Волки воют на Луну

Мальчишка грыз яблоко, сидя на крыше. Он болтал ногами и был счастлив. Ему нравился кислый, но сочный вкус, ему нравилось смотреть на облака, ему нравилось палящее солнце и сильный ветер, что к вечеру пригонит грозовые тучи. Мальчишка буквально чувствовал погоду, но любил каждый день, каким бы он ни выдавался. Ему не нравилось многое, но он не делал на этом акцент. Ну и что, что отец строгий и совсем его не любит? Ну и что, что старые кумушки шепчутся за спиной? Жизнь была прекрасна и удивительна, по крайней мере, он сам делал ее таковой и был доволен. Не без сожалений, но переживать себе не разрешал. Через каких-нибудь два года его ждет старшая школа. И уж тогда он убедит отца разрешить ему быть в команде Наги! Сейчас мальчик, которого звали Сендода Хида, наблюдал со своей крыши как раз за игрой на школьном поле. Ведь их школа была не только школой. Здесь жил клан Сендода, здесь жили другие лисы, которые хотели покровительства его отца. Здесь обучали младших лисят. Можно сказать, это был почти как Главный Дом у волков, только родственных связей здесь было намного меньше. Даже Старейшие Лисы постоянно не жили здесь. Лисы вообще не любили постоянно жить вместе, им это было дико. Хида был младшим сыном своего старого, почти древнего отца. Что иногда тоже служило поводом для насмешек, только в лицо ни ему, ни Сендоде никто подобного, само собой, не говорил. Мать была не намного младше отца, отчасти поэтому рождение Хида стоило ей жизни. Однако, на эту тему никто не злословил, и ребенка в смерти матери не обвинял. Все знали, что она буквально помешалась после гибели своего первенца. Все взрослые здесь знали, что Конго Хиро на самом деле был ее сыном, которого родной отец забрал себе, потому что мать снова выходила замуж. И Сендоде Сумито чужие дети были не нужны. Хида знал, что мать просто хотела родить замену. Что смерть ребенка она так и не смогла пережить. Ему не было обидно, потому что он ее совсем не знал. Отцу было на него почти наплевать. Главное, чтобы сыном можно гордиться, как гордятся родители Конго - Агоном, а любить это пустое. Хида прекрасно знал, как думает его отец. Не только слова, поступки тоже это подтверждали. - О. Вкусное? - на крыше кто-то появился. Незнакомый лис того же возраста, может, чуть старше. - У меня еще есть, - Хида протянул парнишке зеленое яблоко, и тот, почему-то глядя на него с огромным неверием, решительно взял фрукт, крепко сжимая руки и заглядывая в глаза. Улыбка тоже была недоверчивой, слабой. Глаза его яркие, но лицо бледное… Он же не упадет в обморок? Лететь с крыши далеко, даром, что лис. - А ты что здесь забыл? - поинтересовался Хида. - Да так, шпионю, - снова лучезарно улыбнулся юноша. - Мне надо много шпионить, это моя работа. - Разве это не провал? - они посмотрели друг на друга и разулыбались. Юноша сел рядом с Хидом. Кажется, он не мог поверить во что-то. Был смущен и напряжен, но младший Сендода не мог утверждать наверняка. - Какой из них Агон? - Вон тот, с дредами на голове, - показал Хида. - Но он никогда не играет, считает, что смысла нет. А тебя как зовут? Меня Хида. Можешь звать просто Хид. Мне нравится. Я слышал это имя в одной игре на приставке. Хочу себе приставку купить. Но отец запрещает. А на подработку рано. А тебе сколько? Юноша с улыбкой выслушал целый монолог. - Мне тоже четырнадцать. - Но ты же в старшей школе? - хлопнул глазами Хида. Юноша скопировал смех Хирумы. - Это секрет. По росту я вполне тяну на шестнадцать. Правда же? Хида кивнул. - А учиться мне не надо, - заявил юноша, но не стал ничего пояснять, хоть и чувствовал недоуменный взгляд мальчишки. Если рассказать как есть, то его наверняка сочтут сумасшедшим. Очень мало кто способен поверить, что рядом вот-вот, а может и уже, оживают Легенды и начинают