Останься человеком

Сколько бы людей не флиртовало с Зейном в клубе, он никого не подпускал к себе близко. Парень, каждый раз, когда ходит в клуб, выбирает себе компанию из близких знакомых и всю ночь проводит с ними. Так было и в этот раз; в клубе Зейна сопровождал Джо Джонас, который никогда не отказывается провести время с другом. Но они не только пьют и развлекаются в клубах, их часто можно заметить в барах, в парках с аттракционами, да даже в простых макдоналдсах. Очень часто парни зависают дома, играя в приставку или катаясь на скейте. Они ведь обычные люди. И вот этой ночью разукрашенная девушка назвала Малика импотентом и обижено удалилась искать другого спонсора, и еще был парень лет восемнадцати, который старался предложить что-угодно, лишь бы Зейн провел с ним ночь. Зейна подобные предложения начинали злить, он пытался отвлечься, разговаривая с Джонасом. Это помогало, но одна мысль никак не выходило из его головы – что, если он вернется утром, а Лиама не будет? Вдруг Пейн лишь придумал отговорку чтобы уйти без скандалов и вопросов? Может все, что он говорил было ложью? Ладно, все плохие мысли в сторону. Лиам – добрый и честный парень, он не мог уйти, не сообщив об этом. К тому, же Зейн знает, что подросток испытывает к нему симпатию. И Лиам согласился начать все заново. Это то, что делает Зейна счастливым. Он хочет каждый день просыпаться с мыслью, что этот застенчивый мальчик рядом, делать с ним фото и выкладывать их в социальные сети, хочет, чтобы все знали, что они вместе. И плевал Малик на критику и осуждение. Это их жизнь. ** Под утро охранник Джонаса отвез Малика домой. Зейн не помнил, как дошел до ворот, и кто помог ему зайти в дом, но уснул он на диване. Зейн часто разговаривал с Джонасом по душам, особенно после первого года знакомства. Тогда пакистанец понял, что может доверять этому парню. «Тебе ведь тоже нужна какая-то выгода? Здесь нет искренности. Место, в котором мы обитаем пропитано гнилью.» - однажды сказал Малик, когда они с Джо отдыхали после длительной тренировки в спортзале. «Не все здесь твари, приятель. Ведь некоторые, как ты и я, хотят завести друзей. Мы молоды и свободны, но всем этим не заменить дружбу, понимаешь? Для меня всегда настоящие люди были важнее всего остального; я ценю взаимность и желание найти общий язык. Я заметил это в тебе, ты разборчивый, поэтому тебя нелегко провести.» «Но иногда общение с некоторыми людьми происходит из-за безысходности. Я не хочу остаться один.» «Ты никогда не будешь один, Зейн. Это я тебе обещаю.» И, как ни странно, слова Джонаса постоянно подтверждались. Малик постоянно находил тех, кому он важен, как личность, а не как модель. Саймон, Луи, Гарри (пусть он был до славы, но все же) и Лиам. Есть еще друзья, но они не настолько близки. Этим четверым Зейн может доверить даже собственную жизнь. Один нюанс – от Лиама он не хочет дружбы. Он хочет чего-то больше. * В одиннадцать утра Зейн проснулся от того, что щенок начал радостно по нему скакать и облизывать лицо, восторженно скуля. Он никогда не может нарадоваться, увидев хозяина, и это то, что заставляет Зейна улыбнуться. Осторожно переложив Лайма с себя на диван, Малик принял сидячее положение и с стоном схватился за голову. Стоп, что? Бинт на руке? Откуда. Ах, да, вчера … Зейн снова улыбнулся, но на этот раз с грустью и перевел взгляд на дверь в гостиную. Серьезно? Она закрыта? Зейн никогда ее не закрывает, никогда. Значит, кто-то, видимо, был здесь. Точно был, потому что на столе лежала бутылка с холодной водой и таблетка от головы. Парень наконец встал на ноги, потянувшись и зевнув, направился на кухню. - Лиам? Бедный подросток со страха чуть выронил миску, в которую только-только насыпал корм для собаки. Он испуганно повернулся на голос и замер, думая, что сделал что-то не так. - Ты здесь? – первым прервал тишину Зейн. Они оба смотрели друг на друга с удивлением, будто один не ожидал увидеть здесь другого. Лиам не думал, что Зейн проснется так рано, а вот Малик вообще не надеялся застать его здесь. Но можно признать, что внутри пакистанец счастлив увидеть младшего парня. – В смысле, ты не ушел? - Я же говорил, что у меня вчера было пара собеседований. Мне не стоило возвращаться? – поник Пейн, неосознанно приглушая голос. Он