Волки воют на Луну

- Тебе все еще интересно? - Гаю впервые было важно разобраться. В первую очередь, конечно, ради самого себя, но и к Маруко он уже привык. Рикуя давно знал, что это не просто человек, познакомились они при весьма сомнительных обстоятельствах. Надо было драпать без оглядки, но Гаю было впервые слишком любопытно. Он понял, что может прикоснуться к настоящему миру. Узнать то, что обычным людям и не светит! Если ради этого надо пройти по грани (на тот момент он думал, что предстоит умереть), то почему бы и нет. Мастер, которого он встретил в дебрях Бразилии, собирался творить магию, с одной лишь целью, лишь на время стать человеком. В руках он держал ни много ни мало, магическое зеркало из сказок. Человек в зеркале собирался ему помогать. Рикуя совершенно бесстрашно предложил вместо всякой магии двинуть по черепушке. Алые глаза уставились на него на долгие секунды. В тот момент Гаю думал, что его сожрут. Ощущение было, что питон сдавил все тело, а яд капает на лицо, пока сама змеюка думает, куда бы укусить. Все это время Мастер не двигался с места. - Думаешь, я не пробовал? Меня вообще маловероятно ударить так, чтобы я потерял сознание. Для этого надо отключить половину рефлексов. Опять-таки без магии это невозможно. Именно Гаю выводил из леса уже не Мастера, а школьника. Нес его сумки, разбивал, когда надо, лагерь. - Как ты собирался выбираться один? - поинтересовался Рикуя. Маруко только усмехнулся. У прошлого его был ответ, у Рейдзи - не было. Гаю чувствовал впервые в жизни колоссальную ответственность. Маруко просто не помнит, но Мастером от этого быть не перестает. Чтобы заклятье не спало, надо вывести его без эксцессов. И тогда, они вместе будут играть в американский футбол. Не то, чтобы Рикуя горел этой идеей, иначе его бы не было в лесах Амазонии. Но Рейдзи умел расписывать. В его устах это была настолько великая игра, что Гаю теперь готов был посвятить ей жизнь. Рикуя был рад, что это просто амерфут, а не христианская церковь - кажется, Рейдзи мог уговорить на что угодно. В его речах можно было легко растаять, потерять самого себя. Но сейчас того заклятья больше не было, глупый сон развеял его. Поэтому Рикуя спрашивал у погрустневшего Мастера: - Тебе все еще интересно? Рейдзи кивнул. - А что морда такая кислая? Избавиться от дружеских привычек не легко. Мастер и сам реагирует через раз. Никогда непонятно рыкнет или привычно улыбнется. Или улыбнется так, что жизнь будет не мила… Рикуя было слишком тяжело разобраться, но оставлять Рейдзи не хотелось, вот он как-то и пытался, не всегда успешно. - Вот ты сколько лет помнишь? - Ну… лет с трех себя помню… значит… - Рикуя позагибал пальцы. Конечно, не потому что был глуп, а с целью немного повеселить Мастера. - А я помню еще прошлую жизнь. К счастью, не целиком. Но достаточно, чтобы грустить. - Ты уже вечность Мастер. И помнишь, что было до? - искренне поразился Гаю. - И как? Кем был? Мастер усмехнулся. - Ничего не поменяется. Никогда. - Как? В этом мире же нет вампиров, как таковых. Вы последние. И, скорее всего, тоже сгинете. - Спасибо за описание перспектив, - фыркнул Рейдзи, оглядывая поле. Игра должна была быть внушительной хотя бы потому, что директор школы любил пирамиды, золото и фараонов. - Но ты прав. Сгинут вампиры, и такие как мы, тут просто не сможем переродиться. Путь в этот мир для наших душ будет заказан навсегда. - Можно подумать, они у вас есть, - фыркнул Гаю, но Маруко поднял глаза вверх, на небо. Рикуя помрачнел. Шуточка явно не зашла. - Мне всегда нравился этот мир. И мне обидно, что я последний раз здесь живу, тогда как люди смогут жить и дальше… - Но ведь ты говорил, что в каждом человеке спит вампир… Рейдзи отмахнулся. - Просто добавились силы и возможности, душа не