил любопытных и тех, кто просто попался под руку тренироваться в "невыносимых условиях для закалки тела и духа" - в казармы, где летом никто и никогда не тренировался из-за жары и духоты. Что до капитана Кучики, то он специально напакостил сегодня начальству, налив в чернильницу вместо чёрных чернил фиолетовые. Итог - час пребывания в специально-отведённом "домике наказаний", построенном специально для буйного и активного лейтенанта. Недоволен капитаном и всем его законам в пределах казарм шестого отряда - вымещай всю злобу в стенах домика. Построение выдержит любые атаки Забимару, вплоть до банкая. В этом явно заслуга учёных из двенадцатого отряда. Абарай согласился, но с условием, что проведёт там время после собрания лейтенанта. Кучики, в самых глубинах своей аристократической души удивился, но дал согласие непутёвому лейтенанту. В общем, тактика Ренджи просчитана до мелочей, и ничто не могло пойти наперекосяк. - Почти пришли, - сказал Абарай, видя вдали ворота своего отряда и, покрепче сжав запястье Хисаги, побежал. - Э-эй, полегче, Абарай! - Крикнул семпай кохаю, набирая скорость, схожую со скоростью красноволосого. Преодолевая расстояние, Ренджи подал знак двум шинигами, чтобы те открыли ворота. Их он оставил на страже специально – чтобы не вызвать подозрения у Кучики, если тот вернётся раньше времени. Те быстро подсуетились и выполнили приказ лейтенанта, открывая заветные двери в отряд. Пулей влетев внутрь, Абарай остановился, не предусмотрев остановку Хисаги. Брюнет отцепился от красноволосого и пробежал несколько метров вперёд, удивительнейшим образом не наступая на растущие камелии и не врезаясь в сакуру. - Хисаги-сан!- Крикнул лейтенант шестого отряда, подбегая к приятелю. - Ты не ушибся? - Я? Нет что ты, Абарай, я не ушибся... просто это ты сейчас так сильно ушибёшься, что мало не покажется. - Прибереги свою злобу на потом, семпай. - Не обращая внимания на угрозу, Ренджи схватил Шухея снова за запястье и прямым маршрутом повёл друга в "домик наказаний". Шинигами у ворот провожали эту парочку вопросительными взглядами, не догадываясь, что вся эта шумиха ради чёрноволосого именинника. Когда лейтенанты скрылись за сёдзи строения, шинигами посмотрели друг на друга, пока один не спросил другого: - Почему у лейтенанта Хисаги завязаны глаза? - Так... ещё немного... - Ай! Чёрт, Абарай! Можешь поаккуратнее? Кто тебя учил так туго завязывать повязки? - Кто надо, тот и учил. - Ответил Ренджи, не выдавая свою подругу Рукию Шухею. - Вот так... и... готово! Чёрная лента слетела с глаз и яркий свет ударил в глаза семпая. Шинигами прищурился и стал тереть глаза, облегчая себе в дальнейшем видимость. Как только всё стало видно более-менее хорошо, брюнет стал оглядываться по сторонам. Небольшая комната с мягким татами на полу, стены, покрашенные светло-оранжевой краской, белый потолок с висячими бумажными фонарями, маленькие квадратные окна в стенах, стойка для синая. Ну и, конечно же, красноволосый парень напротив, который слабо улыбался имениннику. - Где я? - Первым делом спросил Хисаги. - Это моё убежище. - Ответил Абарай. - О нём никто не знает, так что вероятность быть обнаруженным равна нулю. Шухей изогнул левую бровь, услышав не совсем убедительную версию Ренджи. - А не в казармах ли мы... - Нет, это не казармы, - перебил семпая кохай, откашлявшись. - Уважаемый Хисаги-семпай... - Слушай, а так похоже... - Хисаги-сан! - Нервно крикнул Ренджи, обращая на себя внимание. Шухей решил больше не испытывать терпения своего приятеля и стал его слушать. Судя по первым словам, это поздравления. - Уважаемый Хисаги-семпай! В этот замечательный день я поздравляю тебя с днём рождения! От всего сердца желаю тебе крепкого здоровья, круглосуточного счастья, большой чистой любви, безграничного оптимизма, настоящих верных друзей и богатства. Прими от меня столь скромный, но самый чудесный подарок! Абарай из-за спины достал длинную коробку, украшенную сиреневой лентой, и положил к ногам Хисаги. Брюнет ещё злился на красноволосого за тугую повязку на глаза и резкое торможение вслепую, из-за которой он мог себе сломать по неосторожности. Брюнет сразу приметил себе синай, чтобы поколотить лейтенанта шестого отряда. Правда, увидев размеры коробки и поверх неё бант, свою пылкость семпай поутихомирил, оставляя на потом разборки с приятелем. - Что там, Абарай? - Спросил Шухей, не притрагиваясь к коробке. - Твой подарок, Хисаги-сан. - Ответил Ренджи, не переставая улыбаться. - Это то, что тебе больше всего хотелось. Именинник косо посмотрел на коробку, не веря в сказочность неизвестного предмета. - Ружьё с солью, чтобы не подпускать тебя к казармам ближе, чем двадцать метров? - Скажешь тоже, - почти обиженным голосом сказал Абарай. - Это не огнестрельное оружие. Эта вещь поможет тебе развиться духовно и... хотя, что я говорю, просто открывай и немей от увиденного. Бросив в сторону красноволосого последний предупреждающий о расправе взгляд, с глубоким вдохом Шухей снял ленту, откинул коробку в сторону, избавился от пенопласта и... от увиденного неприкрыто удивился. Чёрный гриф, тонкие