Тише, рот закрой, пока я говорю.

      Утром Северус Снейп явно встал не с той ноги. Ещё бы! Целое лето ему придётся провести с гриффиндоркой! Так уже казалось, что хуже некуда, а нет! Есть! Не просто с гриффиндоркой, а заучкой Грейнджер! Подумав обо всём, что ему предстоит, профессор-подросток начал обдумывать пути к отступлению, но ничего в голову не пришло. “ Ладно, буду вести себя, как обычно. Главное – не давать волю подростковым закидонам."       Да, Северус прекрасно помнил те школьные годы, когда ему было 18. Он был слишком слабохарактерным, не умел ответить колкостью на колкость, не мог совладать со своими эмоциями – полная противоположность привычного для Хогвартса профессора.       А сейчас этот профессор смотрит на себя в зеркало и видит того самого “ Нюниуса “, которого каждый мог обидеть. Все воспоминания школьных лет нахлынули на Снейпа: Лили, Поттер и его прихвостни, Воющая хижина, оборотень, левикорпус, и его слова: “ Мне не нужна жалость от грязнокровки! “. Да, никогда он не забудет те слова, из-за которых он потерял дружбу с Лили… “ Возможно, если бы я не сморозил те слова, Лили была бы моей женой… “ - эта мысль не давала Северусу покоя. Нет, он уже не любил её, просто сам факт того, что он мог быть кому-то нужен, не давал зельевару покоя.       Наконец отбросив большинство мыслей о прошлом, Северус накинул уменьшенную до его размеров мантию, взял свой чемодан и вышел из комнаты.       По дороге к поезду с ним попрощался почти весь педагогический состав, вызвав тем самым у профессора смешанные чувства: наверное, сказались недавно посетившие его мысли о том, что он никому сейчас не нужен. Но вслух он озвучил совсем другую фразу: “ Вы меня так провожаете, прям в последний путь “. Но никто не воспринимал его слова, как колкость. Ведь сейчас перед ними язвил обычный подросток, который выглядит очень мило, когда сердится. От того, что на его слова не обратили должного внимания, Северус молча, вышел из замка и отправился на платформу.       Подойдя к платформе, Снейп уже хотел зайти в вагон, но его кто-то дернул за мантию.       - Профессор, думаю, что стоит сесть в одном купе, чтобы потом друг друга не искать, - раздалось за спиной.       Обернувшись, зельевар увидел Гермиону. Та стояла и в упор смотрела на Снейпа, ожидая ответа.       - Да, мисс Грейнджер, думаю, вы правы, - прошипел сквозь зубы слизеринец и пошёл следом за девушкой.       Наконец они зашли в одно из купе, в котором уже сидели Гарри Поттер и Рон Уизли. Увидев этих двоих, у профессора сузились зрачки, которых практически не было видно в цвете обсидиановых глаз. Гермиона села между друзьями и обняла их за плечи, а Северус сел на противоположную койку и просто начал смотреть в окно, думать о жизни.       - Ну, мальчишки, уже оповестили миссис Уизли о том, что готовы к поездке? – с энтузиазмом начала Гермиона.       - Да, я вчера написал маме, -отозвался Рон, обнимая свою девушку и прижимая к себе. Это действие не укрылось от глаз профессора, но тот благоразумно промолчал. – Герми, милая, может, всё-таки поедешь с нами? Я так хочу проводить с тобой больше времени.       - Рон, нет, не могу,… извини, - Гермиона встретилась с глазами профессора, которые в упор смотрели в её сторону.       Девушка попыталась оторвать взгляд от чёрных глаз юноши, и ей это удалось: Рон без всякого предупреждения поцеловал Гермиону в губы. От смущения девушка готова была сквозь землю провалиться, но профессор уже не смотрел на неё, и ей стало легче.       Северус прекрасно видел то, что сделали эти двое. Но это выглядело со стороны настолько жалко, что Снейп даже не удосужился съязвить в их сторону.       Профессор всегда считал, что “ когда девушка по-настоящему любит, она спокойно воспринимает все поцелуи от парня, даже неожиданные, а не шарахается и не делает такое лицо, будто её дементор поцеловал “. Но видимо эти двое – самое настоящее недоразумение купидонских стрел.       Ехали они, почти всю дорогу молча, Северус даже удивился: никто не приставал к нему с расспросами и вообще говорили мало. Это немного настораживало, но зельевара это мало волновало.       И вот они наконец-то доехали. Северусу показалось, что он ехал целую вечность. В конце концов, он привык к каминной сети и трансгрессии – это намного быстрее.       Профессор стоял и смотрел на то, как Гермиона прощается с друзьями: вот она подошла к Гарри, потрепала его по волосам, что-то сказала, и он её крепко обнял, тоже что-то ответив. Вот она подошла к Рону, тот её прижал к себе и что-то начал говорить, девушка тоже его обняла и поцеловала парня в щёку. Наконец, троица обнялась вместе, и Гермиона с вещами подошла к наблюдающему профессору.       - Что ж… пойдёмте? – Предложила девушка и двинулась вперёд.       - Да… - ответил в пустоту Северус и двинулся за девушкой с копной каштановых волос.       После нескольких пересадок с автобуса на автобус Гермиона и Снейп остановились на пороге большого двухэтажного дома. Девушка вздохнула, немного задержав в лёгких воздух, и открыла дверь.       - Мам! Пап! Я дома!