скромно поставил миску для щенка на пол и, не поднимая глаз на Зейна, продолжал стоять, не зная, что делать. – Прости … Я просто … - Лиам не мог подобрать слов. Сейчас он чувствовал себя потерянно. Наверно Зейн не хотел, чтобы Лиам продолжал здесь жить. – Я могу уйти, если ты хочешь. - Ты издеваешься? – Малик совсем забыл про боль в голове и слабость после вчерашнего. Он моментально сократил между ними расстояние и прижал подростка к себе, утыкаясь в его шею. – Я не хочу, чтобы ты ходил на чертову работу. Чего тебе не хватает? Будь здесь. - Зейн, - улыбнулся Лиам и посмотрел в глаза мужчины, не выбираясь из его объятий. – Не могу же я вечно сидеть в доме, ничего не делая и не видя, что происходит за воротами. Я ведь не твой заложник, верно? - Будь моя воля, я бы привязал тебя к кровати и не отпускал бы никогда, - с улыбкой прошептал Малик, облизывая нежную податливую шею. Лиам откинул голову назад, давая ему больше места. – Хочу брать тебя. Хочу оставлять следы. Хочу, чтобы ты и все остальные знали, кому ты принадлежишь. - Знаешь, если дело в работе, то это я должен тебя ревновать к ней, - напряжение как рукой сняло. Шатен улыбался и смело дотрагивался до Зейна, не чувствуя неловкости. Ему лишь нужно было убедиться, что чувства взаимны. Малик не показывает этого напрямую, но он очень старается аккуратно намекать. – Кстати, что у тебя с рукой? - Я вчера поранился бутылкой. Ничего серьезного, - недовольно отмахнулся Зейн, когда Лиам принялся рассматривать окровавленную кожу, перемотанную бинтом. Но он расслабился, когда заметил в светло-карих глазах волнение. Он вздохнул и позволил Лиаму снять грязную повязку и, обработав, завязать новую. Все это время пакистанец наблюдал за подростком, который так старательно пытался сделать все безболезненно и осторожно. Пейн так мило закусывал нижнюю губу и иногда высовывал кончик языка, когда надежно закреплял бинт, что Зейн не выдержал и чмокнул его в приоткрытые губы, вызывая смущение. – Я счастлив, что ты здесь. Лиам застенчиво улыбнулся, продолжая сидеть на полу между разведенных ног Зейна, который в свою очередь сидел на стуле. - Где ты был ночью? Я не хотел навязываться, звонить … - Нет, именно ты должен это делать, - Зейн схватил его за подбородок, заставляя смотреть на себя. – Ты должен звонить, писать мне, узнавая, где я нахожусь. Потому что я знаю, что тебе не все равно, Лиам. Если ты будешь делать это, то я пойму, что ты интересуешься мной, и плевать, что я не всегда буду положительно реагировать на расспросы. Главное, что ты будешь проявлять инициативу. Ты нужен мне, помнишь? - Ты был с кем-то ночью? – с намеком спросил Пейн, освобождая себя из хватки. - Я был в клубе с Джонасом, - брюнет нежно провел рукой по гладковыбритой щеке подростка, больше не хватая. Зейн старается быть мягким с ним, хоть и помнит, что Лиаму нравится доминантный Малик. – Наш разговор до римминга … - Ты серьезно хочешь продолжить тему? Я думал, что мы все и так поняли, - Лиам сильно засмущался, услышав слово «римминг», но старался не подавать виду. Раз уж Зейн идет на компромисс, становясь мягче с ним, то и Лиам постарается стать более раскрепощенным. – Не хочу разговоров, - Лиам как-то странно улыбнулся, как показалось Зейну, и приблизился к старшему, осторожно поцеловав его, словно в первый раз. Но он не стал долго задерживаться на поцелуе. Пейн вернулся в прежнюю позицию и уверенно погладил через ткань напряженный член брюнета, стараясь не создавать зрительный контакт. То, что сейчас он хочет сделать – заставляет немного сомневаться. Ладно, нужно собраться и начать. Все же это Зейн, Лиам уж точно не брезгует. - Необязательно это делать только для доказательства чего-то, - голос Зейна огрубел еще больше. Он, сдерживая себя, тяжело выдохнул и взял подростка за запястья, не давая тому снять с себя боксеры. – Ты не должен. - Я хочу, - сверкнув глазами, Лиам облизнул нижнюю губу и благодарно улыбнулся, когда его руки отпустили, давая разрешение на дальнейшие действия. – Могу я поставить засос? Эм, если ты против, то все в порядке. - Не против. Но поставь там, где никто не сможет увидеть. У меня съемки завтра, - на грани срыва прошептал Малик, схватив его за отросшие волосы, чтобы подтолкнуть взять в рот, а потом вспомнил, что обещал. Без