Волки воют на Луну

Это место нравилось ему. Не им построенное, оно полностью отражало его вкусы. Мрачный и тяжелый замок из черного камня и фигурной стали внушал своим гостям оторопь, заставлял трястись от конечностей до сердца. Ему нравилось внушать людям страхи, заставлять теряться среди сладкий речей. Но было и то, что раздражало, лишая собственного равновесия, как следствия, величия. Его раздражало многое. Нелепое имя, которое не подходило замку, предатель-сын, бросивший его ради Экубо. Его бесил жалкий человечишка, в котором проснулась Великая кровь. Но если род Юнгшан был просто неприятной помехой на пути к его цели, то куда больше негатива вызывал собственный родич - Мастер, сбежавший в Японию. Мастер, у которого диаметральные с ним цели. А значит, война. Мужчина глянул на внушительные картины на стене, в оправе из золота. С них, насмешливо глядя куда-то вдаль, взирал Первый Их Рода. Насколько нынешнему хозяину замку было известно, Джеймс, и, как его теперь зовут, Кейгай - застали Рея живым. Он никогда не умирал. Как говорят, ушел с Демонами. Мужчина смотрел в красные глаза старейшего из вампиров, сам теребя в руке старинное зеркальце. - Кейгай… Какое дурацкое имя, Максимильян. Какая дурацкая попытка стать своим в чужой стране… Сам он никогда не менял имя, несмотря на отношение к нему. Он родился “колокольчиком среди деревьев”*, прожил свою вечность, и если проиграет эту последнюю войну и умрет, то умрет вместе с этим глупым именем. Другое дело - победа. Конечно же, Судзуки Тоичиро собирался победить, забрать себе все имена Кейгая. Он с силой сжал зеркальце, как и он, видевшее тьму веков. Никто, никакой Моб, его семейка, никакие Мастера, Волки и Лисы не помешают ему исполнить задуманное. На лбу выступила жилка - в мыслях снова мелькнул Максимильян. Его улыбка. Его красные глаза - такие же, как у их Прародителя. - Почему ты не отговорил его… Почему разрешил уйти? - мужчине было до сих пор обидно. Почему только Кейгай на равных общался с Реем. Что такого находил Изначальный в этом кривляке? Судзуки с трудом подавил злость. Ему было на что злиться. Максимильян умел любить. Умел любить даже тех, кто его ненавидел. Умел любить, убивая. Это было так нелепо и глупо, что он вызывал отвращение. Его умение жить, как люди, искренне проводить время со своей семьей, вызывало рвотные позывы. Как он мог, как он смел не быть одиноким? Как мог так просто заводить вокруг себя людей, а потом прощаться с ними навсегда? У Тоичиро не получалось. Его единственная средне-успешная попытка была влюблена в силу Экубо и стала помогать ему и Мобу. Было не так-то просто получить родного сына, не нарушая законов их теперешнего существования! И что в итоге? - Мне нравится Моб, - глаза сына горели восхищением в тот момент. - Мне не нравится твоя идея, - сын всегда говорит прямо. - Я не хочу участвовать в твоем плане. Дети - это ненадежный вклад, приложение силы. Зато… Отличный товар. Судзуки дьявольски ощерился. - К вам пришли, господин, - слуга кинул на пол дрожащего от страха человека. Тот нервно озирался, чуть потрясывая связанными руками. Тоичиро сошел со своего пьедестала, внимательно вглядываясь в чужое лицо, которое заставил показать слуга, применяя кинжал и руку, которой сжимал волосы. - Ты можешь спастись, - доверительно сказал Судзуки. - Я попрошу лишь о малом. Даже поправлю твое материальное положение, если ты справишься. Тебе же нужны… деньги? Хозяин замка чуть скривился, оглядывая потрепанную одежду пленника, а потом усмехнулся. Люди, даже самые верные, в глубине души - предатели. Просто нужно найти сокровенное желание. Тоичиро до сих пор не знал, что же такого пообещал Экубо Сэридзаве, что Кацуя ушел