Сейрейтейские белые носочки

– Ичиго! Куросаки замер, неловко взмахнул руками и сверзился с крыши на плац перед окликнувшим его Ренджи. – Меносы тебя задери, – простонал он, потирая затылок. – К чертям такое счастье, – ухмыльнулся Абараи, – ты чего носишься, как угорелый? – Вообще-то ты-то мне и нужен! – мгновенно вспыхнул весельем Ичиго, и, схватив друга за рукав косоде, куда-то поволок. Ренджи с подозрением покосился на подозрительно улыбчивого шинигами, но спешить с возражениями не стал – интересно же, куда с таким энтузиазмом тащит его Куросаки. Тащил его Куросаки, как ни странно в расположение шестого отряда. – Эй-эй-эй, Кучики-тайчо сегодня не в духе! – тут же попытался затормозить Ренджи. Но предсказуемо не успел – Ичиго с пинка распахнул дверь в кабинет Бьякуи и волоком затащил туда законного лейтенанта. – Привет, Бьякуя! – Куросаки Ичиго. Капитан медленно поднялся, нечитаемым взглядом следя за передвижениями двух обнаглевших шинигами. Ренджи всем своим видом выражал вину и покорность. Сам же Ичиго лучился просто неуемной порцией самодовольства. Он подволок друга к столу, оставил изрядно измочаленный рукав косоде и отошел к окну, не отрывая взгляда от заиндевевшего Кучики. – Объяснитесь немедленно. – Ренджи, – позвал он, глядя в глаза напрягшегося капитана: тело того все поняло намного раньше, чем разум – озвученные далее слова, – Бьякуя влюблен в тебя без памяти уже лет пятьдесят как. Ичиго не стал испытывать терпение и так ходящей по пятам смерти и, уловив скрип зубов кипенно-белого от ярости Бьякуи, долго не думая выскочил в окно. – Тайчо? – услышал он беспомощный голос Ренджи, и, пробормотав «не натвори глупостей, Бьякуя», покинул территорию шестого отряда.