применения силы. Для него, Лиам действовал слишком медленно. Так или иначе, Зейн не будет давить. Он почувствовал, что засос поставили чуть ниже паха и улыбнулся; Пейн начал помечать свою территорию. И тут Зейн осознал, что он никогда и никому не хотел принадлежать, свобода важнее всего, он никому не позволял себя помечать. Но Лиам – это другое дело. Лиаму можно это делать. – Малыш, я знаю, как хорошо ты работаешь ротиком. Давай же. Подросток даже не смутился этому. Наоборот, он принял это, как комплимент себе, возвышая собственное эго. Зейну нравится, а значит, все так, как нужно. Сейчас парень думает о себе в последнюю очередь; даже невозможно описать, как он хочет доставить удовольствие мужчине. Выразить всю благодарность, преданность и любовь. Лиам влюбился в него и уже давно, закрывая глаза на грубость и хамство. Он увидел, как постепенно завышенные требования модели становятся более приземленными, и он уже не такой самовлюбленный, каким был в начале. Лиам уже делал Зейну минет, и обоим это понравилось. Так что и в этот раз нет ничего страшного, Пейну наоборот кажется, что он втянулся в это. Нет, не в сам процесс, а в то, как его прикосновения и действия влияют на Зейна. Сперва подросток брал не глубоко, ему все еще не привыкнуть к размеру. Лиам прикрывает глаза и старается полностью почувствовать мужчину; его вкус, его сильные руки в волосах и приятные стоны. Лиам водит рукой по твердой плоти, языком проводя по головке пару раз. Это слишком действует на Малика, и он усиливает хватку на волосах парня, заставляя подняться с колен. - Я хочу тебя сейчас, - прошипел он, усаживая Лиама на свои бедра. – Скажи, что хочешь того же. - З-зейн, - неуверенно дрогнул шатен, теряя всю прежнюю смелость. Но он смотрел в глаза напротив и больше не видел безразличия и холода. Зейн действительно хочет его. Он действительно что-то чувствует к Лиаму. - Я не буду заставлять тебя силой, клянусь, - прошептал Малик, покрывая поцелуями нежную кожу шеи и ключиц. – Ты в полном праве отказать мне, малыш. Все в порядке, – Зейн провел руками по его бокам, а потом перешел на ребра, ощущая, как они выпирают из-за того, что Лиам слишком мало и редко ест. – Прости, я знаю, что это должно случится в более подходящей обстановке. - Я хочу. Зейн, я правда хочу тебя. Плевать на обстановку, нам ведь не нужна банальность, - прерывая, убедил его младший парень с улыбкой. – Только пожалуйста, помни, что это первый раз. Пожалуйста. - Эй, я буду долго подготавливать тебя, – серьезно поинтересовался Зейн, но улыбнулся, как только заметил, как покраснел Лиам. – И ты должен будешь смотреть на меня все время, договорились? - Я не смогу. - Сделай это ради меня, пожалуйста? Лиам ничего не ответил, но он моментально перевел взгляд с ключиц Зейна на его глаза. Парень не отворачивался, даже когда чувствовал мокрые пальцы у входа. У него было сильное желание смотреть куда угодно, только не на Малика; потому что стеснение на максимуме. Лиам вцепился в его шею, будто боялся упасть и просто утопал в темно-карих глазах, которые безвозвратно завораживали и не отпускали. Пейн видел, как Зейн старается делать все медленно, осторожно. И это уже для него не проблема, он привыкает, и это позволяет Лиаму расслабиться. Он уже почти не чувствует боли, когда три пальца растягивают его. Зейн входит все глубже и глубже, заставляя парня неосознанно скакать на себе. Лиам понимал, что делает, но не мог просто сидеть, он хотел большего. Пакистанец, в свою очередь, часто перемещал взгляд от манящих глаз на тело подростка; оно такое чистое, не испорченное и готовое отдаться. Зейн сейчас чувствовал себя полнейшим идиотом, ему было так стыдно за прежнего себя. Настоящий и преданный Лиам открыл ему глаза на многие вещи и помогает вернуть того Зейна, который был до ошеломляющего успеха. Пейн напрягается сразу же, как только пальцы покидают его тело. Он вспоминает размер Зейна, и из-за этого не может успокоится. Он боится боли, боится, что Малик сорвется. Мужчина же остается безмятежным. Хоть внутри него паника, он держится. Нет, Зейн не боится отказа или быть не полностью удовлетворенным, он боится одного – сделать Лиаму больно. Тем более в их первый раз. Он не привык растягивать момент и нежиться, однако, Зейну хочется этого