металлические струны, белая голова грифа, шесть чёрных колков, два звукоснимателя, регулятор громкости и тембра, белые две пуговицы для ремня, струнодержатель, белый корпус с чёрными цифрами "69". Действительно ли это то, что он видит перед собой, или очередной сон перед днём его рождения? Затаив дыхание, Хисаги медленно потянулся к музыкальному инструменту и, сняв крышку из пенопласта, вытащил его двумя руками. Пальцы прошлись по корпусу, затем плавно двигались к головке грифа и обратно. Сон это или нет, а своими руками пощупать то, чего так долго ждал в своей жизни, хочется. Напоследок, Шухей прикоснулся подушечками пальцев к цифре "69". Стойкий рисунок, даже вода ему не помеха. Желание надрать задницу красноволосому окончательно пропало. - Нравится? - Поинтересовался Абарай, молча наблюдая за именинником. - Э... это... - Хисаги с трудом подбирал слова для такого момента. - Нет слов, Абарай... - Ха-ха. Я знал, что ты одобришь эту красавицу, потому и приукрасил её немного твоей любимой цифрой на щеке. - А я хотел просто "9". - Улыбнулся лейтенант. - Но и "69" тоже хорошо. Шухей продолжал восхищаться электрогитарой, не замечая, как Ренджи что-то двигает в его сторону. Даже после минутного приятного шока и твёрдой уверенности в том, что он не спит, парень по-прежнему не отрывал глаз от белых струн и меток на грифе. Подумать только - любимый музыкальный инструмент у него в руках. Прямо сейчас! В самый знаменательный и чудесный день в его жизни! Всё-таки не зря сегодня госпожа Фортуна подарила ему однодневную удачу во всех делах - вот и первая польза от подарка. Глаза теперь сияли, улыбка не сходила с лица семпая. - Абарай, я даже не знаю, как тебя отблагодарить. - Брюнет посмотрел на красноволосого, который напрягался при переносе одной колонки средних размеров. - Не заморачивайся, - ответил приятель, ставя колонку рядом с музыкантом. - Просто опробуй подарок в деле. - Поэтому ты притащил сюда колонку? - Ну, естественно. Капитан на собрании, шинигами тренируются, и им нет никакого дела до того, чем сейчас занят лейтенант шестого отряда. "Справедливо", - решил для себя брюнет. - Так, ну, если мы хотим опробовать инструмент в действии, то нам нужны соответсвующие провода для усиления акустики и передачи электрического звучания... Не разбираясь во всех музыкальных терминах, Абарай просто достал из подарочной коробки соответствующие провода, прилагающиеся к электрогитаре дополнительно. - Уверен, это тебе поможет. - Сказал Ренджи. - Из нас двоих ты увлекаешься музыкой. - Абарай... ещё раз спасибо тебе. Красноволосый только махнул рукой и дружески улыбнулся. - Для друга мне ничего не жалко. - Кто тебе сказал про электрогитару? - Спросил Шухей у Ренджи, стоящего возле сёдзи. - Изуру или Рангику-сан? - Чад. - Ответил лейтенант шестого отряда. - Во время тренировок у Урахары-сана он как-то невзначай спросил меня про тебя и твоё увлечение музыкой. Слово за слово и, в конце концов, Чад сказал мне про твоё желание играть на электрогитаре. - Электрогитара? Хах... я вначале думал о простой гитаре. - Шухей проверял натянутость струн и подкручивал колки на головке грифа. - Но потом узнал о электро и этот музыкальный инструмент мне больше приглянулся. Спасибо Чаду за пару уроков на ней и небольшой вводный курс относительно электрогитары. Без них я бы мучался с подарком вдвое больше времени. - Музыкант проверил провода и отрегулировал громкость колонок. - Кстати, как и где ты купил гитару? - Занял у Урахары-сана и Ичиго деньги. А купил в обычном музыкальном магазине. - Да ладно тебе! Гитару, которую ты мне подарил, в простом магазине не откопаешь. Я-то знаю это. - Откуда? - От того же источника, что и ты узнал про электрогитару. - Последние приготовления закончены и Шухей готов зажигать в убежище Ренджи. - Ладно... это был фирменный магазин, где гитары стоили дорого, но комплект проводов и стиль гитары входят в стоимость. - Другое дело. Ну что, будешь слушать мою музыку или найдёшь вату, чтобы сразу заткнуть уши? - Выберу первое, - усмехнулся Абарай, отходя подальше от сёдзи и устраиваясь поудобнее на татами. - В конце концов, это лучше, чем получать от капитана Кучики или от тебя тумаков по своей макушке. - Из двух зол, я смотрю, ты выбираешь худшее. - Отметил Хисаги, проводя пальцам пробные мелодии и вслушиваясь в звук, исходящий из колонки. - Отлично, можно играть. - Что играть-то будешь, гитарист? - Я напою тебе один куплет, а ты попробуй угадать, идёт? - Давай. Поиграю в игру "Угадай мелодию". Вспоминая ноты в голове и перебирание пальцев по струнам, Шухей только наполовину вспомнил игру на музыкальном инструменте. Остальную половину он надеялся вспомнить во время игры. Отсчитав про себя до четырёх, игра на электрогитаре началась. Первый раз гитара издавала неправильные звуки и приходилось чуть ли не каждую секунду крутить колки. Только когда гитара заиграла второй раз результат удовлетворил Хисаги и он стал играть на подаренном инструменте, как на родном. Быстро двигая пальцами и не забывая стучать ногой по татами в такт громкой музыке, он поглядывал на Абарая, который кивал