Его игрушка

      Когда Рон Уизли ворвался в гостиную, Беллатриса, оглянувшись в изумлении, навела волшебную палочку на него…       - Экспеллиармус! – проревел он, прицелившись в пожирательницу волшебной палочкой Питера Петтигрю.       Палочка вырвалась из рук волшебницы и отлетела прямо в руки Гарри, который вбежал в комнату вслед за своим другом. Люциус, Драко и Сивый обернулись разом, когда Поттер крикнул: «Остолбеней!» - и Фенрир повалился прямо на пол, отключившись. Вероятно, у оборотня сегодня был не самый удачный день.       По счастливой случайности, заклятия обоих Малфоев огненными струями чиркнули мимо Гарри. В самый последний момент ему удалось отскочить. Зеленые и красные лучи сумбурно засверкали в большом зале векового замка. Гриффиндорцы и слизеринцы беспорядочно швыряли друг в друга звонкими проклятиями.       - Сдавайтесь, – каркнул Люциус, с легкостью блокируя оглушающее, брошенное Роном. – Мы в большинстве. Вам не спастись!       - Еще чего! Двое надвое, Малфой! - крикнул Гарри в тот самый момент, когда в зал спустилась Нарцисса. Вмиг оценив положение вещей, женщина наставила свою палочку на Уизли, державшего под прицелом ее сына, и властным: «Депульсо» - попыталась сбить рыжего с ног, но вовремя наложенные щитовые чары, отразили заклинание.       - Трое, Поттер, – парировал Драко. - Сдавайтесь.       - Где Гермиона? – спросил Гарри, судорожно пытаясь найти взглядом знакомую каштановую копну волос. – Где она? – до него только что дошло, что в зале больше не слышно ее стонов. Ее здесь нет.       - Мертва, – прошипела Беллатриса Лестрейндж, гнусно улыбаясь. – Она сдохла! Труп вашей любимой грязнокровочки валяется на заднем дворе!       - Нет, этого не может быть, – прошептал Рон голосом исполненным болью, но уже в следующую секунду, его глаза загорелись огнем. – Ты лжешь, мерзкая ведьма! – В ответ на бешеные крики Уизли, пожирательница лишь засмеялась. Громко, со вкусом, так, что ее хохот, отлетая от стен, повисал в воздухе горьким, оглушительным, звонким эхо.       - Эта дрянь там, куда ее следовало отправить уже давно! – хищно улыбаясь, она вытащила из рукава вторую палочку. – Не волнуйтесь, вы скоро к ней присоединитесь. Темный Лорд прибудет с минуты на минуту, Поттер. Близится твоя смерть!       Гарри и сам это понимал. Его шрам разрывала жуткая боль. Он горел адским огнем, словно свежевыжженное клеймо. Поттер чувствовал, как Волан-де-Морт летит по небу, где-то очень далеко, над темным бурным морем. И скоро он будет достаточно близко, чтобы трансгрессировать. Им придется бросить Гермиону здесь, другого выхода Поттер не видел.       - Рон, – шепотом позвал он друга. – Он близко, нам нужно убираться отсюда.       - Мы не можем бросить ее здесь, Гарри, – в глазах рыжего ясно читался ужас. Он никак не хотел смириться с тем, что они сбегут из этого проклятого места, при этом оставив Гермиону здесь, на растерзание этих стервятников. А в том, что их подруга была жива, он не сомневался. По крайней мере, он надеялся на это, как и на то, что поместье они покинут все вместе.       - Она мертва, Уизли! – сокрушая все надежды, прорычал Драко.       - Мы вернемся за ней! – в тон младшему Малфою, отозвался Поттер.       - Вернетесь? – усмехнулся Люциус. – Неужели ты думаешь, что вам удастся сбежать, Поттер?       При последних словах над их головами послышалось какое-то странное дребезжание. Все посмотрели вверх. Громадная хрустальная люстра дрожала всеми своими стеклярусами. В один миг она оборвалась и полетела вниз. Беллатриса, стоявшая прямо под ней, едва успела отскочить. Люстра грохнулась об пол грудой цепей и хрусталя, накрыв собой растерзанного гоблина, который так и не выпустил из рук меч Гриффиндора. Во все стороны брызнули сверкающие осколки; Драко согнулся пополам, прижимая ладони к своему окровавленному лицу. Рон бросился вытаскивать Крюкохвата из-под обломков, а Гарри перепрыгнув через опрокинутое кресло, вырвал три волшебные палочки из руки блондина, нацелив их на хозяина замка.       - Остолбеней, – крикнул он. Тройное заклинание вышло таким мощным, что Люциуса оторвало от земли и, подбросив к самому потолку, с треском швырнуло на пол.       Нарцисса оттащила сына в сторону, подальше от беды, а Беллатриса вскочила на ноги, с развевающимися волосами, размахивая серебряным кинжалом. Нарцисса нацелилась волшебной палочкой на дверь.       - Добби! – грозно вскрикнула она. Даже Белла оцепенела. – Ты! Это ты обрушил люстру?!       Крошечный домовик рысцой вбежал в комнату, наставив трясущийся палец на свою бывшую хозяйку.       - Не тронь Гарри Поттера! – пропищал он.       - Убей его, Цисси! – завопила пожирательница, но тут опять раздался треск, и палочка хозяйки дома, вылетев у нее из рук, приземлилась у дальней стены зала.       - Ах ты, дрянная мартышка! – зашлась криком Беллатриса. – Как ты смеешь отнимать палочку у волшебницы? Как смеешь не слушаться хозяев?       - У Добби нет хозяев! – пропищал он в ответ. – Добби – свободный домовик, и он пришел спасти Гарри Поттера и его друзей!       От боли в шраме Гарри почти ослеп. Он смутно сознавал, что у них осталось всего несколько секунд до появления Волан-де-Морта.       - Рон, держи – и ходу! – рявкнул он, бросая другу одну из волшебных палочек.       Потом он нагнулся и поднял Крюкохвата. Взвалив на плечо стонущего гоблина, все еще сжимавшего меч мертвой хваткой, он схватил Добби за руку и повернулся на месте, чтобы трансгрессировать.       Уже погружаясь в темноту, Поттер в последний раз увидел перед собой гостиную: бледных, застывших Нарциссу и Драко, рыжий сполох шевелюры Рона и размытый серебряный блеск – кинжал Беллатрисы Лестрейндж летел через всю комнату прямо в исчезающего Гарри…