поменялась. Конечно, и здесь бывают исключения, но я не хочу об этом говорить. - Я бы тебя обнял и погладил по голове, но сам понимаешь… - Маруко с удивлением глянул на Рикуя, а потом усмехнулся. - Поэтому переставай кукситься. Сейчас увидишь свой любимый Деймон… - Почему это? - Я имя Сена слышу чаще, чем своё. Маруко пожал плечами, начав улыбаться. - Пойдем на наши места. Кажется, они будут весьма удач… ными. Рейдзи замер на секунды, как вкопанный. Лишь на лице его появилась кривоватая улыбка. Этого человека, вернее волка, он знал хорошо, как и многих других, ему подобных, заочно. Экубо, занявший с женой и сыном места рядом с ними, тоже пытался в свое время разыскать его, выйти на контакт и договориться. О чем? Маруко не знал, догадывался, что Фей любит наводить мосты к выгоде его клана и лис. Кейгай так же пытался с ним встретиться, с ним было проще. Рейдзи догадывался, что именно хочет сделать, куда более известный чем он, Мастер. Джеймс Рид и Хидемото Кейкаин Тринадцатый искренне поддерживали идею бывшего русского. Но скорее всего, Хидемото был инициатором. Максимильян при всей своей силе, куда прямее, проще, и, хоть в это трудно поверить, добрее. Для осуществления задуманного, Кейгаю нужны все мастера. На его стороне четверо Мастеров: Джеймс, Хиде и Джеро и сам Кейгай. Остается только Бразилия и бывший Мастер Японии, который сейчас властвует в Америке. Но тот вообще нелюдим. Общается с ним только Моб, и ходят слухи, что их общение малоприятное. Экубо же ярый сторонник Юнгшана. Скорее всего, ради упрочнения позиций Моба ему и нужна была их (Маруко и Фея) встреча. Как ни крути Бразилия (но большей частью Маруко обитал в Мексике) весьма близка к США. Но Рейдзи не хотел ни с кем встречаться. Он хотел успеть пожить. Так много, как получится. Насладиться этим миром, пока еще есть возможность. Заделываться в герои и спасать его? Пустая трата времени. Ничего у них не выйдет. Если уж магия начала уходить, она уйдет. Это и не плохо и не хорошо, значит, пришло время родиться новому миру. Как говорится, если роды начались, то их уже ничем не остановить. Будет ли новый мир прекрасен? Вполне возможно. Маруко вздохнул. Несмотря на свои же мысли, он безумно любил этот мир, он не желал уходить… Ни тогда, ни сейчас… Годы в изгнании казались ему вечностью… Пока он не сумел умереть, чтобы родиться вновь… Рейдзи плюхнулся рядом с Экубо, отвешивая дежурную улыбку. - О-я, кто к нам пожаловал, - Фей тут же понял, принюхавшись. - Не может быть. - По лицу не видно, что ли? - Маруко насмешливо улыбнулся. Черты лица его были правильные и красивые, но мексиканские корни прослеживались легко. - Видно, - прошептал Экубо, отворачиваясь и сжимая руки в кулаках на коленях. Они дрожали в предвкушении. Такие события никогда не бывают случайны! Судьба или Фатум, неважно, но все это не просто так! - На-ни*... - прошептал Рейдзи на ухо волку, заставляя того вздрагивать. - Чуешь совсем не то, что надо, Эку-чан? Экубо вздрогнул всем телом. Ощущение давно забытого страха, адреналина, пронизывающего всю нервную систему, как давно такого не было! - У тебя слишком хороший нюх, господин Фей. Он может принести тебе немало бед. Например… смерть. Экубо чуть прикрыл глаза, признавая себя адреналиновым наркоманом. Он должен сообщить Мобу! Тот хотел найти именно его! - Тех, кто мешает мне жить, не ждет ничего хорошего, - улыбнулся Маруко. - Как ты собираешься жить, Мастер? Играть в амерфут? - Да, планировал, - совсем другим тоном, обычным человеческим голосом сказал Рейдзи. - Даже команду собрал. Экубо фыркнул. - А дальше? Не хочешь поиграть чуть дольше? Рейдзи сложил руки на груди и задумался. Ему было о чем подумать. Задумка Кейгая ему не нравилась - она сделает из него реального человека, и жить ему