головой и не прятал свою дружескую улыбку ни на секунду. Судя по всему, музыкант на него как-то влиял, отчего правая рука у лейтенанта шестого отряда задвигалась в такт гитаре. Как раз вступительная мелодия подходила к концу, уступая дорогу словам и более простым движениям рук. Петь на английском у именинника получалось не так уж плохо. - Let it never be said, that romance is dead Cos there-s so little else, occupying my head There is nothing I need, 'cept the function to breathe But I'm not really fussed... - ... doesn't matter to me-e, - подпел вместе с Хисаги Абарай, вставая с татами и направляясь к музыканту, дабы спеть следующую часть песни. Шухей успел улыбнуться, пока не стал играть мелодию припева. Вот тут-то дуэт и запел, делая паузы там, где должен был петь женский голос: - Ruby, Ruby, Ruby, Ruby. - Пауза. - Do ya, do ya, do ya, do ya. - Пауза. - Know what ya doing, doing to me? - Пауза и слышится игра на электрогитаре. - Ruby, Ruby, Ruby, Ruby. - Снова пауза и вторая игра на электрогитаре. Вслед за припевом Хисаги закончил игру, проведя в конце пальцами по струнам, образуя тот ещё долгий звук, который закончился после восьми секунд звучания. Абарай похлопал друга по плечу за столь короткое представление. - Здорово, семпай, здорово! Вот прямо чуял, что будет твой любимый "Кайзер Шивс". - Сказал бы тогда раньше и не стал бы для тебя играть. - А вдруг я не угадал бы? Что тогда? - Удар в глаз? Абарай засмеялся. - Не успел бы ударить. - Хочешь проверить? - Предложил Хисаги, отключая электрогитару от колонок и собирая разложенные вещи в подарочную коробку. - В другой раз, Хисаги-сан... в другой раз... Пока брюнет собирал вещи, красноволосый обратно относил колонку. Удивительно, но относить всё на своё место оказалось куда быстрее, чем приносить всё сюда и устанавливать. - А откуда у тебя здесь розетка? - Поинтересовался Шухей. - Установил как-то. Капитан Кучики не знает об этом - тем лучше для него. - Ага... - семпай накрыл электрогитару пенопластом и подарочной крышкой. - Ещё раз спасибо за столь дорогой, но точный подарок мне на день рождение, Абарай. Боюсь, мне придётся тридцать первого августа подарить тебе что-то стоющее. - Да не парься, - махнул на него рукой кохай. - Тем более, есть ещё и второй подарок. Шухей приятно удивился, услышав ещё и о втором подарке. Медленно закивав головой, лейтенант понятия не имел, что это за сюрприз, но общее представление уже построено в его голове. - Вторая электрогитара? - Ты чего? Я не столько много денег занял у Урахары-сана и Ичиго, чтобы купить сразу две. - Тогда что? Я просто понятия не имею, что ты мне ещё приготовил на мой день рождение. - Ну-у, - Ренджи сел на татами и положил руки на ноги; Шухей тоже сел, отложив подарок в сторону. - Это... - Это?.. Как-то быстро рванулся с места Абарай, что успел уложить Хисаги на спину. Вовремя схватив приятеля за руки и держа их, красноволосый поудобнее сел на брюнета, любуясь его временным смятением. - Попался, - сказал Ренджи, довольствуясь своим положением. Шухей немного повозился на месте, стараясь освободиться из захвата лейтенанта шестого отряда, но тот крепко держал его и не давал возможности каким-либо образом освободиться. Пришлось строго посмотреть на виновника данной ситуации в глаза. - Твой подарок - это рукопашный бой? - Предположил семпай - Пф,- фыркнул кохай. - Будь это бой, я бы успел выкрикнуть боевой клич. А так... это кое-что получше. - Эм... как-то я себя лучше от этого не чувствую. - Это пока так... достаточно немного потерпеть и втянешься. - Парень наклонился достаточно низко, отчего Хисаги нервно сглотнул и вжался в поверхность матраца под собой. Прежде, чем что-то случилось, Абарай успел произнести шёпотом всего два слова, которые не предвещали ничего доброго для именинника: - Расслабься, семпай. Выполнить эту просьбу у Хисаги никак не получалось. То ли из-за плохих мыслей о Абарае, то ли из-за своего неудобного положения, когда руки крепко держут, то ли из-за непрекращающихся поцелуев по всему лицу. Итог один: постоянное напряжение и чужие губы, блуждающие по нему никоим образом не уменьшали наступившее волнение. Красноволосый покрывал лицо брюнета поцелуями и коротким полизыванием от нижней губы до подбородка. Семпаю эти вещи совсем не нравились. Раз уж от резкого толчка назад или удара в пах ничего хорошего нельзя ожидать, то от мотаний головы в разные стороны толк был, пускай и самый малый. Ренджи первое время смотрел на это ребячество терпеливо, ожидая, что Шухей устанет от постоянных движений, но потом взял инициативу в свои руки и впился губами в семпая, прижимая его в татами. Хисаги огромными глазами смотрел на Абарая, чей язык касался всей ротовой полости, пока не соприкоснулся с языком и не стал ласкать его. Что до кохая тот во время поцелуя открыл глаза, смотрел на ошарашенного приятеля, но и бровью не повёл, чтобы выпрямиться и слезть с семпая. Ему это занятие доставляло своё удовольствие, а уж с лейтенантом девятого отряда и подавно. Воздуха в лёгких не доставало ни одному ни другому и губы пришлось разомкнуть, вдыхая устоявшийся запах