сбывать Пророчества... Скажи он, что помнит все свои жизни, после того, как погиб в Непале… Его сочтут психом. Но как бы глупо ни звучало, он помнил, помнил все жизни, начиная с той, когда он наливал саке Лису и Волку, сидя рядом со своей возлюбленной. Так и начиналось Пророчество. Волк, в погоне за Вечной Любовью, вернется Лисом, способным примирить оборотней во второй раз. В последний раз. И если не получится, то оба рода сгинут навсегда. А на планете останутся лишь люди и звери. Асам считал, что эта роль, роль героя больше подошла бы Йоичи или Сене, но уж никак не ему, простому волку, который так хотел жить вместе с Рику. Дружить и дальше с Хиро… Асам понимал, почему пророчество выбрало его. Он успел побывать и волком, и лисом. Он всегда был готов понять обе стороны… Но такая ответственность на него слишком давила, поэтому его чрезмерный оптимизм выступал всего лишь защитной реакцией. Ему было страшно, что он не справится, что подведет Хируму и Сену, которые наконец-то снова вместе… родились почти в одно время, живы и даже, влюбились друг в друга. Как говорят гадалки и обыватели, впрочем, тоже - звезды сошлись. И либо они помирят два клана, либо оборотни сгинут навсегда. - Асам Банма, - представился он наконец, а Хида мысленно повторил имя. - Это же анаграмма из пророчества? - удивился он, начиная пальцем водить в воздухе. Асам внимательно смотрел на лисенка. Но палец того дрогнул, зависнув, а потом Хида опустил руку. - Почему у тебя рунное волчье имя? - негромко поинтересовался Хида. Асам потрепал его по голове. Да, это его так угораздило. Лисы всегда перерождаются лисами, волки - волками, теперь-то он это знает. И только один раз, когда будет иначе, история сделает петлю. Все повторится вновь. Великая любовь и великая вражда… Именно от вражды и надо было спасти кланы. Еще раз предательство и войну они не переживут. Асам протянул Хиде свой номер телефона. Его рука чуть дрожала. Он знал, что если повезет, в этой жизни он еще может встретить Хиро. Но то, что он встретил его сейчас, вот здесь, так просто… Пусть тот не помнит прошлую жизнь, никто кроме него не помнит, это неважно. Главное, что он снова рядом со своим лучшим другом. - Звони, если что. Там и адрес есть. Пока Хида рассматривал бумажку с цифрами, Асам ловко спрыгнул с крыши. У него было мало времени и куча заданий от Хирумы. Канагуши тип не такой простой, как казалось по началу, так что почти каждый день ему удавалось узнать что-то новое, и план Йоичи менялся. Тетя Хирумы приедет уже скоро. У них было всего две недели, чтобы все узнать. Хирума хочет все провернуть до того, как самолет сядет в Нарите. Асам знал почему. Экубо Фей. ** В тот вечер, после разговора с отцом, вернуться к Йоичи было трудно, но Сена пожурил себя. Обещания есть обещания, их надо выполнять, даже если они такие маленькие. Но сейчас, когда он остался один на один с новым потенциальным ресивером, который успешно поймал крученый от Хирумы, разговор с Коей снова лез в голову. Может, потому что Йоичи снова убежал по “семейным делам”, в которые не собирался посвящать Сену, а Раймон Таро нес откровенную ерунду? Тем не менее, мрачный рассказ отца сейчас не шел из головы. Кобаякава и так отбивался от него почти две недели, надеясь, что решение придет, но сейчас, когда до прилета самолета оставалось несколько дней, а решения так и не было… Сена чувствовал, что к нему подступает паника. - Прости, Сена, - Коя был довольно бледен. - Прости. Ты, наверное, окончательно во мне разочаруешься, но раз ты про него знаешь, не думаю, что мне стоит врать. Это было бы опасно, для тебя в том числе. Коя тяжело вздохнул, усаживаясь на старый стул и предлагая сесть Сене напротив. - Ты знаешь, что я… нейтрально отношусь к лисам. Они нам ближе, чем люди, и я не вижу смысла враждовать, но и