от него вместе с сыном. Ведь уж что-то, а тайные желания Сэридзавы были очевидны! Впрочем, слуг ему хватало. Помани властью, и можно собрать хоть целый поезд. Добавь страху - хватит на город. - Д-да… - пленник почти заикался. - Все просто. Ты отдаешь мне сына, а я тебе… - Судзуки на мгновение задумался. У него было безумно много денег, но сколько надо дать человеку, чтобы тому было много, но не выглядеть абсурдно. Странно было продумать весь план до точки и забыть про это, но увы, Тоичиро никогда человеком не был. - С-сына? - Ты же знаешь, что он не человек, - мягко пояснил Тоичиро. - Мне такие о-о-о-чень интересны. Назови свою сумму. Назови цену своего порока. Своей тьмы. - Ну же, - улыбка Мастера не сулила ничего хорошего. - Сколько? Два миллиона долларов? Судзуки мысленно усмехнулся. Ах, вот сколько стоят дети. - Договорились. Дела приведут его сюда. Я дам тебе знать. - Н-но как… - Муто тебе все объяснит, - Судзуки махнул слуге, и тот потащил пленника к выходу. Кажется, у того после сегодняшнего дня могла появиться лысина. - Люди - продажные твари, - резюмировал Тоичиро. - Что очень хорошо, для моего плана. Как тебе мой ход? До Йоичи добраться куда проще, чем до Льюиса. Этот жалкий человек сдаст своего ребенка с потрохами. Но зеркало молчало. Оно принадлежало первой жене Максимильяна и желало говорить только с ним. - Ничего, я разберусь с твоей защитной магией стекляшка. Найду твою сестру, и ты откроешь мне свой секрет. Тоичиро рыкнул и отправился в свои покои, бросив зеркало на трон. Оглянувшись один раз на картины, он поспешно отвел взгляд. Ему всегда казалось, что красные глаза Изначального следят за ним. В этот раз, кажется, Рей был особенно зол. Тяжелые двери захлопнулись, зеркало потемнело. Из его глубин кто-то пытался разобрать очертания замка, понять, где это место. Но увы, было слишком темно. ** - Как это повздорил… С кем? - одновременно примерно одно и тоже спросил Сена и Манабу. Юкимицу пытался обработать ссадины обиженному Кадзуки, Кобаякаве пришлось врачевать Тогано и Куроки. Волки были скорее унижены, чем сильно избиты. - Научи нас держать срединное состояние! - это Тогано схватил Сену за плечи и затряс, благо кроме них и Йоичи с Мамори никого в клубной комнате не было. - О-й, - тихое предупреждение от Хирумы, и Сёдзи тут же убрал руки. - Прости, кэп, прости, - засуетился он, но потом ойкнул, потому что лишние телодвижения отзывались болью во всем теле, в лице в том числе. Сена тяжело вздохнул. - Вам это сейчас потребовалось? Чтобы драться было легче? - ни дать ни взять, укор во всей красе. - А потом на ком будете пробовать? - Ты им еще мультик про спайдер-мена припомни, Сена, - фыркнул Йоичи, не отрываясь от лэптопа. Что-то он там делал, по его меркам забавное, но вряд ли забавное для тех, для кого это делалось. Сена поморщился, и даже с трудом, коверкая слова, сказал по-английски: - Чем больше сила, тем больше ответственность. - А? - А-а? - А-а-а? В английском братья-волки были не сильны. Тут даже дар Манабу не помог. Прикрыв глаза, директор накинул им при поступлении пару баллов. Мамори перевела, но говорила и выглядела далеко не добродушно. А потом и вовсе пошла в атаку. Отчитала за легкомысленное поведение, за глупые драки, хотя они спортсмены. Рассказала, как долго и сложно происходит такое обучение, что нужно оно для выживания стаи, а не для идиотских драк в подворотнях! После такой лекции даже у Сены на минуты пропала мотивация совершенствоваться в своих умениях. Он вообще отступил на шаг, чувствуя небывалую угнетенность сознания. Они назначили встречу с Мастером… Но что они сами представляют из себя? Сена чувствовал себя настоящей пустышкой. Что он умеет? Что