здесь, в убежище лейтенанта шестого отряда. - Абарай... - после поцелуя сказал Шухей с бешенством в глазах. - Если ты сейчас же не прекратишь это, я убью тебя подаренной электрогитарой! - Полегче со словами, семпай, - спокойным тоном ответил на угрозу Ренджи, стягивая с лейтенанта девятого отряда белое оби. - В таких делах я всё припоминаю в самый неподходящий момент. Едва брюнет увидел, чем занимается красноволосый, как сработала идея ударить извращенца сначала по лицу, потом в живот и, ненадолго оглушив шинигами, убежать из убежища, куда глаза глядят. Как оказалось на самом деле идея так и осталась нереализованной: Абарай успел перехватить руки и крепко держал одной левой за запястья Хисаги, чтобы тот не пошевелился. Вооружившись оби, Ренджи быстро стал завязывать руки Шухея, второй раз поцеловав именинника в губы, в качестве отвлекающего манёвра. - Вот и здорово, - ответил красноволосый глядя на завязанные руки брюнета и его злющее лицо. - И что? Что ты будешь со мной делать? - Увидешь, семпай. Увидешь. - Лукаво улыбнулся парень. Продолжив свои слабые поцелуи, Ренджи стал спускаться ниже, проводя языком по тонким губам партнёра, по подбородку и шее. Шухей то и дело, что двигался и морщился от всех этих прикосновений, доставлявшие ему больше напряжения, чем расслабления. Дыхание пока не походило на тяжёлые вздохи, сердцебиение не участилось, а в глазах от подобного не мерцало. Только руки немного поламывало. Всё из-за тугости собственного оби на запястьях. Разговаривать с Абараем Хисаги после этого больше не собирался. Когда этот кошмар закончится, он сделает всё возможное, чтобы не разговаривать в будущем с лейтенантом шестого отряда. Да и по возможности обходить его стороной, если получится. Ведь всё так замечательно начиналось: завязанные глаза, поздравительная речь, подарок всей жизни и даже спеть вдвоём удалось. И обязательно надо было портить праздник... этим? Как раз в его день рождение! Почему нельзя было просто взять и признаться в том, что он его хочет? Это сложно, кажется невыполнимой задачей? А уложить на спину и насильственным способом добиться своего показалось ему достаточно эффективным методом решения проблемы? Похоже, что да. И потом, если бы Абарай просто попросил Хисаги о таком одолжении, то вряд ли бы семпай одобрил это и его ответом стало бы простое слово: "Нет". Тогда всё становится на свои места и лишний раз задумываться над этим не стоит. В верхней части тела стало неожиданно прохладно и Шухей, по неосторожности, опустил голову вниз и увидел Ренджи, развязавшего его косоде и поглаживающего его пресс, рёбра и, напоследок, соски. От таких прикосновений тело обдало жаром, дыхание стало глубже, а в висках выступили первые капли пота. Никто ещё не проводил своей рукой по его телу так, как это делал красноволосый. - Ты нервничаешь понапрасну, семпай. - Абарай по-прежнему водил рукой по торсу Хисаги, хищно облизываясь предстоящим действиям. - Я же тебе советовал расслабиться. - Да?.. Как тут расслабиться, когда тебя лапает мужик?! - Выкрикнул Хисаги, делая ударение на слово "лапает". - Это не называется "лапать". Это ласки. Обычные ласки, заставляющие партнёра возбудиться. - Красноволосый резко поднял руки на уровень груди, обхватил пальцами соски семпая и принялся сжимать и разжимать их. - Ах!.. - Произнёс брюнет и задержал дыхание, терпя пощипывания в груди. - Тебе нравиться, семпай. Я это вижу. Ты, как никто другой, заслуживает этого больше всего на свете. - Абарай сильнее сжал точки, отчего Хисаги плотно зажмурил глаза и делал медленные выдохи ртом. - Пре... хааах... ммф... прекрати, Аба... аах... Абарай... Ренджи послушно выполнил просьбу Шухея и отпустил соски. Брюнет почувствовал себя легче и уже не так сильно выражал своё отношение к "лапанью". Однако, это было только начало. Красноволосый на простых ласках решил не останавливаться. Он наклонился к уху своего партнёра и, проведя языком по ушной раковине, пошло прошептал: - Я хочу тебя, семпай. В твой день рождения хочу тебя всего и полностью. Брюнет второй раз сглотнул, предвещая картину похуже этой. Ничего другого, кроме как терпеть это у него не оставалось, а значит, это единственный выход из данной ситуации. Знать бы только как... Абарай покрывал поцелуями ключицу семпая, краем глаза наблюдая за тем, как меняется лицо Хисаги от напряжённого до расслабленного. Тихое "Ах" иногда вырывалось из уст брюнета, что немного радовало красноволосого. Вслед за ключицами под удар попали и соски. Сжав одну зубами, Ренджи игрался с ней, кончиком языка касаясь заветной точки. Даже когда лейтенант не сильно сжимал одну из чувственных точек на теле приятеля, ласка оставалась точно такой же. Правда, менялись звуки издаваемые Шухеем. - Нет... хаах... ммммф... Абарай... хватит!... аах!... Точно такая же схема срабатывала и на втором соске. - Уже твёрдые, - подвёл итог Ренджи, трогая пальцами результаты своей проделанной работы. - Абарай... - умеренно дышал Шухей. - Отпусти меня... - Пока не доставлю удовольствие семпаю никуда не отпущу. - Ответил лейтенант, продолжая свои занятия дальше. Поцелуи