останется лет шестьдесят, а то и меньше. Играть он вообще сможет лет тридцать, пока коленки не заболят. А может, у него не будет и шестидесяти лет, все Мастера просто развеяться пеплом. Однако, задумка Кейгая спасала два клана, а возможно и весь мир, если сон был вещим. Если же Кейгаю не помочь, кто знает, что случится тогда. Быть может, мир останется, но превратится в Ад. Любое неправильное заклятье, заклятье, которому не хватило силы, ударит острым концом не только по создателям. Если же предположить, что будет Мастер не устранившийся, а Кейгаю противостоящий, то расклад становился еще хуже. Маруко вздохнул. Нужны все шесть. Если не шесть, то пиши пропало. Его помощь ситуацию не изменит, а может и усложнит, посеяв ложную надежду. - А ты, думаешь, вы уговорите Судзу? Экубо криво улыбнулся. Кажется, те переговоры провалились. Ожидаемо. Судзуки никогда не терпел ни чьей власти над собой. Уважительно отзывался только об Изначальном и его сумасшедшем братце. Наверняка до сих пор поклоняется их портретам в Замке. На этой мысли Рейдзи почти мило улыбнулся. Вот были времена, вот были нравы! Внезапно нахлынувшее чувство ностальгии следовало подавить - глупо грустить о прошлом, особенно обсуждая будущее. - Заставим, если будет надо, - уверенно сказал Экубо. - Заставим, - усмехнулся Маруко. - Кто его будет заставлять? Ты? Юнгшан? Не тот уровень. Фей чуть надменно улыбнулся. - Есть мысли. Интуиция подсказывала, что эти мысли Рейдзи не понравятся. Однако, Маруко предпочел не вступать в дальнейшую полемику, а следить за полем. Впервые игра начиналась, а ему было невообразимо грустно. Он все время только и делал, что оставлял позади тех, с кем хотел быть. Может, Экубо прав, и пришло время бороться? Экубо напряженно следил за полем. - Да, непросто им будет. Линия у Тайо хороша. Пара волков, но играют честно. Остальные сильны и так. Очень неплохо. Очень. Рейдзи смотрел на поле, а сам вспоминал, как вешал картины в золотой оправе. Младший брат крутился рядом, помогая или мешая, но было мило. Вокруг было много друзей, много сомнительных товарищей, но было весело. Черный замок был наполнен смехом и звоном бокалов, громких обсуждений… Маруко на секунды закрыл глаза, чувствуя боль. Еще тогда надо было остаться. Но он пошел на поводу у испуганных друзей. Они так боялись за него, так сжимали руки. И что в итоге? Он все равно здесь, только теперь он Маркос Хосэ Мария Диаз или Маруко Рейдзи. Это имя по понятным Марко причинам нравилось ему больше. Рейдзи был уверен, что не потерял в силе, но потерял более важное. Тех, кто были его настоящей семьей, лучшими друзьями. С этим ничего нельзя было поделать. Жизнь идет только вперед. Даже если это не-жизнь, как говорят про вампиров. Экубо цыкнул. - Квотербек у них тоже лиса, и так понятно. Но он даже бросать не умеет! Зачем было такого кротербека брать! Маруко усмехнулся - его взяли за плечо и слегка встряхнули. - Не парься, Рей. Ты же не один. Я и не думал взвалить все на тебя, а самому сигареты курить, да кофе пить. У нас тут наклевывается команда. Тебе понравится. Ты же любишь командную игру? Экубо хитро глянул на Мастера, и тот невольно усмехнулся в ответ. Фей умел чувствовать других людей и правильно подбирать слова. Качества никак не соответствующие облику. Но именно поэтому у него было так много знакомых и так много надежных связей. - Ух ты! Смотри, наши волки тоже не лыком шиты! А Курита… - А Курита не волк. - Тем круче, - пожал плечами Фей. - Кажется, он за Хируму всех порвет. Хорошие друзья на вес золота. Экубо услышал тихую усмешку сына. Тот давно понял, что это так. В одиночестве нет силы, оно ни от чего не спасает. Это пустое чувство, горькое и темное. ** Хирума не очень понял, что произошло. Только услышал сенин вскрик. Потом