Проклятие Свирла Бородатого

Луна и Селестия упражняются в магии. Многие заклинания у них не получаются. Ну вот Луна как-то не так взмахнула палочкой, и со стола упали цветы, подаренные её верными поддаными. Красивая ваза разбилась, и вода растеклась лужей по полу. Селестия взмахнула палочкой, и цветы полетели не на стол, а прямо в мордочку Луне. - Эй, Селестия! Отстань! Я не хочу сейчас нюхать цветы! - воскликнула Луна. Селестия быстро взмахнула палочкой, и букет полетел прямо в открытое окошко. - Ой... Прощайте, цветочки от верных подданных, - растерянно пробормотала Селестия. Луна с помощью магии собрала осколки, и они полетели прямо в пылающий камин. - И ваза тоже пока, - добавила Луна. Селестия вытерла разлитую воду с помощью магии с огромным трудом. Девочки остановились посреди комнаты и призадумались: что это с ними стало? Они же просили увеличить их магические способности в этом мире. Вот только почему-то волшебство здесь, в Эквестрии, совсем не хочет им подчиняться, и всё у них получается, как у начинающих. В конце-концов, Луна и Селестия догадались, что в копытах совсем неудобно держать волшебную палочку, и магические пассы из-за этого выходят не точными. - Что же нам делать? - спросила Селестия. - Конечно же, идти к папе, - сказала Луна, - он же такой крутой: взмахнёт палочкой, и все проблемы разрешатся. Когда принцессы-пони добежали до своего папы, он как раз вышивал гобелены с помощью магии. Вообще-то можно было сказать, что он не особенно и трудился, просто ходил между станков, на которых была натянута плотная ткань, и покрикивал на иголки: - Эй, ты, с фиолетовой нитью, лети на гобелен номер два. Или: - Так, на третьем гобелене, что это ты так медленно делаешь стежки. Пока ты закончишь, пройдёт сто лет. Ну-ка, быстрее. И все иголки слушались. Когда Луна и Селестия вошли, Свирл их не сразу заметил. - Папа, - осторожно спросила Селестия. - А можно ли нам тебя кое о чём попросить. - А?.. Что?.. - спросил Свирл. - Да-да, конечно. Можно-можно. - Папа, - начала Луна, - нам теперь не очень удобно пользоваться своей магией, потому что мы с трудом удерживаем палочки в копытах. - Ага-ага. Сейчас, - ответил им отец, но тут же прервал себя, для того, чтобы закричать на одну из игл: - Эй, ты, лентяйка, опять засыпаешь на ходу. Ну-ка, старайся лучше, а не то отправишься в коробку. - Ой, - прошептала Селестия. - Кажется, мы чем-то разгневали папу. - Так что же вы хотели? - Свирл с сердитым видом повернулся к Селестии и Луне. - Мы не хотели, чтобы ты отправлял нас в коробку, - пробормотала Селестия. - Нет, мы подумали, не можешь ли ты как-то усовершенствовать наши палочки. А не то из-за этого неудобства мы сегодня разбили и расплавили вазу, выкинули подарок наших верноподданных в окошко, и единственное, что нам удалось хорошо - это вытереть лужу. Свирл мимолётно взмахнул палочкой, и пошёл дальше следить за иголками. А Селестия и Луна обнаружили, что на лбу у каждой из них теперь красовалось по два рога. - Мы что, козлы, что ли? - спросила Селестия негромко. Но Свирл этот вопрос услышал: - Ой, и зачем же я наколдовал вам по два рога, - спохватился он и быстренько убрал лишние рога: теперь у каждой из принцесс было по одному длинному витому рогу посреди лба. - Папа, а ты не все рога убрал. Забыл, наверное, - осторожно сказала Луна. - Нет, что вы, девочки, я ничего не забыл... Хотя... да! Я позабыл какой узор хотел вышить на гобелене номер два, - спохватился отец. - Ну, послушай, ты убрал два рога, а два забыл. Посмотри, они же торчат у нас прямо посреди лба! - продолжила Луна. - Ааа... Это... Так это просто новая форма ваших волшебных палочек. Кстати, не забудьте себя привести в порядок, - добавил Свирл. - Сегодня вечером у нас будет королевский обед с вашими подданными. Через час... Прихорошившись, Луна и Селестия пошли в вестибюль и проследовали в пиршественный зал. Обед был в самом разгаре. Кстати, гобелены были уже готовы и висели на стенах. Так как все были увлечены едой, на Луну и Селестию обратили внимание не сразу. Как только верноподданные заметили присутствие принцесс, послышались приветствия вперемешку с удивлёнными охами и ахами, и было слышно, как кто-то на другом конце стола сказал соседу вполголоса, что принцессы сегодня решили примерить свои маскарадные костюмы. Когда Луна и Селестия уселись, они вопросительно посмотрели на отца. Свирл виновато шепнул: «Простите, я забыл стереть из памяти, что вы раньше были без рогов». Луна и Селестия хотели что-то сказать, но тут официанты внесли напитки. Всем пони принесли спиртное: в основном вино, разбавленное водой. Ну, а для принцесс принесли специально кувшин лимонада. Селестия хотела сразу опустошить свой кубок и уже готовилась из него глотнуть, но Свирл остановил её, шепнув: -Это для тостов. Луна заинтересовалась: -А когда их подадут? - Это не тот тост, который надо есть, - встряла Селестия. - Значит он должен лежать себе и портиться? - не дала ей договорить Луна. - Нет, я его лучше съем. Тут Луне что это за тост стал объяснять Свирл. - Понимаешь, Луна, этот тост вовсе не съедобен. Ты просто поднимаешь кубок и говоришь в честь чего ты выпиваешь этот лимонад. Например, за то, чтобы мафины Брауна не взрывались. - Тогда я не понимаю, почему это так называется, - вздохнула Луна. Затем принцессы произнесли тосты и занялись едой. А заниматься едой пришлось не меньше часа, потому что если принцессы почтили пир своим присутствием, то оставаться на нём они должны до конца. Поэтому картошку с рыбой, которую подали первой Луна и Селестия ели более яростно, чем вкуснейший яблочный пирог на десерт. К концу пира Луна и Селестия очень устали, и когда все разошлись, они едва не заснули за столом. Свирл взмахнул палочкой и перенёс их домой, в гостинную. Посреди ковра по-прежнему лежал маленький шарик. Свирл немного посмотрел на него, и через несколько минут повернулся к девочкам, чтобы отправить их по кроватям. Но Луна и Селестия уже спали сладким сном прямо на ковре.