продолжались, а семпаю всё труднее было сдерживать себя. Прикосновение влажных губ к участкам его тела, тонкая линия, оставленная языком, ведёт к паху партнёра и еле слышимое слово, которое стало для Хисаги ненавистным. Абарай звал его официально - семпай. И с каждым разом обращение звучало всё более романтичнее и желаннее. От смущения у Шухея покраснели щёки и перехватило дыхание. Руки медлено задвигались, как только Абарай приспустил хакама Хисаги до колен. Красноволосый пока никаких лишних движений не делал, наслаждаясь представленной картиной: практически голый семпай со связанными руками лежит на татами с выпирающимся бугром в фундоши. - Надо же, семпай. - Игривым голосом сказал красноволосый, проводя рукой по фундоши, после чего обхватывая возбуждённую плоть в ладони и слабо сжимая её. - Уже такой большой и твёрдый... - Ааах!.. - Брюнет вытянулся и снова задержал воздух в лёгких. - Ммф... оох... Хватит!.. Но Ренджи и не думал останавливаться. Он только сильнее сжал руку и со скрытым извращением наблюдал, как тяжело и невыносимо для Шухея становится каждая проведённая секунда. Возбуждение пробудилось в нём после множеств поцелуев тела и в это самое время понемногу его накрывают наслаждение, удовольствие и неистребимое желание продолжить до конца. Шухей не в силах сопротивляться этому напору, который одерживает над ним безоговорочную победу. Первоначальные слова Абарая только сейчас дошли до Хисаги. Он попытался расслабиться. Получив свою долю удовольствия от мук семпая, кохай спустил с него фундоши, оголяя таз, плотно взял правой рукой член брюнета и обхватил его губами, при этом медленно двигая кистью руки верх-вниз. Левой рукой Абарай разминал мошонку Хисаги. Изо рта Ренджи доносились чвокивающие звуки, от которых голову пускай не сносило, но прилив крови в детородный орган учащался. Как только Шухей ощутил на своём члене язык лейтенанта шестого отряда разум моментально покинул его в самый неподходящий момент, отдавая правление чувствам и эмоциям. Не в силах смотреть на это, брюнет закрыл глаза, кое-как дышал и всё ещё двигал руками, в надежде освободиться из плена собственного оби. А пока... пока он только ощущал, как язык Ренджи поглаживает ствол и головку полового органа. Как он медленно двигает кистью, царапая член ногтями. Как левая рука трогает его мошонку, изредка сжимая и разжимая яички. Абарай вскоре увеличил скорость своих вдижений. Мошонку он перестал трогать, предпочитая ей тело шинигами. Высовывая изо рта член Хисаги, парень проводил языком вдоль ствола снова и снова, изредка выделяя небольшое количество слюны на головку и поглощая возбуждённый орган ртом. Кисть двигалась быстрее, но умеренным темпом, чтобы не заставить именинника кончить раньше времени. - Ммммф... Абарай!.. Хааах... ааах... нннх... - Нравится, семпай? - Спросил Ренджи, глядя на Шухея с набитым ртом. Брюнет слабо кивнул головой, смотря в глаза красноволосого, нежели на его рот. - Будет ещё лучше, - пообещал поздравитель имениннику, левой рукой что-то снимая с себя. Как оказалось, это было оби лейтенанта шестого отряда, которое он отбросил в сторону. Продолжая ласкать член семпая, кохай не без труда остался со спущенными хакама и фундоши, оставаясь в белых носках. Косоде на шинигами приоткрывало накаченное тело и можно было разглядеть татуировки лейтенанта. Шухей увидел это, но не растерялся. Он знал, что ко всему этому и шло, чтобы в кого-то войти и вбиваться внутрь, пока кто-нибудь из них двоих не кончит раньше времени. В предверии веселья брюнет продолжал испытывать приятные ощущения в области таза. Раньше ему это казалось не совсем приятным и ужасной вещью, а сейчас всё было довольно неплохо и... что-то положительное в этом. Как только Ренджи закончил, он вытер тыльной стороной ладони свой рот и поглядел на именинника довольным взглядом. - Будет немного больно, семпай, но ты потерпи и вскоре привыкнешь, - пообещал Абарай. - Абарай... - начал говорить Хисаги, тяжело вздохнув. - Ты такой... такой... - Позже поблагодаришь. - Закончил за него лейтенант шестого отряда, водя рукой по своему члену так же, как он делал до этого своему приятелю. - Да нет... я не про это... - А про что же? - Про твою белую повязку... интересно, что под ней?.. - Тоже татуировки, как и на теле, - решив внести в подарок больше эротических моментов, Абарай снял с себя косоде, полностью показывая свои татуировки Хисаги. Пока кохай обнажал разукрашенные чернилами места на теле, семпай сделал рывок на него, выставив вперёд правое плечо вперёд, чтобы сбить шинигами. Удар пришёлся как раз, куда целился Шухей. Ренджи упал, но попытался присесть обратно. Не получилось: именинник схватил его за руки и крепко прижал к татами. Хисаги терпеливо смотрел на Абарая, который выражал первое время удивление от всей этой затеи, а потом смирился со своей конечной участью и спокойно лежал на спине. В его глазах читалось внимание к собеседнику. "А я думал, он будет рвать и метать" - пронеслось в голове лейтенанта девятого отряда. - Как ты выбрался? - Спросил Ренджи, подавляя в себе изумление. - Слабо затянул оби на руках, вот