уже Йоичи побагровел от злости. Усевшись на траве, он хотел высказать испугавшейся за него креветке все, что он думает по поводу нарушений тактик! Но ему пришлось тут же включаться в игру, перестраиваясь по ходу, потому что мяч еще не был потерян. Сена и Монта резво пытались исправить косяк Айшилда. Хирума цыкнул, но поднялся, вглядываясь в расстановку на поле. Когда гнев отступил, он еле сдержал улыбку. Сена испугался, что этот огромный Банба его просто раздавит, поэтому вытолкнул из-под чужой линии, сам наверняка пострадав за подобное. Сейчас было не сказать так ли это - бежал чиби довольно шустро. Если немного помочь, у них даже будет тачдаун. Хирума показал шифры игрокам. Наверняка. У их команды есть кое-что важнее, чем линия. Странно было это осознавать, но они действительно стали командой. Им все еще не хватает игроков, но удивительное дело волки, лисы и люди играют будто одной расы, максимально пытаясь поддерживать друг друга. Йоичи такого совсем не ожидал, отдавая должное Сене, тот умел находить компромиссы и мирить людей. Рычал он только на волков и то, только по началу. Манабу неожиданно подал идею со скамейки. Весьма неплохо! Кадзуки тут же бросился исполнять, после его, капитана, кивка. - Тачдаун! - возвестил почему-то довольный судья. - Ты не сердишься? - спустя несколько секунд спросили у него, хватая за руку и заглядывая в глаза. Сердиться не было никакого желания. Хотелось склониться и поцеловать. Но неуместно и шлем мешает. - Больше так не делай. Ничего со мной не случится. Кажется, Сена остался при своем мнении, если судить по насупленной мордашке. Хотелось сжать эти щечки и помотать из стороны в сторону… Йоичи не удержался. Потом склонился к чуть повеселевшему волку. - За кого ты меня принимаешь? Я тоже не лыком шит. А их линия играет честно. - За своего любимого лисенка, - совсем тихо, будто и не ему, буркнул Сена, а потом широко улыбнулся и громко сказал: - Я понял, капитан! И снова тихонько добавил: - Постараюсь держать этот инстинкт на поводке. Постараюсь, как могу. И пока ему не отвесили пинок, сбежал на позицию позади капитана. Что и говорить, раннеру его место очень нравилось. Если бы не игра, можно было поддаться грешным мыслям. А так мысли были другими. Вроде он под защитой не только линии, но даже квотербека, а с другой стороны может и его защитить и тачдаун занести… Какой удачный психологический ход. Сена был уверен, что другие настолько не заморачиваются. Принято так - и все тут. Перед следующим розыгрышем Хирума вывел волков линии Тайо из себя. Попытавшись следовать этике, он приказал сделать это Кадзуки и ко, но у тех вышло настолько плохо, что они стали беситься сами. Йоичи взял дело в свои руки. Банба продержался довольно долго, хотя Касамацу уже бесился. Тогда Хирума, цыкнув, сделал то, что каких-то пару месяцев назад не сделал бы никогда в жизни. Только если бы это был вопрос жизни и смерти. Словесно обидно подколоть не просто квотербека, а другую лису. Никогда перед другими волками Хирума не позволял себе подобного, даже если с самой лисой они не дружили. Но только не перед клановыми врагами. Перед глазами мелькнул Сакураба, и Йоичи успел подумать, что он перегибает палку. Но в одном он точно не врал. Кидал мяч их квотербек отвратительно. - Как ты вообще пробился в команду, раз так кидаешь? - намек вместе с усмешкой был очевиден. Но их реакция Хируму все равно невообразимо порадовала. Нет, он не достиг цели, наоборот, провалился. Линия противника подобралась. А вот его попытались схватить за шею и знатно потрясти. Кажется, своего квотербека они действительно любили и не обижали. Йоичи на секунды невольно зажмурился (все равно надменно улыбаясь), собираясь понести справедливое наказание, надеясь, что Банба рассчитывает свои