может противопоставить? Или ему просто придется как щенку кивать и делать то, что будет приказывать Мастер? А если приказы не понравятся? Если он… - Сена… - Хирума утянул его к себе и усадил на свой стул. Сжимая его плечо, потребовал: - Успокойся. В клубной комнате стояла напряженно-раскаивающаяся тишина. Но вот она прервалась. - Я знаю, что долго, Сена! - резко сказал Кадзуки. - Чтобы разобраться с этими идиотскими Фараонами мне это и не нужно! Ты не разрешал так играть! Я знаю! Я же видел, что ты сделал с Шином и почему… Сена неловко глянул на Дзюмондзи поверх монитора. - Я уже говорил с Хирумой. Он мне кое-что посоветовал. Йоичи едва заметно кивнул и пожал плечами, когда Сена на него оглянулся. - А срединное состояние мне нужно… Кадзуки чуть вспыхнул, но друзья его тут же поддержали: - Нам нужно! - Чтобы защищать… - Чтобы защищать… - Парня. - Друга. Троица переглянулась. К краснеющим добавился Манабу. Дальнейшего молчания он не выдержал и сбежал на улицу. Сена же, кивнул Кадзуки, и показал рукой на дверь, догоняй, мол. Оставшиеся двое загомонили: - Правда будешь учить? - Я могу учить сколько угодно, - вздохнул Сена и это было правдой. - Если нет таланта, никогда не научитесь. Не то время. - Мы будем стараться, - твердо сказали юные волки. Сена слабо улыбнулся. У Кадзуки был потенциал. Если он поставит во главу стремлений защиту, у него все может получиться. Главное не растерять мотивацию. ** Кадзуки не ожидал, что догнать Манабу будет сложно. К его удивлению, получилось это сделать только за квартал от школы. Кажется, в клуб возвращаться Юкимицу не собирался. Дзюмондзи схватил его за руку, останавливая и разворачивая к себе. Манабу ощутимо дрожал. - Разве можно… - Разве нельзя? - нахмурился Кадзуки. - Но… - Почему тебе стыдно? - поинтересовался Дзюмондзи. Манабу замялся, поэтому Кадзуки попытался поймать его взгляд. Удалось. - Я устал от косых взглядов… Но я привык! Но мне неохото, чтобы ты ощутил это на своей шкуре!И я… в недоумении, как легко ты ставишь себя в неловкую ситуацию. Дзюмондзи мягко улыбнулся, продолжая смотреть на него, так что Манабу снова покраснел. - Все звучит, как отговорки, да? Он слабо вздохнул. - Я просто поразился, как ты смело признал отношения. Хотя мне неловко и даже местами страшно. Кадзуки прижал его к себе, крепко обнимая. - Все будет хорошо, я уверен. - Мана-тян, кто это такой? - поинтересовался строгий голос. - Почему он тебя обнимает? Еще и тогда, когда у нас постояльцы. Дзюмондзи тут же понял, кто это. Он представился матери Манабу по всей форме, но она явно чувствовала волка и была напряжена. Но позади нее стоял иностранец, и уже протягивал ему руку. - Какой знакомый аромат… А не знакомы ли вы оба с Сеной? Ребята неуверенно кивнули. Марко же подумал о том, как тесен мир. Пока магия скрывала от него его собственную память и сущность, он снял скромную квартирку у женщины, что жила в том же доме, на том же этаже. Теперь надобности в этом вроде и не было, но местечко ему нравилось. - Пойдемте, угощу вас чаем. - Но… - мама Манабу была против, но сказать толком ничего не могла. Марко отмахнулся. - Расскажут мне про город, а я расскажу им одну романтичную историю. - Ладно. Только не задерживайте их надолго. Мане надо учиться. Кадзуки крепко сжал руку Манабу, напряженно вглядываясь в молодого парня. Нюх подсказывал ему - это таинственный Мастер, про которых он узнал совсем недавно. Но разве такое может быть? Уже в прихожей, Юкимицу поинтересовался: - Что за романтичная история? - О монстре, что не умел любить. - И что, он научился? - вклинился Кадзуки. - Нет. Он убил тех, кто умел. - А в чем романтика? Маруко задумался, а потом улыбнулся. - Умереть в один день?