я и выбрался. - Ответил Шухей, тонко улыбаясь. Красноволосый цокнул языком и повернул голову куда-то в сторону. Он не доволен случившимся и отругал себя за слабый узел на запястьях.. - И что ты теперь будешь со мной делать, семпай? - Привяжу ноги и оставлю голышом лежать в убежище. - Жестоко, ты так не думаешь? - В самый раз. - Пожал плечами Хисаги. - А твоё отсутствие в десятом отряде объясню тем, что ты на радостях за своего приятеля перебрал с сакэ. Или отравился таяками у местного кондитера. Абарай усмехнулся над версией именинника, давая тому понять, что вряд ли гости поверят в это. - Или... - Или? - Повторил Ренджи, заинтересовавшись во втором варианте "наказания". - Возьму и приму второй подарок. Лейтенант шестого отряда не понял предложение и подозрительно посмотрел на приятеля. - В смысле возьмёшь и примешь? - Абарай, посмотри на меня: я сильно возбуждён, нахожусь чёрт знает где, а ты тут рядом. Голый, связанный по рукам, весь в татуировках и... - семпай нащупал резинку на голове кохая и потянул её на себя, - с распущенными волосами. - Совпадение? - Если только не преднамеренное совпадение. Ренджи ничего не ответил - только вздохнул и поудобнее расположился на татами. - Эй, Абарай. - Что ещё, Хисаги-сан? - Надеюсь твоё желание на сегодня не поубавилось из-за... перемены мест? Алые глаза широко посмотрели на брюнета, которому вдруг понравилась эта идея с подарком и испускал из себя блаженную улыбку. Красноволосый только разочарованно помотал головой, усмехаясь над тем, что предстоит ему встретить. Но не пал духом перед предстоящим весельем. - Не разочаруй своего преданного кохая, семпай. Шухей наклонился к Ренджи и шепнул тому на ухо. - Как бы не получилось наоборот, Абарай. Шинигами снял с себя приспущенные хакама с фундоши, оставаясь в носках. С возбуждённым членом, Хисаги для начала лёг на Абарая так, чтобы одной рукой можно было обхватить и себя и его за детородный орган. Сделав это, брюнет начал тереться о красноволосого, держа того за руки. Оби, конечно, он воспользовался, но перестраховка не помешает в этом деле. Ритмично двигаясь, Шухей всё больше и больше возбуждался. Как и Ренджи. Дышали парни глубоко, но друг на друга не смотрели. Оно и правильно: неизведанное завораживает куда быстрее, чем известное. Лейтенант шестого отряда чуть ли не мурлыкал, как кот, от столь развратных движений своего коллеги. То, как два члена друг от друга труться друг о друга; то, как рука плавно двигается вперёд-назад; то, как дыхание семпая обжигает татуированную грудь; то, как его глаза прожигают в нём дыру. Красноволосый ещё глубже задышал ртом, а со лба выступали крошечные капли пота. - Мммф... семпай... ещё... хааах... - говорил Ренджи, получая своё наслаждение. Хисаги ещё минуту тёрся и вёл рукой, пока не выпрямился и не стал плевать на свои пальцы, чтобы потом наносить слюну на свой член. Растирая её, Шухей не только продолжал этим заниматься, но ещё и поглядывал на заведённого Ренджи, который лежал и предвкушал ещё большее удовольствие. Закончив со смазкой, семпай раздвинул ноги кохая, взял член в руку и вошёл в красноволосого. Тот выгнулся грудью вперёд и обнажил свои зубы, терпя неприятные ощущения в заднем проходе. Войдя на всю длину, брюнет схватил партнёра за лодыжки и начал медленно двигать тазом. Постепенно набирая скорость, именинник некстати отметил про себя некоторые факты. Пока он держал ноги и умеренно двигался, внутри Абарая было узко, а анус плотно обхватывал ствол члена, что становилось трудно себя сдерживать. Хотелось двигаться быстрее и сильнее чувствовать давление на детородный орган. Так бы всё и случилось, если бы не желание Хисаги продлить эту страсть, которая стремительно овладевала им. От неё было вдвое лучше и жарче, что, несомненно, и хотелось имениннику прямо сейчас. Вздохи понемногу сменялись на стоны, оставляя позади терпение и желание помуччить себя. Из-за входов Шухея, от которых голову окончательно сносило и обдавало, пока слабым теплом, Ренджи с трудом контролировал себя и свои слова, вырывающиеся изо рта. Тело ещё не двигалось на эти толчки ответно, но чуял лейтенант шестого отряда, что это ненадолго. Когда он перейдёт грань между разумом и чувствами вот тогда он исытает на себе всё сладострастие и удовольствие этих "упражнений". - Сем... пай!.. Ааах... Ннннх... Ммф!.. Ещё... ещё!... Хааа... Умеренные входы сменились на быстрые толчки внутрь. Крепко держа на вису ноги партнёра, Хисаги продолжал делать простые движения, громко вдыхая и выдыхая воздух ртом. Капельки пота увеличились в размерах и медленно стекали с висков до шеи. Член двигался всё дальше и дальше, и анус сжимался всё сильнее и сильнее, стараясь оградить чужеродное тело от полного проникновения внутрь. - Аба... рай... - запыхавшимся голсоом сказал Шухей, ни на секунду не останавливаясь в толчках, - расслабься... фух... расслабься... Если бы парень мог что-либо сказать, то давно бы сказал. Правда изо рта лейтенанта вырывался не то стон, не то короткое слово, не относящиеся к просьбе семпая. И всё же кохай, находясь под давлением наслаждения, услышал слова