силы. - Нет, - холодный голос чиби. Йоичи открыв глаза, увидел, как раннер сжимает руку Банбы. - Это действие вне игры, - Сена явно находился в срединном состоянии, а его слова значили и то, что он имеет право этим состоянием пользоваться сейчас. - Я понятно выразился? Руку Банбы сжимали с такой силой, что суровый лайнмен напрягся. - Слова всего лишь слова. Тем более, в чем-то они не далеки от истины. Мы играем серьезно. Играйте так же. - Да, Наследник, - негромко, чтобы не удивились люди из линии, но не только поэтому, сказал Мамору. Глубина срединного состояния поразила лайнмена. А ведь перед ним такой же школьник! Как бы то ни было, после этого Банба потребовал кидать правильно, причем очень строго. Харао едва заметно под темной кожей вспыхнул, но кивнул. Банба повернулся к нему, (с силой?) сжимая плечо. Поэтому Сена пристально следил за ними взглядом, и Мамору невольно поежившись, снова встал в линию для нового розыгрыша. - Если капитан окажется прав во второй части фразы, тебе несдобровать, - сказал вдруг Банбе Кадзуки, их линия тоже уже выстроилась для сшибки. Говорил Дзюмондзи очень тихо и вкрадчиво. В полной уверенности в своих словах. Банба с негодованием глянул на Кадзуки, но потом улыбнулся. - Нет. Он мой лучший друг. На правах лучшего друга я же могу указывать на ошибки? Только и всего. Не надо думать лишнего. Кадзуки был уверен, что так оно и есть, уж очень честный стиль игры был у Мамору. Дзюмондзи фыркнул: - Это мы проверим. - Мы? - криво улыбнулся Банба. - С какой поры таким, как ты, есть дело до лис? - С тех самых, как вступил в линию. Теперь мой долг защищать. Было сказано слегка пафосно, но Кадзуки имел право гордиться собой. В конце концов, он сильно изменился за это время. Мамору, с которым сшибся Курита, был сильно потеснен. - Йоичи был неправ, но руки поднимать не позволю! Пройти тоже! Банба сглотнул. Он всегда уважал Рёкана, как лаймена, но можно ли расценивать его слова, как то, что тот знает правду? Или намек подошел бы и к людям? Банба не всегда мог такие вещи оценить, но интуиция обычно подсказывала ему верно. Сейчас, в праведном гневе, сила Куриты возросла еще больше. Сдвинуть, а тем более опрокинуть, было невозможно. - Сэк! Мяч Деймон! - Впервые за всю историю Весеннего Турнира кто-то смог пройти линию Тайо! Да еще и сделать сэк! Айшилд 21 сегодня в ударе! Хотя все игра была еще впереди, на самом деле исход ее был предрешен, так как единственное оружие (линия) перестало быть эффективным. ** Хирума находил несколько странным и неловким для себя, когда тебя обнимают, хвалят за игру, называют сыном. Льюис стоит прислонившись к стене и чуть посмеивается, почти про себя. Не обидно, но тоже странно. Сену, впрочем, тоже трепят большой пятерней по волосам. Тому не странно и не неловко. Кажется, Коя все-таки не такой уж плохой отец, раз Сена реагирует так просто на действия Экубо. Еще Йоичи находил странным, что ему немного стыдно за свои слова, хотя раньше он счел бы это стратегией и даже не задумался. Сейчас ему хотелось как-то объясниться, но перед кем и зачем… В конце концов, это только слова. Сам он прекрасно знал что Мамору, что Киминари. У лиса были проблемы, но совсем иного рода. Наличие волка рядом их решало, а не порождало. Хотя с опекой Банба немного переборщил... Хируме же не нравилось ощущение, что он запутался в самом себе, но разбираться было некогда. Экубо снова звал всю команду в якинику. - Завтра важный день, - весомо сказал Фей. - Надо хорошенько подкрепиться, чтобы не подать духом. Мастера они не только кровь сосут. Еще и энергию заодно. К счастью, его слова, кроме Йоичи и Сены никто не слышал, но и их передернуло. Возле входа в ресторан Кадзуки и Манабу остановили ребят. - Сена, капитан… Нам надо кое-что рассказать.