***

      Гермиона лежала на полу и не могла пошевелиться. Бесчисленное количество непростительных заклинаний, насланных на нее Беллатрисой, отдавались в ее теле неописуемой, адской болью, скручивали и сотрясали его в болезненных конвульсиях. Нарцисса Малфой оставила ее здесь, даже не потрудившись связать. Этого и не требовалось. При всем своем желании девушка не смогла бы сейчас сбежать, ее собственное тело ей не подчинялось, и женщина это понимала.       Гриффиндорка не знала, как долго она пролежала на этом полу, она совсем потеряла счет времени. Мысли хаотично крутились в ее голове. Она понятия не имела, что случилось с Гарри и Роном, сумели ли они спастись или их постигла та же участь, что ожидает ее? Гермиона ни секунды не сомневалась в том, что Драко убьет ее. Он ненавидел ее и презирал, считая самым низшим существом на всем белом свете. И сейчас, когда у него появился такой шанс, шанс расправится с ней и поквитаться за школьные обиды, вряд ли он от него откажется.       «Лишь бы они спаслись. Лишь бы им удалось сбежать. О, всемогущий Мерлин, спаси их», - судорожные молитвы пульсировали в ее мозгу.       - И не мечтай, Грейнджер, – раздался холодный голос Малфоя-младшего. Гермиона медленно повернула голову в сторону входной двери и увидела на пороге Драко. Мертвенно-бледный и чертовски злой, он двинулся на нее. От его свирепого, животного взгляда, у девушки пошел мороз по коже.       Когда он, будучи в непосредственной близости, потянулся к ней, она даже не попыталась дернуться в сторону. А какой в этом смысл? Она все равно сейчас умрет, и все закончится. Страх, переживания и тревоги уйдут, уйдет и боль, безжалостно терзавшая все ее тело.       Гермиона посмотрела на Драко пустым взглядом, в последний раз мысленно попрощалась со своими друзьями и, смиренно закрыв глаза, отвернулась. Пусть так, пусть она умрет.       - Ты непременно умрешь, – злобно сказал блондин, и девушка представила себе, как он плотоядно улыбается при этих словах, – но не сейчас. – Вместо желаемого вечного покоя, гриффиндорка почувствовала, как сильные руки поднимают ее с пола и несут куда-то.       - Что с ними? – спросила она из последних сил. Не было нужды объяснять, кого именно она имеет в виду. Драко и так прекрасно понимал, что она спрашивает о Гарри и Роне. Признаться, его страшно бесили ее тревога и беспокойство за своих драгоценных друзей: за выскочку Поттера и рыжего нищеброда Уизли. Конечно же, он знал, что по другому быть и не может, ведь это же неделимое, единое «святое трио», но почему-то ему очень хотелось, чтобы все было иначе.       - Лучше побеспокойся о себе, – сухо ответил он. – А с ними мы расправимся, когда найдем.       «Они сбежали. Они спасены. Они свободны и им ничего не грозит! Большего и не надо», - думала девушка. В конце концов, она всегда знала, что не является ключевой фигурой во всей этой истории, и ее смерть не станет большой потерей для Магического сообщества.       - Это ненадолго, Грейнджер. Мы поймаем их…, – раздался тихий шепот над самым ее ухом, – и убьем…