именинника, просящие его расслабиться для более чувствительных и глубоких проникновений. Через несколько секунд Ренджи ослабил мышцы бедра, позволя Шухею войти ещё дальше. Абарай не пожалел о случившемся. Хисаги не совсем быстро делал толчки, от которых могла возникнуть ужасающая боль в заду, за что уже можно было поблагодарить брюнета. Скорее всего, это так семпай подготавливал кохая к более серьёзным трудностям, которые можно преодолеть только вдвоём. Что ж... подготовка так подготовка. Ему и сейчас хорошо. Капли пота медленно ползли от головы к животу, руки дёргались вперёд, мечтая вырваться из плена и тоже принять участие в процессе, глаза приоткрыты и смотрят на татуировку "69". - Ааах!.. Да!.. Семпай, ещё... ещё!.. оох... мммф!.. Не выдержав всей этой ситуации, Шухей сделал глубокий толчок внутрь, плотно прижавшись к Ренджи бёдрами. Тот издал короткий крик от неожиданного глубокого проникновения и был уверен, что семпай кончил в него. Как бы не так. Брюнет пальцами разомкнул узлы на руках и откинул белую ленту в сторону, после чего наклонился к красноволосому и поцеловал его в губы. Ренджи смотрел на Шухея, не понимая такого странного поступка с его стороны. Он развязал ему руки, дал возможность прямо сейчас поменять всю ситуацию в корне. Абарай не стал бы медлить и воспользовался шансом, предоставленный ему только что... если бы не первостепенное желание хотеть семпая, покалывающей боли в анусе, которая постепенно утихала и этого поцелуя, от которого в глазах мутнеет. - Чёрт, Абарай, - Хисаги перестал целовать приятеля и стал дышать с открытым ртом. - Тебе от меня после этого не поздоровится... но сначала... я доведу до конца то, что ты привил мне с самого начала. - Х-Хисаги-семпай... - Абарай смотрел в глаза именинника, запыхавшись. - А что... я тебе привил? - Ох, не прикидывайся дураком в такой ответственный момент... - брюнет снова поцеловал красноволосого в губы, углубляясь языком. - Ты получишь то, что так страстно желал в эти минуты. Вот тут-то Ренджи не на шутку удивился. Ожидая какой-нибудь пакости или злой шутки со стороны Шухея, его уши уловили совсем не то, что он представлял себе вначале. Быстро перебирая в своей памяти всевозможные варианты развития событий, Абарай вскоре бросил это занятие из-за звуков, раздавшихся в паху. - Оох... сем... пай!.. - У шинигами перехватило дыхание, когда его товарищ левой рукой водил по стволу члена. Движения были не быстрыми, но всё равно доставляли своё удовольствие. Большой палец надавливал изредка на головку, заставляя Ренджи ещё громче выдавить короткий стон. Услышав желаемое, кисть продолжала двигаться в соответствующем ритме, только быстрее. - Да!.. семпай... ммф... быстрее... оох!.. Быстрее!.. Да... вот... так!.. Шухей резко убрал руку от детородного органа, не давая Ренджи кончить, а головке выплюснуть белую липкую жидкость. Издав печальный стон, АБарай злобно посмотрел на Хисаги. - Эй, семпай!.. Мы так не договаривались. - Да брось ты, Абарай. Ты получишь всё в полном объёме, только дай мне сначала закончить то, что осталось невыполненным. Чтобы легче было довершить начатое, Хисаги пришлось встать на колени и опереться руками о татами, на котором всё веселье и происходило. Не выходя из приятеля, брюнет начал двигаться на максимальной скорости, стараясь входить на всю длину внутрь. Едва движения начались и Абарай уже не мог себя остановить. Изо рта срывались громкие стоны, сопровождающиеся глубоким вдохом воздуха, открытые глаза глядели то в потолок, то на лоб именинника, замечая блеск в тёмно-фиолетовых глазах, руки, которые раньше были прикованы, ногтями впивались в татами, словно зубы хищника сильнее сжимают горло жертвы, чтобы окончательно её убить. Тело всё горело от рывков семпая, но кохай не намеревался просить пощады. Напротив, это ему нравилось. Этого он хотел в сегодняшний день и это он, в конечном счёте, получил. Пот со лба медленно тёк вниз, в сторону живота. - Аааах!.. Семпай!.. Мммф... нннх... хаааах... сем... па!.. Ааах... Мммф... Достигая головкой члена чувствительной точки Абарая, Хисаги в последующие попытки старался дотрагиваться до неё всё чаще и чаще. Голову окончательно вскружило от такого дела. Крошечные солёные капли опускались к подбородку, а затем благополучно приземлялись на татуированный пресс. Шухей двигался настолько быстро, как мог, потихоньку достигая предела всей этой ситуации. Ему было очень хорошо от всего этого, хоть в самом начале он противился и не желал идти навстречу такому "подарку". Шинигами по-прежнему смотрел на лоб лейтенанта и, встречаясь глазами, интенсивнее двигал тазом, доводя приятеля до такого же предела. Абарай не заметил, как тело ответно двигалось на эти рывки, доставляющие нескончаемое удовольствие. Не в силах больше себя сдерживать, кохай потянулся рукой к члену и, обхватив его, стал ритмично двигать рукой на себя и от себя. На этом промежутке времени дыхание стало звучать ещё глубже, а ноги старались ещё дальше раздвинуться в ширину. На последних секундах Ренджи посмотрел на Шухея и промолвил: - Семпай... Затем громкое протяжное "Ах" и кохай