помириться не так уж просто. Слишком много между кланами произошло… Слишком много пролито крови. Твоих братьев в том числе. Разве я могу так просто об этом забыть? Я бы и хотел… Но найдутся волки, что будут постоянно напоминать, понимаешь, Сена? Но я не могу злиться. Не могу, потому что тот, кто на самом деле спас тебя… Лис. Это был Конго Хиро. Друг Секирея Масамуне. И он погиб. Не выдержал этой смерти и разлуки с любимой и сам Масамуне. Ушел странствовать и погиб. А ведь это тоже чьи-то дети, любимые дети. Как я могу быть зол? Разве я имею право на злость? Сена сжал руки вместе, а Коя перевел дух. - Не так-то просто зарыть топор войны. Однако, оборотни, живущие в штатах, постепенно пришли к такому выводу. Не сами. Их заставила это сделать ситуация. Коя повторил жест сына, облизнул пересохшие губы. - Понимаешь, Сена. Как-то получилось, что люди там прознали об оборотнях, и сдержать их было тяжело. И лисы, и волки могли просто исчезнуть, потому что на нас открылась охота. Понимаешь? Было уже не до вражды. И поменять ситуацию было не так-то уж и просто. Мне нужен был там свой человек, которому я могу полностью доверять, но достаточно сильный и хитрый, чтобы решать проблемы самостоятельно, потому что я был нужен здесь. Коя сглотнул, стал смотреть в потолок. - У меня не было выбора, Сена. Просто не было. Парню было очевидно, что отец все еще корит себя за свой поступок, поэтому невольно напрягся в ожидании продолжения. Что же он натворил? - Поменять ситуацию в корне на тот момент мог только один человек. Вернее волк. Сена уже понял, как его зовут. - Да, Сена. Экубо Фей. Молодой, талантливый, но очень жестокий волк. И, конечно, он поставил условия. Ему совсем не хотелось просто так уезжать из Японии. У меня не было выбора… Я и Сендода пошли на эту сделку. Коя закрыл глаза, будто бы даже обмяк в кресле. - Экубо Фей попросил себе в жены Джой Кристал. Сена поджал губы, понимая, что явно не все хорошо в таком союзе, раз Коя так напряжен. И дело не только в том, что это союз волка и лисы. - Джой была в тот момент замужем, у них был уже ребенок. Мальчик. Пальцы Кои нервно дрожали. - Сендода насильно разлучил ее с мужем и отдал Фею вместе с ребенком. Потому что Фей требовал и его. Маленького мальчика… Сена. Кобаякава по выражению лица понял все недосказанное. Его затопила волна отвращения и страха. Но боялся он скорее за Йоичи. - Тем не менее, Фей выполнил свое обещание и выполняет до сих пор… Слишком расторопных людей он взял под контроль. Ни одному клану ничего не угрожает. В Америке. Коя глянул на сына. Ноздри юноши раздувались, руки он сжал в кулаки. - Не думай ему отомстить, Сена. Эта сделка спасла тысячи жизней и лис, и волков. Как и обещал, он не делал разграничений между тем, кого спасать в первую очередь. Сена закрыл лицо руками. Его совсем не устраивала такая плата. Две покалеченные лисьи жизни. Его совсем не устраивал принцип меньшего зла в действии. - Тогда скажи мне… Фей имеет право на… Хируму Йоичи? Коя недоуменно глянул на Сену. - Откуда ты его знаешь? Джой оформила на этого мальчика опеку, он сын ее сестры. Но насколько я знаю, у Джой в Америке были какие-то проблемы с опекой, поэтому Фей тоже собирал документы… Сена почувствовал, что его начало трясти. Так Фей тоже стал его опекуном? И если захочет, может взять и увезти его в Америку? - Сена, сын мой… - Коя попытался взять его за руку, но парень отстранился. - Сена… Ты ничего здесь не можешь сделать. Экубо Фей никогда не отказывается от того, что принадлежит ему. Ты можешь думать о нем, что угодно. Но именно благодаря тому, каков он есть, ему удалось выправить отчаянную ситуацию. - Но… - Сена! - на него буквально рявкнули. - Я тебе не говорил… Но он передал, что Дональд Оберман, ты его, само собой, не знаешь, это Сенатор Штата, собирается