сейчас, хочется этого с Лиамом. Малик осторожно отодвигает Лиама с себя и встает, поворачивая шатена к себе спиной, прижимаясь всем телом. Лиам очень податлив, он уже сгорает от желания попробовать что-то новое. Страх отодвигается на второй план, когда Зейн чуть нагибает его над столешницей и проводит руками по бедрам, несильно сжимая. Первый шлепок звонко разнесся по кухне, от чего нижний парень закусил губу и просунул руку к своему члену, проведя по нему пару раз. Он подается назад, намекая Зейну на действия. Лиам тихо стонет и разводит ноги чуть шире, получая второй шлепок. Зейн прекрасно доминирует; он контролирует действия парня и делает все настолько умело и приятно, что это нравится им обоим. - Скажешь мне, когда я попаду? – ухмыльнулся Зейн, смачивая себя слюной. Он знал, что Лиам не ответит, потому что даже понятия не имеет, о чем ему сказали. Зейн берет его за шею, заставляя повернуть голову вбок, и целует. Поцелуй вышел грубым, потому что Малик возбужден, и он больше не может ждать. Он смотрит на подростка, который почти лег на столешницу, трогая себя, и от этой картины желание только возрастает. Зейн не жалеет слюны, когда смазывает и себя и парня. Он одной рукой наклоняется, найдя опору, а второй направляет член к входу. Брюнет чувствует, как напрягся Лиам хоть и пытается не делать этого, поэтому он подается телом вперед, прижимаясь к шее Пейна, целуя ее со всей нежностью, стараясь отвлечь и расслабить. Зейн входит очень медленно почти до середины и останавливается, проверяя состояние парня. – Я могу остановиться, если тебе больно. Не бойся, малыш, поговори со мной. - Пожалуйста, продолжай, - слабый голос Пейна заставил Зейна задуматься о прекращении всех действий. – Прошу тебя. Мне просто нужно привыкнуть. Зейн чувствовал, что причиняет ему боль, но Лиам прав, к этому нужно привыкнуть. Нужно немного времени. И осознав этот факт, Малик сделал толчок, войдя полностью. Лиам шипит, ведь Зейн большой, слишком большой. Пальцы были менее болезненны. Малик смотрел, как член исчез в девственном теле и еле сдерживался, чтобы не начать быстрые толчки. Зейн даже и не думал надевать презерватив, нет, не в первый раз Лиама. К тому же, Пейн недавно проходил осмотр, а Зейн ни с кем не спал без защиты, значит, они могут быть полностью спокойны. - Я могу? - Нет, подожди, - подросток царапает столешницу и зажмуривает глаза от боли, которая как на зло не хочет проходить. Одному он рад, что они не в прежней позе, в которой Зейн мог бы увидеть его лицо. Лиам тяжело выдыхает и пробует подастся назад, а затем вперед, чтобы хоть как-то избавиться от неприятного ощущения. Зейн понял его план и повторил его движение, внезапно вызвав громкий стон. Лиам сжался вокруг него и приподнялся, прижимаясь спиной к груди. – Еще … Пожалуйста, сделай так еще. Малик улыбается и ускоряется, понимая, что быстро нашел нужную точку. Он сильнее сжимает бедра шатена, вылизывая его шею. Ему нравится, что Лиам двигается в такт, делая процесс еще приятнее. - Невероятно узко, - через стон выдыхает Зейн. – Ты прекрасен. - Зейн, о-ох, мне … я, мм … ох, - неразборчиво стонет Лиам, ускоряя движение на своем члене. Слишком много для него. Слишком быстро. Чувство наполненности сводит с ума, и он наслаждается каждой секундой. Ему даже не важно, что от сильной хватки будет много синяков. Сейчас все мысли совсем о другом. Лиам возвращается в прежнюю позу, прогибаясь в спине и улыбаясь от того, что подобное действие с его стороны заставило Малика зарычать и начать входить намного глубже. – Я почти, Зе-ейн. Пакистанец и сам чувствовал, что на исходе. Он участил толчки, вслушиваясь в стоны Лиама, потому что они помогали ему дойти до пика. - Я не был слишком груб? – утыкаясь в шею подростка спросил Зейн. Он счастлив сейчас, в этот момент. Он чувствует, что они стали ближе. Слишком много засосов на шее Лиама и синяков на его теле, но никто не жалеет о сделанном. Они полностью доверились друг другу. - Я люблю тебя. «Если ты влюбишься в меня, ты не будешь отличаться от других. Сейчас ты особенный в моих глазах, не похожий на остальных» *** https://pp.vk.me/c631424/v631424776/762c/5OU-kSgMDAE.jpg https://pp.vk.me/c631424/v631424776/7633/XwUD0fQ_O0k.jpg https://pp.vk.me/c631424/v631424776/763a/l49vTaLTFIM.jpg