кончил. Сначала белая струя брызгнула из головки на кисть руки, и только потом на пресс красноволосого, деля своё тело с чёрными чернилами. Поводив рукой несколько раз, избавляясь от оставшейся жидкости, Абарай опустил руку и стал глядеть на Хисаги. Своё дело он сделал, теперь очередь за приятелем. Долго себя Хисаги не заставил ждать. На последних толчках брюнет двигался на максимальной скорости, плотно прижимаясь тазом к мышцам красноволосого. Лишь в конце Шухей посмотрел на Ренджи и сказал на одном дыхании: - Абарай... В свой последний рывок семпай вложил все силы и возможности, после чего испустил глубокий выдох и кончил в кохая. Сперма выходила из головки и попадала внутрь. Слабо двигая тазом, Хисаги вышел из коллеги, обхватывая свой липкий от белой жидкости член и вытирая руку о близлежащие хакама. Абарай с блаженственной улыбкой наблюдал за всем этим, пока семпай не воспользовался его хакама в качестве салфетки. - Х-Хисаги-сан! Положи синай и давай поговорим, как нормальные люди! - Нормальные люди сначала не дарят электрогитары, а потом укладывают именинника на спину, чтобы отыметь его в честь праздника! - Но ведь ты меня имел сегодня! - Оправдывался Ренджи, убегая от внезапно разъярённого семпая в одних фундоши. Это единственное, что он успел одеть на себя после секса и угроз брюнета, не считая белых носков, которые всё время были на нём, - Так что зачем тебе за мной гнаться? - Я из тебя эту дурь выбью, - Шухей бежал за кохаем и размахивал синаем в пропитанном поту косоде и в одних фундоши с такими же белыми носками, - так выбью, что родной капитан не узнает! Такая пробежка по залу в новой униформе не сильно радовала Абарая, но ничего другого поделать нельзя было - Хисаги с бамбуковым мечом выглядит не слишком приветливо, а инстинкт самосохранения у него рабоатает безотказно. Так что, оставалось убегать от именинника до тех пор, пока дыхалка не откажет. В чём красноволосый сильно сомневался насчёт брюнета. У него на такие гонки уже хорошо развились лёгкие. Сам себе удивляясь, лейтенант шестого отряда поблагодарил капитана за это. А иначе... У Шухея были двойственные ощущения: с одной стороны, день рождение удался - вон лежит упакованная электрогитара, сделанная на заказ специально для него. Подарок всей жизни. С другой стороны, новые перспективы не сильно порадовали брюнета - секс с лучшим другом и собутыльником в одном флаконе омрачал позитивные мысли касательно музыкального инструмента. Но и здесь какая-то фигня выступает: эта "взрослая игра", в которую он сыграл, ему в какой-то степени понравилась и чудесным образом возраслось желание ещё поучавствовать в ней. Правда, осознав своё новое увлечение, Хисаги тут же выбросил её из головы и прибавил скорость. Надо, сперва, поймать Абарая и всё ему высказать относительно второго подарка. А с синаем это будет труднее. В одном лейтенант девятого отряда был точно уверен: день рождение у него удалось ещё до вечеринки в казармах десятого отряда. Может, в этом и вся прелесть замечательного праздника? Вернувшись с собрания, двадцать восьмой глава клана пребывал в отличном расположении духа, хоть это и не было видно внешне. Шестой отряд по-прежнему занимает почёт и уважение среди шинигами, как самый трудоёмкий и самый... бумажный за последний месяц. Тут в основном заслуга лейтенанта Абарая. Кое-какие изменения в саду поместья закончатся в середине августа и можно будет осенними вечерами сидеть и наслаждаться природой в гордом одиночестве. Больше всего капитана Кучики порадовала обстановка в самом отряде. Переступив порог своих ворот, аристократ сделал пять всего пять шагов и... не услышал приветствующего шума, который создавал его лейтенант в удобный и неудобный момент. Бьякуя повернул голову в сторону маленького домика и услышал голос Ренджи. Судя по интонации, парень от кого-то убегал, но от кого именно глава клана разобрать не мог. Тем не менее, незнакомец пришёлся ему по душе - тренировать Абарая не каждый может, а он каким-то образом его тренирует. Да ещё так, что сам ученик убегает от своего учителя. Повернув голову в сторону казарм оттуда тоже доносился шум. Только почему-то много криков, зовов о помощи и отбойный мат, который слышал аристократ в далёком прошлом в Руконгае. Тренируются до последнего пота. Похвально. Не изменяя своего выражение лица, Кучики посмотрел на камелии и сакуру. Хм... странно. Всё ещё живы и не уничтожены вандалами. Очень хорошо. Раз всё в порядке и день не предвещал ничего плохого, со спокойной душой и равнодушным лицом Бьякуя направился в свой кабинет. По пути в рабочую комнату он раздумывал о подарке для лейтенанта Хисаги. У этого шинигами особый подход к делу, всегда строг, сосредоточен и внимателен к выполняемой работе - надо бы чем-то поощрить такого солдата. "Отправлю-ка я к нему лейтенанта Абарая, - решил Бьякуя, решив вопрос с подарком, - пусть уму разуму наберётся у опытного бойца. Может, станет ответственнее относится к своей работе". В подтверждении его мыслей птицы запели на ветке сакуры. Им эта идея пришлась по душе. Песню, которые пели Шухей и Ренджи - Kaizer Chiefs - Ruby.