начать Охоту на Лис. Причем в Токио. И веришь, или нет, но без Фея мы не справимся. Нельзя просто взять и перегрызть глотку Дональду. У него очень много союзников. И начинают они действовать там, где проще всего. Там где Волки Лисам не помогут. Коя тяжело вздохнул. - Я хочу помочь Сендоде. Вернее лисам. Но не знаю, как. Наша вражда слишком глубока. Кобаякава молча поднялся. Умом он все прекрасно понимал. Но легче от этого не было. Его пугал Фей, страшила эта Охота… Но что мог поделать он лично? Сена вышел из дома и уселся на крыльцо. Он пока не знал, что ему делать, но собирался защищать знакомых лис любой ценой. Перед ним кто-то уселся на корточки. - Сена… Что случилось? - девушка наклонила голову набок. - Судзуна… А ты осталась бы на моей стороне… Если бы я сказал, что хочу спасти лиса? Таки задумчиво-насмешливо выдохнула воздух. - Я и мой брат всегда к твоим услугам. Даже если ты соберешься спасать дьявола. Сена невольно истерично рассмеялся. Но успокоившись и вытерев слезы, он погладил Судзуну по голове. - Спасибо, Судзу. Пригласи своего брата в Деймон. Он мне нужен там. А я пойду… - Куда, Сена? - удивилась девушка. - Собираюсь сегодня ночевать у дьявола, - пожал плечами Кобаякава, усмехнувшись. Пусть этот Фей хоть раздерет его на части, Хируму он не получит! ** Конго Агон терпеть не мог, когда его предостерегают. Он терпеть не мог нотаций в принципе, а уж от малолеток он слушать их вообще не желал. И все же, этот ребенок был странным. Он не боялся его ни капли, скалился себе, да и вообще, вел себя скорее как иронизирующий взрослый. - Ты нужен Хируме, - сказали вдруг ему, и Агон замер от неожиданности. - Нет, правда. Ты сильный… Кажется парень других комплиментов подобрать не мог, поэтому замер с приподнятой ладонью вверх. - Умный… - кажется, в этом юноша сомневался. Конго не мог не зарычать. Этот насмешливый лис бесил его неимоверно! Парень же расхохотался, увидев такую реакцию. - Короче. Не ссорься с Хирумой, - тон был таким, что пришлось слушать. Даже Сендода не добивался такого внимания. Агону казалось, что он говорит со старшим братом, а брата он слушал. - Что-то происходит. Что-то нехорошее из-за чего все лисы окажутся в опасности. Поэтому, если есть возможность выступать сплоченной группой, надо этим воспользоваться. Если есть у кого-то шанс что-то изменить, то у Хирумы. Ты знаешь, почему. - Почему же? - Агон любил лезть в бутылку, но тут парнишка прав. - Он еще никогда не проигрывал на своем поле. И это я не про амерфут. Конго невольно кивнул. - Я оставил свой телефон у Хида. Звони, если будет нужно. Странный парень довольно ловко исчез в переулках. Агон понимал, что отследить его не получилось бы. И вроде скорость небольшая… Конго вдруг осознал, что у мальчишки есть опыт, скорее всего, колоссальный. Настолько легко ему было путать следы и исчезать. В принципе, Агон почти смирился с мыслью, что эту Анезаки Мамори придется оставить в покое. Конго взвесил все и решил, что Хирума ему важнее, чем удовлетворение своих потребностей, не столь физиологических, сколько эмоционально-психологических. Но как назло именно в ту минуту, а не минутой позже, он, вывернув на мост, увидел Мамори. Девушка была в своем репертуаре и отчитывала огромного детину. Детина, к слову, была раза в два больше Куриты. И на вид в тысячу раз опасней. Во всяком случае в нем не было ни грамма жира, а сплошные мускулы. Весил он явно больше ста кило, обладал огромной косматой шевелюрой, которой позавидовали бы любые великаны, а оскалу позавидовал бы любой легендарный волк. Агон принюхался. Нет, это был не волк. Тогда бы можно было за Анезаки не беспокоиться. К сожалению, это был человек. И Конго понимал, что расхлебывать ситуацию ему. Хотя бы потому, что после всех его угроз, найдя покалеченную, а может и убитую менеджера, подумают в первую очередь на него. Конго не ошибался в людях - этот тип не дружит с головой. Он вполне может убить девушку просто за слова. Агон даже себя находил намного адекватнее, хотя Хирума бы сказал, что это спорное утверждение. Тем не менее, Гаю Рикуя был безумно силен. Агон почти тут же проверил на своей шкуре. Мамори пришлось отбросить, она наверняка сильно ударилась об ограждение моста, но это лучше, чем быть размазанной этими кулачищами. Девушка и сама это понимала, или поймет, когда перестанет кружиться голова. Конго цыкнул. Этот противник даже для него был опасен. Какая глупость быть побитым, защищая волка! Мост - был не очень удачным местом для такого поединка, поэтому в какой-то момент Агон оказался почти прижатым к перилам. И увернуться он не мог, потому что тогда Мамори попадала под удар вместо него. В тот момент, когда Агон уже отчаялся, понимая, что либо смерть, либо позорно бежать, обратившись в лису, Гаю оттолкнули. Конго невольно присвистнул. Огромная туша летела далеко и быстро. А перед ним стоял Курита. Рёкан смотрел на Гаю, но его свирепый взгляд Агон поймал. Конго сглотнул. Этот “жиртрест” сейчас был сильнее любого известного Агону волка, лиса или человека. Тем не менее, Гаю поднялся. Кажется, полет ему понравился настолько, что он хотел продолжения драки. Мамори что-то прошептала. Конго краем глаза увидел в ее руках телефон. Кому и что она там строчила? Гаю с ревом бросился на Куриту, тот приготовился блокировать. Таким серьезным и собранным Агон друга Хирумы никогда не видел. А уж взгляд был достоин оборотня! - Рикуя, - раздался негромкий голос, будто равнодушный, но скорее усталый. Гаю же замер, как вкопанный, будто его хватил паралич. - Я тебе говорил не лезть к моим людям, - размеренный голос почему-то бил по нервам. - В прошлый раз я объяснил популярно. Ты даже понял. Конго сглотнул. Этот холодный голос был тяжел. Но все это просто занавес, занавес для кипящих чувств, что при необходимости могут хлынуть лавиной. - А теперь ты лезешь к моей сестре. Конго поднял взгляд, как он и ожидал, на перилах стоял Сена. Только взгляд у него был совсем не карий. Тот самый железный занавес, который воображал себе Агон. Гаю сглотнул. - Я не... - Курита тоже мой друг. И даже Агон… Друг моего друга. - Я понял, - голос Гаю хриплый, и Конго вдруг понимает, что его паралич - на самом деле страх. Он боится волка, само собой, вряд ли зная, что это перед ним не человек. - Уходи, - все так же спокойно приказал Сена. К удивлению Конго, Гаю попятился, потом развернулся и пошел прочь. - Мамори! - Курита уже ронял слезы и обнимал девушку, параллельно задавая тысячу вопросов о самочувствии. Сена же медленно уселся на перила. Кажется, на Конго он внимания обращать не собирался, поэтому Агон, цыкнув, подошел сам. Он не знал, что говорить, но не просто же уходить? Слова, кажется, застряли в горле, а когда Сена поднял на него взгляд, так и говорить как-то расхотелось. Взгляд у Сены был совсем нехороший, Конго таких взглядов перевидал немало, но обычно у их обладателей не хватало сил, чтобы тягаться с ним. А вот Сену сейчас совсем не хотелось поставить на место, если честно, хотелось свалить побыстрее. Агон чувствовал, что Сена что-то задумал и будто бы оценивает силы и способности Конго. - Конго Агон, - прошептал задумчиво Кобаякава. Конго уже боле-менее пришел в себя и хотел уже огрызнуться, как его подняли за шкирку. - Обижать Сеночку не позволю! - заявил Курита. После увиденного драться с недооцененным противником не хотелось. - Я пойду, - вывернулся Агон. - Тебя, недомерок, я все так же терпеть не могу, но Хируму я всегда поддержу, усек? Сена ему очаровательно улыбнулся. - Как сказал бы Тогано, вот и цундере пожаловал. К счастью, Конго уже не слышал, поэтому переспрашивать было некому.